Риз не знал, как взбодрить Хишу.

Она стала совсем на себя не похожа. Сидела в дальнем углу кабины, разматывала бинты на ладонях, смотрела на красные росчерки – и заматывала снова. Ни с кем не заговаривала, а если к ней обращались, то отвечала тихо или вовсе молчала. Все из-за этих уродов у нее дома!

Вездеход полз по пустыне, его сердце гудело, громыхали поршни. Ехать еще долго – непонятно, чем себя занять. Нивер отогнал Риза от приборной панели, но дела ему никакого не придумал, сказал: «Не мельтеши». А сам сел в кресло, надел огромные наушники, принялся крутить какие-то ручки. Куго сверялся с приборами, делал отметки в толстом журнале, порой бормотал себе под нос. Вездеходом никто сейчас и не правил: он запомнил дорогу и двигался сам.

Как странно! Дома таких умных повозок не было.

Риз хотел сказать об этом Хише: прыгнул к ней, примостился на скамейке рядом. Уже набрал воздуха, чтобы заговорить, – и растерял слова. Не до этого ей сейчас, вообще ничего вокруг не видит.

Хиша шевельнулась, отпустила истрепанные концы бинта и тронула Риза за руку. Над ее пальцами качнулись золотые ростки, осыпали теплом. Сам не зная почему, Риз кивнул.

Может, и не надо ни о чем говорить и тормошить Хишу. Просто посидеть рядом с ней, вот и все.

Риз не заметил, как задремал.

Под грохот поршней ему приснилось затмение. Он смотрел в темное небо, ждал, когда покажется сияющий край солнца. Гадал, каким же оно будет, багровым или ослепительно-белым. Но оно не появлялось.

– Эй! – Кто-то ткнул его в плечо, потом еще раз, посильней. – Хватит спать!

Риз дернулся – и очнулся.

Торопливо вскинулся, выпалил:

– Чего дерешься, я не спал!..

Но Хиша не дала договорить, прошипела:

– Тихо! Слушай!

Опять она командует! Ну и ладно, зато не сидит молча.

Риз протер глаза – никак они не хотели открываться – и наконец-то огляделся. Вовсе и не долго он спал, свет за окнами совсем не изменился. И двигатель грохотал по-прежнему, в такт ему вздрагивал пол. Нивер все еще сидел в кресле. Вот только Куго больше не копался в своем журнале: тоже надел наушники и нетерпеливо постукивал пальцами по приборной панели.

– Выехал уже? – Нивер говорил с невидимым собеседником. – Так мы уже на базу идем, не хочу, я же говорил… Ладно, если прям очень приспичит, пусть свяжется с нами. Отбой.

Куго снял наушники, спросил:

– Курс прежний?

Нивер кивнул, развернул кресло и взглянул на Хишу и Риза. Плохие новости? Явно! Неужели опоздали, и там снова беда? Хиша мучается, сама не своя, а если… Риз не успел додумать.

– Значит, так, – сказал Нивер. – Нашли сильного шамана, уверяют, что он точно проникнет на эту станцию. По расчетам, доберется туда быстрее, чем мы. Но просил нас оставаться на связи, надеется на помощь Хиши.

Не так уж и силен, раз она должна ему помогать! Или дело не в этом? Риз задумался. Вспомнил лицо шаманки Вармы, ее пристальный взгляд и вкрадчивый голос. Она посылала розовую птицу следить за Ризом, видела в нем богатство, ценную добычу. Что, если Варма в сговоре с этим сильным шаманом? Решили раздобыть духа из верхнего мира, живым или мертвым.

Риз замотал головой, вскочил с места. Нельзя быть таким слабаком, нельзя всего на свете бояться!

– Давайте попробуем прямо сейчас! – выпалил он. – Мы ведь уже ближе, чем были, давайте посмотрю, что там!

– Пока шаман туда не доехал! – подхватила Хиша. – Ведь, если и правда духи мешают эксперименту, может случиться как тогда…

Она запнулась, не договорила.

Нивер вздохнул, переглянулся с Куго. Тот пожал плечами. Вот так всегда со взрослыми – когда надо, решить ничего не могут.

– Ладно, – сказал наконец Нивер. – Но я прослежу. Если скажу «Хватит» – прекращаем. Поняли?

