Цзян Тин быстро спустился, пересёк вестибюль гостиницы и выскочил на оживлённую улицу. Сведя брови к переносице, он старательно всматривался в поток машин. Янь Се вышел следом и накинул ему на плечи свою куртку:

– Холодно же.

Капитан кивнул.

– Ци Сыхао сказал, что будет через несколько минут.

Никто из них не предполагал, что Король пик начнёт действовать так быстро. Цзян Тин был уверен, что жизни Ци Сыхао ничего не угрожает, поэтому посоветовал ему остаться в Гунчжоу, придерживаться привычного распорядка и не привлекать внимания.

В ожидании Ци Сыхао Янь Се достал сигарету и закурил.

– Что думаешь насчёт Фан Чжэнхуна? Вы с ним раньше были знакомы? – Цзян Тин тоже потянулся к пачке, но майор его остановил: – Не стоит, тебе вредно.

На днях Янь Се начитался в «Вичате» постов о здоровом образе жизни от госпожи Цзэн Цуйцуй и сегодня с утра наотрез отказался покупать Цзян Тину сладкие баоцзы, сделав выбор в пользу мясных. Своё решение он аргументировал тем, что животный белок очень важен для укрепления иммунитета. Теперь майор запрещал товарищу курить и даже слегка отстранился, чтобы капитан не смог выхватить сигарету у него изо рта.

Цзян Тин тяжело вздохнул. Не зря люди говорят: нет денег – нет права голоса. Он почесал кончик носа и сказал:

– Мы встречались, но близко не общались.

– Это как?

– Во время совместных операций Гунчжоу и Цзяньнина он часто руководил группой с вашей стороны. Фан Чжэнхун всегда шёл на контакт, не перетягивал одеяло на себя, следовал общему плану. Когда ты сказал, что он тебя третирует, я очень удивился. По моим воспоминаниям, Фан Чжэнхун относился ко всем одинаково уважительно вне зависимости от статуса. – Цзян Тин помолчал и осторожно добавил: – Судя по его реакции, он был обо мне хорошего мнения. Вряд ли он верит в мою невиновность только из-за пары совместно проведённых операций.

Тогда в чём причина диаметрально противоположного отношения начальника Фана к Цзян Тину и Янь Се?

Майор глубоко вздохнул:

– Как думаешь, это он украл пистолет Юэ Гуанпина?

– Трудно сказать. Зависит от того, что мог предложить ему Король пик. Но меня не покидает ощущение, будто Фан Чжэнхун не просто тебя недолюбливает… – Он посмотрел Янь Се в глаза и медленно проговорил: – Он тебя ненавидит.

Раздался визг шин. У тротуара остановился «мерседес», стекло опустилось, и показалось взмокшее от пота лицо Ци Сыхао.

– Пойдёмте скорей, нельзя торчать на улице!

Перед приездом Ци Сыхао Фан Чжэнхуна заперли в ванной и по старой схеме заткнули рот кожаной перчаткой. Мужчина, давно разменявший шестой десяток, в бешенстве ревел сквозь кляп, но напуганный до смерти Ци Сыхао не обратил на это внимания. Он схватил чашку с горячей водой и затараторил:

– Сегодня утром я выехал на заседание в горком партии, и почти сразу за мной увязался белый фургон. Поначалу я не придал этому значения, но, когда свернул с эстакады, сзади вдруг вылетел грузовик и начал нагло выдавливать меня на обочину. Тут-то я уже не сомневался, что это нарочно! Я резко ускорился, но они не отставали. – Он отхлебнул горячей воды. – Грузовик зажимал меня слева, фургон сзади бился в бампер – и так несколько километров! Я с перепугу даже на номера не посмотрел. Стоило отвлечься хоть на секунду, и я труп. Слава небесам… Что это за звук?

Ци Сыхао метнул взгляд в сторону ванной. Янь Се небрежно бросил:

– Собака. Подобрали по дороге, не обращай внимания.

Над головой Ци Сыхао высветились вопросительные знаки. Шум в ванной стал громче.

– Значит, вместо заседания ты сразу поехал в Гаожун? – уточнил Цзян Тин.

– Какое тут может быть заседание? – возмутился Ци Сыхао с кислой миной. – Они напали на меня по дороге в горком. Кто знает, на что ещё им хватит наглости?

