*Федеративная Республика Сомали, регион Банадир, город Могадишо, отель «Африк», 25 сентября 2028 года*

— М-да, блядь… — произнёс я, посмотрев на результаты своего титанического труда.

Похоже, что я чрезмерно увлёкся фортификацией — что-то накатила на меня какая-то апатия, из-за которой я и не заметил, как забаррикадировал первые два этажа и часть третьего.

Незадолго до фортификационных работ, я привёз сюда двадцать семь исправных солнечных панелей и организовал достойное электроснабжение отеля, чтобы были свет и электроприборы.

В группировке Харуна, как я понимаю, не было специалистов, разбирающихся в водоснабжении, поэтому насос наебнулся и перестал качать воду из скважины, а все эти негры жили за счёт накопленных в цистернах запасов.

Я потратил всего четыре часа своей жизни и восстановил водоснабжение, а затем потратил ещё шесть часов и починил фильтрационную установку, которая убирает у воды солоноватый привкус. Моему организму без разницы, какая у воды солёность, но лично мне неприятно, поэтому я захотел себе премиум-качество.

Премиум-качества воды добиться не получилось, но её солёность значительно уменьшилась.

Благодаря этой недолгой, но интенсивной работе, я, впервые за долгое время, сумел принять ванну, сбрил с себя солидно отросшую бороду, а также подстригся, воспользовавшись услугами Хабуун.

Теперь я выгляжу, как цивилизованный человек, а не чудовище из пустыни, но это расслабило меня, поэтому я, незаметно для себя, впал в этакую апатию — возможно, дело не в этом, а в чём-то другом, но впредь я буду лучше следить за происходящим со мной.

«Да это всё ебучий стресс!» — подумал я, отряхивая руки от бетонной пыли. — «Стоило мне почувствовать хоть какую-то безопасность, как я размяк и получил отходняки».

Признаки были и раньше — я периодически впадал в панички, кипишевал без повода, а также испытывал приступы упадка духа. Это не полезно для ментального здоровья, поэтому мою кукушку начало дёргать.

«Мне было нужно перезагрузиться», — решил я. — «Но пора и честь знать, блин — надо заниматься моей малышкой».

В отеле «Хилтон Гарден Инн Могадишоград» можно жить, я сделал это возможным, но надолго задерживаться в нём я не собираюсь.

Негритянки, как я вижу, приободрились и повеселели, потому что у меня нет привычки пиздить и насиловать, ну и калории тоже сыграли свою роль — они вышли из режима выживания, а это тоже напрямую влияет на бодрость духа.

Иду к уже отпидоренному до зеркального блеска тягачу. Моя малышка начала выглядеть лучше, чем в день нашей первой встречи, несмотря на то, что мы вместе проехали через всю Кению и часть Сомали.

— Студик, — обратилась ко мне Настюха, вышедшая из лобби отеля.

— Что такое? — спросил я, развернувшись к ней.

— Ты хочешь уезжать? — задала она вопрос.

— Конечно, блин! — ответил я. — Я же с самого начала говорил, что мы поедем в Момбасу — надо убираться с этого ебучего континента!

— А зачем? — спросила Настюха.

— В смысле, зачем? — нахмурившись, спросил я в ответ. — Потому что тут пиздец, Настюха! Мне так хуёво не было вообще никогда в жизни, как за время, проведённое в Судане и Кении! И это даже не говоря о том, что мне нужно к своим, а вам нужно в Волгоград — только там у вас есть будущее.

— Но всё же хорошо! — возразила она. — У нас есть вода, еда и электричество — о чём ещё мечтать?

— У вас всё это есть только потому, что я дал вам это, — напомнил я ей. — И это всё не навсегда. Тут же нет нихуя, Настюх! Я установил на крышу, буквально, последние солнечные панели в этом городе! А новые мы не произведём — можешь быть уверена! Нет, даже не рассматривай вариантов остаться здесь — это место губительно для всего живого.

— Но в Момбасе ведь может быть опасно! — выдала Настюха новый контраргумент.

— Не может быть, а реально так опасно, блин! — ответил я. — Я же не долбоёб — я не просто так не поехал туда, а вместо этого выбрал Могадишо! Но я просчитался…

Кто же мог знать, что город умирал так медленно?

— В Момбасе тоже может ничего не быть, — сказала Настюха.

