*Федеративная Республика Сомали, регион Банадир, город Могадишо, у отеля «Гулид», 23 сентября 2028 года*

Отель «Гулид» основательно укреплён, как я посмотрю. Вокруг участка построена крепостная стена, частично из бетонных плит, а частично из кирпича и стальных балок.

Как сказала мне Настюха, в этом отеле заседал очень важный хуй из местной власти — премьер-министр Хамза Абди Барре, собственной персоной, при батальоне из бригады «Данаб», которая считалась СпН Сомалийской армии.

Настюха жила в этом районе города и считалась зажиточной, до того момента, как в дом её семьи не ворвались бравые спецназовцы, которые совсем слетели с катушек, когда премьер-министр съебался на вертолёте в неизведанные дали. Он, прямо как Карлсон, обещал вернуться…

Отца и двоих братьев Настюхи убили, а её с матерью взяли в сексуальные рабыни, а потом её продали полевому командиру Кураж-Бамбея Мансуру Осману Габаане, которого, в конце концов, разъебала группировка Рубля, в которую входила группа Харуна.

И Рубль — это не прозвище в честь нашей железобетонной и непотопляемой денежной единицы, а местное имя, означающее «приносящий дождь».

В общем-то, после гибели Дольче Габбаны, Настюха досталась Рублю, поэтому переехала в укреплённый Супермаркет, где её драли практически круглосуточно, но зато кормили.

А потом Рубль погиб в неравной схватке с КДшниками из соседней группировки Кураж-Бамбея, его группировка распалась на шесть частей, которые сразу же начали воевать между собой.

Победителем оказалась группа Харуна, которая и забрала себе все трофеи. Раньше у них было сорок с чем-то сексуальных рабынь, но к моему прибытию их всех уже съели, и остались только трое.

Хабуун, Амаль и Настюха очень слабо представляют себе, кто именно сидит в отеле «Гулид», но уверены, что это такие же каннибалы, поэтому в контакт с ними лучше не вступать.

Я решил, что контакт нужен, чтобы не мешали мне заниматься личными делами — я собираюсь шастать по этому городу в поисках всяких ништяков и не могу таскать за собой трёх беременных женщин, поэтому надо определиться в наших отношениях с этими ебобо.

Подхожу на дистанцию около сотни метров до крепостных ворот и смотрю на то, как негры, стоящие часовыми, не видят меня. Я присмотрелся — нет, они не дрочат и не спят.

— Дарова, православные! — приветствовал я негров и помахал им руками. — То есть, правоверные!

Они дёрнулись, всмотрелись в мою сторону, а затем вскинули автоматы и направили их на меня.

— Я хочу поговорить с вашим старшим! — сказал я им. — Советую опустить оружие — не стоит начинать наше общение именно так! Кстати! Вам знакомы эти люди⁈

Вытаскиваю из мешка в тележке связку голов.

— Это Намджун, Чонгук, Чингачгук и Гойко Митич! — перечислил я имена, покрутив связку. — Они попытались ёбнуть меня, но меня невозможно ёбнуть, господа! И вы лучше даже не пытайтесь, потому что я недавно начал коллекционировать головы своих врагов!

Но они молчат и продолжают направлять на меня оружие.

— СТАРШЕГО КО МНЕ, БЛЯДЬ! — разъярённо рявкнул я.

Головы уже начали протухать, потому что жара, к которой человеческие мозги очень чувствительны, но мне нужно было что-то, чтобы показать серьёзность и представительность моей персоны. Лучше, чем головы членов значимой группировки, не придумать.

Ворота открылись, и из них вышел очень модный КДшник, одетый в синий деловой костюм, сияющий под солнечным светом. На нём очки с жёлтыми линзами, в руке он сжимает трость с набалдашником в виде человеческого черепа из полированного металла, а на ногах он носит туфли из кожи под крокодиловую.

— Ты здесь старший? — спросил я его.

— Кто ты такой? — задал он встречный вопрос.

Осматриваюсь по сторонам, чтобы удостовериться, что я точно не в Одессе.

