*Республика Кения, округ Момбаса, город Момбаса, морской порт, 4 октября 2028 года*

— Мы здесь живём! — сообщил мне долговязый негр.

— Вы можете подгрести к причалу⁈ — спросил я. — Мне надоело орать во всё горло!

— У нас кончилось топливо! — ответил он.

— Это решаемо! — сказал я. — Дизель или бензин⁈

— Дизель! — ответил негр. — Но кто ты такой⁈

— После поговорим! — сказал я ему. — Сейчас я решу вашу проблему с топливом, а уже после будем прояснять все вопросы!

Вижу, что на лицах этих четверых появилась надежда — наверное, они тусуются на моём корабле уже очень давно и страдают от голода и жажды.

— Студик, — раздался из рации голос Хабуун. — Что происходит?

— Происходит добыча морского транспортного средства, — ответил я ей. — Сейчас я договорюсь с этими выжившими и мы придумаем способ свалить отсюда подальше, с комфортом. Просто сидите тихо — я всё разрулю. Окей?

— Хорошо, Студик, — ответила она. — Мы полностью в твоей власти и покорно принимаем твои решения.

У залётных очень сильно развито чувство чина — они стараются угодить мне, изо всех сил, чтобы я, не дай бог, не начал пиздить их и развлекаться с ними в извращённой манере. Ну, там, тушить о них окурки, наливать на них расплавленный воск и так далее. Всё это с ними уже было, потому что те ёбены-бобены, которых я убил, были больными на голову каннибалами-некрофилами.

— Да-да, как скажешь, — сказал я и направился к топливным цистернам.

Много топлива этим робинзонам давать нельзя, а то уплывут ещё, поэтому я решил, что надо дать ограниченную дозировку, которой хватит только на причаливание. А то будет очень обидно, если они решат свалить.

Никуда они, конечно же, не свалят, потому я сразу же перехуярю их из ARX-200 или из ПК, но нельзя допускать даже соблазна…

Понятно, что они не смогут далеко уплыть на тяговом буксире, в котором живут всё это время, но даже если уплывут недалеко, мне всё равно будет неудобно догонять их — не хочу тратить лишнее время.

«Между нами метров двести», — прикинул я расстояние. — «Наверное, нужно найти какую-нибудь байдарку с движком и направить её на автопилоте…»

Под автопилотом я подразумеваю точное наведение моторной байдарки на судно и фиксацию её руля. Таким образом можно добиться прямого попадания, а дальше эти типы сами поймают её и примут груз.

Самому мне плыть на гипотетической байдарке слишком опасно, так как деловые морды в гавани не упустят такую возможность. Они уже сожрали всех неудачников, оказавшихся недостаточно атлантами и не сумевших расправить плечи, и потому попавших в ловушку — это значит, что их тут слишком много…

— Никуда не уходите!!! — крикнул я неграм на судне. — Я скоро буду!!!

Направляюсь к складу контейнеров и начинаю вскрывать их, один за другим, с целью нахождения подходящей моим задачам байдарки.

Ну, не байдарки — мне нужна моторная лодка. Байдарка — это же, если я верно всё помню, что-то вроде вёсельной лодки, изготовленной из хуйни, типа пластика или углеродного волокна. Просто я в морском и речном транспорте шарю чуть лучше, чем в сортах винограда.

Фортуна облагодетельствовала меня только на четырнадцатом контейнере. До этого мне попадались, преимущественно, б/ушные японские тачки, унитазы, ванны, раковины, зерно, электроника, а потом я открыл контейнер и увидел настоящий катер.

Это двухместная хреновина с небольшим пространством для пассажиров или грузов, покрытая упаковочной плёнкой, вся такая новенькая и пахнущая резиной…

— О, Фортуна!!! — воскликнул я, посмотрев на безоблачные голубые небеса.

Я вспомнил о богине судьбы во время путешествия в Гариссу — когда-то в детстве читал сборник древнеримских мифов. Не было света, в Playstation 3 поиграть было нельзя, поэтому я в первый и последний раз обратился к бабушкиной библиотеке.

