Элира Эльдрант

Я брела по длинному коридору, еле перебирая ногами. Ладони скользили по шершавой стене, служившей мне единственной опорой. Мягкий ковер под ногами теперь казался холодными, острыми скалами. Перед глазами все расходилось волнами. Казалось, я иду по палубе корабля в открытом океане, прямо навстречу надвигающейся буре.

— Принцесса, позвольте вам помочь! — постоянно повторяла за спиной Мария, то и дело протягивая ко мне руки. Но я строго запретила к себе прикасаться.

Как сказала Меггана: я стала одной из тех, к кому пришла сила. И теперь мне придется до последнего вздоха стоять под натиском этого водопада. Сдерживать магию, не допуская ее слишком глубоко в тело, чтобы не сгореть заживо.

— Принцесса... — снова начала девушка, умоляя позволить ей подойти ближе.

— Нет! — громко и жестко отрезала я.

Нельзя, чтобы пострадал еще кто-то. Мне хватило осознания того, что я чуть не высосала жизнь из Рейнара, и даже не сразу это поняла.

— Сюда... — тихо произнесла она и открыла дверь в мою новую комнату.

Она почти не отличалась от прежней, разве что окна здесь были целы, а моих вещей еще не было. Последнее поправимо, а вот первое... надеюсь, больше не повторится.

— Я наполню ванну, — сказала Мария и тут же скрылась за ширмой.

Зажурчала вода, и почти сразу по комнате разлился сладковатый запах жасмина. Я с трудом присела на край кровати. У этой комнаты было еще одно отличие: она была темнее. Сюда не проникало столько солнца, к которому я уже привыкла. Здесь было больше теней, заполняющих все углы.

Прид е тся привыкать.

Как оказалось, я проспала почти неделю. Все думали, что я уже не очнусь, потому что мое сердце билось все тише с каждым днем.

Наверное, было бы лучше, если бы я действительно умерла.

Ноги учились ходить заново. Легкие забыли вкус полноценного вдоха, и я быстро уставала. Слава Богам, руки были целы, а все те жуткие раны мне, похоже, только померещились.

А вот женщина с глазами цвета изумруда оказалась куда более реальной.

— Я не могу говорить с полной уверенностью, — объясняла мне Меггана, когда я рассказала ей обо всем. — Но женщина по описанию очень напоминает одну Богиню, — ее руки выдавали легкую панику. — Я не назову тебе ее имени. Не помню. Помню кто-то рассказывал историю о том, как она пыталась вразумить императора, — Мег подняла глаза к потолку, то ли пытаясь что-то вспомнить, то ли просто подбирая слова, чтобы не сказать лишнего. — Богиня долга и клятвы...

Я не была способна ни на какую реакцию. Но мысли заметались, пытаясь найти ответ: почему она пришла именно ко мне?

— Госпожа, — Мария вышла из-за ширмы и попыталась улыбнуться. Ее голубые глаза отчаянно пытались скрыть страх передо мной, но получалось так себе. — Ванна готова. Я вам помогу...

— Нет, Мари, — спокойно сказала я, вливая в слова как можно больше нежности и заботы, — И, прошу тебя, не как слугу, как подругу...

Мои глаза предательски закололи. Мария была со мной каждое утро и каждый вечер. Она приносила мне хорошие новости, собирала травы для ванны. Она стала моей правой рукой, моим близким другом. И сейчас...

— Не приходи сюда, пока я сама тебя не позову.

Мария прижала руки к груди и так сильно сжала полотенце в тонких пальцах, что побелели костяшки. По ее щеке еле заметно скатилась слеза.

— Но, госпожа...

— Прошу... — тихо протянула я. Мне тоже было больно ее выгонять. К тому же, я не знала, навсегда ли это. Вдруг я больше не смогу прикасаться к людям, не причиняя им вреда? Вдруг я обречена держать дистанцию с каждым, кто проходит мимо? Не говоря уже о тех, кого я люблю.

Мария простояла еще несколько минут. Я видела, как внутри нее происходит борьба, но в итоге она сдалась. Кивнула и вышла, бросив на прощание:

— Я буду ждать.

Дверь закрылась с мягким, почти неслышным щелчком.

Еще одно отличие этой комнаты: дверь не скрипит. И эта идеальная, звенящая тишина пугала меня больше всего.

*****

После ванны мне действительно стало куда легче. Я смогла отпустить мысли и расслабиться. Пусть и не сразу. Но вот закрыть глаза так и не решилась.

За окном ярко светили звезды, а ночной ветер шелестел в листве, убаюкивая сад. Веки тяжелели, клонясь в сон, но я заставляла себя смотреть в темноту. Не хотела снова видеть эти изумруды. Не хотела видеть ее белоснежную кожу.

Острые зубы.

Орлиные когти.

Кровь.

Мою кровь.

Чтобы не уснуть, я решила поговорить с рунами.

Сами звезды, казалось, спустились с небес и зажглись теперь в моей комнате, окружая меня мягким сиянием. Я могла даже протянуть руку коснуться их холодного света.

Руны всегда приходили сами, стоило лишь позвать.

— Богиня долга... — прошептала я, разглядывая парящие символы. — Вы знаете, что ей от меня нужно?

Ответа не было несколько минут, и мне даже показалось, что сегодня руны не хотят вести разговоры.

