– Здесь, – сказал Куго.

Нивер кивнул, щелкнул клавишами, потянул на себя рубильник. Нутро повозки протяжно загудело, поршни ухнули пару раз, и все затихло. Вездеход остановился.

Неужели и правда то самое место? Риз не стал спрашивать. Переглянулся с Хишей и тут же метнулся к выходу. Поспешно крутанул штурвал двери, выскочил на приступкуи осмотрелся.

Пасмурное небо висело низко, облака ползли на запад. Равнина сейчас казалась тускло-ржавой, в черных подпалинах. Ни травинки, ни следа жизни, лишь каменная земля, валуны и трещины. Справа у самого горизонта поднималась темная гряда гор, а слева, поближе, – склоны холмов. Наверное, за одним из них прятался бывший Хишин дом. Может, и в самом деле куда-то сюда Риз и спрыгнул. Или нет – в пустыне все места похожие.

Но Куго утверждал, что точно знает, где они с Нивером подобрали Хишу. «Я отметил в журнале, – так он сказал. – У нас есть координаты».

Хиша выбралась из повозки следом за Ризом, остановилась рядом.

– Узнаёшь что-нибудь? – спросил он.

– Да. – Хиша указала на холмы. – Я пришла оттуда.

Раздался хлопок, и над вездеходом расцвел переливающийся купол. Из кабины донесся голос Нивера:

– Так-то лучше. Машина шаманов уже близко, пора готовить площадку.

Да ну, близко! Выехали вместе, но второй вездеход полз медленно, давно отстал и скрылся в мареве пустыни. И неудивительно, ведь он был набит до отказа: там ехали Грах с крылатым существом, Креж-наставник, Молния и трое синих шаманов. С собой они набрали кучу тяжелых коробок и приборов – с такой поклажей не разогнаться.

– Риз, Хиша! – позвал Нивер. Металлические перегородки исказили его голос, сделали неразборчивым и гулким. – Мы подготовим аппаратуру, а вы найдите участок без валунов и трещин.

Да как такой отыскать! Разве что вот там, чуть левее… да!

Риз соскочил на землю, побежал вперед. Вот оно, подходящее место, у самой границы защитного купола. Выкинуть в сторону пару камней, и будет то, что надо: ровная, почти круглая площадка, будто дно огромного колодца.

Вдруг ось миров и правда проходит здесь? Она оживет, поток взметнется, пронзит все пространства и вырвется из сухого колодца в дворцовом саду. Того самого, что открывался лишь во время затмения. Ризу нравилось думать, что все будет именно так.

Но у взрослых были свои догадки и много путаных объяснений.

«Конкретная точка не так важна, – объяснял Грах, когда они готовились к экспедиции. На столе лежала карта с красной пометкой в центре. – Вот этот квадрат называют Сердцем пустыни. Там часто фиксируют пики излучения. Твоя база, Хиша, тоже в этом квадрате. И ты, Риз, тоже появился где-то здесь. Значит, ткань мира тут тоньше, чем в других местах».

Потому и решили ехать сюда. На подготовку ушло больше недели. Ризу и Хише почти ничего не поручали, и за эти дни они успели изучить Главную Базу: пробрались даже в машинное отделение и в нижние лаборатории. Нивер потом ругался: «Я разрешение на экспедицию с трудом выбил, а вы тут такое устраиваете!» Запретил убегать, но разрешил подниматься в небесный городок: «Хоть отвлечете Фираю немного, а то она вся в работе, в расчетах».

Фирая не очень-то хотела отвлекаться. Разрешала копаться в книгах и в развороченных приборах, а сама возвращалась к кипе исчерканных бумаг. Но потом спохватывалась, звала на кухню, наливала шипучку или чай и рассказывала, как путешествовала с Нивером. Риз слушал ее и представлял, какой она была прежде: взбиралась на крышу вездехода, высматривала что-то в пустыне и тут же проворно спускалась вниз, шла измерять излучение и собирать образцы камней. А теперь ей только и остается, что копаться в цифрах и смотреть с высоты на бесплодную землю. Неужели никак нельзя вылечить? Должен быть способ, хоть в одном из миров!