— Я спросил: ты здесь старший? — повторил я вопрос.

— Кто ты такой? — повторил он свой встречный вопрос.

Я снова осматриваюсь по сторонам и вижу, что я всё ещё в Могадишо.

— Я задал тебе вопрос, — произнёс я, уставившись на негра. — Лучше тебе ответить на него — так мы сможем продолжить диалог.

— Ты пришёл к крепости, держа в руках чьи-то головы, и требуешь старшего, — сказал на это негр. — Я хочу узнать, кто ты.

— Слушай, ты мне не пизди, пожалуйста, — попросил я его. — Ты знаешь, чьи это головы. И ты знаешь, что это значит. Отвечай на вопрос.

Я уже изучил окрестности и знаю, сколько тут КДшников — их всего дюжина и они далеко не самые сильные из тех, кого я встречал. Здесь есть только один КДшник, который выделяется, но передо мной стоит какой-то слабенький хуёк, с которым вообще можно не беседовать, так как он, по определению, нихуя тут не значит.

— Я здесь не старший, — сказал он, подтвердив мою догадку. — Меня зовут…

— Мне похуй, как тебя зовут, — перебил я его. — Зови старшего — с ним я и буду разговаривать. Лови мою визитку.

Бросаю к его ногам связку голов.

Он поднимает связку и уходит — да, он здесь в роли мальчика на побегушках и осознаёт своё положение.

Складываю руки на груди и ожидаю, пока не придёт местный босс. Часовые на стене до сих пор держат меня на прицеле, будто это может на что-то повлиять…

Достаю из кармана телефон и включаю игру «Angry Birds», которая до сих пор способна меня порадовать и развлечь. Самое лучшее, что есть в этой игре — это то, что от реакции в ней ничего не зависит.

Прохожу две карты, после чего ворота вновь открываются и ко мне выходит высокий негр, одетый, как царь во дворца: на нём полноценная шуба из песца, под ней белоснежная рубашка, на ногах у него бежевые кожаные штаны, а обут он в кожаные сапоги с высоким бортом. На шее, естественно, толстая золотая цепь, на которой закреплён золотой знак доллара, инкрустированный бриллиантами.

«Успех, богатство!» — подумал я, криво усмехнувшись. — «Статус, свага, (1) самец!»

— Ты здесь старший? — спросил я.

— Да, я, — ответил он. — Кто ты такой?

— Зови меня Студиком, — представился я. — Я пришёл договариваться о мирном сосуществовании. Надолго я тут не задержусь, поэтому терпеть меня вам предстоит недолго, но если будете охуевать, то пополните мою коллекцию голов — недавно я начал ощущать страсть к коллекционированию.

Мне не нравится его лицо — он смотрит на меня не как на равного. И опасности во мне он не видит, хотя уже должен почувствовать, что мы, действительно, не ровня.

— Что нам мешает убить тебя прямо сейчас? — спросил он.

А-а-а, теперь мне всё понятно. Его вообще не впечатлили те головы, которые я просил передать ему…

— Ничего не мешает, — ответил я.

В любом случае, мне так даже легче — замочу их всех, а потом вообще не буду думать о подлых ударах в спину, так как некому их будет наносить.

— Разрешаю — можешь начинать, — дал я ему добро.

Действительно, а хули мне договариваться с людоедами? На что я рассчитываю?

Совершаю рывок в его сторону, на ходу вытаскивая из перевязи саблю из слоновой кости.

Ходячий филиал сваги начал уходить вправо, поэтому совсем красиво снести ему башку не удалось. Лезвие перерубило ему шею почти наполовину, поэтому его башка легла ему на правое плечо, а затем он рухнул.

+2 очка опыта

Я прикончил его по-самурайски, во время беседы — для полной аутентичности нам надо было сидеть за столиком и пить сакэ. Но это Африка, поэтому никакого сакэ и застольных бесед…

Негры-часовые открыли огонь, но я уже двигался на сближение и запрыгнул на стену, с параллельным раздвоением одного из часовых с помощью сабли.