Но потом...

— Хераз скульда варп тайназ.⁶

Я услышала оркестр голосов: мужские, женские, детские. Они сливались в единый хор, звучащий прямо в голове.

Мне не нужно было тянуться за книгой и искать ответ на страницах. Я слышала их так рядом и так четко. И понимала каждое слово.

— Ч... что...? — волосы на теле встали дыбом, а по затылку пробежал странный холодок, словно кто-то провел по коже ледяными пальцами.

— Хераз скульда — тайназ⁷, — запел хор, и эхо отозвалось в каждой клетке тела.

— Я... я... — от осознания происходящего заплетался язык. — Как это понять?

Яркий свет прожёг глаза на несколько секунд, прежде чем оставить меня в одиночестве.

— Лира? — послышался голос Рейнара из-за двери.

— Нет-нет-нет... — прошептала я, оглядываясь в сотый раз. — Что... что будет, если он войдет? — растерянность сковала меня крепче любых цепей.

— Лира, у тебя все хорошо? — стук в дверь отдавался в моей опустевшей голове глухим эхом. — Я вхожу...

Дверь открылась.

Ноги будто приросли к полу, не решаясь сделать шаг ни назад, ни навстречу.

— Ты в порядке? — выдохнул принц спустя несколько секунд молчания. Он долго решался сделать шаг через порог.

Слова не находились. Радость видеть его заполняла грудь теплом, но Рей не должен быть так близко к человеку, который может его убить. Еще утром я почти высосала из него жизнь.

— Лира? — нарушил тишину Рей и осторожно переступил порог.

— Я... — руки беспомощно ударились о бедра.

Каждый его шаг сокращал между нами расстояние. И, заметив это, внутри все сжалось в тугой, болезненный узел.

— Стой, где стоишь! — скомандовала я.

Не сейчас.

Я не могла подпустить его близко. Повезло, что тогда рядом была Мег и она все исправила. А если бы ее не было? Он бы не стоял так близко сейчас. Он бы лежал бездыханным в деревянном гробу.

— Я не боюсь, — спокойно сказал принц, и уголки его губ дрогнули в легкой улыбке. — Знаешь почему?

Я покачала головой. Мне не нужно знать, боится он или нет. Было достаточно моего собственного страха.

— Твоя мачеха сказала, что сила вырвалась из-за того, что ты узнала про ее жертву. Тебя обуяли не самые светлые эмоции и вот... — говорил Рей и его черные глаза сияли уверенностью, как и каждый шаг.

Я сжала ткань ночной рубашки на бедрах. Услышала, как она скрипнула под давлением. В ушах зазвенело. Челюсть свело от напряжения.

— Тебе тоже нужно перестать бояться и понять, — Рей оказался рядом. Я вдохнула его запах. Все тот же шоколад. Его дыхание, было теплым и обволакивающим. Жар его тела отдавался внизу живота приятной тяжестью, — что это ты контролируешь магию, а не она тебя.

Я это понимала. Нас этому учили. Но на словах все было легко. Эта чертова Богиня погрузила меня в адские мучения, от которых сама реальность треснула. Заставила согласиться на то, чего я не понимала. А потом, ради своего веселья, заставила меня «выпить» Рейнара.

Меня обдало жаром, когда пальцы Рея коснулись моих губ. Невольно я громко втянула воздух. Принц ухмыльнулся и сделал шаг назад, давая мне пространство

Ненавижу, как легко он выводит меня из равновесия.

— Как тебе новая комната? — спросил Рей, оглядываясь.

Я только пожала плечами.

— Я... — слова застревали на полпути, так и не решившись выйти. Слишком свежим были боль, страх, отчаяние. Слишком отчётливым мёртвое тело принца.

Не без труда я добралась до кровати, оставив попытки что-либо сказать, и забралась на середину, чтобы оказаться как можно дальше от принца.

Я обязана держать дистанцию.

— Говорить, вроде, умеешь. Так чего молчишь? — улыбнулся Рей, усаживаясь на край кровати рядом со мной. Матрас слегка прогнулся.

— А что мне сказать?

— Ну, — Рей почесал затылок, — не знаю. Например, «да, мне нравится моя новая комната», — его голос был выше, явно изображая мой.

Смешок сорвался с губ, а взгляд зацепился за принца. Он меня не боялся. Смотрел как прежде: нежно, с заботой и желанием.

А я его убила.

Сразу окунулась в воспоминания о том самом первом завтраке. Я тогда тряслась, когда Рей оказывался рядом. Боялась его силы, его самого. Но теперь он был на моем месте и... кажется понимал все последствия магии и просто принимал меня.

— А вообще, здесь уютно, — продолжал размышлять вслух принц. — В комнате немного темнее, но всегда можно добавить больше свечей.

Я не могла сдержать улыбки. Пару часов назад я была окутана страхом и паникой. Прогнала Марию. Обещала себе никого не подпускать, пока не разберусь в этой силе. А теперь принц сидит рядом и прогоняет все плохое, что случилось или могло случится. Он не спрашивал о силе, о Нике или о Богине. Он просто рядом.

И этого достаточно, чтобы все мои трещины начали зарастать.