Дни тянулись медленно, но потом Нивер наконец-то объявил: «Пора», и вездеходы отправились в путь. И вот они здесь, нашли место, и сегодня – сегодня! – Риз с Хишей попробуют снова выпрыгнуть в восьмой мир. Или выше.

– Все готово, – сказал Ти.

Риз узнал его по голосу: и шаманы, и Нивер с Куго обрядились в защитные плащи, скрыли лица за полупрозрачными забралами шлемов. Решили не рисковать. Излучение пока в норме, но может усилиться в любой момент. В вышине мерцали два купола, перехлестывались и накрывали оба вездехода, но кто знает, защитят ли?

Риз невольно вспомнил Фираю и поежился. Излучение изувечило ее, приковало к креслу. Страшно представить, каково это – не то что прыгнуть, даже шагнуть не может.

«Хотела бы увидеть ваш эксперимент, – так Фирая сказала на прощание. – Но ничего, потом все расскажете».

А тут было на что посмотреть! Площадка теперь еще больше походила на колодец: по кругу расставили высокие короба приборов, вбили в землю колья-антенны. Над ними дрожали призрачные синие огоньки, воздух гудел.

– Только не знаю, – Ти качнул головой и указал наверх, – не поздно? Не лучше отложить на завтра? Можно будет начать в полдень: по всем расчетам, это идеальное время.

Риз взглянул на небо. Солнце то пряталось, то появлялось среди туч, окрашивало их багрянцем. Через два или три часа начнется закат. Что, если не выйдет вернуться до темноты? Глупо отправляться в незнакомый мир на ночь глядя. Наставники предупреждали: нужно быть осторожным, не прыгать сломя голову. Наверное, и сейчас Креж скажет об этом.

Но тот молчал. Стоял возле Граха, прятал руки в рукавах, смотрел перед собой, но будто ничего не видел.

И отлично, пусть молчит! А то пришлось бы с ним спорить, ведь Риз и так с трудом оставался на месте: подошвы жгло от нетерпения, безумно хотелось прыгнуть.

– Нельзя откладывать! – выпалила Хиша. Алые росчерки на ее ладонях пылали нестерпимо ярко. – Попробуем прямо сейчас!

– Согласен, – сказал Грах. – Ветер усиливается. Завтра может начаться буря.

Даже в защитной одежде его было ни с кем не спутать. Широкоплечий, огромный, Грах возвышался над всеми, даже над Нивером. И зачем шаману тяжелая накидка и шлем? С ним же три духа, а он все равно боится излучения. Закутался с ног до головы, только рукавицы не натянул.

Ладони Граха не горели алыми росчерками, как у Хиши, но вокруг пальцев вились искры. Он оплетал серую змею ростками жизни. Та безвольно лежала на одном из высоких коробов, не шевелилась, а золотые нити наматывались на нее виток за витком. Пасть уже была крепко стянута: теперь Молния не укусит, как бы ни пыталась.

– Обязательно с ней так? – тихо спросила Хиша. – Она же хочет помочь.

– Обязательно, – ответил Грах и завязал последнюю нить. – Намордник – чтобы не пыталась цапнуть, а сетка – для поддержания сил. Пока не поднимется совсем высоко, сможет питаться от меня. Ты-то ведь не сумеешь передать ей энергию, у тебя симбиоз с Ризом.

Опять про это! Вот они заладили: симбиоз, симбиоз. Риза передернуло от воспоминаний о Варме, о ее словах, о лживом амулете и помощи, которую она предлагала. Но Грах говорил о симбиозе по-другому, не так, как ведьма. Не пытался унизить Хишу, не твердил, что ей не стать настоящей шаманкой.

– Что ж, Молния готова к путешествию.

Грах протянул змею Хише. Та осторожно взяла ее, намотала на руку поводок и спросила:

– Но как с ней разговаривать? Она должна держать связь с вами, а сказать мне ничего не сможет.

– И без укусов получится, – отозвался Грах, и в его голосе Ризу почудилась усмешка. – Видишь эту нить? – Шаман подцепил росток жизни, свисавший с морды змеи. Этот золотой луч был толще остальных, а на конце скручивался, превращался в каплю света. – Сожмешь ее в ладони и все услышишь. Только часто так не делай, каждый разговор отнимет у Молнии много сил.

