В результате, в деревню мы потопали с дядей Колей. Но спиной я чувствовала, что Вадим где-то поблизости. Незримо сопровождал. Действовал по шпионским законам. Такая таинственность удивляла. Поначалу она, может, и была уместна, вызвать интерес, задурить голову девчонке. Задурил, признаю. Вадим умный, наверняка понял, что я в него по уши влюбилась. Зачем продолжает игру в появления-исчезновения?

— Дядь Коль, я на вертолете хочу покататься, есть такая развлекуха поблизости?

— Ох, ты и придумала, Мика. Какие вертолеты в нашей глухомани?

— Ну что-нибудь должно быть? Чтобы сверху побережье увидеть.

— Придурки с горы сигают на парашютах, это что ли? Или еще по берегу бегут-бегут, а потом взлетают.

— Сойдет. Где они обретаются?

— За деревней есть. Но они с утра там. У нас переночуешь и полетаешь. Только дорого они просят за полет.

— Переночую, — вопрос денег я решила не трогать.

— Вот и отлично. Зайдем на базар, порадуем благоверную мою. Наверно, уж расторговалась.

Из вредности я согласилась на ночевку. Хочет Вадим поиграть в прятки, я тоже умею. Да и смысла не было возвращаться в хижину. Ничего ценного в чемодане нет, заветную папку я хорошо спрятала, документы и деньги держу при себе всегда. Гости очухаются, уберутся восвояси, тогда и вернусь. На досуге подумаю получше, откуда Гиви с Ростиком упали на мою голову. Упали и прилипли.

Досуга для размышлений мне, к сожалению, никто не приготовил. В деревне меня ждал еще один сюрприз. Рядом с домом дяди Коли и тети Маруси топтались трое. Алька в самодельном пятнистом сарафане и соломенной шляпе, Алькина бабушка Варвара Степановна в таком же сарафане и кружевном беретике, обе с чемоданами, и поодаль Серега, местный герой, по совместительству, кузнец с кулаками как гири.

Насмешила своими планами саму себя. Не иначе, как сглазили меня ведьмы морские, если такие бывают. Мой отпуск стремительно превращался в полосу препятствий. Вместо созерцания закатов — пирушки, вместо одиночества — гости за гостями, вместо поисков клада — чужие проблемы. Уж Варвару Степановну я точно не ожидала увидеть. Да и Алька, бросившая диссертацию, вызывала подозрения в нормальности.

— Элька! — подружка бросилась мне на шею. — Как ты тут?

— Полчаса назад считала, что все неплохо.

— Вот! Я говорила, что Элька обрадуется. Сейчас у тебя все будет офигенно.

— Как прошла предзащита? — задала я коварный вопрос, чтобы хоть немного угомонить Альку.

— Никак. Ее перенесли на осень. Представляешь?

— Профессура злодействует?

— Некоторым срочно понадобилось на конференцию за бугор поехать.

— Плюнь.

— Да я уже отпереживала. Рыдала целый день, а потом решила, что не стоят они моих страданий. Ты же вот задвинула физику, хотя самая способная была, и ничего, небо на землю не упало. Можешь себе позволить отдых на море. В общем, мы приехали! — отрапортовала Алька. И на всякий случай все же поинтересовалась. — Ты рада?

— А что мне остается? — я ткнула пальцем в Серегу. — Познакомься, это Серега, кузнец тебе для сеновала. Или вы уже познакомились?

— Одичала ты тут, Элька, без цивилизации, — Алька покраснела, но я-то видела, что поглядывала она на Серегу с интересом. — Вовремя я приехала, еще можно процесс вспять повернуть. Показывай хижину.

— Хватит одной дикой, ты с бабушкой будешь у дяди Коли жить.

— Бабушка да, а я…

— И ты да, — с нажимом ответила я.

— Ну хорошо, — сразу сдулась Алька. Догадалась, что спорить со мной не надо. Годы дружбы научили.

— Серега, ты чего там как неродной, иди к нам. Девушка нуждается в помощи, — чему я искренне радовалась, так это тому, что у подруги будет компаньон, а у меня — свобода.

— Я завсегда готов помочь, — ринулся к нам Серега, схватил оба чемодана и выжидательно на меня уставился. — Куда нести?

— А фрукты дорогие? — Варвара Степановна проявила деловую хватку. — Алевтине витамины нужны.