Что уж тут не понять.

Риз в который раз зажмурился, попробовал сосредоточиться. Не получалось, и все тут! Постоянно что-то мешало.

Может, шум? Вездеход не останавливался, полз вперед. Пол мерно покачивался, механизмы гудели в утробе железной повозки. Куго остался в кабине, а Риза с Хишей отправили в медицинский отсек. Но и там Нивер не разрешил сразу начать разведку: сначала щелкнул переключателем на стенке шкафа, та замигала разноцветными огоньками. Потом вытащил из-за дверцы прозрачные трубки и обшарпанную коробку. Хмыкнул: «На всякий случай». И стал возиться со столом, тем самым, где Хиша лежала, когда ее только принесли из пустыни. Нивер наклонился, покрутил гайки, и ножки стола опустились, стали коротенькими, как у скамьи или кровати.

Нивер объяснил: это для Хиши, чтобы ей меньше сил тратить, все ведь знают, как шаманы выкладываются. А тут и кислород, и лекарства, все под рукой.

Хиша взглянула недовольно, но спорить не стала, легла на стол-скамью. Риз сел рядом на полу. Попробовал дотянуться сквозь пустыню до Хишиного дома, подслушать, о чем говорят мальчик-выдренок и светловолосая девчонка.

И не получилось!

Ничего не помогало. Лучше не стало, даже когда Хиша положила ладонь ему на плечо и в воздухе заискрились золотые нити. Нивер молчал, сидел в стороне, но Риз чувствовал: наблюдает, ждет. Наверное, думает, что ничего путного не выйдет.

Но ведь в прошлый раз вышло! Только тогда никто не сидел над душой и Хиша еще ничего толком не рассказала. А теперь как выкинуть это все из головы? Риз не мог перестать злиться на Ирика и Льису. Выгнали Хишу, и все из-за дурацкой затеи! И родители ее не лучше, это же они все придумали. А еще тот когтистый дух. Кто он вообще такой, откуда взялся? Хиша говорила, у него были огромные синие глаза. Или сам он был синим? Наверное, он из второго мира или шестого.

Темнота за закрытыми веками забурлила, стала густой, фиолетово-черной. Ее пузыри лопались один за одним. А потом исчезли, и все затопил запах грозы.

Риз хотел шевельнуться и понял: тела нет. Опять, как тогда! А что вокруг? Штормовое небо, сизые тучи бегут и вихрятся. И по синим холмам будто движутся волны – игольчатая трава гнется под ветром. Стонут ветви высокого дерева, шелестит листва. И только остов дома стоит неподвижно: время его искрошило, но одна стена еще прочная, темные камни крепко держатся друг за друга.

Точно! Это шестой мир!

На уступе стены шевельнулась тень. Поднялась в полный рост, длинные когти царапнули старую кладку. Риз вгляделся – и тут же оказался рядом.

На него – или сквозь него? – смотрел житель шестого мира. Дома Риз видел изображения таких существ: острый подбородок, тонкие губы и огромные глаза в пол-лица. На рисунках это были уродцы, странные создания, но здесь, под грозовым небом, все оказалось иначе. Кожа и когти незнакомца отливали металлом, спутанная грива развевалась на ветру, а в глазах кипели фиолетовые волны.

– Форц! – выдохнула Хиша. Как и в прошлый раз, ее голос ворвался в мысли Риза.

– Хиша, дочь шаманов, – ответил незнакомец. Его губы так и остались сомкнутыми, как же Риз его услышал? Слова будто бы наполнили воздух. – Нашла меня.

Вдали вспыхнула молния, на миг распорола небо. Незнакомец протянул когтистую руку, и Риз понял: нужно бежать! Нельзя, чтобы этот синий дух к ним прикоснулся!

Хоть они здесь невидимы и бесплотны, он дотянется сквозь миры.

Риз дернулся и открыл глаза.

– Это был Форц, – сказала Хиша. – Дух, который ко мне приходил, играл со мной в прятки.

Она слезла со стола, опустилась на пол рядом с Ризом. Поспешно сжала кулаки, но не смогла унять дрожь. Руки у нее тряслись, а красные бусины в косичках глухо стукались друг о друга.

– Тихо, тихо, не разговаривай. – Нивер наклонился к ней, взял за запястье и принялся считать пульс.

