Ужасно хотелось спать.

Риз боролся с собой: то и дело встряхивался, отгонял дремоту и озирался по сторонам. Смотрел на белые стены, на кругляш лампы над головой, на длинный стол, заваленный приборами. Покопаться бы в них, понять, что это за штуки! Но даже любопытство не могло одолеть дремоту.

А вот Хиша не выглядела сонной. Сидела рядом, стиснув руки в замок, односложно отвечала шаману.

Точно! Нельзя спать, нельзя отвлекаться, ведь здесь колдун. Похож чем-то на Хишу – может, дальняя родня? – и те же красные бусины в волосах. А вот такого медальона у Хиши нет: круглого, багряного, с неразборчивой гравировкой. Зато похожий амулет был у той ведьмы, Вармы! Этот шаман ничего не требует, вещи Риза не просит, но мало ли что он задумал.

Нивер и Куго тоже ему не доверяли. В разговор не вмешивались, но сидели рядом, внимательно следили. И только у Риза слипались глаза и путались мысли. Шаман его зачаровал? Нет, Хиша бы заметила, предупредила.

А ведь сначала Риза переполняли силы!

Он так легко спрыгнул: восьмой мир лиловым всполохом пронесся мимо, и тут же подошвы ботинок врезались в твердую почву пустыни. Риз поймал Хишу, не дал ей упасть. Эхо удара гудело в костях, но Риз не чувствовал ни тяжести, ни боли. Мог бы тут же выпрыгнуть снова! Только нельзя же пугать взрослых.

Нивер и Куго и без того ужасно волновались. Говорили наперебой, но Риз их едва понимал: голоса за забралами звучали искаженно и странно. Неудивительно, что сверху трудно было разглядеть, кто там стоит рядом с вездеходом. Шлемы, бесформенные плащи и рукавицы сделали взрослых похожими друг на друга.

Риз пытался рассказать о восьмом мире, а Хиша спрашивала, что с другими детьми. Но Нивер не стал ни отвечать, ни слушать. Жестом велел идти к ближайшему жилищу, а сам вернулся к вездеходу, принялся задраивать люк. Ничего не оставалось – только послушаться, вприпрыжку домчаться до огромных дверей, нырнуть под крышу. И там ждать, когда же подоспеют взрослые.

Первым появился Куго, поспешно снял шлем, и тут началось: «Куда вы пропали? Мы вас искали по всей базе, хотели уже идти в пустыню».

«Говорю же, мы выпрыгнули в восьмой мир!» – крикнул Риз. Куго сперва не поверил. А потом пришел Нивер, и все пришлось повторять сначала.

Наверное, тогда и подкралась усталость. Сила больше не кипела в крови, не звала прыгнуть как можно выше. Но в сон тогда еще не тянуло. Риз жадно слушал рассказ Нивера: все приборы в испытательном корпусе сгорели, но никто не умер. Ирика и Льису заперли в одной из комнат, завтра приедут люди с Главной Базы и решат, что с ними делать. А остальных детей увезут, им тут не место.

«Всех, кроме Хиши, – сказал Нивер и усмехнулся. – Вы же наши стажеры».

Риз хотел спросить про Ицу, но передумал. Даже если она ему не померещилась, все равно в нижнем мире Ица – дух, а значит, Нивер и Куго ее не заметили.

Потом пришла девочка, жутко бледная и испуганная. Запинаясь, пробормотала, что их ждут в столовой, и убежала. Хиша тут же помрачнела, но объяснять ничего не стала. Но Риз и сам понял. Наверняка это подруга – бывшая подруга, – ведь не заступилась, когда Хишу выгоняли.

«Что ж, пойдем, – сказал Нивер. – Сегодня тут пир, шаман привез пайков на всю ораву».

Шамана они встретили в коридоре, по пути в столовую.