— А может и не может, — ответил я на это. — Мы не знаем заранее, но проверить надо — если есть хоть малейший шанс на то, что мы сможем свалить отсюда морем, то его нужно использовать. А просто сидеть тут, как дебилы — ну, это путь к вашей смерти. Специально для тебя акцентирую: не моей, а именно вашей. Я-то выживу, потому что меня хуй убьёшь просто так, а вот вы… В любом случае, это не вам решать, как будет дальше — я уже вложил в вас свои ресурсы и вы мне обязаны. А это значит, что мы едем в Момбасу.

— Хорошо, как скажешь, — произнесла разочарованная итогом разговора Настюха.

Отворачиваюсь от неё и продолжаю копаться в движке.

*Федеративная Республика Сомали, регион Банадир, город Могадишо, отель «Африк», 29 сентября 2028 года*

— Ну, короче говоря, движок готов, — сказал я Хабуун. — Он нас точно не подведёт в дороге. Трансмиссия тоже в полном порядке.

Мне пришлось прочесать весь ебучий Могадишо в поисках запчастей к Бейбену 6×6 AWD — к счастью, мне удалось найти брошенного собрата моей малышки, на котором уцелели трансмиссия и движок.

Собрат малышки оказался почти новым, но его расстреляли в лобовуху и повредили приборную панель, руль, а также двери и дверные карты, поэтому я решил не предавать мою малышку. Вместо этого я «каннибализировал» расстрелянный тягач и заменил в малышке часть деталей.

Это была страшная работа, учитывая мой СДВГ, ведь китайцы много нахуевертили, в строгом соответствии с германскими технологиями.

В инструкции я узнал, что это, вообще-то, тягач на базе Мерседеса, поэтому есть надежда, что китайцы придерживались заданной планки и не факапили почём зря. Ну, моё успешное турне из Кении в Сомали уже говорит о том, что машина неплохая.

Теперь осталось самое неприятное — электроника… Я ненавижу автомобильную электронику, но проверить её нужно, чтобы ничего не сгорело в пути. Больше всего мне не хочется останавливаться посреди жопы Африки на вынужденный ремонт.

«И чем там ремонтировать мою малышку?» — спросил я себя. — «Говном и палками?»

Без особого энтузиазма приступаю к нелюбимой части работы, а негритянки сидят на лавках и наблюдают.

— Ёбаный рот… — прошептал я, наткнувшись на потрескавшуюся изоляцию.

Значит, я подобрал провода с хуёвой изоляцией, не рассчитанной на местную жару. Но это ещё хуйня, по сравнению с тем, что тут было до моего вмешательства.

Когда я готовил мою малышку к путешествию в Могадишо, мною был обнаружен такой колхоз, что я искренне удивился тому, как предыдущий владелец умудрился не сгореть нахуй. Тут была хаотичная лапша, с уже подгорающей изоляцией, которая только чудом не привела к возгоранию на трассе — я устранил весь этот винегрет и привёл проводку к образцовому порядку.

Но кто же знал, что я выбрал говённые провода? Теперь придётся полностью перехуяривать тут всё, так как я не могу рисковать и полагаться на авось.

— Дамы, — заговорил я, развернувшись. — Вооружайтесь и готовьтесь — я снова покидаю вас. Мне нужно найти подходящие провода с термостойкой изоляцией, а то этот пиздец вообще не годится. Вернусь сразу же, как найду. Удачи.

— Береги себя, Студик! — попросила Настюха.

— Эх, Настюх… — произнёс я. — Лучше о себе переживайте. Мне-то хули сделается? Но, тем не менее, спасибо за пожелание.

Покидаю участок отеля и направляюсь в район порта.

Да, там грабили всё миллион раз, но я нашёл там непочатую бочку антифриза, благодаря чему могу рассчитывать на то, что больше не придётся останавливаться на поиски этой бесценной жижи.

Это вселяет в меня надежду, что и провода я найду — кажется, я видел там что-то похоже…

Быстро добираюсь до морского порта Могадишо и начинаю упорядочивать хаос. До меня здесь было дохрена лутбоксеров, то есть, типов, которым в голову пришла охуительная идея поискать ценности в морских контейнерах.

Большая часть контейнеров содержит хуйню, которую разбросали прямо тут — керамическая плитка никого не возбудила, и всякие краски, лаки, сантехника, двери и окна, подержанные тачки, мебель и канцтовары тоже.

