Меггана Эльдрант. Ранее.

Фреду становилось лучше с каждым днем и я не могла не радоваться. Только чары императора давили на меня с такой силой, какой я не ожидала.

Элоуэн рассказывала, что это небольшой дискомфорт. Словно каждый день у тебя забирают крупицу магии, но она почти сразу приходит в норму.

Сейчас моя магия в норму не приходила.

Но каким-то чудом у нас получилось зачать ребенка.

Я хотела обрадовать Фреда, но он был занят делами континентов и теперь собирался в Солариан.

— Будь осторожен в пути.

Я поцеловала мужа на прощание с глубоким вдохом.

Как только ворота за ним закрылись, пустота окутала меня полностью. Раньше, еще до встречи с Фредом, даже до встречи с Элоуэн, я любила эту пустоту, наслаждалась каждой секундой. Ведь война не давала возможности вдохнуть полной грудью. Не давала успокоения.

Но теперь... теперь моя любовь к Фредрину не знала границ, и расставаться с ним неизвестно насколько, хранить маленький сюрприз под сердцем — оказалось мучительно с первой секунды.

— Ваше Величество, народ ждет аудиенции, — сказала женщина за моей спиной.

Клара — та, кого я сделала своей правой рукой. Один из советников Фреда оказался лживым и жадным человеком. Не понимаю, как король не замечал этого.

Тронный зал встретил шумом голосов, которые тихли как только я проходила мимо, и сразу же начинались снова за моей спиной.

— Ее Величество королева Тарвелда Меггана Эльдрант готова выслушать каждого, — громко начала Клара, стоя на самой нижней ступени подиума.

На поясе у нее всегда висел меч. А тело покрывали металлические латы, но не громоздкие. Они скорее были для виду, чем для защиты. Но я знала, что защита ей не нужна. Эта женщина прошла войну, не получив ни одного шрама, и была искуснее любого гвардейца континента.

В центр вышел старик. Его руки дрожали, а голос был такой тихий, что мне приходилось щуриться и наклоняться вперед, поворачивая голову, чтобы хотя бы понять смысл его слов.

— Ваша милость, я приехал из города Вельн. И мы бы хотели просить у вас разрешения построить мост через реку Каэль. Не все наши люди способны оплатить корабль. Будь у нас прямая дорога, мы могли бы чаще бывать в столице и запасаться необходимым.

Мост решил бы проблемы этих людей. Но для магов это было бы мучительно. Каэль не простая река, у нее свой характер и своя собственная магия, которая не подчиняется ни магам, ни природе.

Я глубоко вздохнула, выпрямляя спину.

— Спасибо, что проделали такой путь. Обратную дорогу вам оплатит дворец. И покроет все ваши расходы. Берите то, что вам необходимо и то, что может понадобиться вашему городу в ближайшем будущем. Над вашей просьбой я подумаю.

Даже если бы у реки не было того, что есть сейчас, ее течение слишком сильное. И строительство оказалось бы очень рискованным, может даже невозможным.

После была женщина из Лорана. Она просила целителя в город, потому что их скончался неделей ранее, а больных становится больше.

Если бы все было так просто.

— Я отправлю гонцов к королям и узнаю, что можно сделать. Если через неделю у меня не будет постоянного целителя для вас, я приеду сама на некоторое время и сделаю все возможное.

Женщина почти заплакала, освобождая место для следующего. Парень просил о работе. И еще с несколько дюжин человек просили о том же. Старушка пришла с просьбой приставить к ней какого-нибудь молодого работягу, который мог бы продолжить ее дело. У нее не было семьи, не было наследников, но были огромные поля, кормившие весь Арнис.

Потом еще. Еще. Еще.

Я потеряла счет времени, счет людей, с которыми говорила. Голова словно плавилась, а плечи так ныли, словно на них лежал огромный валун. Под сердцем кольнуло и я с трудом смогла сдержать страх в глазах. Каждую секунду я думала лишь о том, чтобы мой ребенок оказался здоров и жив, чтобы чары не смогли повлиять на его развитие.

Солнце уже садилось, когда в зале осталось всего три человека.