Второй часовой начал разворачиваться, а я уже применил рывок и врезался в него, с выставленной перед собой саблей. Смотрю в его выпученные глаза, а затем лёгким толчком ладони отталкиваю его и наблюдаю за его падением со стены.

Сабля покрыта людской кровью, которую я смахиваю одним резким движением, а затем спрыгиваю во внутренний двор.

На лавке у входа в лобби сидит какая-то беременная баба, замершая от ужаса, но я игнорирую её и вскидываю ПК.

Открываю огонь по лобби, в котором засели четверо КДшников.

Пулемётный грохот делает это утро бодрым, и оно стало для четверых челиков в лобби последним, так как я просто распорол их очередями.

Опыта за них не дали, что меня слегка расстроило, поэтому я опустил пулемёт и вновь вооружился саблей.

— Выходите, суки!!! — требовательным тоном воскликнул я. — Деритесь, как мужики!!!

Из окна третьего этажа выпрыгивает КДшник, покрытый крупной чешуёй, блестящей металлом. Наверное, апекс защитной способности.

Вооружён он обрезом и самопальным мечом, но это не очень важно, так как гораздо важнее то, что он является сильнейшим КДшником из местных. ЭМ-поле у него крайне интенсивно, что выделяет его на фоне остальных.

Он приблизился ко мне рывком и попытался разрядить обрез мне в лицо, но я тоже не стоял на месте и резко сократил дистанцию до экстремально близкой, поэтому мне не составило труда нанести рубящий удар по обрезу.

КДшник невольно выстрелил из обреза дуплетом, но куда-то в сторону, а затем получил удар саблей по шее, что не дало нужного мне эффекта. Похоже, что его чешуя неуязвима для режущего оружия…

Расходимся на пару метров, а затем он кидается в атаку, высоко подняв свою железяку.

Я вижу, что эта самоделка создана с учётом его высокой физической дури, поэтому весит она никак не меньше десяти килограммов, что совершенно непригодно для использования нормальным человеком. Но для физически сильного КДшника — в самый раз.

Уклоняюсь от вертикального удара и пробую порезать ему ведущую руку, но это тоже не даёт эффекта.

Меняю стратегию и бью КДшника кулаком по морде, а затем уклоняюсь от вертикального восходящего удара железякой. Он целил в мою правую ногу, что должно было снизить мою мобильность.

Удар кулаком по морде заставил его отшатнуться, что я использовал по максимуму и нанёс добавочную серию из шести ударов обоими кулаками, прямо в его харю.

Из-за того, что в правой руке у меня сабля, получилось больно, так как мой кулак был сжат неправильно, но это терпимо.

Клиент слегка поплыл, поэтому я продолжил усиливать натиск и снова нанёс ему серию кулачных ударов, а завершил всё мощной вертушкой, как Чак Норрис.

«Бля, жаль Чака…» — подумал я с искренним сожалением. — «Жаль, что он не дожил до зоошизы — стань он КДшником… Ну, зверям США настал бы полный пиздец. Он бы вырывал им хоботы и хвосты, отрывал бы им жопы и головы, заставлял бы их униженно ползать перед ним и кормиться с его ладони, а потом об этом сняли бы биографический фильм».

Оппонент не устоял на ногах и рухнул на спину, а я залез на него и начал превращать его лицо во взрослое пюре. Похоже, что против ударного оружия его защита пасует, поэтому он получает почти всю поступающую кинетику.

«Но человечеству не повезло, потому что последняя надежда ушла в могилу вместе с Чаком», — пришёл я к грустному умозаключению, а затем приставил остриё сабли к глотке противника.

Давлю на навершие, и остриё преодолевает броню противника, а затем заходит вглубь. Чувствую, как оно пробивает его шею и затылок, после чего утыкается в брусчатку.

+2 очка опыта

Поднимаюсь, ставлю ногу на грудь жертве и выдёргиваю саблю из её тела.

«Нет, это прикольная чешуя — надо бы рассмотреть возможность повыдёргивать её и проверить защитные свойства», — решил я и осмотрелся по сторонам.