Хиша кивнула, а змея вдруг выгнулась, скользнула вверх по ее руке и легла на плечи, будто шарф.

– Риз, – тихо позвал Креж-наставник.

Как неслышно он подошел! Но все же Креж – искатель, хоть и бывший, а они это умеют. Подкрался и теперь стоял в полушаге, устало и печально смотрел на Риза. Сутулился, но все равно казался бодрее, чем прежде, не выглядел таким высохшим и усталым, как во Дворце. Почему так? Шаман напитал его своей силой, вдохнул новую жизнь?

– Помнишь наши уроки? – спросил Креж-наставник.

Он что, решил устроить проверку? Ведь и прежде он часто отчитывал Риза: плохо учишься, вот окажешься один в чужих краях, подсказать будет некому. А сам неправильно говорил про нижний мир! Так долго тут прожил, а талдычил только про плавильный котел и невыносимое пекло.

Но не ругаться же с ним сейчас.

– Помню, – кивнул Риз.

Креж-наставник взглянул на него с сомнением, вздохнул. А потом зашептал, торопливо глотая слова:

– Не спеши прыгать из мира в мир. Перед каждым прыжком набирайся сил, если кто-то появится – прячься в тенях. Тебя видят здешние обитатели, возможно, ты видим теперь во всех мирах. Будь осторожен. И… если доберешься домой, не входи во Дворец, не приближайся к Королеве. Ей не понравится то… – Он метнул быстрый взгляд на Хишу. – Что с тобой сделали.

Риз хотел ответить – даже нагрубить! – но не сумел.

Конечно, ей не понравится, что он связан теперь с шаманкой, подружился с ней и помогает жителям нижнего мира.

Но ведь Риз рожден из лучших мыслей Матери-Королевы! Разве она не будет рада, если он совершит невозможное, вернет поток, пронзающий миры?

Только не время об этом думать и без толку пытаться что-то объяснить наставнику.

Риз схватил Хишу за руку, потянул на середину площадки. Воздух здесь был другим: искрился, трещал и пах грозой. Кожу покалывало, дышать становилось тяжелей. Долго тут стоять нельзя.

– Уверены? – крикнул кто-то из взрослых. Кажется, Нивер. – Может, все-таки завтра?

– Совсем темно не будет, – откликнулся Ти. – Сегодня полнолуние.

– Тогда начинаем, – сказал Грах. – На счет три. Раз, два…

Пять тумблеров щелкнули одновременно. Синие огни над кольями-антеннами вспыхнули ярче, рванулись друг к другу, замкнули площадку в сияющее кольцо. Разряды полыхали, слепили, и Риз зажмурился, крепче сжал ладонь Хиши. Сейчас. Сделать глубокий вдох, на миг задержать дыхание и…

Сквозь треск электричества донесся испуганный голос Нво:

– Полнолуние! Сегодня? Риз, Хиша! Если увидите небесный танец – прячьтесь, прячьтесь, они…

Гул крови стал оглушительным, холод и жар накатывали жгучими волнами, земля под ногами вибрировала. Риз выдохнул – и прыгнул.

Встречный ветер ошпарил и тут же стих, расцвел дурманящими запахами и вечерним теплом. Земля под ногами мягко спружинила: Риз едва не оступился, но устоял. Хиша безвольно привалилась к нему, ее пальцы обмякли, больше не сжимали его руку.

Риз обхватил Хишу за плечи, поспешно заглянул в лицо. Что с ней, потеряла сознание, как тогда? А ведь они об этом никому не рассказали. Если бы Нивер знал, наверняка не разрешил бы…

Хиша дышала прерывисто и часто, взгляд остекленел. Только тут Риз понял, что вокруг слишком темно. Сумерки уже поглотили землю, черно-лиловая степь тянулась к горизонту, туда, где по небу разлилось фиолетовое зарево. Солнце почти скрылось. Но ведь до заката оставалось еще несколько часов! Значит, прыжок съел время, или в разных мирах оно текло по-разному. Может, из-за этого Хише и стало плохо? Что же теперь делать?