— Витамины тут пачками в саду, только вас дожидались, — обнадежила я и устремилась в дом. — За мной!

Пока мы болтали, дядя Коля успел привести с рынка тетю Марусю и началось великое заселение. Нам с Алькой комната уже была готова, для меня берегли. Варваре Степановне нашелся закуток на первом этаже. Потом состоялся праздничный ужин, я наелась на три дня вперед, потом мы горланили задушевные песни, потом мы с Алькой улеглись спать, но болтали о своем о девичьем.

— Аль, правду скажи. Про диссертацию.

— Спи, Элька. Глаза слипаются.

— Ясно. Оплату потребовали, натурой. А ты девушка честная, не смогла переступить через принципы.

— Я пыталась. Пришла даже на квартиру. Руку подняла, чтобы на звонок нажать. И тебя вспомнила.

— Ну, супер, — я невесело рассмеялась. — Мной уже можно детишек пугать. Налицо моральное разложение. За деньги, без лишних вопросов и проблем.

— Не об этом я, Элька. Ты не говоришь, но я же понимаю, что есть у тебя цель. Не только деньги. Врешь ты все, что за сладкую жизнь связалась с Кротовым. За идею! А я, получается, за сотню печатных страниц отдаться должна. Так мерзко стало.

— Что, совсем бедный? Дала бы взятку вместо тела.

— Как стукну сейчас, — Алька схватила подушку, но кидать в меня не стала. — Я предлагала денег, думала, что займу у тебя, но не согласился, гад. Я же ни с кем не валандалась на кафедре. Вот и решил за мой счет подняться. Имидж подправить. Трахнуть неприступную аспиранточку.

— Если позволишь, я с ним разберусь. По-свойски. В другую сторону ему имидж поправлю.

— Спасибо, Элька. Я знала, что ты так скажешь. Но нет. Пусть утрется. У меня сроки позволяют. Через полгода его функции секретаря закончатся, я смогу защититься в другом Совете. Ему тоже достанется, что предзащита не состоялась. Я еще и поэтому уехала. Не найдет он меня. Телефон дома оставила. И бабулю увезла.

— Героический ты экземпляр, Алевтина Юрьевна. Раритетный.

— Фигня. Давай про свои дела рассказывай, Микаэла Робертовна. Серега топчется у дома, кто еще?

— Спать пора давно. Глаза слипаются.

— Тоже мне, нашлась засоня. Рога наставляешь кротику своему? Да? Не делай мне тут невинное личико. Все я сразу поняла, как тебя увидела.

В наблюдательности Альке не откажешь. И в сообразительности. Ученый, как-никак. Но я решила не признаваться, что влюбилась в Вадима. Сегодня есть любовь, а завтра одни головешки. В конце концов, морской воздух, крепкий сон и прогулки украсят любую мордашку. Да и здоровое питание. Фрукты и овощи. Конечно, эти забубенные истины я не стала Альке растолковывать, чтобы подушкой не получить по голове.

— Расшифруй, подруга, что ты такое во мне увидела. За пару-тройку дней глобальных изменений произойти не может.

— Может. Ты похорошела. Прямо конфетка стала. Эльф с крылышками.

— Алька, куда еще-то хорошеть?

— Я тоже думала, что некуда. Но ты смогла. Если папик твой вдруг нагрянет… Не отмажешься.

— Не каркай, не надо папика, — по Кротову я не скучала совершенно. Его появление сломало бы мне все карты. Пришлось бы скоренько и не солоно хлебавши домой двигать.

— Завтра хижину покажешь?

— Вечером покажу. Днем будем летать. Аки птицы.

— С тобой хоть на юг, хоть на север, — сонно пробормотала Алька. — Спокойной ночи.

— Спокойной, ага.

Я закрыла глаза, но сон не пришел. Отвыкла, что ли, одна засыпать? Или наоборот, пристрастилась к таблеткам? И то, и другое меня огорчало. Зависеть от людей, вещей или еды я не хотела. Может волновалась о полете? Я уверяла себя, что совершаю его просто для галочки, чтобы перед собой отчитаться. Сделала все, что могла, и даже больше. Лукавила, конечно.

В конце концов, я на цыпочках спустилась вниз, в доме все спали, и вышла в сад. Черное небо и бледные звезды настраивали на лирический лад. Море было далековато, но воздух ощущался как морской, влажный и вкусный, дышалось легко. Я медленно шла между яблонь и груш к бане, там стояла лавочка. Посижу, помечтаю. Мои обещания, данные в первый день на берегу, так обещаниями и остались.