Несколько часов подряд мы просто говорили ни о чем. Впервые. Рей рассказал мне о том, как прошла неделя в школе. Как Нора ходила за ним хвостиком, выпытывая о моем самочувствии.

— Клянусь, мне хотелось придушить ее! — говорил Рей, тряся руками, — Как ты ее терпишь? У нее вообще рот затыкается?

Я смеялась.

По-настоящему.

Свободно.

Так, как не смеялась уже очень давно. И в этом смехе вдруг стало так спокойно, будто весь мир на время перестал существовать.

За эти несколько часов я забыла обо всем на свете.

Рей осторожно касался моих пальцев. Сначала я вздрагивала, отстранялась. Но он не оставлял попыток. Коснулся ладони и, когда я не ощутила того, что было утром, позволила держать меня за руку. Сейчас я была готова позволить ему абсолютно все.

— Еще пару дней и ты бы пропустила нашу свадьбу, — улыбнулся принц.

Меня это задело. Я на минуточку расстроилась. Ведь правда могла проспать свадьбу. И только это для меня было важно.

Рей, что же ты со мной делаешь?

— Было бы грустно пропустить день, к которому я готовилась всю жизнь, — состроила гримасу и почти сразу залилась смехом.

Поразительно, как все просто ушло, даже не на второй, на сто второй план. Я могу легко держать себя в руках. Могу касаться Рея, не вытягивая из него магию. Могу не бояться закрыть глаза. Не бояться ее.

И это все из-за одного человека.

Рейнара Вальтера.

Моего будущего мужа.

Человека, который...

— Кажется, мне нравится... — сорвалось с губ раньше, чем я успела остановить себя. Ладонь сама взлетела к губам. Глаза выпучились от изумления. Я ведь не хотела говорить вслух. Сердце остановилось на несколько секунд, а потом сорвалось в галоп.

Рейнар тоже не ожидал такое услышать. Его губы чуть приоткрылись. Он моргнул, пытаясь понять не послышалось ли ему.

Шок.

Паника.

Что же делать?

Я ёрзала на месте. Одеяло запуталось в ногах.

Рейнар замер напротив и, увидев его, я тоже перестала двигаться. Глаза упорно старались сбежать, но всякий раз возвращались к нему.

— Я... — слова путались, — Рей, я...

Он уже сидел передо мной.

Слишком близко.

Я подняла глаза. И больше не смогла их отвести.

Он коснулся моего лица так осторожно, будто боялся, что я исчезну. Теплая ладонь легла на щеку, большой палец едва заметно провел по коже.

Воздуха становилось все меньше. Или это я задерживала дыхание. Не знаю.

— Я плохо расслышал. Кажется нравится? — тихо спросил он. Голос был почти шепотом, обволакивая всю комнату.

Слова застряли где-то глубоко внутри. Но, кажется, он понял и без них.

Рей наклонился медленно. Даже слишком медленно. Я успела заметить, как дрогнули его ресницы. Как он тоже волнуется.

Наши губы встретились осторожно. Почти несмело.

Сначала это было просто прикосновение — теплое, мягкое, как проверка. Потом он чуть сильнее притянул меня к себе, и я сама подалась навстречу. Все внутри стало легким. Тело словно потеряло вес. Я закрыла глаза и позволила себе раствориться в этом моменте. Его дыхание согревало кожу, пальцы скользнули на талию, удерживая меня рядом.

Впервые мне не хотелось отступить.

Тишину наполняло биение двух сердец.

Когда Рейнар отстранился, мы оба дышали чуть быстрее, чем нужно. Его лоб на секунду коснулся моего.

— А мне уже давно не кажется… — прошептал он.

И в этой простой фразе было столько тепла, что я впервые за долгое время почувствовала: я действительно дома.

Примечание:⁶ Хераз скульда варп тайназ (рек-ия на прото-германском) — Ее долг стал твоим.

⁷ Хераз скульда — тайназ (рек-ия на прото-германском) — Ее долг — твой.

*****

На утро, умываясь, я все думала о рунах. Так хотелось задать им еще пару вопросов, но они обделили меня вниманием, как бы усердно их не звала.

Я пожалела, что прогнала Марию вчера, когда дело дошло до волос — не умела самостоятельно заплетаться, хотя очень старалась. Но времени было не много, поэтому в порыве раздражения просто обвязала лентой затылок, собирая все в небрежный пучок.

Зеркало отражало солнечный свет, которого теперь было мучительно мало. Солнечные зайчики играли на стенах и потолке, напоминая о прежней, более спокойной жизни. Сад уже ожил, и ученики сонно брели в сторону школы, ворча что-то себе под нос.

Птицы, которые раньше всегда заглядывали в мои окна, теперь не приближались близко. Они будто боялись меня. Может, чувствовали во мне что-то новое? Чужое?

Я не хотела думать о произошедшем. О магии и о Богине. Если бы можно было, вернулась бы назад и отказала этой беловолосой. Мало того, что она наградила меня смертельной силой, так еще и долг свой на меня взвалила.

Чем я заслужила такие испытания?

Полгода назад мои мир разрушился, когда Вальтер сказал, что нужно собирать новый. Я собирала его по кусочкам. Но неделю назад и он рухнул.

Прошло так много времени с тех пор, как я покинула дом. В груди поселилось тревожное предвкушение встречи с самым главным мужчиной в моей жизни.