Сперва Риз услышал грохочущие шаги, а потом из-за угла вышел человек: ростом под потолок, широкоплечий и весь в амулетах. Металлические, костяные, резные и гладкие, они были приколоты к воротнику, свисали с пояса и с рукавов. В темных волосах алели шнуры и бусины, прямо как у Хиши.

И тут Риз застыл: увидел того, кто шел позади шамана.

Ерунда, мерещится! Не мог здесь оказаться дворцовый наставник, да еще тот самый, что вечно рассказывал про кошмары нижнего мира! Тот, что прежде прыгал по мирам, а потом оказался в плену. Еле вырвался и с тех пор бродил по Дворцу как тень: иссохшийся, с помутневшим взглядом, но строгий – вечно отчитывал учеников.

Да не он это, конечно, нет. Этот не сутулится, глаза ясные, движения наполнены силой. Только почему замер и так смотрит на Риза?

Шаман обернулся и спросил: «В чем дело, Креж?»

И тут уж сомнений не осталось. Риз не сдержался, выпалил вслух: «Креж-наставник!» Да, так звали бывшего искателя, учившего детей Матери-Королевы. Зачем он здесь? Она послала его на поиски? А Ица что тут делала?

Наставник нахмурился, покачал головой. Прямо как на уроке, когда Риз отвечал неправильно.

«Вижу, вы знакомы», – усмехнулся шаман. Сейчас начнет допытываться. А может, уже все знает и про Дворец, и про Риза? Тогда врать нет смысла. Или…

Но шаман расспрашивать не стал. Взглянул на Хишу, сказал: «Надо нам обсудить твое путешествие». Говорил так, как будто она взрослая, ровня ему! А потом ушел, и Креж-наставник поспешил за ним следом, даже не оглянулся.

В столовой и правда оказалась куча еды. На длинном столе возвышалась пирамида из прозрачных коробок, а в них – знакомые белые и желтые кубики. Бери сколько хочешь, всем хватит! У дальней стены тесной стайкой сидели дети и жадно ели. Встрепенулись, когда Риз и Хиша переступили порог, но тут же снова склонились над тарелками. Ирика и Льисы в комнате не было.

Хиша шагнула к детям, но тут же развернулась, схватила коробку с едой и быстро отошла к другому концу стола. И правильно. Нечего с ними общаться.

Риз устроился рядом с ней, Куго и Нивер сели напротив. И снова начались расспросы: «А с кем ты говорил в коридоре? Это был дух из верхнего мира? Ты поосторожней с этим шаманом и его духами, а то мало ли…»

Ризу совсем не хотелось есть, но он хватал кусок за куском и невнятно отвечал с набитым ртом. Сейчас бы поговорить с Хишей наедине! Обругать ее бывших друзей – может, ей тогда станет легче. И рассказать про наставника. Ведь если Мать-Королева отправила его на поиски, значит…

Так не хотелось додумывать эту мысль! Только что Риз чувствовал себя свободным, мечтал о путешествиях и о прыжках в другие миры. Но раз Мать-Королева о нем не забыла, то кто знает, что теперь будет. Вряд ли ей понравится, что Риз оказался связан с Хишей.

Вот тогда-то усталость и навалилась по-настоящему. Все отдалилось, стало неважным, хотелось спать – остальное потом, потом. Может, снаружи уже и стемнело? Если скоро ночь, то разговоры можно отложить на завтра.

Но не получилось. Шаман вернулся – один, без Крежа, – и пришлось снова плестись по коридору, а потом сидеть в комнате, заваленной приборами, и бороться со сном. Сперва разговаривали взрослые, но так путано, что Риз понял только, что шамана зовут Грах и он хорошо знает пустыню.

– Риз меня спас, – сказала Хиша.

Риз вздрогнул от неожиданности, взглянул на нее. Хиша медленно разжала руки. На ее ладонях горели алые росчерки – ярче, чем прежде. О чем она говорит? Про то, как они встретились в пустыне? Или про восьмой мир?

Он не успел спросить вслух. Хиша продолжила:

– Там, наверху, он отдал мне свою силу. Как будто сам стал шаманом. Ведь это же только мы умеем, да?