Тогда я начал читать «Сто лет одиночества», но мне оно прямо не залетело — какая-то мистическая ебанина, совершенно непонятная и написанная хуй его знает зачем и хуй знает кем.

Ещё я пытался читать какой-то «И всё-таки орешник зеленеет», про какого-то деда-банкира, который дохуя философствует, но мне это тоже не залетело.

Единственное, что мне хоть как-то понравилось — это книга «Легенды и мифы Древней Греции и Древнего Рима». Я прочитал примерно четверть, а потом свет дали и, собственно, всё.

Запомнилось из книги мне только то, что все эти планеты типа Марса, Венеры, Юпитера, Сатурна и Меркурия — это в честь древнеримских богов. Ну и Фортуна, конечно же — это богиня непредсказуемости судьбы и удачи, а также случая, которую римляне спиздили у своих соседей, точно таких же жителей Италии.

«И это великая ирония, блин — судьба непредсказуема и поэтому богиню спиздили», — подумал я и улыбнулся.

Ещё там что-то было о том, что у древних греков была Тюхе, отвечавшая за то же, что и Фортуна, поэтому Фортуну начали отождествлять с Тюхе.

В общем, я жалею о том, что в детстве был ебланом и не читал все эти книжки, которые так и остались стоять в шкафах бабушкиной квартиры.

«Может, если бы побольше читал, стал бы умнее и это помогло мне не попасть в ебучую Африку?» — задался я вопросом. — «Может быть».

Но Фортуна, сука такая, непредсказуема, поэтому никому и ничего не гарантированно. Возможно, из-за того, что я не читал все те книжки, я до сих пор жив — никто не знает наверняка, так как судьба могла крутануться вообще как угодно.

Размышляя о Фортуне, вытаскиваю катер и начинаю, так сказать, распаковку.

Прикатываю катер на пирс и устанавливаю его так, чтобы неграм на судне было лучше видно. Встаю за катером и разминаю шею.

— Привет! — воскликнул я, помахав им рукой. — Вы на канале Мистер Костя! Сегодня мы открываем неизвестный сюрприз! Что же у нас внутри⁈

Начинаю разрывать упаковочную плёнку.

— ЭТО ЖЕ КАТЕР!!! — выпучив глаза, воскликнул я. — КАТЕР!!!

Негры смотрят на меня со смесью ахуя, недоумения и страха. Наверное, они подумали, что я совсем ебанутый…

«Может, так и есть», — пожав плечами, подумал я.

Заканчиваю распаковку и рассматриваю новёхонький катер, на котором даже мухи ещё не еблись. Ну, если и еблись, то только в заводских условиях, а это не считается.

— Так, что тут у нас⁈ — спросил я, раскрыв приложенную к катеру инструкцию. — Блядь, тут всё на китайском! А, нет, вот на английском!

Внимательно читаю инструкцию и понимаю, что корпус катера изготовлен из стеклопластика, а движок питается бензином. С бензой у меня проблемы, так как в наличии имеется только дизель, но проблема решаемая.

Я нашёл пустую пятилитровую баклажку, вооружился шлангом и выкачал бензу из Ниссана Альмеры, стоящего на парковке. Бенза, скорее всего, выдохлась к хуям, поэтому движок может не потянуть.

Добытый бензин я профильтровал через дохрена слоёв марли, чтобы на них осталось как можно больше говна, а затем пошёл к моему броневагону.

— Спокойно, это я, — сказал я, постучав в дверь. — Открывать не надо — Настюх, дай мне бутылку со спиртом. Очень надо.

Настюха сбегала на склад и притащила оттуда 0,5 чистейшего медицинского спирта, одинаково пригодного как для смазки телесных, так и душевных ран…

— Спасибо! — поблагодарил я её, приняв бутылку через бойницу. — Одна ты меня всегда поддерживаешь, Настюх…

Возвращаюсь к моей полевой лаборатории, достаю из подсумка алюминиевый стакан, наливаю в него спирт, а потом выпиваю его залпом.

— Ух! — выдохнул я. — Вот! Теперь у меня рабочий настрой! Ха-ха!