С отцом.

Все мне говорили, что он уже полностью здоров и чары императоры оставили его в покое благодаря Меггане. Но я все равно боялась, что в нем могло что-то переломиться навсегда и он уже не тот, что раньше.

— Так, Лира, отставить! — говорила я своему отражению в зеркале.

Удивительно, как сильно я изменилась за последние месяцы. Или это сила так преобразила меня всего за неделю? Волосы заметно отросли, кончики почти касались ягодиц. Веснушки стали ярче и рассыпались даже по подбородку. На губах остался еле заметный шрам — подарок той злобной суки. Тело стало крепче. Тренировки давали о себе знать. А серо-зеленый цвет глаз стал темнее и глубже. Почти как у той Богини долга, которая через мучения заставила меня принять ее. Не уверенна, что это честно...

— Сегодня должен быть хороший день! — попыталась убедить себя.

Рейнара я так и не встретила. Ни за завтраком, ни в саду.

Не избегает ли он меня?

Это было бы очень подозрительно.

Зато Томпсон караулил меня у входа в школу. Его глаза горели лихорадочным блеском, будто он не спал несколько ночей, жаждав скорее поговорить со мной.

— Элира, — он почти сразу взял меня за локоть, — Нам нужно кое-что обсудить.

Я насторожилась.

Ночью я почти забыла обо всем и хотела бы никогда не вспоминать. Но понимала, что этого нельзя избежать. К тому же, мне нужны ответы или хотя бы намеки на правильные.

Мы молча вошли в кабинет. Дверь закрылась слишком громко, отрезая нас от внешнего мира.

Томпсон ходил по классу как маятник.

— Ваша матушка рассказала мне о Богине долга... — последние слова он сказал почти шепотом.

Я медленно опустилась на стул. Колени не слушались, примерно представляя, какой разговор меня ждет. И его возможные последствия — гнев Вальтера. Но сегодня любопытство победило страх.

— Ее звали Кайя, — начал Томпсон с мягкой улыбкой на лице. — Мне посчастливилось видеть ее однажды.

Воздух загустел. Слова прозвучали тихо, но повисли тяжелым грузом.

Конечно, Томпсону более пятиста лет. Его самого можно посчитать божеством. Но...

— Я тогда прибыл к императору. Он что-то от меня хотел, но так и не принял. Тогда Кайя и вышла ко мне.

Пальцы сами сжались в кулак. Легкие громко выпустили воздух. Брови сошлись на переносице в ожидании подвоха.

— Зачем?

— Я тогда не понял ее слов и подумал, что этот Бог сошёл с ума, — засмеялся Томпсон.

Но мне было не до смеха. Я уже понимала к чему он ведет.

— Сначала она сказала, что император слеп и не понимает, что обещает, — учитель потер ладони, — И просила меня о помощи, — он кинул на меня взгляд из-под бровей, давая слишком прямой намёк. — Она сказала «Мой долг — защитить ваш мир. Но смерть дышит в спину...»

— Она знала, что ее убьют? — по спине медленно прошелся холод.

— Да, — ответ прозвучал безжалостно. Томпсон кашлянул и открыл старую, потрепанную книгу.

Я на секунду закрыла глаза, соображая.

— После рассказа королевы Мегганы я потратил время и нашел старые записи, — пыль разошлась по кабинету, когда учитель осторожно подул на страницы.

Я зашлась кашлем, махая рукой.

— Кайя была матерью третьей жены императора. И ваше древо куда короче, чем я представлял, — пояснил учитель, подняв на меня обеспокоенные глаза. — Кайя, затем Оливия — так звали жену императора. У нее была дочь — Сара. Мать покойной Элоуэн, вашей матушки. И, наконец, вы — Элира Эльдрант.

Пыль все еще кружилась в луче света, и мне вдруг показалось, что время замедлилось.

Каждое имя оставляло след.

Мое — глубже остальных.

Сердце билось неровно, не узнавая собственного ритма. Где-то внутри поднялся страх. Древний. Чужой. Будто он уже тянул ко мне руки.

Осознание приходило медленно, потому что я не желала понимать: ее долг теперь мой. Кайя наложила на меня всю эту тяжесть. А мама оставила меня в неведении. Она надеялась, что это не коснется меня? Даже если так, это могло бы коснуться моих детей. И что бы я им сказала? Развела бы руками и бросила в омут неопределенности, как поступили со мной?! Я заслуживала знать хотя бы половину. Хотя бы про эту самую Богиню и ее долг. Этого было бы более чем достаточно.

— И... и что мне нужно делать? — дрожащим голосом спросила я, сложив пальцы на переносице. Еще одна головная боль с короной на голове.

— Закрыть двери... — вздохнул Томпсон и я следом за ним. — Один Темный среди нас и он может привести нас к нужному месту.

— И как мы его найдём? — я начинала нервничать. Учитель говорил так, будто это все проще, чем моргнуть.

— Ник поможет нам.

Впервые я увидела, как Томпсон превращается в охотника: взгляд становится острым, губы сжимаются в тонкую линию. Он будто стал выше, и вокруг него нарастала тьма. А меня съела комната, став мучительно тесной.

— Уже помог.

Я резко подняла голову, вскочив с места, ощутив холод смерти за спиной только от одного имени.