Усталость давила на все тело. И чары императора ощущались сильнее всего именно в такие моменты. Будто под кожей, кроме твоей магии, есть еще кто-то, кто безжалостно гоняет ее по венам, откусывает по кусочку и довольно скалится, а потом снова пускается в погоню, словно это безобидная детская игра.

— Ваше Величество, — начал мужчина, поклонившись, но не сказал больше ни слова.

— Я вас слушаю, — тихо произнесла я, убирая волосы за ухо.

— Это мы вас слушаем, — сказала женщина за его спиной.

*****

Зал вдруг стал тесным. Воздух потяжелел настолько, что каждый вдох приходилось будто отвоёвывать.

Я никак не могла заставить себя поверить, что разговор действительно происходит. Слова звучали. Складывались в предложения. Доходили до слуха. Но разум отказывался принимать их.

— И что мне теперь делать? — спросила я наконец.

Даже война не выбивала почву из-под ног так безжалостно.

Парень, сидевший прямо на ступенях подиума, лениво пожал плечами.

— Ты, конечно, можешь отправиться к ней, — он удобнее расположился на ступенях, — но чары с такого расстояния не сможешь сдержать.

— Или, — продолжил за него мужчина, — можешь остаться здесь.

— А как же свадьба? Элира ждет меня.

— Значит, будет ждать напрасно, — вмешалась женщина, молчавшая все это время.

Три человека.

Три Бога, пришедшие предупредить... и напугать.

— Ей будет сложно. Она понесёт разрушение не только во дворец, но в свою собственную жизнь, — лениво протянул парень, закидывая голову назад.

Бог грани — Кайл. Тот, кто стоит на границе между жизнью и смертью. Тот, кто забирает себе юность у тех, кому было не суждено родиться.

— Ну, не все так плохо, — улыбаясь сказала женщина, — просто немного потеряется. С кем не случалось?

Богиня непрожитых судеб — Вельма. Второе доказательство того, что с моим ребенком что-то не так.

Челюсть дрогнула. Слеза сорвалась раньше, чем я осознала, что плачу. Руки легли на живот и монотонно ходили кругами, словно пытались коснуться ребенка через кожу, чтобы запомнить его лицо, его маленькие ручки...

— Ты можешь попытаться спасти своего ребенка, — начал мужчина, — Или можешь попытаться помочь чужому.

Бог времени — Крован. Тот, кто сможет на время сдержать чары, чтобы я могла быть рядом с Элирой.

Тишина стала почти осязаемой.

Трое.

Три Бога.

Они пришли...

Нет.

Не поэтому.

Крован посмотрел на меня так спокойно, будто произносил истину, существовавшую задолго до нашего рождения:

— Твой сын все равно не увидит этот мир.

Я покачала головой.

— Нет... — с губ сорвался короткий, почти истерический смешок. — Ты ошибаешься.

Крован молчал.

— Вы же Боги... Вы можете ошибаться? Ведь можете?!

Никто не ответил. И внутри все скручивалось в тугой узел. Я сделала шаг вперед. Потом еще один.

— Если дело во мне... заберите мою магию. Заберите жизнь.

Кайл сидел на ступеньках, не смотря в мою сторону. Крован отвернулся к окну, словно даже не слышал. И только Вельма смотрела мне в глаза. Но не было в ней сочувствия, жалости — ничего, что могло бы вытянуть меня из глубины.

— Хотите годы? Заберите годы. Хотите память? Хотите мое имя? Хотите, чтобы меня забыли? Заберите все... — голос дрогнул. — Только не его...

Пальцы вцепились в ткань платья на животе так сильно, что ногти прорвали шёлк.

— Он же еще ничего не видел... — воздух перестал доходить до легких. — Он не видел солнца... — слезы уже невозможно было остановить. — Он даже не сделал первый вдох...

Мир расплылся.

Каменный пол встретил меня раньше, чем я успела выставить руки.

Я обняла живот обеими руками так крепко, словно могла удержать его внутри себя.

Словно если прижму сильнее... смогу спасти его.

— Пожалуйста...

Не знаю, к кому я обращалась.

К Богам.

К миру.

Ко времени.

— Я мать... Не заставляйте меня выбирать...

Боги молчали и до меня наконец дошло: они пришли не предложить выбор, они пришли сообщить, что его больше нет.