Война за испанское наследство 1701–1714 гг., по сути, была мировой. В ней участвовали Испания, Франция, Англия, Голландия, Шотландия, Священная Римская империя, Неаполь, Сицилия, Пруссия, Бавария, Португалия, Дания и Норвегия. И эта война проходила не только в Европе, но и в Северной Америке, где имел место локальный конфликт между британскими колонистами.

Так получилось, что середина XVII века была началом французского преобладания в Европе. А до этого испанские Габсбурги владели огромными территориями (собственно Испания, Балеарские острова, Сардиния, герцогство Миланское, Королевство Обеих Сицилий, территории на берегах Генуэзского залива и Тирренского моря, а также несколько крепостей в Тоскане). Плюс испанский король владел богатыми Южными Нидерландами. В Новом Свете Испании принадлежала Мексика, центральная Америка, большая часть Антильских островов, Южная Америка (кроме Бразилии), в Азии – Филиппины и Марианские острова; в Африке – крепости на марокканском побережье и Канарские острова.

Не зря Испанию называли великой империей, во владениях которой «никогда не заходит солнце». Но было ясно, что она уже не в силах поддерживать целостность такой огромной империи, предстоит ее раздел, и все стремились принять участие в этом дележе.

Перспектива франко-испанской гегемонии нарушала европейское равновесие, и это спровоцировало создание антифранцузской коалиции.

15 мая 1702 года Англия, Голландия и Священная Римская империя объявили Франции войну. Эти три державы поддержал король Дании Фредерик IV, который предоставил Голландии контингент численностью в 12 000 человек, а также почти все германские князья, король Пруссии, курфюрсты Ганновера и Пфальца, герцог Люксембургский, герцог Мекленбург-Шверинский и др.

На стороне франко-испанского блока выступили курфюрст Баварский, которому были обещаны Нидерланды и Пфальц, архиепископ Кельна и епископ Льежа, герцог Савойский и король Португалии (правда, Португалия уже в 1703 году перешла на сторону Англии).

Война началась после смерти Карла II, последнего испанского короля из династии Габсбургов. Он медленно угас, не оставив короне прямых наследников и завещав все свои владения Филиппу, герцогу Анжуйскому (внуку французского короля Людовика XIV).

Спустя годы, по окончании войны, по Утрехтскому мирному договору, подписанному в апреле и июле 1713 года (в марте 1714 года в дополнение к нему был подписан еще и Раштаттский мир), Филипп был признан королем Филиппом V Испанским, с условием отказа от наследования французского престола. Филипп сохранил за Испанией ее заокеанские владения, однако Испанские Нидерланды, Неаполь, Милан и Сардиния отошли к Австрии. Австрия также получила Мантую после пресечения там в 1708 году профранцузской Гонзага-Неверской династии. Сицилия и западная часть герцогства Миланского были присоединены к Савойе, Верхний Гелдерн – к Пруссии, Гибралтар и остров Менорка – к Англии. Британцы также добились права монопольной торговли рабами в испанских колониях в Америке. Англия также взяла в свои руки торговлю Португалии, заключив с последней в декабре 1703 года Договор Метуэна, названный так по имени лорда Метуэна, британского посланника в Португалии, подписавшего договор.

Серьезных изменений границ Франции в Европе не произошло, однако экспансия французов в центральную Европу была остановлена. Также французы вынуждены были отказаться от некоторых территорий в Северной Америке, признав господство Англии над Землей Руперта, Ньюфаундлендом, Акадией и своей частью острова Сент-Китс. Также Франция обязалась срыть укрепления Дюнкеркского порта, служившего главной базой для корсаров, находившихся на службе короля Франции и совершавших нападения на голландские суда.

Голландия получила несколько крепостей в Испанских Нидерландах и право аннексировать часть испанского Гелдерланда. Между тем война существенно истощила Голландию, которая не могла больше соперничать с Англией в морской торговле и, по сути, перестала быть великой державой.

С подписанием Утрехтского и Раштаттского мирных договоров, положивших конец Войне за испанское наследство, эпоха французской гегемонии в Европе подошла к концу.

По существу, эта война, явившаяся следствием целого ряда острых неразрешимых противоречий в политике европейских государств, ознаменовала собой начало XVIII века. Она стала своеобразной гранью, разделившей две разные эпохи – век XVII и век XVIII. Это была последняя из крупных войн старого времени и в то же самое время – первая из войн нового времени. Она коренным образом отличалась от всех общеевропейских конфликтов предшествовавшего периода.

Отныне на главенствующую роль стала претендовать Англия, получившая в результате Войны за испанское наследство значительные территории в колониях и важные стратегические пункты в Европе (в частности, Гибралтар), а также немалые торговые привилегии. В результате сменился центр мировой экономики, и вместо Мадрида и Парижа им стал Лондон.

С этого момента Англия надолго стала для Франции врагом номер один. И началась новая эпоха международных отношений, в основе которой лежало противостояние двух внешнеполитических доктрин. С одной стороны – абсолютизм с его экспансионистскими устремлениями, с другой – концепция сохранения баланса сил, направленная против установления гегемонии какого-либо из государств. Проводником первой доктрины была Франция, а второй – Англия. И весь XVIII век прошел под знаком этого противостояния.

КСТАТИ

Война за испанское наследство стала первым общеевропейским конфликтом, в ходе которого так ясно выразились экономические противоречия ведущих государств. Это даже дало повод многим историкам полагать, что война была вызвана чисто экономическими причинами. С этой точки зрения это было противостояние между старым феодальным укладом и новой торговой и промышленной буржуазией.

Условия экономического развития стран-участниц войны (абсолютистской Франции, парламентской Англии, республиканской Голландии и патриархальной Священной Римской империи) были столь различны, сколь различным было государственное устройство этих стран. Поэтому в экономическом плане Война за испанское наследство была борьбой различных государственных начал, призванных в упорной схватке доказать свою жизнеспособность.

Англия доказала. Война за испанское наследство сопровождалась быстрым ростом ее экспорта – благодаря спросу на обмундирование в разбухших вооруженных силах различных стран и временному упадку торговых соперников из-за прямых военных действий или высоких акцизов. Плюс эта война закрепила за Англией место на двух рынках, испанском и португальском, а эти рынки имели огромное значение из-за их развития в XVIII веке. Плюс Англия получала доступ к испанским и португальским колониальным рынкам.

С другой стороны, это была первая война, в ходе которой экономические интересы оказывали столь решающее воздействие на внешнюю политику. Более того, защищая свои экономические интересы, европейские государства вышли за рамки своего континента. Таким образом, эта война явилась предвестником длительных и жестоких колониальных войн последующего периода. Она завершила первый этап раздела мира и создала предпосылки для начала его передела.

XVIII век начался и завершился одним и тем же образом: всеевропейской войной, которая имела определяющее значение для расклада как экономической, так и политической власти в глобальном масштабе.