Поправившись, приступаю к алхимии — разбодяживаю отфильтрованный бензин спиртом, добавив около 10 % доли последнего, чтобы не заруинить весь процесс. Этого должно быть достаточно, чтобы внести летучий компонент, который пропадает из просроченного бензина одним из первых.

«Должно сработать», — подумал я. — «Спирт приподнимет октаны с колен, что должно помочь со вспышкой».

Заправляю бензобак, а затем, следуя инструкции, привожу катер в боеспособное состояние и, наконец, напарываюсь на «неожиданную» проблему — аккумулятор.

— Да ёб твою мать! — воскликнул я.

Вновь иду на контейнерный склад и начинаю копаться в имуществе давно мёртвых людей.

Полтора часа поисков не привели ни к чему, поэтому я пошёл в город, чтобы посмотреть на крыши домов. Но далеко идти не пришлось, так как первое, буквально, первое здание, которое я увидел, выйдя с территории порта, уставлено солнечными панелями. Вся крыша в них и выглядят эти панели целыми — надо стереть пыль и можно юзать.

Демонтирую две панели, извлекаю из здания сразу два аккумулятора и быстро собираю на пирсе мини-систему энергоснабжения.

— Ща-ща!!! — помахав рукой, сказал я ожидающим развития событий неграм. — Всё будет!!!

Ожидаю, пока аккумулятор зарядится хотя бы на 15 %, но это заняло нормально времени — около пары часов.

У меня в броневагоне есть аккумуляторы, но я решил не жертвовать ими, потому что это лучшие из лучших, тщательно протестированные и обещающие служить очень долго. Лучше заебаться с зарядкой этого говна, чем терять их.

Я ведь всё ещё допускаю, что с кораблями в Момбасе всё наебнётся и мне придётся пилить в Дар-эс-Салам…

Когда аккумулятор зарядился, я установил его обратно в катер и, воздав хвалу Фортуне, в качестве предоплаты за нужную мне толику удачи, нажал на пуск.

Двигатель протарахтел натужное соло, а затем замолк.

— Нет, так просто это не закончится! — воскликнул я и повторил запуск.

Завестись этот новенький китайский движок, который я напоил смесью дохлого бензина и медицинского спирта, сумел только с третьей попытки. Он закашлял, как туберкулёзник в терминальной стадии болезни, но затем поймал ритм и заработал.

— Во-о-о-от! — торжествуя, воскликнул я. — Всё! Поехали!

Закидываю четыре канистры с дизелем в катер и креплю их ремнями к боковым стенкам. Это восемьдесят литров — двигателю их буксира этого хватит, чтобы пару раз чихнуть, ну и совершить в это время манёвр для причаливания к пирсу.

— Слушайте, как будет! — крикнул я неграм на буксире. — У вас есть багор⁈

— Да, есть! — ответил долговязый негр.

— Отлично! — сказал я. — Держите его наготове! Сейчас я спущу эту хуйню на воду и направлю её точно на вас! Нужно будет перехватить её багром и забрать топливо! Дальше вы заправляете свою тарантайку и причаливаете вот сюда! Справитесь⁈

— Да, справимся! — уверенно ответил мне негр.

— Смотрите, не обосритесь! — предупредил я его.

Точно навожу катер на судно, после чего запускаю его на первую передачу, два водомёта начинают работу, а затем я толкаю катер с пирса.

В воде, точно в момент, когда катер коснулся её поверхности, началась биржевая игра с участием самых солидных местных держателей капитала — они начали биться о борта и вгрызаться в них своими острыми зубами, но это не остановило катер.

Как я и запланировал, он продолжил движение к судну, а затем стукнулся о его борт и был тут же перехвачен багром.

— Цепляй за петли! — воскликнул я. — Я сделал петли на каждой канистре!

Негры поняли меня верно и вытащили ещё один багор, которым зацепили первую канистру и потащили её наверх коллективными усилиями.

— Жучка за внучку, внучка за бабку, бабка за дедку, дедка за репку: тянут-потянут, вытянуть не могут… — проговорил я.

Но негры — это тебе не дедка, бабка, внучка и жучка, а отборные выживальщики Момбасы. Они успешно подняли первую канистру, за ней сразу же потащили вторую, но обосрались на третьей — канистра рухнула в воду, утащив за собой багор.