То, что раньше имело какую-то ценность, лежит разбросанным по бетону, разлагаясь под лучами беспощадного Солнца…

Но есть и абсолютно пустые контейнеры, в которых точно лежало что-то особо ценное. В прошлый визит сюда я изучил этот момент и даже нашёл бумаги, в которых есть сведения о том, что перевозилось в этих контейнерах — растительное масло, мука, консервы и всё самое актуальное в наши печальные времена.

И что очень важно, нашлись особо прошаренные мародёры, которые не поленились вывалить весь хлам из контейнеров — у меня есть гипотеза, что они искали контрабанду и, как я понимаю, иногда находили её, судя по косвенным признакам.

— Да-да, блядь… — произнёс я и полез в контейнер с автозапчастями.

В воде плещутся какие-то твари, с которыми я бы не хотел знакомиться — они выбрали внутреннюю гавань порта в качестве постоянного места жительства и хуярят там друг друга.

Я даже не пытаюсь понять, что именно это были за рыбы, потому что в воде происходит своя рыбошизная эволюция, порождающая уникальных тварей, практически не похожих на исходные варианты. У них ведь ещё и очень быстрое самовоспроизводство, поэтому эволюция идёт несколько быстрее, чем на суше — плохо жить в воде.

Наверняка, были долбоёбы из КДшников, которые выбрали мутации, предполагающие обитание в воде. Я им вообще не завидую, так как мне неизвестно, сколько нужно удачи, чтобы выживать среди таких тварей.

А вообще, у меня есть теория о том, почему среди способностей иногда выпадают те, что подталкивают тебя к уходу в море. Согласно этой теории, интерфейсу похуй, что подкидывать — он работает, как эволюция, то есть, просто спонтанно кидает в существ различные варианты, и то, что выживет — то выживет. Никогда ведь не знаешь, какая именно приспособительная мутация обеспечит тебе устойчивое выживание и процветание…

Так-то, я размышлял о своих мутациях и пришёл к выводу, что да, это круто в боевых условиях, но выживание — это не только постоянное ебашиво всех против всех, до последнего выжившего. Это ещё и столкновение с дефицитом калорий, воды, перепадами температур и так далее — что-то из этого, в долгосрочной перспективе, способно вырезать целый вид, который до этого был мегауспешен в межвидовой борьбе.

Это сложно, неоднозначно, но это эволюция.

Мне кажется, самым лучшим было бы выбирать только пассивные способности, которые не требуют расхода килокалорий на применение — они выпадают реже, но зато дают какие-то плюшки вообще бесплатно. Можно просто функциклировать, жить свою жизнь, и пользоваться ими, не расходуя много энергии, что очень круто и, как мне кажется, способствует устойчивому выживанию.

«Но анлимитэд пауэр — это гораздо круче и зрелищнее», — подумал я, отбрасывая какой-то японский движок в сторону. — «Что толку от пассивки, дающей тебе вторую жопу, когда по тебе хуярят молниями?»

И всё же, если в этом мире живёт КДшник, которому рандом подкидывал сплошь пассивки, то именно у его потомства есть неслабые шансы стать самым успешным подвидом человека.

Идут часы, я чешу контейнеры, рыбки плещутся в гавани, Солнце клонится к закату, а мне попадается всякий хлам.

Уже ближе к ночи, Фортуна решила сжалиться надо мной, и я обнаружил целый контейнер, набитый различной проводкой. Я сразу же подтаскиваю рохлю с поддоном — загружаю коробки с проводкой на поддон, после чего увожу её к прицепу, стоящему у КПП порта.

Очень быстро забиваю прицеп до отказа, а затем берусь за дышло и тащу всё это в отель «Африк».

— Всё тихо было? — спросил я у Настюхи, стоящей на крыше.

Она часовая, поэтому в руках у неё АКМ, из которого она хрен нормально постреляет, так как руки слишком тонкие и слабые. Но её задача — поднять шум, чтобы я услышал и решил все проблемы.

— Да, всё тихо, — ответила она.

— Отлично, — произнёс я. — Я нашёл дохуильярд проводов, поэтому есть высокие шансы, что удастся наладить нормальную проводку.

— Ты спать? — спросила Настюха.

— Нет, конечно же! — ответил я ей. — Мне вообще необязательно спать, поэтому я поработаю над малышкой.

— Почему ты называешь свой грузовик «малишкой»? — поинтересовалась она. — Это что-то значит?

Я называю мою малышку малышкой на русском языке, поэтому Настюха не понимает значения.

— Ага, что-то значит… — сказал я.

— Слушай, Студик, — произнесла она, решив сменить тему. — А почему ты хочешь именно в Момбасу, а не в, например, Джибути? Ты же сам говорил, что в пустыне безопасно.