Хиша молчала, но золотые ростки не успокаивались, бились в воздухе в такт ударам сердца. Наконец Нивер отпустил ее, выпрямился, стал рыться в железной коробке. Отыскал таблетку, бросил в стакан с водой. Та зашипела, полезла вверх пенной шапкой.

– Выпей, – велел Нивер.

Хиша осторожно сделала глоток и тут же скривилась. Наверняка жуткая гадость. Лекарства всегда противные и горькие.

– Это был Форц, – повторила Хиша. – Только где?

– В шестом мире, – ответил Риз и с досадой стукнул по полу. – Не знаю, почему я его увидел! Я хотел заглянуть к тебе домой!

– Нужно еще раз попробовать, – кивнула Хиша и залпом допила шипучку.

Нивер хмыкнул, забрал у нее пустой стакан и сказал:

– В зеркало на себя посмотри. Куда тебе еще пробовать, отдыхай до завтра. Может, свяжемся с тем шаманом, обсудим.

Риз вскинулся, хотел возразить, а потом посмотрел на Хишу. Она и правда была ужасно бледной. А если они попытаются снова и Риз опять не то увидит? Тогда Хиша только потратит силы зря. Выходит, Нивер прав.

Хиша пожала плечами. Не стала спорить.

– Риз!

Знакомый голос, но чей? Почему так темно и воздух затхлый, пахнет металлом, пылью и горючими парами? Тесно и душно, как в колодце.

Точно! Колодец! Затмение, прыжок, а потом – пустыня нижнего мира. И Хиша. Да, это она зовет Риза, трясет за плечо.

Он открыл глаза, но светлее не стало. Прикоснулся к одеялу, на котором лежал, нащупал под ним холодный пол и разозлился на себя. Как мог позабыть, где оказался! Конечно же, он внутри вездехода. Повозка отдыхает, бережет силы, поэтому и свет не горит. Утром снова в путь. А пока все спят: Нивер и Куго – в кабине, а Риз с Хишей – тут, в медицинском отсеке.

– Тихо! – прошептала Хиша. – А то они услышат и проснутся.

Риз повернулся на голос и увидел золотые искры. Они кружили над Хишиными руками, озаряли лицо, а вокруг все тонуло во мраке.

Что она задумала? Да можно и не спрашивать! Хочет снова заглянуть домой, верит, что на этот раз у Риза получится. Но здесь такая темнотища, тяжело дышать и взрослые рядом. И что же, сдаться? Ну нет!

– Давай на крышу вылезем, – сказал Риз еле слышно. – Там проще будет.

Хиша кивнула, и золотой ореол вокруг нее колыхнулся.

Выбраться оказалось непросто – на ощупь, к выходу из отсека, а потом по коридору. Без света все стало незнакомым и жутким, и Риз снова разозлился на себя: не маленький же, чтобы темноты бояться! А потом Хиша поймала его руку, потянула вперед, и ладонь легла на холодный обод. Точно, это колесо, которое открывает дверь. Риз навалился на него, ворот тоскливо скрипнул, поддался. Щелкнули замки.

Риз замер и почувствовал, что рядом точно так же застыла Хиша. Но из рубки не донеслось ни звука: ни шорохов, ни голосов. Риз осторожно приоткрыл дверь и шагнул на сетчатую приступку.

И будто вынырнул из черноты. Мир вокруг был сплетением теней – но стал понятным. Вот выгнутый бок вездехода, а за ним – пустыня, сумрачный простор. Над головой мерцали звезды, вспыхивали красноватыми огоньками в разрывах облаков и пропадали.

Только некогда глазеть на небо! Риз ухватился за скобы, полез наверх. Ветер бил в спину, обдавал холодом, заглушал все звуки. Но не пугал, нет. Дышалось легко, и тело казалось невесомым, будто это и не нижний мир вовсе.

Хиша вскарабкалась следом, заслонилась от ветра. Риз схватил ее за рукав и указал на корму, на выступ-плавник. Да, то самое место, где у них уже однажды все получилось, где удалось сделать невозможное!

Хиша все поняла без слов, пошла вперед.

Они уселись возле выступа, и Риз взглянул на невидимый горизонт. Там, за темнотой, прячется дом Хиши, там опасные приборы, Ирик и Льиса, возомнившие о себе невесть что. Вот бы прыгнуть туда, как в другой мир!..