Вот еще!

– Никакой я не шаман, – огрызнулся Риз. – Просто получилось.

– Просто получилось, – повторил Грах.

Он смотрел теперь на Риза. Внимательно, но совсем не так, как Варма. Она-то разглядывала его как вещь, диковину из верхнего мира. А этот шаман будто пытался распознать то, чего глазами не видно. Что он вообще знает? Риз разозлился на себя. Надо было не думать о чем попало, а расспросить Нивера или Куго! Может, шаман ни о чем не догадывается и считает Риза обычным жителем нижнего мира. Ведь у Хиши на шее по-прежнему висит амулет – тот, что выменяли у Вармы на одежду. Эта штука должна прятать иномирную природу. Только как ее спрятать, если они с Хишей выпрыгнули наверх, а потом и спустились обратно!

– Этот все тот свет в колбе. – Слова вырвались сами, теперь не вернуть. – Наверное, он мне помог.

– Катализатор, – непонятно согласился Грах. – Вот только силу ты отдавал свою собственную, поэтому теперь такой усталый.

Даже это утаить не удалось. Ну и ладно.

– И что это был за жуткий огонь? – спросил Риз.

– Я его не видел, – ответил шаман. – Это задача для исследователей, они должны разобраться.

– У меня есть идея. – Куго подался вперед, забарабанил пальцами по столу. – Я ее проверю на Главной Базе, там есть установка и записи…

Шаман теперь слушал Куго, изредка спрашивал что-то. Непонятных слов становилось все больше, Риз уже не мог сосредоточиться. Дремота накатывала волнами, все ближе и ближе.

Наконец Грах поднялся из-за стола и сказал:

– Хорошо. Как только освобожусь, приеду на Главную Базу, там все и обсудим.

Риз проснулся от голосов.

Они шептали, перебивали друг друга, то становились громче, то смолкали. Было темно, лишь по потолку растекся отблеск лампы. Риз снова закрыл глаза. Пусть себе говорят, а он будет спать дальше. Тут спокойно. Совсем не похоже, конечно, на его спальню во Дворце: нет высокой резной кровати и шелковых простыней, а в воздухе не струится прохладная чистота. Но и на ночевку в вездеходе не похоже! Здесь пахнет пылью, зато лежать мягко, не то что на металлическом полу. Ничего не гремит, не грохочет. Подумаешь, Хиша спорит с кем-то, она же старается не шуметь.

Только с кем она спорит? Риз встрепенулся, выполз из-под одеяла.

Хиша отказалась ночевать в своей прежней комнате, даже зайти туда не захотела. Выбрала пустое ничейное жилище – маленькое, зато с двумя ярусами. Вырубленная в стене лестница вела к нише, там-то Риз и устроился. Раскатал матрас, улегся, успел подумать: «Я под землей, как зверь в норе». И провалился в сон.

А теперь в комнате был кто-то третий, кто-то еще, кроме них с Хишей.

Риз подобрался к краю и осторожно взглянул вниз.

На кровати рядом с Хишей сидела девочка. Та самая, что прибегала звать в столовую? Да, она. Ужасно худая и с короткими волосами – как странно, девочка и без кос! Ее кто-то обидел, остриг в насмешку? Или, может, для нижнего мира такое нормально. Ведь ходят же тут все в одинаковой одежде – и мужчины, и женщины, и взрослые, и дети. Риз попытался представить Ицу в штанах и с отрезанными волосами – и не сумел.

– Я не сержусь, – прошептала Хиша. – Я ведь сама согласилась уйти.

Вторая девочка пробормотала что-то и тут же вскинулась, схватила Хишу за руку:

– Тогда поехали с нами! Нас все равно отсюда заберут, а так мы хотя бы будем все вместе.

Запустить бы чем-нибудь в эту дуру! Сначала дала выгнать подругу в пустыню, а теперь вдруг уговаривает ехать вместе. Хиша, может, и не сердится, а вот Риз злился на всех здешних детей и прощать их не собирался.