Серая змея беспокойно заерзала, обвила локоть Хиши, и та вздрогнула, судорожно вздохнула, прошептала чуть слышно:

– Риз, я в порядке. Надо только чуть-чуть отдохнуть…

Он не успел ответить. Порыв ветра ударил в спину, степные травы склонились, зашуршали. В воздух взвилась сладкая пыльца, аромат стал невыносимо густым. И тут же донесся пронзительный напевный крик, его догнал второй, третий, еще один и еще – десятки голосов. Риз обернулся.

Луна уже поднялась над землей – белая плошка с розовыми переливами. И в ее свете роились крылатые тени, кидались друг на друга, кружились и мчались на запад. Это, что ли, небесный танец?

Риз схватил Хишу, вместе с ней повалился на землю. Травы сомкнулись, тяжелые соцветия качнулись над головой. Крики приближались, становились все яростней и страшней.

– Надо спрятаться, – прошептал Риз. – Двигаться можешь?

Хиша не ответила, молча поползла вперед. Риз – следом. Стебли сминались, истекали соком, роняли лепестки цветов. Увидят ли небесные твари, как шевелится трава, поймут ли, что кто-то пытается улизнуть? Или слишком увлечены своей пляской?

Рука наткнулась на торчащие из земли корни. Риз вслепую пошарил в темноте, напоролся на колючку и зашипел сквозь зубы. Куст! Нет, целые заросли кустов, да еще и с шипами. А не так это и плохо: если осторожно пробраться между веток, то получится спрятаться.

Риз раздвинул колючий куст, пропуская Хишу. Прикусил губу и на этот раз вытерпел уколы, ни звуком себя не выдал. Подумаешь, царапины!

Заросли окружали узкую темную ложбину. Едва оказавшись там, Хиша сжалась в комок и замерла. Риз знал: ему тоже нужно приникнуть к земле, дождаться, пока смолкнут гневные крики. Но так хотелось увидеть, что же там происходит!

Риз приподнялся, взглянул в просвет между ветками.

Лунный свет заливал степь. Трава колыхалась волнами, а над ними танцевали тени. Прозрачные крылья били по воздуху, плескались полы широких одежд, вспыхивали отблески – не понять, на украшениях или на оружии. Существа не смолкали, и, казалось, каждый пел собственную дикую песню, пытался перекричать других.

Двое сшиблись – один из них рухнул. Напев оборвался воплем, затих. От упавшего виднелись лишь крылья – торчали из травы, словно изломанные паруса. Его противник взмыл выше, продолжил пляску.

Таким существам лучше на глаза не попадаться, это точно.

Риз сполз обратно в ложбину, нашел руку Хиши. Ее кожа была холодной, пульс в запястье бился медленно, еле слышно. Теряет силы, прямо как тогда! Нужно помочь ей, ведь в тот раз получилось.

Но тогда вокруг пальцев Риза вились золотые искры, а теперь он, сколько ни всматривался, ничего не видел.

Но должен же быть способ! Хиша столько раз делилась своей силой, отдавала ее снова и снова, нужно вернуть ей хоть немного.

Риз зажмурился и попытался вспомнить, как это было. Как в пустыне, при самой первой встрече с Хишей, дрожали в воздухе ростки жизни. Как они искрились в медотсеке вездехода и потом, на крыше. И возле узловатых корней фты, когда Риз следил за Ириком и Льисой. И после, снова, снова и снова.

Сердце пропустило удар. И тут же забилось быстрее, по коже побежали горячие мурашки, ладони защекотало. Риз открыл глаза. Его руки тонули в сплетении золотистых лучей.

Ну же! Эти ростки нужны Хише, пусть вернутся к ней, согреют. Да, вот так, пусть растворяются в ней, пусть она дышит глубже, пусть кровь течет быстрее, а пульс звучит громче. Так, именно так!

Удалось!!

Хиша шевельнулась, сжала его пальцы. И шепнула:

– Я была права. Ты шаман. Здесь, в этом мире, ты точно шаман.

Риз хотел возразить, но передумал. Шаман так шаман. Какая разница? Главное, что все получилось.