Клим забрал машину из гаража. Подхватил Колоса, чтобы проехаться по делам, и передал спустившейся Авроре свои самодельные схемы-почеркушки.

– Это не морской бой. – Он развернул план их двора, но Рора и не думала смеяться, с любопытством всматриваясь в тетрадные страницы. – Я тут схематично накидал, что и где расположено. Смело рисуй прямо здесь или стрелки тяни. Короче, делай всё, что посчитаешь нужным. И, – Клим покрутил свёрнутые в рулон остальные листы, – на случай, если войдёшь во вкус, глянь ещё и эти с тем же техзаданием. Вернее, художественной задачей.

Аврора ошпарила его уже знакомой, но каждый раз сбивающей своей необоснованностью надеждой в глубоком взгляде. Она взяла предложенные им планы и, насколько получалось одной рукой, расправила их на капоте автомобиля.

– У тебя есть ручка? – спросила она, не отрываясь от его каракулей. – Или карандаш? – Она метнула в Клима быстрый взгляд из-под ресниц.

– Хм, секунду. – Клим наклонился к открытому пассажирскому окну. – Коль, проверь, в бардачке должна быть ручка.

– Назови, пожалуйста, адреса других дворов. – Аврора вернулась к изучению схематичных рисунков, но ощущение тайны карандашных шрамов, которую они разделили на двоих ночью на крыше, никуда не исчезло.

Клим с Колосом напрягли извилины, пытаясь вспомнить точные номера домов на каждой из улиц.

– Двойка нам с тобой, Коль. – Клим поморщился, придерживая листы с двух сторон, пока Аврора подписывала их снизу. – Позорище – запутаться в том, что должны знать как свои пять пальцев.

Он прикусил язык. «Дебил!» – мысленно отвесил себе смачного леща. На лице Роры не дрогнул ни один мускул. Она сосредоточенно выводила буквы левой рукой и, казалось, не слушала разговора парней. «Идиот, – добавил Клим. – Многие вещи воспринимаются как данность. Те же пять пальцев на каждой руке. Никто не задумывается о том, насколько нужен каждый из них ровно до тех пор, пока одного не станет. У малявы не стало двух».

В кармане загудел телефон – прилетело сообщение от Шёлка:

Сегодня в девять в клубе. Приезжай за ответом

Время полетело с бешеной скоростью, как обычно происходит, когда постоянно чем-то занят. Клим поинтересовался, не нужно ли подбросить Аврору в больницу на процедуры. Она отказалась, сказав, что ей назначено не раньше одиннадцати часов, и направилась к гаражам, которые иногда без спроса разрисовывала в детстве. Клим с Колосом сгоняли к дальним складам, перегнали пару тачек с платных стоянок в освободившиеся боксы в мастерской. Пообедали на бегу, схомячив по большой шаурме.

Позже днём Рора прислала небольшой список. В нём было перечислено количество банок краски, названия оттенков которой читались как заголовки сказок: «Ночная синь», «Зелёный лайм», «Северное сияние».

«Кисти, валики, может, верёвки какие понадобятся?»

– уточнил Клим на всякий случай.

«Мы уже столько всего нашли в запасах у жильцов,

от лопат с мётлами до гамаков с гирляндами,

что хватит не только на наш двор»,

– ответила Аврора, а Клим непроизвольно представил, как даже самый ворчливый и вечно всем недовольный сосед открывает ей дверь и через пять минут с блаженной улыбкой на лице допускает Рору на захламлённый балкон или к несметным сокровищам на антресолях и обещает обязательно прийти на субботник.

– Думаешь, сработает твоя затея? – Колос подозрительно наблюдал, как сотрудник строительного магазина наполняет их тележку банками с проколерованной краской.

– Попробуем сделать ставку на социальную инициативу, которая ничего не будет стоить городу, но припишется к его заслугам, чтобы потом включить в годовой отчёт с фотобуклетами и отмыть под шумок деньжат, – объяснил Клим, сверяясь со списком Авроры. – Пацанов собирай завтра утром часиков в десять. Я приеду пораньше.

– Ты главный, тебе виднее, – заявил Колька, которому ничего подобного никогда бы не пришло в голову. – Краску к себе заберу – целее будет.

Багажник разгрузили в несколько пар рук, и Клим умчался на приём в районную администрацию.