Янь Се прислонился к тумбе с телевизором и, скрестив руки на груди, усмехнулся:

– Да ты и сам не промах: поехал на машине стоимостью под миллион в горком партии. Боялся, что иначе дисциплинарная комиссия не поймёт, сколько ты нахапал?

– Да, да… – Ци Сыхао с обидой и сожалением всплеснул руками. – Но откуда мне было знать, что эти крохи могут разозлить наркобарона уровня Короля пик? Они производят наркотики и торгуют партиями на сотни миллионов, а я так, продавал по мелочи и получал небольшой навар. Неужели я заслуживаю за это смерти?!

Шум в ванной внезапно стих.

– Если будешь дальше так рассуждать, наживёшь куда больше проблем, – холодно предостерёг его Цзян Тин.

Лучше бы он этого не говорил. Лицо Ци Сыхао пошло пятнами. Он вскочил на ноги и закричал:

– Сейчас не время обсуждать мою вину! Вы обещали, что найдёте доказательства и отправите Короля пик за решётку, если я помогу вам с расследованием! И что теперь? Вы хоть немного продвинулись?

– Лао Ци, остынь, – вмешался Янь Се. – Мы узнали, что у Юэ Гуанпина, похоже, есть внебрачный сын…

– Что, если это Король пик? – перебил майора взвинченный до предела Ци Сыхао. – Узнал от отца про операцию на заводе пластмасс. А когда Юэ Гуанпина замучила вина, убрал его, прежде чем тот успел покаяться перед капитаном Цзяном!

В комнате повисла тишина, наконец Ян Мэй выразила общее мнение:

– Капитан Ци, вам впору романы писать.

– Этого не может быть. Король пик – потомственный мафиози, ещё его дед был связан с криминалом. Своё прозвище он получил благодаря отцу, известному на юго-западной границе как Туз треф, – объяснил Цзян Тин. – Впрочем, я предполагаю, что внебрачный сын Юэ Гуанпина всё же связан с Королём пик. Вполне возможно, наркоторговцы специально подослали его шпионить за биологическим отцом.

– Так выясни это! – Ци Сыхао чуть не хватил удар. – Ты же клялся найти предателя! Хотел восстановить своё доброе имя! Капитан Цзян, вы с этим ублюдком заклятые враги, ты не можешь стоять и смотреть, как он убивает невинных! Ты должен меня спасти!

Он попытался схватить Цзян Тина за плечо, но тот ловко увернулся, и между ними тотчас вклинился Янь Се.

– Эй, полегче!

– Нет, нет… – За последние несколько дней трусливый и жадный Ци Сыхао дважды чудом избежал смерти и был уже на грани нервного срыва. Он снова потянулся к Цзян Тину. – Капитан Цзян, ситуация серьёзная…

Янь Се оттолкнул его и возмутился:

– Тоже мне «невинный»! Руки убрал!

Разговор прервали тяжёлые удары в дверь. Все замерли, Цзян Тин обернулся на звук. Ци Сыхао указал на ванную и дрожащим голосом спросил:

– К-кто там?

Дверная ручка с трудом повернулась, и показался Фан Чжэнхун. Связанный старик каким-то образом извернулся, поднялся на ноги, открыл дверь и теперь вперил злобный взгляд в молодёжь. Ци Сыхао потрясённо обратился к Янь Се:

– Это и есть та самая собака?

Майор прикрыл лицо ладонью и вздохнул. Затем он подошёл к Фан Чжэнхуну, вытащил у него изо рта пожёванную кожаную перчатку и как ни в чём не бывало развёл руками.

– Кажется, вы ещё не знакомы. Позвольте представить: Ци Сыхао, начальник первого подразделения отдела уголовного розыска управления Гунчжоу. Предположительно за ним сейчас охотится Король пик. А это Фан Чжэнхун, начальник отдела по борьбе с наркотиками управления Цзяньнина. Предположительно помогает Королю пик охотиться на меня. Можете обменяться опытом, каково это – быть в роли жертвы и преследователя, поучитесь друг у друга.

Фан Чжэнхун словно не слышал его слов и обратился к Цзян Тину:

– Юэ Гуанпина убили?