Четверо оставшихся КДшников, наблюдавших за ходом поединка, верно оценили свои силы и дёрнули прочь, побросав всё движимое и недвижимое имущество.

Бросаюсь в погоню за ними, так как мне не нужна вообще никакая оппозиция в Могадишо. Я здесь буду единственным ёбарем-террористом, который ебёт и кормит всех живущих тут по воле моей, хе-хе…

Через неделю или около того, конечно, я оставлю Могадишо на поругание зверям, но до того момента тут всё будет так, как я решу.

Догоняю самого медленного КДшника, которым, естественно, оказалось то ничтожество, что вышло ко мне первым. Валю урода на землю рывком, после чего, не слушая его мольбы, перехватываю его шею и ломаю её резким разворотом.

Не дали вообще нихрена, но я ничего и не ожидал.

Осматриваюсь по сторонам и вижу ближайшего КДшника, который решил не бежать, а спрятаться в домике и пересидеть происходящий ужас.

Поднимаю тело только что убитого негра и бегу вместе с ним к дому, где спрятался мышонок. С разбега бросаю тело в дверь и выбиваю её, а затем врываюсь внутрь и быстро нахожу свою цель.

— Умоляю, не убивай!!! — успела заорать жертва.

Наношу прямой удар кулаком и проламываю грудную клетку. Чувствую, как мою руку глубоко царапает какой-то костью, но игнорирую боль и выдёргиваю кулак из внутреннего мира негра.

Это разрыв сердца, поэтому дальше он фунциклировать не сможет — он ещё жив, но очень скоро умрёт.

Отталкиваю его от себя и выхожу из чьего-то давно разграбленного дома.

Нахожу взглядом продолжающего бежать бедного негра, который уже отбросил мачете, чтобы ускориться хоть как-то.

Догоняю его за несколько десятков секунд и прыгаю на него, на лету снося ему голову саблей.

Последнего КДшника нигде не видно, что осложняет мне его поиски, но не очень-то сильно. Всё-таки, у меня есть УФ-режим, а сейчас полдень.

Рассматриваю следы всех уже умерших участников забега жизни, а затем возвращаюсь к отелю и обнаруживаю следы ещё живого бегуна, и просто иду по ним, не забывая посматривать на окружение в ЭМ-режиме.

«От меня невозможно уйти…» — подумал я, изучая следы бегуна.

Он бежит на максимальной скорости, в не свойственной ему манере, а это значит, что долго он так не сможет — это подтвердилось через шесть километров, когда он сильно замедлился.

Я начал настигать его, и он показался в ЭМ-спектре. Сейчас он просто идёт нетвёрдым шагом. Очень быстро догоняю его и валю в пыль.

— Это была хорошая попытка, — похвалил я его.

— Что я сделал тебе⁈ — спросил он. — Пощади меня!

— Это можно, — произнёс я. — А зачем?

На это у него не нашлось ответа, поэтому я проткнул ему череп саблей.

— Вот и всё, ребята, — сказал я и начал снимать с бездыханного тела золотые украшения.

Серебро, к сожалению, в современном мире не ценится, а вот золото стало беспрецедентно дорогим, поэтому есть практический смысл собирать его изо всех источников.

Проф говорил, что в итоге Фронтир должен стать главным держателем золота. Это позволит контролировать мировую экономику, которая, в случае её повторного возникновения, просто не сможет не принять золотой стандарт. И этот самый золотой стандарт будет сохраняться очень и очень долго — возможно, четыре-пять сотен лет.

Это ведёт к выводу, что каждый грамм золота, который я приношу в Волгоград, работает на будущее Фронтира.

— Так, дамы! — крикнул я, войдя во двор отеля. — Выходите во двор! И поторопитесь — у меня мало времени! А ты продолжай сидеть, где сидела — всё окей.

Последнее я сказал так и сидящей на лавке женщине лет сорока.

Всего тут пять женщин — видимо, дела у этих негров шли очень плохо, поэтому они употребили в пищу почти всех своих женщин.