Привет! Как дела?

Наконец объявилась Милана.

Без перерыва. Привет

Клим взглянул на часы и задал вроде бы нейтральный вопрос, хотя, что бы он ни спрашивал последнее время у Милы, всё у него получалось не в кассу:

Как курсы?

Интересно и полезно. Только закончили.

Проветрюсь с полчаса и на работу

Клим хотел спросить, до скольких у неё клиентки и где она собирается ночевать, но пока раздумывал, начиная из-за этого раздражаться, Мила написала сама:

Я закончу в районе десяти.

Сможешь меня забрать?

Смогу. У меня встреча в девять, но должен успеть.

Если вдруг немного задержусь, подождёшь?

Подожду

Клим погасил экран и вытер неожиданно вспотевшую ладонь о джинсы. Он не понимал, что за радость для Милы тянуть резину и надумывать с три короба.

– Надеюсь, скоро разберёмся и с этим вопросом, – произнёс вслух Клим, немедленно чертыхаясь, потому что совсем забыл о пятничном ажиотаже в гипермаркетах.

Холодильник он смог бы набить и продуктами из небольшого магазина возле дома, но кости для Леди и сухой корм под заказ покупал именно здесь. «Итак, снова тележка, очередь, багажник, выгрузка у дома», – Клим обречённо усмехнулся, прежде чем влиться в людской поток на входе.

Он явился домой впритык по времени. Затолкал скоропорт в холодильник, бросив остальное в пакетах на полу. Умылся, поливая затылок и шею и отфыркиваясь не хуже пса, сменил футболку.

– Прости, но сейчас только в туалет и сразу домой, – извинился он перед Леди за краткую прогулку.

Клим сподобился на обход вокруг дома, прекрасно понимая, что она будет терпеть, но ни за что не справит нужду прямо перед подъездом. Когда Леди скрылась за пышными кустами, Клим повертел головой, дыша, как показывала Аврора. Самовнушение или другая какая-то хрень, только вроде бы работало. Шея ныла, но точно не сильнее.

Леди пробежалась вдоль дорожки туда и обратно и спокойно потрусила домой.

– Откуда и, главное, за какие заслуги такая умница досталась дурному мне? – Клим закинул использованный по назначению пакетик в урну и поспешил за Леди.

Он быстро вытер ей лапы и потрепал по холке, стараясь ничего не загадывать по грядущей встрече в клубе.

В этот раз Клима встретили прямо у входа. Серьёзный парень поздоровался и пригласил следовать за ним. Он провёл Клима другим путём, и ему не пришлось задерживать дыхание, чтобы не наглотаться паров от кальянной приторной бурды, пропитавшей основной зал.

Они шли по узкому коридору. Разносившиеся по нему обрывки фраз становились разборчивее с каждым шагом, безошибочно подсказывая нужное направление: «…не путаюсь… показал машину… Рус попросил глянуть поближе… не трогал… не подходил… Говорю же, я просто покрутился в том дворе всего пару минут».

Клим не пытался расслышать тихие ответы собеседника, потому что не собирался вникать в чужой внутренний конфликт. У него имелся один вопрос, и он пришёл получить ответ именно на него.

Клим остановился у уже знакомой двери в торце коридора, кивнув провожатому, что знает и про субординацию, и про правила, когда тот попросил подождать снаружи. Парень не успел притворить за собой дверь, как тут же распахнул её, предлагая Климу войти. Шёлк встал навстречу, пожал Климу руку и молча посмотрел в сторону стоявшего в глубине кабинета бледного мужика.

– Ты видел девушку, на которую наехал? – безо всяких окольных вступлений спросил Клим.

– Я ни на кого не наезжал. – Водила сразу перешёл в защиту, хотя бы не отнекиваясь и не делая вид, что не понимает, о чём речь. – Парнишка на велике вильнул, чуть в крыло мне не въехал. Сзади никого не было. А то, что девчонка залезла куда не надо и свалилась под самые колёса, так впредь внимательнее будет.

– Внимательнее будет? – Забрало неудержимо падало, Клима начало потряхивать от ярости. – Ей пальцы отрезало.

– Я при чём?! – мужик противно взвизгнул. – Я на неё не наезжал! Могла бы заорать или отползти. Она сама грохнулась, а я виноват. Всех собак на меня решили свесить?! – Он то и дело срывался в истерику, мечась взглядом от Клима к Шёлку и обратно.