— Вечная жизнь — не основная моя сила, — продолжил Томпсон спокойно. — Это вроде приятного бонуса.

Слишком много всего!

Ответственность, о которой я не просила.

Сраный долг.

Чертова смертоносная магия.

И минимум ответов!

Только сейчас, стоя напротив Томпсона, поняла, насколько сильно я утомлена. Руки готовы были опуститься прямо здесь и сейчас, не дожидаясь момента, когда я буду на грани смерти от рук Ника, например. А что будет, если я перейду дорогу Темному?

«Ветер подует — и тебя снесёт» — слова капитана врезались в сознание горечью правды.

Я опустила глаза на руки. Они тряслись. От понимая собственной никчёмности. Глаза закрывались. В ушах стоял шум. Посмотрела на учителя. Он что-то бурно мне рассказывал, а я, впервые, не слушала его.

— Просто найди разлом... — сказал мне голос в голове. Четкий. Холодный.

Я не подала виду, чтобы Томпсон не завалил меня вопросами, но тело заметно напряглось.

— Время на исходе.

Стул противно скрипнул, когда я вскочила с места и молча вылетела из кабинета.

— Элира?! — голос Томпсона еле догнал меня.

Я не обернулась.

Мне нужна была Меггана.

*****

Шаг постепенно переключился на бег. Ноги сами несли меня через сад, снося прохожих на своем пути. В спину летели крики возмущения. Но я не слышала ничего, кроме своих мыслей.

Тяжелая дверь дворца еле поддалась и медленно открылась, впуская меня в большой пустой зал. Справа и слева вверх уходили бесконечные ступеньки, покрытые красным ковром. По центру стоял небольшой фонтан. Вода журчала и дарила успокоение любому.

Но не мне.

Не сегодня.

Где мне ее искать? — гадала я, выбирая направление.

Легкие обжигало сбитое горячее дыхание. Голова готова была взорваться. А вот ноги не сдавались. И я была благодарна за это.

А потом в нос ударил запах.

Он не был похож на цветы, фрукты, вино или еду. Даже не на кровь, не на дым. Но все мое тело среагировало на этот запах, и я четко понимала: так пахнет магия Мегганы.

В груди будто оборвалась нить.

Страх присел на плечи, пробуждая воспоминания, которые я так усердно запирала за железной дверью. Ногти впились в ладони. Губу обдало кипятком, и легкий, едва уловимый вкус железа коснулся языка.

Я не могла доверять своей магии.

Вдруг она выльется из меня и причинит вред Мег? Она уже потеряла из-за меня сына. Она не может потерять еще и жизнь.

Зажмурила глаза и присела, сдавливая виски, прогоняя магию из тела и мыслей. Мне не нужна была ее помощь, которая может оказаться ловушкой.

Но я не смогла.

Через несколько секунд я уже неслась по лестнице вверх, пропуская за раз по три ступени. Горло горело, и кашель был уже близко.

Я оказалась на пятом этаже. Коридор был пуст. Только портреты осуждающе смотрели на меня.

Бежала, собирая ковер под ногами, и спотыкалась, почти падая.

Запах Мегганы был все ближе и сильнее дурманил мне голову. Во мне просыпалось желание забрать все. Словно ее магия принадлежала мне по праву.

Но это ведь не так! Прекрати! Ты либо помогаешь, либо проваливай! — кричала я не своим мыслям. В ответ слышала только смех.

Дверь распахнулась, и я согнулась пополам, подавившись кашлем, который так долго ожидал своего выхода.

Взгляд упал на руки, и мне захотелось отойти подольше от самой себя.

Подушечки пальцев заиграли красным кружевом, которое медленно забиралось выше, к ладоням.

— Нет, нет, нет! — все громче повторяла я, пытаясь сбросить с себя это страшное безобразие.

— Эли? — голос Мегганы заставил меня остановиться и осмотреть комнату.

Огромное окно впускало утреннее солнце, которое переливалось алым цветом из-за полупрозрачных штор. По центру стоял большой круглый стол из мрамора, который служил картой. Теперь на нем очень яркими красными флажками была отмечена одна местность за пределами всех континентов. Стулья с высокими мягкими спинками. Их было около десяти. Считать было трудно от запахов, которые ударили по мозгам.

Так много магии в одной комнате. И она сводила меня с ума.

Я сопротивлялась до хруста костей.

Я должна была быть сильнее!

На меня смотрели несколько пар глаз.

Меггана. Ее магия пахла рождением: человека, дерева, цветка — не имело значения. Ее сила возвращала жизнь. И была слаще всех.

Рейнар пах серой. Его магия пахла серой. Я больше не слышала его привычный шоколад. Его будто вырезали из памяти.

Вальтер отдавал спокойствием, и он был моим спасением. Возможно.

Если он контролирует эмоции, сможет ли он усмирить в моей голове чужое желание?

Мадам Рутт, учитель по применению рун. От нее исходил едва заметный запах пыли. Я не могла понять, чем славится ее магия, но ясно понимала, что это что-то древнее и не столь важное для моего голода. Ее можно оставить на десерт.

Нет! Нельзя думать о них, как о еде!

— Ошибаешься! — ответил мне голос, шипя, как змея. — Только так мы станем сильнее!

Я упала на колени.