Капитан стоял, спрятав руки в карманы брюк, и молчал. Морщинистые веки начальника Фана дрогнули. Он повернулся к Янь Се и, сам себе не веря, воскликнул:

– Неужели предатель не ты?

Десять минут спустя. Гостиничный номер.

Янь Се яростно пытался вырваться, но его упорно прижимали к стулу.

– Дайте я ему ещё раз врежу! Если я не выбью из него всю дурь, то возьму его фамилию!

Цзян Тин стоял в другом конце комнаты, заслоняя притихшего Фан Чжэнхуна, пока Ян Мэй с притворным сочувствием увещевала:

– Брось. В конце концов, он начальник, а ты усердно трудился больше десяти лет и всё ещё заместитель. Плетью обуха не перешибёшь…

От откровенного злорадства девушки Янь Се сорвало крышу.

– Пусти меня!

– Говори начистоту! – не выдержал Фан Чжэнхун и высунул покрасневшее лицо из-за спины Цзян Тина. – Если не ты крот, то кто? Ты ведёшь себя подозрительно с тех пор, как управление взялось за дело Ху Вэйшэна! Занялся расследованием в одиночку, самовольно покинул место проведения операции. Кто знает, куда и на кой ты смылся?

Янь Се вскинул брови и собирался выругаться, но вмешался Цзян Тин:

– Начальник Фан, в ночь освобождения заложников я обнаружил снайпера и вступил с ним в рукопашный бой на заброшенной дороге. Янь Се самовольно покинул место операции, чтобы задержать стрелка.

Фан Чжэнхун растерялся, но продолжил:

– А ещё он вечно запирается у себя в кабинете, названивает кому-то, делится ходом расследования…

– Он звонит мне, – тихо ответил Цзян Тин. – Хань Сяомэй и Ма Сян могут это подтвердить.

Янь Се ехидно усмехнулся.

– А, а… – Указательный палец Фан Чжэнхуна задрожал. При виде ухмылки майора старик совсем вышел из себя. – А та авария после отравления настойкой? Шансы выжить были нулевые! Но нет, на пустой горной дороге каким-то чудом нашёлся спаситель! Как это возможно? Почему никто не подумал, что он разыграл этот спектакль, чтобы снять с себя подозрения?

Майор кипел от негодования, но его снова опередил Цзян Тин:

– Начальник Фан, дорога в тот день была не совсем пустой. – Левой рукой сжимая плечо пожилого руководителя, правой он убрал волосы со лба и продемонстрировал ещё свежий красный шрам. – Я ехал следом за Янь Се и, когда он потерял управление, своей машиной оттеснил его от обрыва.

В комнате воцарилась тишина. Фан Чжэнхун нелепо раскрыл рот и после долгого молчания пробормотал:

– Вы… Вы… Да что у вас за отношения такие?!

Цзян Тин, потирая висок, вздохнул:

– Я же говорил: я его сопровождаю.

Фан Чжэнхун попятился и осел на кровать. Он выглядел так, будто его мир перевернули с ног на голову. Все безучастно наблюдали за ним, и только сердце Ян Мэй полнилось искренним сочувствием.

– Теперь моя очередь задавать вопросы, начальник Фан. – Янь Се приподнял уголки губ, лучась самодовольством. – В чём я, по-вашему, так провинился, что вы считаете меня предателем и пытаетесь убить?

Все взгляды устремились к Фан Чжэнхуну. Вечно хмурый пожилой полицейский, вселявший в сердца подчинённых страх, теперь казался совершенно другим человеком. Он ещё несколько раз открыл и закрыл рот и наконец хрипло произнёс:

– Я не хотел тебя убивать. Я пытался доказать начальнику Люю, что ты в сговоре с наркоторговцами, но никогда не желал тебе смерти…

– Вот как? Тогда почему вы запретили Цинь Чуаню пить мою настойку и выбросили бутылку – единственный вещдок?

Фан Чжэнхун окаменел. Долгие несколько секунд он собирался с мыслями, затем поднял взгляд на Янь Се и с пугающим блеском в глазах проговорил:

– Потому что я думал, что ты хочешь отравить его так же, как в своё время меня. После ранения я принял твою настойку… и до сих пор не оправился.