– Ты правша или левша? – Клим приблизился к нему, смаргивая алую пелену, застилающую глаза.

– Ч-что? – заикаясь, тот отступил к стене.

– Ты прав-ша или лев-ша? – сквозь стиснутые зубы по слогам повторил Клим.

– Правша, и чё… А-а-а!!! – заблажил водила, когда Клим перехватил его правую руку и резко выгнул средний палец.

Раздался щёлкающий хруст, от которого холодок пробежал по всем нервным окончаниям. Клим немедленно выкрутил его указательный палец. Мужик взвыл и забился, отпихивая Клима.

– Впредь внимательнее будешь. – Клим стряхнул его с рук корчиться от боли и качать повреждённую кисть.

Усилием воли Клим развернулся к Шёлку. Тот спокойно наблюдал за учинённой расправой, которую они не обговаривали. Оба знали, что Шёлк мог вмешаться в любой момент, но предпочёл этого не делать.

– Я получил нужный мне ответ. Даже с бонусом.

– Мне твой личный интерес тоже принёс нежданных бонусов. В расчёте? – Шёлк не пошевелился, но всё в его позе и облике словно ставило точку в их встрече.

– В полном, – подтвердил Клим.

Тот же парень, что привёл его в кабинет Шёлка, проводил Клима по безлюдному коридору к выходу. Сев в машину, Клим сразу же выдул полную бутылочку воды. Внутри, никак не успокаиваясь, продолжала клокотать злость. «Водила обнаглевший! – Клим сжал и разжал кулаки, скривившись из-за лопнувших царапин, которые с тыльной стороны его ладони проскрёб тот трусливый говнюк. – А ведь изначально хотелось прибить двоих: этого индюка и парнишку-курьера». Они оба оказались случайными соучастниками произошедшего с Авророй, но у одного хватило духу прийти и чисто по-человечески предложить помощь за то, что уехал, не убедившись, что с ней всё в порядке, а второй изо всех своих сраных сил пытался остаться чистеньким, будучи, по сути, абсолютным тухлым дерьмом.

Клим проехал несколько кварталов, припарковался у какого-то магазинчика, вышел и закурил. Он не жалел о том, что сделал. Аврора бы не поддержала такие методы и отпустила бы урода по типу «бог ему судья». Клим же убеждённо считал, что некоторым полезно напоминать, что и здесь на них найдётся управа и словом, и делом, чтобы впредь не творили равнодушную дичь, считая себя исключительно правыми.

Его не касалось, как дальше поступит Шёлк и какие разборки устроит с водилой за то, что тот взялся мутить за его спиной, и с Русом, который втихушку сунулся на чужую территорию. Для себя Клим закрыл аварию с Авророй, которая грызла потихоньку в солнечном сплетении несдержанным обещанием, хотя никто не требовал ни давать, ни исполнять его. Но Клим словно принял ответственность за рыжую девчонку, когда согласился на просьбу бабы Али подбодрить маляву.

– Подбодрил, да так, что сам взбодрился по полной. – Клим раздавил окурок, выдохнул вместе с дымом остатки странного ощущения от взятого реванша, который всё же принёс некое удовлетворение, потому что наказание настигло того, от чьей халатности и жестокости пострадал невинный человек.

К салону Миланы Клим приехал раньше десяти. Он открыл дверцу, откинулся на подголовник и, гипнотизируя крыльцо, постепенно переключился на проблемы между ним и Милой. Они никуда не делись, не растворились во времени порознь, а лишь укрепляли стойкое отдаление друг от друга.

Милана появилась с сумкой и двумя плотно набитыми пакетами. Балансируя ими в одной руке, второй она пыталась закрыть замок.

– Мил, погоди, – окликнул её Клим, выбираясь из салона. – Зачем тягаешь тяжести? – Он перехватил у неё пакеты.

– Они не столько тяжёлые, сколько объёмные, – пояснила Милана, – куча типсов и новая палитра с образцами.

Она закрыла дверь и развернулась к Климу. Он стоял на ступень ниже. Они оказались почти на одном уровне. Мила замерла, глядя в глаза Климу, который тоже неловко оцепенел. Оба одновременно ждали следующего шага от другого, но никто не решался сделать его первым.