Вся кисть покрылась кружевом. Вены вдоль всей руки превратились в красные реки.

Паника вцепилась в меня, как ржавый капкан.

Крик вырвался из горла.

— Не подходи! — скомандовала кому-то Мег и присела напротив, заглядывая в мои заплаканные глаза.

Я попятилась назад, сопротивляясь желанию иссушить ее.

— Ближе, Элира, ну же!

Не мечтай, стерва!

— Эштор, помоги, пожалуйста.

Все тело тряслось. Кости будто ломались. Во мне сидела не я одна. Кайя не просто повесила на меня долг. Она поселилась во мне и теперь пытается забрать контроль. Сейчас я ощутила ее внутри.

— Глупая девка! Мне нужно питаться. Тебе нужно питаться! Ты...

Глаза залила серая пелена. На секунду я ослепла. А Вальтер уже сидел напротив и держал меня за плечо.

Тело забилось в конвульсиях, вырываясь, отдаляясь как можно дальше. Но он не отпускал.

— Не пускай его! — кричала Кайя у меня в голове.

Я не желала ее слушать. Пальцы запустились под волосы, и я с силой тянула их. Будто могла вырвать Кайю из головы вместе с ними.

Плечо взорвалось яркой вспышкой.

— У тебя нет выбора! — крикнула Кайя и спряталась в тёмном углу моего сознания.

Сначала пропали запахи магии. Их заменили вино, свежие маковые булочки, слегка солёный сыр и сладкий виноград. Цветы по углам комнаты тоже не остались без моего внимания: розы, фиалки, пионы.

Потом вены стали обычными, и кровавое кружево будто медленно стянули, как перчатки.

Я отдышалась. Но все еще была в холодном одеяле страха.

Вальтер похлопал меня по плечу. Его дыхание сбилось. Видимо, ему пришлось потратить невероятно много сил. Он плюхнулся на стул, громко выдыхая.

— Я бы предпочёл, чтобы Эльдрант научилась самостоятельно справляться, — сказал Вальтер и что-то кольнуло меня в сердце. — Я не молод, чтобы пропускать через себя столько магии...

На меня легло чувство вины.

Опять.

Теперь я огромная заноза в заднице для каждого, пока не сдружусь с этой вечно голодной Богиней.

— Спасибо, Эштор, — с улыбкой сказала Мег, и ее все такая же холодная рука коснулась моей щеки с материнской нежностью. — Все хорошо.

Я снова оглядела комнату.

Рейнар стоял у окна и закрывал собой мадам Рутт. В ее глазах был первобытный страх. Она бы лучше отдалась зверю на растерзание, чем попала бы под мои страшные руки. Вокруг нее витали руны. Я успела прочесть только парочку из множества, только они были мне знакомы:

ᛊᚲᛁᛚᛞᚢᛉ⁸.

ᚹᚨᚾᛞᚢᛉ⁹.

Она строила барьер, чтобы не пустить меня близко.

А вот Рейнар не боялся. Он смотрел на меня холодными, спокойными глазами. Будто ничего не произошло: ни сейчас, ни тогда. Но он боялся за других.

Видимо ему придется однажды прибирать за мной трупы.

— Мама... — начала шепотом я, обращаясь к Мег, — Я... я просто хотела поговорить. Она накинулась так резко. Я пыталась... — слезы наворачивались на глаза. Еще один камень вины добавился в общую кучу.

Неужели теперь это чувство будет моим лучшим другом?

Примечание:⁸ Скильдуз (рек-ия на прото-германском) — Защита

⁹ Вандуз (рек-ия на прото-германском) — Стена

*****

Меггана обернулась ко всем присутствующим, помогая мне подняться на ноги. Я не решалась смотреть кому-либо в глаза. Особенно мадам Рутт. Она все еще ограждала себя невидимой стеной, и ее холодный взгляд жег кожу.

— Прошу вас продолжить собрание без меня, — сказала Меггана твердо, и мы вышли за дверь.

Мачеха осторожно закрыла ее, отрезая нас от любопытных взглядов, и повела меня по коридору.

— Все позади, Эли, — шептала она, поддерживая меня под локоть.

Но меня не покидали вина и стыд за то, что я могла сделать. Голод все еще раздирал руку фантомной болью, напоминая о том, насколько близко я была к черте. Если бы не Вальтер, Кайя наверняка завладела бы моим телом и питалась ими до последнего удара сердца.

Сделала глубокий вдох, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце.

Я обязательно попрошу у всех прощения. Но сейчас нужно сосредоточиться на другом.

Прокручивая в голове разговор с Томпсоном, я решилась нарушить молчание:

— Учитель Томпсон рассказал мне о Богине долга. Немного. Кайя. Так ее звали. Она сказала найти разлом. Сказала, что время на исходе.

Меггана чуть ускорила шаг. Мы спустились по лестнице на второй этаж, где нас встретила прислуга и проводила в одну из комнат. Меггана остановилась на пороге.

Комната была светлой, но небольшой и скромной. Здесь пахло так же сладко, как от самой Мегганы. Не совсем тот аристократичный холод, которого ждешь от королевы Тарвелда. Но ей, похоже, нравилось.

Прислугу Меггана оставила за дверью:

— Не подслушивать! Никого не пускать!

— Даже короля и принца? — неуверенно переспросила девушка.

