Глава двадцать седьмая. Драконы забвения (ночь четвертая). Первородные... мы

Алисия исчезла, оставив после себя лишь аромат цветов яблони. Я посмотрела на свои ладони - не верилось, что еще несколько минут назад обнимала маму.

Выдохнула протяжно, возвращая себе силы просто двигаться дальше. Узнала главное - папа не убивал ее. Не убивал… Сучий Кроу. Сжала до побелевших костяшек кулаки, мотнула головой. Я вернусь. Вернусь и сама тебя убью. За все, что ты сделал. За то, что буквально разрушил всю мою семью. Лишил родителей.

Для этого нужно вернуть память близнецам. И получить от них метку. Если я получаю силу от драконов, то почему они не могут получить что-то от меня? Примирение сил внутри через Влюбленных за воспоминания.

Но все-таки замерла, коснувшись дверного косяка. Воздух внутри казался густым и будто не пропускающим ничего наружу. Но остановилась я не по этой причине.

Даже если остальные братья сюда никогда не придут, Эсмер и Тиан казались счастливыми. Их не тревожило то, что заперт Ашер, что их пленили в колоде. Это просто был лес, поле, сад со спелыми яблоками, дом. И даже если все это просто бесконечный день, повторяющийся день, близнецы не замечают.

Могу ли я разрушать их идиллию?

А могу пожертвовать всеми остальными и своими целями ради их покоя?

Все же ступаю дальше по скрипучим старым доскам. Попадая в тот дом, который знала до последнего уголка, никогда в нем не бывав. Вот здесь Хетвет всегда подкарауливал Дайна, чтобы напугать, и тот неизменно пугался, а потом начинались догонялки, пока не получали полотенцем от мамы. А здесь Кель упал, рассек бровь об угол комода. Первое ранение в неравной драке с мебелью!

Но шла я на кухню, где слышались голоса. Близнецы были у большого стола, Эсмер пил молоко, улыбнулся, увидев меня.

– Ты где пропала? Голодная?

Вместо ответа подхожу и целую Тиана. Вам придется вспомнить, дорогие драконы. Не потому что мщу за что-то. Благодарности моей нет предела за то, что сохранили частичку мамы. Но и мне, и вам нужно вернуться в реальность.

Но в грозовом взгляде брюнета пока лишь темнеющее намеком желание большего. Отстраняется, глядя на меня чуть прищурено. Затем его пальцы уверенно обхватили затылок, направляя меня вновь ближе. Поцелуй настойчивее. С привкусом тех самых яблок, с прикусом губы. Почти болезненно, а следом ласка языком. Руки вниз, рывком ближе к себе, к горячему мужскому телу.

Мурашки по коже. Так волновалась о том, что попаду в мир Влюбленных и буду с ними двумя сразу. Но теперь этот страх на заднем плане.

Особенно когда Эсмер подходит сзади, и его присутствие ощущается не менее жарко. Сильные руки по-хозяйски обнимают грудь, не споря с ладонями брата на талии. Прижимается сам, губы касаются чувствительной кожи на шее, оставляя дорожку из обжигающих поцелуев. Пальцы касаются груди, затем распутывают шнуровку, пока Тиан целует в губы.

Ткань с плеч, оставляя меня полуобнаженной. Эсмер вдохнул запах с моих волос, прижался к затылку и сказал что-то на драконьем. Не знаю, что, но от этого низкого, наполненного жадностью голоса, заныло сладко внизу живота. Запрокинув голову, смотрела на него с мольбой. Тиан - поцелуями до груди, и уже Эсмер прижимал меня к себе за бедра. Я чувствовала, как упирается в меня сзади возбужденный член блондина.

– Эс… мер…

– Ты наша, Аврора.

Ваша. Тиан терзает ласками грудь, бережно, но ярко, прикусывая соски. Зализывает невидимые следы и посасывает, вобрав между губ. От этого меня прошибает током. И магия внутри отзывается жадностью на чужие прикосновения, тянется к ним, сплетаясь с их энергиями и наконец переставая бушевать. Братья словно примеряли ее, сосредоточившись на мне.

Я вплетаю пальцы в волосы Тиана, прося не останавливаться. Целовала со вкусом блондина, отвечала на его поцелуи, тихо стонала. Невыносимая пытка, когда хочется большего, хочется, чтобы задрали платье и взяли меня, потому что колени сведены так сильно, на грани боли мышц. Я мокрая и хочу еще.

И он дает мне эту тянущую, сладкую ласку. Сминая грудь в ладонях, покрывая поцелуями, очерчивая ореолы сосков пальцами, потирая между пальцами. Из-за магии казалось, что стала намного чувствительнее.

И кончила лишь от ощущения возбуждения Эсмера и ласки Тиана. Белье было таким влажным, но они даже не коснулись меня там. Тяжело дыша, запрокинув голову на плечо Эсмера, приходила в себя. И когда перед глазами перестали летать мушки, сама опустилась перед ними на колени.

