А что же мировые экономические кризисы?

Бурное развитие ростовщичества в Европе в XIII–XIV вв. неизбежно создавало условия для первого кризиса. И он разразился, куда же без него.

Предыстория первого европейского кризиса восходит ко временам Столетней войны.

Эту войну вполне можно считать мировой по нескольким признакам. Во-первых, она длилась 116 лет (!), а это жизнь нескольких поколений людей. Во-вторых, в ней участвовали не только Англия и Франция, но и Бургундия, Арагон, Кастилия, Наварра, Шотландия, Фландрия, Люксембург, Генуя и некоторые другие государства.

Столетняя война была изнурительной для обеих сторон – условия усложнялись эпидемией чумы, поразившей Европу. В этой войне погибли около 3,3 млн человек.

Столетняя война с перерывами длилась с 1337 по 1453 год.

Один из важных периодов этой войны пришелся на время правления английского короля Эдуарда III (1312–1377). Французы при нем уже выдавливали англичан со своей территории, и английская корона терпела поражения на полях сражений. Эдуард III пытался исправить положение путем наращивания военных расходов. А покрывал их он с помощью кредитов у флорентийских банкирских домов Барди и Перуцци.

Эдуард III. XV в.

Эдуард III в конечном итоге проиграл войну и в 1340 году отказался выплачивать свой долг флорентийским банкирам.

КСТАТИ

После смерти Эдуарда III в 1377 году короля обвинили в том, что он лишил Англию богатств, чтобы субсидировать безответственные войны. Выражаясь современным языком, при нем возник дефолт по суверенному долгу. И это дало толчок финансовому кризису, который распространился на всю Европу.

В том же 1340 году Флорентийская республика выпустила билеты государственного займа для борьбы с чумой и неурожаем, на которые начислялось 15 % годовых. При этом средняя рентабельность коммерческих предприятий той эпохи составляла 17 %. По бумагам же Барди и Перуцци можно было получить всего 8 % годовых, поэтому их владельцы поспешили от них избавиться, но наличных средств у Барди и Перуцци попросту не оказалось – всё «съела» война.

Эдуард III, у которого флорентийцы попытались получить хоть какую-то часть денег, сказал, что платить по своим обязательствам он не собирается. После заявления короля, фактически объявившего о своем банкротстве, глава банка Бонифацио ди Томмазо Перуцци скончался там же, в Лондоне, от сердечного приступа. Попытки получить долги французской короны привели к тому же результату – денег флорентийцы не увидели.

В 1340 и 1342 годах руководители банка Барди совершили три безуспешные попытки спастись путем политического переворота во Флоренции.

В 1343 году о своем банкротстве объявил банк Перуцци, который сумел выплатить своим кредиторам лишь 37 % от общего объема обязательств. Банк Барди держатся еще три года, а когда в 1346 году и он объявил себя банкротом, ему удалось выплатить чуть больше – 45 %.

Сначала лопнули банкирские дома Барди и Перуцци, а затем обанкротились еще 30 связанных с ними компаний. Кризис распространился на всю Европу. Это был не только банковский кризис. «Дефолты» также объявили папская курия, Неаполитанское королевство, Кипр, ряд других государств и королевств.

Эти банкротства обернулись грандиозной экономической катастрофой для Флоренции. В городе началось самое настоящее восстание. Все дворцы и дома Барди были полностью разграблены всего за два дня. Разграбленные дома подожгли, и в пожаре сгорели 22 больших и богатых дома.

Нанесенный пожаром и грабежом ущерб оценивался в 60 000 золотых флоринов.

Для Флоренции и всего христианского мира потери от разорения Барди и Перуцци были еще тяжелее, чем от всех войн прошлого. Все, кто имел деньги во Флоренции, их лишились, а за пределами республики повсеместно воцарились голод и страх.

В последовавших хаосе, в бесконечных войнах и эпидемиях, затянувшихся на десятки лет, исчезло от 1/3 до 1/2 населения Европы, примерно половина населенных пунктов прекратили существовать.

Когда пыль кризиса 1345 года улеглась, место обанкротившихся банков заняли известный банкирский дом Козимо Медичи (Флоренция) и банкирский дом Франческо Датини (Прато). Они по-прежнему поддерживали тесные контакты с Папским престолом: с одной стороны, выступая в качестве его кредиторов, с другой – получая от Папы особое покровительство и индульгенции на продолжение ростовщической деятельности.