— Это для меня в пустыне безопасно, а вам там пиздец, — покачав головой, ответил я. — А почему я не рассматриваю Джибути — да там 100 % были ебучие египтяне! Как минимум, они спиздили оттуда все суда, что были на ходу, а те, что не были, им выгодно было взорвать или затопить. Джибути же для них в близком доступе и султану должно было хватить ума, чтобы позаботиться о судах. Нет, в Джибути и все северные порты мне дорога заказана — надежда есть только на юг.

— Почему ты уверен, что они настолько тебя ненавидят? — спросила Настюха.

— Дело не в ненависти, а в чувстве самосохранения, — пояснил я. — Если… нет, когда я вернусь к своим, я наведаюсь также и в Египет — после меня там останется только выжженная пустыня! Я буду сеять там боль и смерть, безжалостно истребляя всех этих больных уёбков, считающих нормой рабовладение и гладиаторские игры! Пидоры! Ненавижу!

Выдыхаю и закрываю глаза.

— Ладно, иди внутрь — я сам тут справлюсь, — сказал я Настюхе.

Настюха кивнула и спустилась в люк на крыше, а я приступил к созидательной деятельности — впредь нужно внимательнее смотреть на то, чем я ремонтирую мою малышку.

Смотрю на модернизированный багажный отсек — я успел снять его с цистерны, а затем вернуть обратно, после чего меня осенило.

В Кении ведь нет проблем с топливом, так как эта проблема исчезла вместе с его потребителями…

Это значит, что нет никакого смысла везти топливо в Момбасу — я, буквально, привёз это топливо из Кении.

А уже это значит, что нахуй не надо везти цистерну обратно, а можно сделать по-умному: взять с собой примерно пять тонн топлива, на всякий случай, а всё освободившееся пространство использовать для увеличения комфорта поездки и прироста живучести моей малышки.

Для этого я отказался от цистерны и прицепил к моей малышке самосвальный полуприцеп, который я выбрал потому, что умный — обычные грузовые полуприцепы делают практически из фольги, тогда как самосвальные полуприцепы делают толщиной до 8 миллиметров.

Восемь миллиметров конструкционной стали — это аргумент, во всяком случае, звучит это надёжнее, чем стенка обычного грузового полуприцепа, сделанная хуй его знает из чего.

Конкретно в случае моего самосвального полуприцепа, который я налутал в порту, толщина борта равна 6 миллиметрам, что тоже неплохо, поэтому я начал строить из него бронекапсулу.

Дизеля у меня хоть жопой хлебай, в связи с чем не стало проблемой найти подходящий дизельный электрогенератор, сварочный аппарат и достаточно стальных листов, чтобы превратить этот полуприцеп в броневагон.

В передней трети этого броневагона я установил цистерну на пять тонн дизеля, а оставшиеся две трети площади я использовал для организации быта.

Я приварил в задней части, прямо у двери, сортир типа «гальюн», оборудовал склад для хранения моих пожитков, то есть, честно налутанных гранат, боеприпасов и оружия, а также организовал три двухъярусных кровати и одну двуспальную.

Жить в этой стальной коробке будет не очень комфортно, но я добавил туда телевизор и холодильник, а также кондиционер — питаться всё это будет от двух больших аккумуляторов и двух солнечных панелей на крыше.

А чтобы жизнь не казалась мёдом, я оборудовал по две бойницы с обоих бортов, для станкового оружия, которое нам предстоит захватить в Гариссе — раньше я был ограничен по массе и объёму, из-за чего у меня в кабине, под ногами и под сиденьем, лежали мешки с корпусами гранат.

Можно было, конечно, сразу сложить всё по-умному, но я не стал, потому что мне было лень, а теперь, с кучей дополнительных рук, мы утрамбовали всё в броневагон так плотно, что есть ещё дохрена места.

Борта броневагона я, кстати говоря, плотно увешал слоновьей динамической защитой, которая очень хорошо держит пули, а кумулятивные гранаты вообще выносит.

«Получился лютый чертолёт», — подумал я, продолжая возню с проводкой.

В общем-то, будь у меня команда из четверых КДшников, на такой жлыге можно было бы спокойно рейдить всю Африку — мы могли бы трахнуть каждого слона в саванне, а на обратном пути грохнуть всех львов.

Но это, в настоящий момент, не в моих интересах, потому что план мой остаётся неизменным.