Хиша медлила с ответом и руку не отдергивала. Согласится? Тут ведь ее друзья, она всю жизнь среди них жила. Наверное, ужасно по ним скучала. Готова помириться с этими предателями, вернуть прежнюю дружбу.

Смотреть вниз стало невыносимо, и Риз отполз от края ниши. Пусть делает что хочет, он вмешиваться не будет. А то еще решит, что он завидует. У Риза-то друзей никогда не было. Родился из лучших мыслей, а толку! Братья и сестры его сторонились, иногда насмехались – все знали, что по мирам он прыгает плохо, а других талантов у него нет.

– У меня теперь взрослая работа, – донесся снизу шепот Хиши. – Я буду исследователем, и Риз тоже.

– Он твой дух? – спросила вторая девочка.

– Как… – Хиша запнулась, но договорила: – Как ты догадалась?

– Но он же мерцает. То нормальный, а то тень.

Вот как! Риз не выдержал, перевесился вниз и выпалил:

– Сними амулет! Ведьма нас обманула, подсунула простую железку!

Хиша запрокинула голову, встретилась с ним взглядом:

– Подслушивал? Иди сюда, раз не спишь.

Вторая девочка пробормотала что-то, попыталась метнуться к двери, но Хиша поймала ее за руку, остановила. Риз мотнул головой, но ничего говорить не стал.

Бегом спустился по ступеням – сил снова было хоть отбавляй! – плюхнулся на кровать, но тут же вскочил. Мысли роились и жгли, он не мог усидеть на месте.

– Риз, это Кова, – сказала Хиша. – Моя подруга.

Ну и что он должен сказать в ответ? «Рад встрече»? Может, еще и поклониться, как во Дворце?

Кова испуганно смотрела на него, бледная и светловолосая. Какие они с Хишей разные! Как будто и не из одного мира. Хотя одеты одинаково, только вот у этой Ковы нет ни бусин в волосах, ни красного шнурка на шее.

Точно! На этом-то шнурке и висит железка Вармы.

– Сними! – Риз прыгнул к Хише, дернул амулет. – Она непонятно что тебе дала, хорошо если пустышку просто.

– Хватит!

Хиша оттолкнула его, но амулет сняла. Золотые ростки вились вокруг ее рук, наполняли воздух теплом. Значит, с Хишей все в порядке, у нее тоже достаточно сил.

– Наверное, и правда пустышка. – Хиша подкинула амулет на ладони. – Варма просто хотела заполучить твои вещи.

– Это следилка, – сказала Кова.

Она осторожно взяла у Хиши шнурок с металлическим цилиндром и поднесла к лампе. Риз замер, ждал молча. Неужели эта стриженая девчонка знает что-то полезное?

– Точно следилка. – Кова полезла в карман рубашки и вытащила похожий оберег, только поменьше. – Помнишь, я рассказывала, папа… боялся, что я залезу куда-нибудь не туда, и сказал мне носить следилку. Чтобы он знал, где я.

– Не помню, – покачала головой Хиша. – Но правда похожая штука.

– Ирик потом проверял… – Кова запнулась, но продолжила, сбивчиво и еле слышно: – Сказал, она простая, через нее нельзя смотреть и слушать, она только показывает, где я. Она еще год проработала. А потом разрядилась. Я ее оставила… на память.

Год! Значит, ведьма подсунула амулет и еще долго сможет следить за ними?

– Надо выбросить в пустыне! – сказал Риз. – Или уничтожить.

– Если… – Кова потупилась, а потом взглянула на Хишу. – Если ты не поедешь с нами, то отдай мне ее. Тогда никто тебя не найдет и не догадаются, что ты все поняла.

– Только никому не рассказывай, – попросила Хиша. – И как приедете в приют, лучше выброси или спрячь.

Кова кивнула.

Не такая она и плохая, решил Риз. Может, и стоит простить.