Сказать прямо, чтобы Александра Александровна не называла его Вовой, Владимир робел. Во-первых, его бы дружно обсмеяли, во-вторых, Александра Александровна запомнила бы такую дерзость и отомстила отметками, так он думал. Он пошёл к доске, стараясь иметь независимый и недовольный вид, для чего сутулился и шаркал ногами по полу. Александра Александровна зачитала задачу из домашнего задания, и он стал писать решение на доске. Так, так, — приговаривала Александра Александровна, — правильно, правильно. Владимир понемногу приободрялся, но тут сухой цилиндрик мела вдруг хрупнул, раскололся надвое, и оба куска полетели на пол и поскакали под учительский стол, оставляя на полу белые следы. Владимир наклонился было лезть за ними, но массивные ноги Александры Александровны смутили его — попросить её встать или молча подвинуть? Пока он мешкал, послышались смешки. Александра Александровна велела ему вернуться к доске и достала из портфеля новую пачку мелков.

— На. А если одной рукой не можешь удержать, держи двумя!

Хахаха! — грохнул класс. Им только повод дай поржать, — злился Владимир. Он знал, что злость ведёт к ошибкам, и повысил внимание, и дописал задачку правильно.

— Молодец. Голова думает. Но руки дырявые, сутулишься, ногами шаркаешь — настоящий пенсионер! — класс гоготал. — Садись. Кто следующий?

Все съёжились, затихли и больше не смеялись, но Владимир вернулся на место униженным и злым. Он вызывающе повернул голову к окну — всё равно сегодня уже не вызовут. К доске пошёл Миша, за ним Саша. Владимир, не отрываясь, смотрел в окно, на качающиеся верхушки каштанов, и ненавидел школу. Что я здесь делаю? Дурацкие уроки! Пока открываются новые материки, мы здесь сидим. Слишком мирное время, всё решают в министерствах, а воевать боятся. Появились новые континенты, а никто даже не удивился — как будто в магазине появились новые пельмени! Скука. Владимир покосился на Веронику, но она что-то писала, прикрыв рукой. От нечего делать он раскрутил ручку, достал из неё пружинку и, сжимая, катал между пальцами, пока на них не появились розовые бороздки.

Вдруг Вероника тронула его за локоть и подвинула сложенный вдвое листок в клеточку. Записка? Что там? От волнения перестав дышать, он быстро взял, раскрыл, прочёл: «Володя, что тебе нужно для счастья?»

Немного разочарованный — хотя он не смел даже помыслить те слова, которые ему хотелось бы прочесть — он вставил пружинку обратно, скрутил ручку и стал обдумывать ответ. Снова эти девчачьи тесты, гадания и дневники! Но интересная игра. Какой у неё красивый почерк. Нет, что тут думать! «Хочу, чтобы была война», — написал он крупно и подвинул листок назад Веронике.