— Им здесь делать нечего! — отрезала Меггана и сама заперла дверь на защелку. — Что еще она сказала? — обратилась мачеха уже ко мне.

Я замялась. Сомнения повисли вокруг меня тяжелым туманом. Случись это все полгода назад, я бы никогда в жизни не пошла к Меггане за советом. А сейчас она оказалась первой, к кому я понеслась сломя голову.

— Мне нужно... питаться, — шепнула дрожащим голосом и заметила, как пальцы мачехи едва заметно дрогнули.

Мег громко и нервно заходила по комнате. Ее длинные черные волосы плавно летали вслед за ней, отдавая блеском в солнечных лучах. Красное платье красиво подчёркивало ее фигуру, повторяя каждый быстрый шаг в своеобразном танце тревоги.

— Она говорит с тобой... — констатировала Меггана.

Кивнула, и воздух в комнате стал тяжелым. Взгляд упал на дверь — заперта. Меггана заперта со мной в комнате. Единственный возможный выход — окно. Я инстинктивно сделала шаг к нему.

Если ты хоть раз попытаешься взять контроль, я выброшусь из окна, — пригрозила я Кайе в мыслях, зная, что Богиня слушает.

— Тебе придется рано или поздно принять мои условия. По-другому тебе не справиться, — голос Кайи отозвался эхом в голове, сухой и безжалостный. А следом перед глазами всплыл образ умирающего Рейнара, бледного и безжизненного.

Я на секунду зажмурила глаза, прогоняя наваждение.

Мы сойдёмся только на моих условиях, — строго ответила я внутренне и переключила внимание на Меггану.

Она все ходила по комнате и что-то бормотала себе под нос. Потом резко остановилась. Повернулась ко мне:

— Что сказал Томпсон?

— Что от Кайи начинается род моей матери. Мой, — с трудом выдавила я, сглатывая ком в горле. — И что он хочет найти Темного.

В глазах мачехи увидела внутреннюю борьбу. Она закусила губу и сложила руки на груди. Ее голова слегка покачивалась, взвешивая каждую мысль.

— Ладно... — вдруг выдала она.

Мои глаза округлились. Я ожидала возмущения, страха, вопросов. Но не этого спокойного согласия.

— Твой отец приедет вечером, — продолжила Мег. — Он должен привести некоторые книги, свитки и прочие артефакты, что сохранились со времён правления императора.

Уголки моих губ дрогнули в улыбке. Отец совсем скоро будет здесь. В теле родилась радость, согревающая изнутри. Он не просто будет рядом — что лучше любой награды, — он привезёт ответы на множество моих вопросов.

Но эта радость прожила недолго. В глаза кинулось собственное отражение в оконном стекле — размытое, чужое — и вдруг ясно представила, как отец отворачивается от меня. Как в его взгляде медленно гаснет любовь.

Его можно понять.

Его дочь стала чудовищем.

Опасностью.

Оружием, которое он не сможет ни принять, ни уничтожить.

А жертва Мегганы?

Я лишила его наследника.

Что может быть хуже?

Пальцы сами сжали ткань рубашки. И та жалобно хрустнула, будто пыталась вырваться из моего плена.

— Хватит страдать! — резко выплюнул голос Кайи у меня в голове. — Ты меня своей жалостью задушишь. Мерзость. И как мой потомок мог оказаться таким слабым?

Ее раздражение скребло по нервам, но я не ответила. Сейчас у меня не было сил спорить с ней.

Повернулась к Меггане. Она стояла у стола, нахмурив брови, пытаясь сложить невидимую карту будущего.

— Мама... — голос предательски дрогнул. — Ты думаешь, нам стоит отправиться за Темным?

Вопрос прозвучал тише, чем я хотела. Хотя внутри я уже знала ответ.

Меггана подняла на меня глаза.

— Я... — начала она и замолчала.

Тишина растянулась между нами, густая, как дым после пожара. Я слышала только собственное дыхание и далёкий стук крови в висках.

— Это необходимо, — наконец сказала она. — Но только после того, как ты научишься контролировать силу. Иначе... я не пущу тебя.

В ее голосе не было угрозы. Только твёрдое решение.

Я кивнула. Мы обе понимали — другого пути нет.

— Я пойду к себе, — тихо сказала я и направилась к двери.

Рука легла на ручку. Холод металла прошелся по коже, как напоминание. Назад дороги больше не было.

— Элира.

Я обернулась. Королева смотрела на меня долго и внимательно:

— Постарайся поговорить с ней. Мы все на одной стороне.

Кайя не была темным Богом при жизни, и у нас один долг, пронесённый через года. Мы действительно были на одной стороне, но она почему-то стала об этом забывать.

*****

На первом этаже, у фонтана, мне преградил путь Рейнар.

И я сразу вспомнила тот день, когда он лежал на моей кровати, источая лишь трупный холод. А следом перед глазами всплыла совсем свежая картина: кабинет, и Рейнар, закрывающий собой мадам Рутт. Я поежилась. Как же прекрасно было бы сейчас стать черепахой: спрятаться в панцирь, чтобы ни я не смогла коснуться кого-то, ни меня не тронули. Все были бы в безопасности.

— Лира... — тихо начал Рей и протянул ко мне руку, но я отшатнулась.