Внезапно резкая боль обожгла лодыжку, я чертыхнулась и отпрыгнула. Крапива, что ли? Надо будет днем выполоть. В следующий миг меня ткнули лбом в бревенчатую стену бани. Горячее тело вжалось в меня так, что не шевельнуться. До меня дошло, что это Вадим хлестнул по траве кнутом, привлекая мое внимание, и мне же досталось. Караулил ведь, придурок. А я почувствовала, если красиво сказать, его зов.

— Не спится? — одновременно спросили мы и рассмеялись. — Какая прекрасная ночь.

— Между прочим, ты мне больно по ноге врезал.

— Извини, — Вадим теснил меня к двери в баню. — Сейчас пожалею.

— Эй, хоть бы сказал, что приходи на сеновал, все дела.

— А ты хочешь большой и чистой любви?

— Кто ж ее не хочет?

Мы всего лишь проговорили юморной диалог из популярного фильма, но между нами словно пролегла пропасть. И мне, и Вадиму стало понятно, что игры закончились. Нам не удастся сохранить наши отношения в рамках курортного романа, если мы сейчас не остановимся. Я вывернулась из рук Вадима и села на лавочку. Я-то смогу, пусть не сразу, завершить историю с Кротовым. А Вадим? Что у него за спиной?

Могут быть и жена, и дети, и любовниц целый выводок. Надоели все, приехал побыть один. Эта версия хромала на все лапы — Вадим слишком был осведомлен о моих привычках. Он приехал побыть не один, а со мной. Мне бы насторожиться, а я втрескалась по уши. И даже не сумела этого скрыть. Вадим тоже не сумел скрыть, что злится на меня из-за приезда Альки, а может еще и за Кротова бесится.

— Ко мне подружка приехала, — спешно начала я обычную беседу, чтобы притушить заминку и сгладить неловкость. — Завтра буду ее развлекать. Хочешь с нами? Полетаем на парапланах, потом искупаемся, в кафе посидим.

— Параплан часть грандиозного плана? — усмехнулся Вадим.

— Кто на отдыхе про планы думает? Только про парапланы.

— Ты думаешь. Ты очень продуманная дама, Микаэла Робертовна. С хорошими тылами.

— Да, у меня есть покровитель, если ты об этом. Я тебе докладывала про папика, — я привирала, про папика Вадим знал до нашего близкого знакомства, — А у тебя есть жена? Или невеста? Просто девушка?

— Нет жены. Насчет девушки не уверен. У нее покровитель.

— Загадки твои мне непонятны. Ночью голова плохо соображает. Про тылы можно поподробнее? — я по-дружески пихнула плечом Вадима, севшего рядом. Большой и чистой любви не предвидится, к сожалению, будем шутейно общаться.

— Гиви и Ростика наняла для твоей охраны некая гражданка Беккер. Знаешь такую? Наверняка знаешь, фамилия не так чтобы Иванова.

— Для охраны? Но они же меня обидеть хотели, а ты заступился, — ну, тетя, ну и вредитель. И секретчица заодно. Вадиму я поверила, тетя вполне способна любую фигню учинить. — Как ты узнал?

— Элементарно. Пробил номера из их телефонных книжек.

— Номер гражданки Беккер я бы узнала, — проворчала я, пытаясь выиграть время. Куда я направилась отдыхать, тетя догадалась. Завела себе новый номер и специально дала парням противоречивые инструкции, чтобы сбить меня с толку. Ясно, с чего вдруг парни подобрели. — Это моя тетя.

— Не отказался бы я от такой заботливой тети.

— Забирай. Она, правда, любит горячительные напитки в любое время суток, но зато с ней не соскучишься. И, по крайней мере, один из нанятых охранников найдет свое жаркое счастье с Маринкой.

Приезд Альки заиграл новыми красками. Про диссертацию она не наврала, старый ученый козел имелся, но идею об отдыхе со мной кто-то должен был ей подсказать. Гражданка Беккер запросто могла посоветовать Варваре Степановне направление, а дальше все само закрутилось. Только зачем тете столько предосторожностей? Почему мой отпуск всем вдруг стал интересен? Так и Кротов заявится, не запылится.