Возвращаюсь мыслями к промежуточному этапу плана — к Момбасе. Этот город-порт выгоден мне не только потому, что там повышенные шансы найти рабочее судно, но ещё и потому, что даже если состоится былинный факап, я смогу довольно быстро добраться до Дар-эс-Салама, а если и там меня настигнет факап, то останется вариант добраться до Занзибара.

Это троекратно увеличивает вероятность нахождения рабочего судна — это самые лучшие шансы во всей Африке.

«Главное, мои активы будут в броневагоне не только в безопасности, но и поддержат меня огнём», — подумал я, нагревая термоусадку специальным феном. — «И в Момбасе, если мне повезёт, можно будет полутаться — посадить залётных на судно, а самому спокойно лутать город на предмет золота».

Меня преисполняет оптимизм, так как жизнь, постепенно, налаживается — уже есть хоть какая-то ясность и окружающий мир не выглядит таким беспросветно уебанским…

*Республика Кения, округ Гарисса, город Гарисса, казармы Модика, 3 октября 2028 года*

— Вот эта хуерговина — это AA-52, французское говно, которое они называли единым пулемётом, — сообщил я Сафие. — Калибр — 7,62×51 миллиметр НАТО. Вот это — цинк для ленты на пятьдесят патронов. Перезаряжается это оружие вот так…

Демонстрирую процесс перезарядки пулемёта, который я уже прикрутил к станку.

— Повтори при мне, — приказал я.

Сафия не очень уверенно начала повторять процесс перезарядки, но факапила на каждом шагу, поэтому мне пришлось повторить всё ещё три раза, прежде чем она сумела выполнить весь процесс без ошибок.

— А теперь ещё пять раз, — дал я приказ. — Остальные — внимательно наблюдаем! Если Сафию пристрелят или она решит рожать прямо в разгар боя, кто-то из вас должен будет заменить её!

Этот AA-52 я снял с танка AML-90, но он не единственное, что у нас есть.

— А вот этот красавчик — это легендарный М2 Браунинг, — сообщил я залётным, перейдя к следующей бойнице. — Калибр 12,7×99 миллиметров, то есть, он способен отрывать жопы. Стрельба из него производится следующим образом…

Этот пулемёт я извлёк из танка Виккерс Марк 3 — внутри танка была инструкция, как именно предполагалось использовать этот пулемёт. И способ его использования может удивить многих — это дальномерный пулемёт, то есть, он оснащён трассирующими патронами, по падению которых экипаж и должен был понимать, какую поправку нужно вносить в наведение основного орудия.

По сути, это обычный М2 Браунинг, поэтому мне ничего не помешало извлечь его и установить на станину.

Помимо Браунинга, я вытащил из Виккерса пулемёт FN MAG, который бельгийский, от известной фирмы, поэтому нареканий с моей стороны он не вызывает. Его я установил в бойницу по правому борту.

Вторым пулемётом на правом борту стал ещё один М2 Браунинг, вытащенный из второго Виккерса.

Больше мне в казармах Модика ничего не нужно, поэтому скоро мы тронемся в путь на Момбасу. Но прежде чем мы поедем, я должен научить беременных и нервных эксплуатировать все эти пулемёты.

«Плохо, что Сафия и Амаль находятся на поздних сроках», — подумал я, взводя Браунинг. — «Если они начнут роды прямо во время движения — ну, это будет неприятно».

Вообще, я набрал достаточно медикаментов, чтобы оказать помощь, но проблема в том, кто её будет оказывать. Из меня получается такой себе акушер-гинеколог, поэтому вся надежда на житейский опыт остальных залётных.

«Очень удобно было бы сказать, что это всё в руках господа, поэтому в этой ситуации мы, просто, наше, как это самое, мы уже, здесь наши полномочия — всё, окончены», — подумалось мне. — «Действительно, это пиздец, как удобно».

Достаю из патронного ящика ленту.

— Сильно беспорядочно шмалять не надо, — сказал я. — Патронов у нас, конечно, дохуя и больше, но они не бесконечные, поэтому надо стрелять очередями, а не напропалую, куда бог пошлёт. На нашем миролюбивом пути нам будут встречаться всякие свирепые твари, которые обязательно захотят убить и съесть нас. Но вот эта штука, разработанная и воплощённая в металле самим Джоном Мозесом Браунингом, может остановить большую часть из них. А на меньшую часть у вас есть я. Поэтому ссать можете, но только в специально отведённом месте — нормально всё будет…