Среди различных концепций генезиса капитализма есть две базовые – немецкого экономиста и философа Карла Маркса и немецкого экономиста и социолога Макса Вебера.

Последний в 1905 году написал книгу «Протестантская этика и дух капитализма» (Die protestantische Ethik und der «Geist» des Kapitalismus), в которой разобрал воздействие религии на капиталистическое устройство общества.

Макс Вебер (1864–1920)

В начале своей книги Макс Вебер отметил, что статистически в Германии держателями капитала были преимущественно протестанты. Далее, обращаясь к XVI веку, он заметил, что Реформацию приняли исключительно богатые и экономически развитые регионы Империи. Он обратил внимание на союз протестантизма и буржуазии. Причина этого, по мнению Макса Вебера, заключалась в особом мировоззрении, которое способствовало большему «экономическому рационализму» протестантов, в то время как католики были скорее «отчуждены от мира» и равнодушны к земным благам.

По мнению историка и социального философа А. И. Фурсова, «веберовская концепция возникновения капитализма из духа протестантизма несостоятельна, прежде всего, эмпирически». Она базируется на материале одной Германии, хронологически отражающем очень короткий период времени.

Карл Маркс (1818–1883)

В объяснении Карла Маркса проблема заключается в следующем. Согласно общей марксовой теории переход от одной системы к другой, то есть социальная революция, происходит тогда, когда производительные силы старой системы перерастают ее производственные отношения. Последние ломаются, и возникает новая система отношений, адекватных производительным «силам-переросткам». Если бы Карл Маркс был прав, то каждая новая социальная система (формация) стартовала бы с уровня производительных сил более высокого, чем тот, что был характерен для прежней. Но в исторической реальности все не так. Например, феодализм достиг уровня производительных сил поздней Античности только в XI–XII веках, то есть ранний феодализм по уровню развития производительных сил уступал поздней Античности. И капитализм достиг уровня развития производительных сил позднего феодализма только в начале XVIII века, то есть примерно 300–400 лет он догонял прошлое.

По-видимому, истоки кризиса, как и корни генезиса капитализма, надо искать в другом, а именно в классовых интересах основных, системообразующих субъектов/агентов системы. Исследования последних десятилетий показали, что именно классовый интерес феодалов (сеньоров) в сохранении власти и привилегий, борьба за это стали основой генезиса капитализма. Прав Гераклит, борьба – отец всего.

Как же все происходило?

В середине XIV века в Европу пришла эпидемия чумы – Черная смерть, или Черный мор (от латинского Atra mors). Ее пик пришелся на 1346–1353 гг., и она «выкосила», по разным оценкам, от 30 % до 60 % населения Европы. Эпидемия имела значительные демографические, социальные, экономические и культурные последствия. Крестьянских рук стало не хватать, значительная часть сельскохозяйственных угодий пришла в запустение, начался голод, и казавшиеся до того незыблемыми феодальные отношения дали первую трещину. Сеньоры попытались «затянуть гайки», и ответом в 1378–1382 годах стали сразу три восстания (во Флоренции, во Франции и в Англии). По сути, это были народные революции, надломившие хребет западноевропейскому феодализму.

С этого момента, как пишет историк Фурсов, «наиболее вероятным вектором стало развитие западноевропейского социума в направлении “кулацкого рая” и “бюргерского рая”, то есть такого социального устройства, в котором сеньоры превращались просто в богатых землевладельцев или богатых бюргеров, утрачивая значительную часть своих привилегий». Со своей стороны, богатые сеньоры оказались перед выбором: утратить привилегии по отношению к массе населения или же поступиться ими по отношению к королевской власти. Да, они не слишком любили королей, но низы «приперли их к стенке», и сеньоры пошли на союз с короной.

По сути, феодалы превратились в капиталистов и подключились к возникавшему в XVI веке мировому рынку. Этот процесс на обширном материале описал американский социолог Ричард Лахманн в своей книге «Капиталисты поневоле»: конфликт элит и экономические преобразования в Европе раннего Нового времени» (Capitalists in Spite of Themselves: Elite Conflict and Economic Transitions in Early Modern Europe). В этой книге была обоснована теория, что взаимоотношения политических элит (а вовсе не классовая борьба) определили появление или непоявление капитализма в тех или иных государствах Европы.

Главным результатом союза сеньоров с королевской властью стало появление так называемых «новых монархий» (Людовика XI во Франции и Генриха VII в Англии). В них король стал лицом, которому принадлежит верховная власть по отношению ко всем подданным, а не только по отношению к своим вассалам. Соответственно, обязанности новой знати по отношению к короне стали более тяжелыми, чем у вассалов эпохи феодализма. Для «новых монархий» не существовало специального термина, и он был изобретен. Это сделал итальянский мыслитель Никколо Макиавелли (1469–1527), «запустивший» термин «stato» (государство).

И вот государство стало мощнейшим оружием экс-феодалов против «низов».

В 1492 году Христофор Колумб открыл Америку, и в XVI веке в Западную Европу в огромных количествах хлынуло золото и серебро. Эти средства вкладывались прежде всего в военное дело. Вдобавок открытие Америки создало то, что Карл Маркс назвал «мировым рынком», и это обеспечило «верхам» качественно новые возможности. В результате феодалы в своих классовых и экономических интересах демонтировали феодализм и в процессе этой «перестройки» создали новую систему. Этот процесс шел с середины XV века до XVIII века, и его сейчас принято называть эпохой первоначального накопления капитала.