Возбужденный член Тиана. Не менее - Эсмера. Ласкала их теперь в ответ. То вбирая головку одного между губ и опускаясь по длине вниз. То проводя языком по достоинству второго, по каждой венке. Помогая себе ладонями и глядя на близнецов снизу вверх.

Тиан направил меня, безмолвно прижал за затылок, сам двигаясь. Я послушно замерла, ощущая, как бархатная головка проходится по щеке с внутренней стороны. Тихий стон дракона, больше похожий на рык, прошил новой волной возбуждения.

Эсмер смотрел так, словно возьмет меня прямо сейчас, когда я вернулась языком к его члену. Рисуя влажные узоры, поднялась выше, посасывая головку, и он задышал тяжелее. Тебе нравится, когда так?

Не успела довести братьев до разрядки, потому что терпение блондина закончилось. Подняв меня на ноги, как пушинку, усадил на стол. Его руки показались огнем, когда наконец задрал платье и коснулся белья. Его вниз, оставляя на лодыжке. Поцелуи Тиана, почти яростные от сдерживаемого с трудом желания.

Эсмер развел мои колени, коснулся самых чувствительных мест, провел по мокрому клитору, пропуская горошину между пальцами. Я не смогла сдержать громкого стона, схватилась за плечи дракона. И тогда он вошел. Медленно, неотвратимо, стоя между моих колен. Сводя с ума.

И когда оказался весь, до конца, во мне, я с трудом могла дышать от удовольствия. Эсмер заполнил всю, а когда сделал первый толчок, по старой теплой кухне разнесся пошлый мокрый звук. Я всхлипнула и вцепилась в плечи еще сильнее, потому что дракон буквально поднял меня, отстранившись от стола. Вскрик наслаждения - стало еще глубже.

– Глу… боко, Эсмер.

– Тебе хорошо? - хрипло спросил, сам двигаясь, и я могла лишь согласно стонать в ответ.

После была очередь Тиана. Он занял место брата, который кончил, и мне было не менее хоорошо. Никогда не испытывала такого. Задыхаясь от того, насколько заполнили по очереди члены Эсмера и Тиана.

– Расслабься, любимая.

Не знаю, кто это сказал. Но я расслабилась. Позволяя им делать все, что захотят. Потому что доверяла. Тяжелое дыхание драконов, их жар и прикосновения приводили в экстаз. Это было жаркой бесконечностью, возбуждение накатывало заново с каждым толчком.

Не знаю, сколько раз они брали меня, меняясь, меняя позы. Их энергии внутри превращались во что-то единое и прекрасное, такое сильное, что было невозможно удерживать. Но не от боли - от неги, растекающейся по клеточкам и сосудам тела. Во мне стало очень горячо и вязко, сперма стекала по членам и бедрам. Я кончала с ними снова и снова.

Прежде чем провалиться в привычную темноту, наполненную их ласками и губами, шепотом о чем-то, я разобрала единственное важное.

– Ашер…

И открыла глаза.

Тишина пещеры казалась оглушительной после кухни, наполненной стонами и пошлыми шлепками о бедра.

Костер. Хетвет. Я села, посмотрела на запястье. Двойная линия дракончиков дня и ночи переплеталась с прочими. И впервые я ощутила их магию внутри как нечто целое. Каждому нашлось место, каждый в унисон работал с остальными. Стало легко.

Можно ли описать это чувство? Румянец еще горел на щеках, но я поднялась. Помнила еще слишком ярко и жар Хетвера. И каждое движение на кухне. Говорить об этом? Обещать кому-либо что-либо? Взгляд Солнца в спину был слишком красноречивым. Верно, я ведь Истинная и для него. И вряд ли ему приятно понимать, где я была.

Но выяснять нам было нечего, и я не хотела никаких ссор на этот счет. Условия ставила не я, не я сделала так, что Истинная для всех. И пусть это было своего рода нечестно по отношению к каждому из драконов… За это время поменялась и я, уже не переживая сильно по такому поводу. Главная цель – отомстить Кроу. И, если драконы своеобразно использовали меня, чтобы вернуться, то и я их.

– Я видела маму, - перевела тему, поворачиваясь к дракону.

– Маму?..

– Да. Кусочек ее души был в мире Тиана и Эсмера. Она сказала, что отец не убивал ее. Кроу забрал личность еще когда вас пленили.

Он поднялся следом, задумавшись. Выходит, все эти годы… Кивает. И, помедлив, все-таки подходит и обнимает. Я смотрю на него удивленно, не отвечая. Думала, что хочет просить о чем-то, была готова просить перестать. Но ошиблась.

– Хетвет…

– Мне жаль, что ты все это пережила.

Слова его были слишком неожиданными. И нужными. Вот теперь поднимаю ладони и касаюсь спины дракона. В благодарность за соболезнования. Мы стоим так некоторое время, пока он не делает шаг назад. Смотрим друг другу в глаза, он чуть приоткрывает рот, но все-таки не говорит того, что заставит нас выяснять отношения, которых нет.

До конца нашего пути осталось совсем немного. Я глубоко вдыхаю нагретый воздух. Метки на руках отзываются теплом.