— Долбоёбы!!! — выкрикнул я.

Канистра поплыла куда-то по течению, а багор ушёл на дно. Но канистре недолго было плавать, потому что на неё накинулись бизнесмены, видимо, из нефтяного сектора, которые вскрыли её и выпустили дизель в воду.

Наверное, им сильно не понравился вкус дизеля, так как они сразу же прыснули в стороны.

Долговязый негр решил рискнуть и отпустил катер, но сразу же зацепил четвёртую канистру, которую они и вытащили, взявшись за последний багор вчетвером.

— Да! — воскликнул я радостно. — Заправляйте аппарат и айда сюда!

Поддавшиеся эйфории негры исчезли под палубой, а я сел за береговую тумбу и достал из рюкзака книжку «Всё закончится на нас», авторства Колин Гувер.

«Нормальные книги же можно было держать в домах, блядь…» — подумал я с недовольством. — «Нет, конечно! Давай держать любовные романы, и побольше!»

Похоже, что африканским неграм хронически не хватало большой и чистой любви, поэтому они либо уходят в религию, либо в любовные романы — ни тебе боевиков, ни тебе драм каких-нибудь.

Фильмы у них тоже, преимущественно, о любви, семейных отношениях и так далее. Нигерийский кинематограф навсегда в моём сердце, блядь…

Прошло около тридцати минут и я, наконец-таки, услышал рёв дизельного двигателя судна. Долговязый негр выбежал на палубу, радостно помахал мне, а затем вошёл в рубку и подал газу.

Судно тронулось с места, что не понравилось бизнесменам из гавани, которые начали суетиться и яростно биться о металлический корпус.

Наблюдаю за тем, как судно приближается к пирсу и останавливается у него, после чего полторашка и мужик в трусах и майке кидают мне швартовы. Креплю судно к причальным тумбам и дожидаюсь, пока они не спустят трап.

— Так-так-так… — произнёс я, рассмотрев экипаж.

Долговязый негр вышел из рубки и тоже начал изучать меня.

Ему, по моим прикидкам, не более тридцати, но он заёбан жизнью, поэтому может быть и помладше.

Мужику в трусах и майке, я думаю, около сорока — он ещё не седой, но видно, что лучшие его годы уже в прошлом. В руках у него Ruger Mini-14, самозарядный карабин, питающийся патроном калибра 5,56×45 миллиметров НАТО. По нынешним временам, говно, которое можно юзать только от безысходности.

Полторашке же примерно лет тридцать, она тощая, как жертва анорексии, но зато взгляд крайне жизнерадостный, будто она выиграла в лотерею миллион долларов США.

Четвёртый член этого экипажа — седая женщина лет шестидесяти, выглядящая так, будто она пахала на заводе по четырнадцать часов в сутки десять лет подряд.

Ну, видимо, пребывание на этом судне, в изоляции, не красит человека…

— Это что такое? — спросил я, указав на корабль. — Этот буксир может совершать дальние путешествия? Например, если мне надо в Иран — на этом можно дойти дотуда?

— Нет, — ответил долговязый негр. — Кто ты?

— Кто я? — переспросил я его, ткнув пальцем себе в грудь. — В ваших краях меня знают, как Ебателя гусар, а также как Трахателя слонов. Такие прозвища я получил за то, что дважды выебал гусар и единожды трахнул слона. А если серьёзно, то зовите меня Студиком. А вы кто такие?

— Фредерик Лаланг, — представился долговязый.

— Какой ещё, нахуй, Фредерик⁈ — спросил я его. — Ты паришь меня, что ли⁈

— Меня так зовут, — недоуменно уставившись на меня, ответил он.

— Ладно, буду звать тебя Фредди, — сказал я. — Кем был?

— Я был капитаном этого тягового буксира, — ответил он мне.

— О-о-о, капитан… — тихо произнёс я. — Ладно, дальше.

— Джозеф Кипкембой, — представился мужик в трусах и майке. — Старший механик.