Пока женщины решаются, слушать ли мой приказ, начинаю собирать золото с тел ранее убитых негров.

В отеле «Африк» я получил целых три дополнительных килограмма золота, которое негры Харуна хранили в качестве запаса. Это дохуя денег, вообще-то, во все времена, поэтому я очень доволен и ожидаю, что негры отеля «Гулид» тоже делали какие-то золотые запасы.

— Я СКАЗАЛ — ВЫХОДИТЕ!!! — рявкнул я. — НЕ ВЫНУЖДАЙТЕ МЕНЯ ИСКАТЬ ВАС!!!

Женщины, поддавшиеся внушению, начали выходить. Да, они тоже тут поголовно залетевшие — вряд ли покойные негры озадачивались контрацепцией.

Вообще, в Могадишо установился патологический процесс общественного доживания — они сильно вряд ли собирались оставлять этих детей в живых, потому что будущее тут не предусматривается.

Процесс вымирания, начатый тут в первый день зоошизы, не прекращался ни на минуту, поэтому негры просто доживали свой век, рассматривая женщин в качестве мяса для ёбли и мяса для употребления.

— Кто тут есть кто? — спросил я, рассмотрев всех женщин. — Имя и возраст.

— Меня зовут Аниса, — представилась тощая высокорослая женщина. — Двадцать лет.

— Лейла, тридцать один год, — представилась низкорослая женщина с большим животом.

— Ковсар, девятнадцать, — сказала женщина со шрамом через всё лицо.

— Дахабо, сорок два, — представилась болезненно тощая седая женщина.

По ней видно, что её пиздили чаще остальных — наверное, она считалась наименее ценной. Это она сидела на лавке и наблюдала за тем, как я ебу её бывших хозяев.

— Сафия, двадцать семь, — представилась последняя негритянка, у которой на левой руке не хватает среднего пальца.

Ну, общий вид их потрёпанный — эксплуатация была беспощадна, поэтому у многих есть сигаретные ожоги, шрамы от ножевых порезов, старые синяки, а также ссадины. И все они, естественно, голые — такая у местных фишка.

— Буду краток, — начал я. — Вы временно переходите под моё командование — у меня есть амбициозный план по эвакуации вас всех в город-герой Волгоград, к моим людям. Людей, с этого момента, есть запрещено, а питаться вы будете исключительно вяленой слонятиной. У вас начинается новый этап существования, который уже можно назвать жизнью. Но взамен я требую беспрекословного подчинения. Я ясно всё донёс? Ковсар, назначаю тебя старшей в вашей пятёрке.

Выбрал именно её я не случайно, а исходя из того, что именно в её глазах я увидел хоть какие-то признаки света надежды. Дахабо вообще потушенная, поэтому толку от неё будет немного, хотя всё может измениться с течением времени.

— Соберите мне все ценности — мы переезжаем в отель «Африк», — сказал я. — Тут мне не нравится.

Сборы ценностей сделали меня счастливым обладателем примерно четырёх килограммов золота, что меня очень порадовало и я начал чувствовать, что не зря мочил всех этих негров.

Помимо золота, я получил в своё распоряжение гранатомёт РПГ-7 и один выстрел ПГ-7ВЛ «Луч». Наверное, негры берегли его для особого случая, который в их жизни так и не настал.

Я тоже приберегу его для особого случая, который может настать на любом участке пути в Момбасу…

— Это что за хуйня? — спросил я, указав на обувь Анисы.

— Обувь, хозяин… — тихо ответила она.

— Это не обувь, а залупа бизона, — сказал я ей. — Найди кеды или кроссовки, а эту залупу выбрось.

Она надела моднявые туфельки с высоким каблуком, в которых, если возникнет такая надобность, не убежишь ни от чего. Даже от полупарализованного ленивца.

— Я быстро, хозяин! — заверила меня Аниса и зацокала обратно в отель.