— Мика, я не могу о себе пока рассказать, — Вадим обнял меня за плечи, выдергивая из задумчивости, и поцеловал в висок. Так целомудренно, что захотелось вдарить ему со всей силы по физиономии. — Прошу не копаться в моей биографии.

— Тайное всегда становится явным. Я не буду копаться, само всплывет, — естественно, я сразу подумала, что Альке для тренировки мозгов нужны заковыристые задачки.

— Это так. Но лучше позже.

— Тогда разбегаемся по норам, — я встала и снисходительно взлохматила Вадиму волосы, понимая, что он еще больше психанет. — Спокойной ночи. Спасибо за информацию про тетю.

— Иди-ка сюда, — Вадим усадил меня к себе на колени. — Скажи, зачем ты приехала в эту глушь?

— Тебе не кажется странным твой вопрос? Пять минут назад ты попросил не лезть в твое прошлое. В мое, получается, лезть можно?

— Я лезу не в твое прошлое, Микаэла Робертовна, а в твое будущее, оно меня волнует.

— Прими к сведению, я чрезвычайно дорогой специалист по строительным инвестициям, тебе не по карману, — мои попытки сбежать не увенчались успехом, Вадим был гораздо сильнее. Он легко удерживал меня и даже покусывал за мочку.

— Ты моих карманов не видела.

— Не видела. Показывай, если там не пусто. Тогда, может, соглашусь провести с тобой пару часов в бане. В залог будущих пятизвездников. Если уж мое будущее тебя волнует.

— Согласишься на баню? Да кто тебя спрашивать-то будет?

Вадим осуществил-таки свой первоначальный план, затолкал меня в баню. Там было тепло, горячая вода еще не остыла, но о том, чтобы попариться речь уже не шла. Свет давала тусклая лампочка в предбаннике, я замешкалась, надо ли раздеваться, что еще за ночное купание, зачем оно. Вадим не раздумывал, сложил свою одежду на лавку, в следующую секунду оставил меня без шорт и футболки.

— С гуся вода, — зловеще захохотал Вадим как дьявол из фильма ужасов и окатил меня водой из тазика. — Как приятно тебя намыливать, клубничка. Ты милашка, каких поискать, понимаю папика твоего.

— Выражения выбирай! И руки не распускай, — проворчала я. От Кротова нормально было слышать про клубничку и милашку, а от Вадима нет.

— Да как удержаться-то?

— Скрипя зубами! — и эта фраза Вадима меня раздосадовала.

Вадим больше дразнил меня, чем намыливал. Ласково трогал в интимных местах, гладил скользкими ладонями ягодицы, прижимался и терся об меня всем телом. Я кокетничала, отталкивала Вадима, но всерьез не сопротивлялась. Мне нравилась эта игра и было понятно, чем она вскоре закончится. Я смывала с себя пену, предвкушала итог помывки и улыбалась. О безопасности подумала только, когда скрипнула дверь.

— Мика! — на пороге стоял Павел Евгеньевич Кротов собственной персоной.

— Оу, — я потеряла дар речи.

Увидь я Альку, дядю Колю, Маринку, бородачей, да кого угодно, я бы удивилась меньше. По включенному телефону можно точно определить локацию, только зачем это делать вот так, тайно? Кротов бросил акционеров, чтобы поймать меня на измене? Ну так ведь не поймал. Мыться в бане с парнем можно и просто так, без сексуального подтекста. Нагота не доказательство. Кротов перевел взгляд на Вадима и заморгал.

— Вадим? Откуда ты здесь?

Я онемела второй раз. Кротов и Вадим знакомы? Бывшие партнеры по бизнесу? Конкуренты? Поэтому Вадим приехал, чтобы понять, как подобраться поближе? Или я ошибаюсь? В полутьме, наконец, открылось то, чего я не определила при ярком дневном солнце. Просто представить не могла такого варианта. В паспорте Вадима не было отчества и фамилия другая. Но Павел Евгеньевич и Вадим походили друг на друга как отец и сын.

— Привет, пап, — Вадим, казалось, ничуть не удивился встрече. — Вода еще горячая. Ополоснись с дороги.

— Не буду вам мешать разговаривать по-родственному, — я бочком протиснулась мимо Павла Евгеньевича в предбанник. — С легким паром.

— Мика! — Кротов не успел меня остановить, я пулей вылетела из бани, забыв про шорты, и укрылась в доме. На Альку я могла положиться как на себя, никого она ко мне не подпустит на пушечный выстрел.