— Старший механик… — ещё более тихо произнёс я. — Так, ладно. Дальше.

— Это моя мама, Нэнси Лаланг, — представил Фредди пожилую женщину.

— А это Виола Кипкембой, моя племянница, — представил Джозеф полторашку.

— Рад знакомству, господа! — заулыбавшись, сказал я. — У меня очень хорошие предчувствия насчёт вас четверых! Я редко ошибаюсь в людях, поэтому почти уверен, что мы с вами сработаемся! Итак, у вас есть идеи, как нам найти судно для океанического плавания, которое поможет нам добраться до Ирана? Ох, что же это я? Как смотрите на то, чтобы поесть? Знаю тут, неподалёку, одно хорошее заведение… Следуйте за мной.

— Ты же не убьёшь нас? — спросила Нэнси.

— Хотел бы убить, уже убил бы, — ответил я ей. — Но у нас с вами есть одна общая цель, просто вы об этом ещё не знаете.

— Какая? — улыбнувшись, спросила Виола.

Эта, как я понял, вообще не утратила боевого духа и просто счастлива от того, что теперь она точно не сдохнет от жажды и голода в трюме неподвижного буксира.

— Все мы хотим убраться отсюда в Иран, — ответил я ей.

— Почему именно в Иран? — нахмурившись, спросил Фредди.

— Ну, потому что через Иран мы доберёмся до России, — ответил я ему. — А там, в России, есть город-герой Волгоград, где у меня куча очень хороших друзей, дохрена еды, нет никаких проблем с водой и электричеством, а ещё там безопасно. Я работаю над тем, чтобы вернуться туда и вы, дорогие мои чернокожие товарищи, мне в этом поможете! Поможете ведь?

Вижу, что они пребывают в ахуе от того, что у них, оказывается, всё это время была великая цель, но они не знали…

— Ничего-ничего, — сказал я. — Идём к моей малышке — там вас накормят и напоят. Вы, как я вижу, сидели на очень строгой диете.

Среди них ни одного КДшника, что удивительно, так как шансы на то, что обычные люди выживают малой группой — ну, их практически нет.

— Идём! — позвал я их. — Хули вы теряете, в конце концов?

— А ходить тут — это точно безопасно? — спросила Нэнси.

— Нэнси-Нэнси… — произнёс я, повернувшись к ней. — Со мной безопасно практически везде… Но лучше поторопиться, а то галаго могут вернуться с подкреплением.

Озвученная мною мысль подстегнула их, и они отбросили последние сомнения — галаго ведь, действительно, могут вернуться.

— Сова, открывай! — воскликнул я, постучав по двери броневагона. — Это я!

Скрипнули засовы и дверь отворилась.

— Заходим, — велел я спасённым робинзонам. — Настюха, Хабуун — есть что пожрать? Тут четверо из голодного края — обслужите их, но чтобы без заворота кишок! Кашу какую-нибудь сварите…

— Кто это? — спросил напрягшийся Фредди, рассмотрев сидящих в вагоне залётных.

— Это, если коротко, счастливые уроженки Могадишо, — ответил я. — Я спас их из заточения — перебил всех уёбков, которые держали их в рабстве, ну и мне стало жалко бросать их. Они бы померли там, а у меня трепетное сердечко и чуткая совесть, поэтому, ну, теперь они со мной.

— Рассаживайтесь за столом, — сказала им Хабуун.

Я сел в свободное кресло, зарезервированное специально для меня — предусмотрено оно для того, чтобы я мог прийти сюда и посидеть в нём, расслабиться и спокойно пожрать. Но так уж получилось, что я всё время за баранкой и нет времени отдыхать.

Хабуун включила плитку и начала готовить овсяную кашу.

— Они точно не в неволе у тебя? — спросила напряжённая Виола.

— Сама спроси, — сказал я ей. — Что за недоверие? Я вас спас — расслабьтесь! Но как поедите, я жду обстоятельного рассказа, как так получилось, что вы застряли на буксире, посреди гавани.

Настюха распечатала упаковку овсяного печенья и передала его мне, а затем подала стакан с «Чивасом». Начинаю хрустеть этой просрочкой и запивать её вискарём.