*Федеративная Республика Сомали, регион Банадир, город Могадишо, у отеля «Африк», 23 сентября 2028 года*

— Это, справа налево, Ковсар, Аниса, Дахабо, Сафия и Лейла, — представил я новоприбывших. — А это, слева направо, Амаль, Хабуун и Настюха. Советую наладить вам всем тёплые взаимоотношения, потому что, как только я закончу с моей малышкой, вы будете ехать вместе в багажном отсеке. Я не буду терпеть мозгоёблю, поэтому ожидаю от вас взаимной терпимости и вообще, я хочу, чтобы это путешествие напомнило всем нам весёлую туристическую поездку, как в былые времена. Так, вы, пятеро — теперь вы переходите под командование Хабуун. И чтобы никто и никуда не уходил. В городе, со временем, станет ещё опаснее, поэтому будьте бдительны. Хабуун — накорми их всех и проследи, чтобы они нормально устроились. Выполнять.

— Слушаюсь, босс, — ответила Хабуун.

— Вот и славненько, блин… — произнёс я и направился к моей малышке.

Проблема с неграми решена раз и навсегда, но скоро я ожидаю прибытия каких-нибудь зверей из пригородов. Шакалы — это первые кандидаты.

Мяса с них не бывает, потому что они выработали в себе вещества, которые делают их неприятными на вкус, поэтому убийство их необходимо, но не даёт ничего, кроме морального удовлетворения.

Негры систематически мочили шакалов, поэтому последние держались подальше от обитаемых зон, но теперь их убивать некому, кроме меня, а я хочу поработать со своей ненаглядной малышкой…

«Сначала нужно налутать где-то инструменты и оборудование», — начал я составлять мысленный список дел. — «Но перед этим нужно позаботиться о защите моих активов, а для этого потребуются стройматериалы».

По-хорошему, надо переезжать в отель «Гулид», так как он выглядит более укреплённым, но там мне не очень понравилось, так как там слишком упорядоченная застройка, ну и, в целом, душа не лежит у меня к тому району.

Лучше заморочиться и укрепить «Африк», чем тащить всё нажитое непосильным трудом в «Гулид».

— Так-так-так… — произнёс я, подняв кабину и получив доступ к движку. — Ну, нужен будет подъёмник, а то заебусь кантовать…

Расходники и запчасти надо искать только оригинальные, упакованные и сияющие лучезарным светом провинции Гуандун.

— Настюха!!! — позвал я.

— Да, босс⁈ — вопросила выскочившая из лобби женщина.

— Я тут подумал… — заговорил я, погладив подбородок. — А хули вы сидите просто так? Даю вам фронт работ: я притащу воду и химию, а вы должны будете отпидорить салон и кузов малышки, а также привести в полный порядок багажное отделение. В багажнике вам жить, поэтому в ваших же интересах, чтобы там всё блестело, как жопа Дональда Трампа после заседания Еврокомиссии.

Багажник тоже придётся снять, чтобы наварить на него дополнительную секцию с толчком — им всем придётся срать в дороге, а останавливаться я не намерен. У меня в голове крутится идея сральника типа «гальюн», то есть, выступающая секция с отверстием в основании. Кто-то срёт, а говно падает на асфальт — это система «ниппель».

— Хорошо! — улыбнувшись, ответила мне Настюха.

— Всё, ждите, — сказал я. — Я вернусь через пару часов — будьте бдительны.

Примечания:

1 — Свага — от англ. Swag — происходит от слова swagger — «вызывающая или самоуверенная походка» — это, в новопидорском диалекте означает стиль, крутость, уверенность в себе. Имеется в виду не просто прикид, а также манера держаться, жестикуляция, отношение к жизни и так далее. В новопидорский этот термин проник в начале 10-х годов, через рэперов и прочих хип-хоперов, естественно, с Запада. В те времена это была просто калька «сваг», но почти сразу носители новопидорского диалекта начали иронизировать и выработали «свагу», которая означает то же самое, но в ироничной и пренебрежительной форме. А вообще, СВАГ — это Советская военная администрация в Германии — у этих ребят сваги было просто дохуя…