Ночь взорвалась тысячами искр, ослепила Риза. А потом мрак расступился.

На пульте перемигивались огоньки: два зеленых и четыре красных. Шуршали приборы, по экранам плыли изогнутые линии. На полу, в пустом кресле и на ящиках у стены – всюду громоздились стопки бумаг и потрепанные толстые тетради. А во втором кресле спала Льиса.

Что-то ей снилось: она вжималась в откинутую спинку, судорожно вздыхала, хваталась за подлокотник. Косичка у нее совсем растрепалась, лента сползла.

– Посмотри на экраны, – попросила Хиша.

Риз послушался. Только на что там смотреть? Тусклые линии ползли, поднимались и опускались, словно хотели нарисовать горы. А на верхнем экране вспыхивали и гасли ряды цифр.

– Не понимаю, – призналась Хиша. Так горько, почти отчаянно.

Что же делать? Неужели зря сюда проникли?

Льиса шевельнулась, всхлипнула. Что ей снится?

«Иногда они видят нас во сне». Воспоминание на миг заслонило все. Как наяву вспыхнул хрустальный пол учебной комнаты, белое солнце заглянуло в стрельчатые окна, зазвучал строгий голос наставника: «Будьте осторожны в нижних мирах, обходите спящих стороной».

– Тут ничего не узнаем, – сказала Хиша. – Пойдем. Может, Ирик где-то рядом или…

На этот раз Риз не стал ее слушать.

Потянулся мыслью – и оказался возле спящей девочки. Так близко, что увидел, как вздрагивают ее ресницы.

– Льиса! – позвал он.

И она тут же откликнулась:

– Хиша?

Все замечают Хишу, а Риза словно и нет! Ну и ладно. Главное, спросить о самом важном.

– Когда вы начнете эксперимент?

– Завтра, – пробормотала Льиса сквозь сон. Снова беспокойно заворочалась, крепче вцепилась в подлокотник. – Днем… Лучше вечером… Не стабилизировали, не получается, но надо торопиться…

Днем! Значит, время еще есть, вездеход успеет добраться. Можно уходить, узнали все, что надо.

Но Риз не сумел удержаться, слова вырвались сами:

– Зачем вам это? Зачем эксперимент?

Льиса вздохнула, а потом улыбнулась – мечтательно, с надеждой. И прошептала:

– Чтобы все было хорошо. Чтобы победить излучение. Вернуть силу, которую украл верхний мир. Забрать обратно.

Силу, которую украл верхний мир! Что это значит?

Ветер ударил в лицо, обдал холодом и запахом пустыни. Риз снова оказался на крыше повозки.

Он поспешно обернулся к Хише: как она, не растратила слишком много сил? И тут же небо зашаталось над головой, тошнота подкатила к горлу, перед глазами все поплыло.

– Сейчас я помогу. – Хиша взяла его за руку. Теплые ростки обвили ладонь, проникли в кровь, и мир успокоился. – Не бойся, я совсем не устала. Когда мы там оказались, ты все делал сам. Странно. Я не знала, что так бывает.

Голос Хиши звучал спокойно. Она будто не заметила последние слова Льисы, только удивилась, что Риз делал все сам. Почему? Не такой же он никчемный, чтобы только тянуть из нее нити жизни!

Горизонт светлел. Вот-вот его взрежет край солнца, по пустыне протянутся багровые тени. Пора спускаться вниз, незаметно юркнуть в медицинский отсек, пока взрослые спят. А с расспросами подождать.

Но Риз не сумел.

– Про что она говорила? Мы ничего не крали!

И тут же пожалел, что сказал это «мы». Ведь он больше не живет во Дворце, там уже о нем и забыли, наверное.

Хиша качнула головой:

– Не знаю. Никогда ни о чем таком не слышала.

И замолчала, будто кто-то ее перебил.

Риз прислушался и различил скрип двери и стук подошв о металлические перекладины. А потом на краю крыши показалась худощавая, чуть сутулая фигура – Куго.

Ну вот, попались.

– Ну как, получилось? – крикнул он.

– Да, – ответила Хиша и встала.

Риз поднялся вслед за ней. Ничего теперь не оставалось, только идти вниз и все рассказывать.