— Вам не предлагаю, — сказал я, приподняв стакан. — Не потому, что жадный, а потому что боюсь, что вас распидарасит на месте — из-за недоедания.

— Налей мне, — попросила Нэнси.

— Ах, шельма… — заулыбавшись, произнёс я. — Ладно, Настюх, налей ей четверть пальца «Чиваса». И дай полтарелки фасоли.

Настюха метнулась исполнять и быстро поставила перед Нэнси всё требуемое.

А через пару минут перед спасёнными были поставлены тарелки с геркулесом и стаканы с минералкой.

— Мне тоже налейте минералки, — попросил я.

Настюха снова метнулась и подала мне сразу бутылку минералки «Keringet». Пью её с горла.

«Не „Карачинская“, конечно, но пойдёт на безводье», — подумал я.

Спасённые робинзоны набросились на кашу, а Нэнси уже распидарасило, как я и предупреждал — она отвалилась на спинку кресла и закрыла глаза.

— Я же говорил, — сказал я, разведя руками. — И помедленнее ешьте, а то скрутит желудки и потом хуй его знает, что с вами делать…

Они сразу же замедлились, потому что, наверняка, слышали о том, что бывает с людьми, не евшими очень долго, при обильном приёме пищи.

— Тебе подавать обед? — спросила Хабуун.

— Спрашиваешь ещё? — удивлённо спросил я в ответ. — Несите!

Мне сразу же принесли здоровенный кусок вяленого мяса, покрытый сверху фасолевым соусом и варёными макаронами.

Приступаю к трапезе, а выжившие наблюдают за процессом.

— Вам такое нельзя, — сказал я им. — Это слонятина — она убьёт вас.

— Кто ты такой? — спросил Фредди. — Что это было, когда ты выпустил в воду электричество?

— А ты разве не знаешь? — вновь удивлённо спросил я вместо ответа. — Есть такой феномен, когда человеку даются особые способности — собственно, я и есть такой человек.

— Мы слышали о таком… — произнесла очнувшаяся Нэнси. — В самом начале…

— Блин, а старушка-то оказалась крепкой! — воскликнул я восхищённо. — Так вы на этом буксире с самого начала?

— Да, — подтвердил Фредди. — Как только на город начали нападать животные, я собрал свой экипаж, приказал взять свои семьи и зайти на буксир. Нас было девятнадцать человек…

Далее я узнал, что они не стали проявлять скепсис и восприняли всё серьёзно — Фредди продал свой Крузак владельцу продмага и погрузил в трюм всё содержимое складов магазина. Владелец продмага, наверное, посчитал, что совершил сделку века.

А Джозеф вообще пихнул свой дом за четверть цены, и обменял тачку на несколько тонн овощей и фруктов — они основательно закупились продовольствием и загрузили всё на буксир.

Собственно, так и куковали они в гавани, наблюдая за тем, как город стремительно съедается, а потом, когда всё стихло, у них начались проблемы.

Прилетели хищные птицы, которые спиздили одного пацанёнка, Вилли, а также столкнули в воду его мать, жену покойного матроса Бена. В воде её растерзал уже виденный мною истеблишмент гавани.

А потом, где-то через полгода такого существования, в ходе которого они потеряли ещё четверых, запасы начали показывать дно.

И вот тогда им пришлось начать совершать вылазки в город: почти в каждой они либо получали ранения, либо теряли кого-то, а иногда и получали ранения, и теряли кого-то.

К концу года их осталось шестеро и они уже выработали сравнительно эффективную тактику молниеносных вылазок в порт за едой и водой, но потом закончилось топливо и помощник механика выпрыгнул за борт, так как не пожелал продлевать мучения.

Последней погибла Эммануэль, сестра матроса Джулиоса — она умерла от голода. Так их осталось четверо. А потом появился я и спас их всех.

— Дела, блин… — произнёс я, когда Фредди закончил свою историю. — Что ж, это значит, что вам очень сильно повезло, что Могадишо умер слишком медленно. Длинная агония этого города привела к тому, что я вынужден был прибыть в Момбасу. Что это, как не мановение руки Фортуны?