Сейчас рядом с принцем я не ощущала приятного, тянущего чувства в животе. Все это превращалось в ноющую боль, которая предупреждала: лучше держись подальше.

Рука принца медленно опустилась, как и его взгляд:

— Может, поговорим?

— Нет, Рей, — отрезала я, и сердце пронзили тысячи кинжалов. — И знаешь, забудь, что я тогда тебе сказала. Хорошо?

Мой голос дрожал, а на глазах выступили слезы. Было больно его отвергать, особенно за несколько дней до свадьбы. Но это было необходимо. По-хорошему, меня нужно было запереть глубоко под землей и забыть.

— Что? Ты, блядь, серьёзно сейчас?! — возмутился Рей и подошел вплотную, не пропуская меня к лестнице.

— Хочешь жить — держись подальше! — с большим трудом я собрала в себе всю злость, которую только могла испытать к нему, чтобы сказать эти слова достаточно убедительно.

— А мальчик сладкий... И на вкус, и на вид... Особенно на вкус, — голос Кайи, ее мысли и желания пробудили во мне дикий голод, и магия напёрла с новой силой.

Мои слова повергли Рейнара в шок. Я видела, как в его черных глазах промелькнула обида. Скулы напряглись. Пальцы хрустнули. Воздух вокруг него будто почернел. Дыхание обжигало, как кипящая вода.

— Даже не думай, что смогла напугать меня, — почти шепотом говорил Рей, но так строго. Со всей суровостью будущего короля.

Его дыхание расходилось по моему телу, пробуждая уже не мурашки. Ладони будто обдали горячим паром, а подушечки пальцев пронзили множество мелких иголок. Его запах шоколада смешался с еле уловимым запахом серы. И я сглотнула. Это сочетание показалось мне самым прекрасным и желанным.

Не мне.

Кайе.

— Пропусти меня. Я... — дыхание участилось, и внутри все завязалось в тугой узел. — Она прорывается... — шепнула я, умоляя принца взглядом.

Но он не сдвинулся с места. Пространство наполнилось его гневом. Пальцы сжались на моих плечах, обжигая болью.

Вскрикнула.

Он приблизился. Его губы почти коснулись моих, и я вздохнула, отворачиваясь.

— Какой горячий парень... — протянула Кая. — На твоем месте я бы не думала и уже давно испробовала его.

Я всем телом ощутила ее желание. Она оставила попытки напрямую наполнить меня магией, но все еще была наготове.

Ты при первой же возможности сожрёшь его! — пыталась мысленно запереть ее, спрятать подальше.

— На одну ночь могу отложить пир, — делая одолжение, промурлыкала Богиня. — Ну или просто отдай мне контроль, и я сама повеселюсь с ним. Он даже не заметит подмены.

Будь так добра... оставь меня хоть на пять минут!

— Какие мы нежные...

— Как бы она ни прорывалась... — говорил Рей шепотом, соблазняя каждую мою клетку своим теплом, — ты сильнее. Потому что это твое тело, а она просто гость...

Я сжала кулаки. Пальцы снова закололо. Богиню обидели его слова, и она попыталась вырваться.

— Я покажу тебе гостя! — кричала она, и меня рвало напополам. Все тело затряслось, напряглось. Я даже перестала дышать.

Не смей! — кричала ей в ответ.

Закрыла глаза. Рейнар что-то говорил, но я не слышала. Все мое внимание было внутри. Сейчас оно принадлежало Кайе. Ногти впились в ладони, по губе прошлась жгучая боль от укуса.

Сейчас ты успокоишь свой паршивый характер и будешь сидеть тихо! — я направляла на нее всю свою ярость. — Ты не тронешь никого, кто мне дорог. Не тронешь, пока я не позволю!

— Мелкая дрянь! — злилась Кая. — Ты ничего не понимаешь!

Объяснишь, когда мы будем одни! А сейчас заткнись и все свои желания оставь при себе!

Мысленно, выковав огромную клетку, швырнула Кайю внутрь, заперла на сотни замков и забросила ключи в самые темные глубины своего сознания.

Получилось.

Ненадолго.

Ощущала, как она скребётся изнутри. Но сейчас в моей голове была только я, мои мысли и мои желания.

Кинула взгляд на принца. Он был напряжён, а в глазах читалось полное непонимание.

— Ты вообще слушаешь? — спросил он, поднимая брови.

— Да... — вяло ответила я и хотела отойти подальше, но он слишком крепко держал меня. И, наверное, стоило сказать «спасибо». Иначе ноги бы не выдержали веса моего тела.

— Вальтер! — голос у двери заставил нас обернуться.

Там стоял парень в форме с двумя короткими мечами на поясе. Открыв дверь, он пустил в зал немного света и легкий ветер, который принес запахи с кухни. В животе предательски заурчало. Парень поднял руки вверх, возмущаясь:

— Я тебя уже час жду! Мы опоздаем!

— Мне нужно идти, но я зайду к тебе вечером. И я не собираюсь держаться подальше! — бросил Рей, не отрывая от меня взгляда.

Почувствовала, как он напрягся на секунду, а потом развернулся и ушел. Почти убежал.

Смотрела ему вслед и осознавала, как между нами медленно росла стена. Стена, которую он упорно ломал, а я отчаянно воздвигала.