Десять минут спустя Янь Се, семеня трусцой по залитой лунным светом дороге, вернулся к машине с двумя пакетами в руках.

– Ты что здесь забыла? – возмутился он, открыв переднюю пассажирскую дверь. – А ну, кыш. Это моё место!

Ян Мэй окинула взглядом здоровяка под два метра ростом, подавила возмущение и послушно перебралась на задний ряд. Янь Се нырнул в салон, поставил пакеты на колени Цзян Тину и, задрав невидимый хвост трубой, самодовольно произнёс:

– Гляди, что я… добыл!

По губам капитана пробежала улыбка. Он открыл пакет и заглянул внутрь. Тусклая лампа осветила два контейнера с жирной свиной грудинкой, обжаренной с огненно-красным перцем чили, и несколько свежих горячих маньтоу.

Поездка в уездный город на ужин отменялась. Троица уютно устроилась в салоне с включённым отоплением и с аппетитом принялась уплетать свинину вприкуску с булочками. Стёкла машины запотели.

– Цзян Тин, съешь ещё пару кусочков. У тебя слабое здоровье, тебе не повредит. Не бойся жира.

– Ой, какой добренький! – фыркнула Ян Мэй.

– Смотри и учись. Парня надо выбирать такого, как я: заботливого, внимательного, зрелого и надёжного. Поняла?

Ян Мэй скрипнула зубами, но решила не кусать руку, которая её кормит, и вернулась к своему контейнеру. А Янь Се всё не унимался и продолжал балагурить:

– Ну же, ещё немного. Ты худой как спичка, тебе нужен животный белок. Мяса ещё навалом! Давай, а-ам!

Ян Мэй вскинула голову и подалась вперёд.

– В смысле мяса навалом? – Палочки у неё в руке задрожали. – Почему тогда у меня один перец?!

Цзян Тин опешил. Янь Се затолкал её обратно на задний ряд.

– Мэймэй, тише. Ты ведь девушка, к тому же не замужем. Тебе надо фигуру беречь. Я о тебе забочусь…

Мэймэй его заботу не оценила. Заявив, что лишние килограммы её не волнуют, она стащила из контейнера Цзян Тина пару кусочков свинины и довольная откинулась на спинку кресла. Янь Се принялся сокрушаться, мол, сидеть ей у него на шее до самой старости. Но Ян Мэй заверила, что переживать не о чем: если она не найдёт мужа, то с радостью проведёт остаток жизни с Цзян Тином.

Майор смерил девушку долгим пристальным взглядом и угрюмо пробормотал:

– Как вернёмся в Цзяньнин, займусь поиском жениха.

Ян Мэй, как хомяк, набила рот маньтоу, взяла пачку салфеток и со словами, что ей надо в туалет, вышла с фонариком в ночь. Она себе не изменяла, везде ходила в туфлях на высоких каблуках, и теперь поплатилась за это. Сделав пару шагов, она сразу споткнулась и едва не улетела лицом в грязь.

– Осторожно! – гаркнул ей вслед Янь Се. – Это ж надо, в кусты пошла! А ещё девушка называется! Ни стыда ни совести!

Ян Мэй, не оборачиваясь, кокетливо позвала:

– Цзян-гэ, покараулишь?

Под пристальным взглядом майора Цзян Тин откашлялся и, сделав вид, что ничего не слышал, остался смирно сидеть за рулём.

Ян Мэй отошла от просёлочной дороги и остановилась в темноте между деревьями. Янь Се собирался отпустить ещё пару язвительных замечаний по поводу её неподобающего поведения, но вдруг луч фонарика резко дёрнулся, и Ян Мэй, на ходу натягивая штаны, рванула прочь.

– Что это с ней? – удивился майор, и тут раздался истошный женский вопль.

– А-а-а-а! Извращенец!

Янь Се перевёл взгляд на Цзян Тина и недоверчиво пробормотал:

– У неё… шутки такие?

Но последовавший рёв Ян Мэй тут же развеял его сомнения:

– Тебе конец, урод! Куда побежал? А ну, стоять!

Янь Се и Цзян Тин синхронно выскочили из машины и бросились на помощь. По земле расползались кряжистые корни, и в темноте Ян Мэй бежала небыстро, поэтому они скоро её нагнали. Она замахала рукой и закричала:

– Туда! Он побежал туда!

Майор выхватил фонарик, кивком велел Цзян Тину присмотреть за подругой, а сам ринулся в погоню.

– Ты в порядке? – спросил капитан.

– Д-да. – Ян Мэй была красная как рак и тяжело дышала. – Я только присела и сразу услышала шорох. Будто кто-то попятился и случайно наступил на ветку. Он точно подглядывал! Фух, фух… А как понял, что я это так не оставлю, с перепугу дал дёру…

Цзян Тин не мог не подивиться её смелости. Другая на её месте позвала бы на помощь, а Ян Мэй решила сама догнать мерзавца и проучить как следует. Трудно сказать, кто испугался сильнее: она или тот извращенец.

Издалека послышался яростный вопль Янь Се:

– Стоять!

Луч фонаря скакал на бегу, выхватывая из темноты смутно знакомый силуэт беглеца. В памяти майора всплыла погоня в жилом комплексе накануне поездки в Гунчжоу, и пазл сложился.

Тот самый сталкер! Неужели он всё это время следовал за ними по пятам?

– Стой! – рявкнул Янь Се. – Я узнал тебя! Это ты!

Его слова возымели эффект. Мужчина в чёрной толстовке с капюшоном растерялся и, оступившись, чуть не улетел в кусты. Майор воспользовался заминкой, в два счёта нагнал его и повалил на землю. Внезапно всё закружилось, и оба кубарём покатились со склона. От ударов о бесчисленные камни и ветки у Янь Се посыпались искры из глаз.

Через несколько секунд безумный аттракцион закончился. Не успел майор прийти в себя, как получил мощный удар в живот. Сталкер оттолкнул его, вскочил и ринулся прочь!

Разъярённый Янь Се резко вытянул ногу и отправил противника лицом в грязь, затем перевернул его на спину и принялся безжалостного колотить кулаками, точно Лу Да – мясника Чжэна[9].

– Совсем оборзел?! Ты соображаешь, с кем связался?

Мужчина отчаянно закрывал лицо руками, глухо постанывая от боли.

– Янь Се! – окликнул товарища Цзян Тин, торопливо спускаясь со склона. – Ты цел?

– Да. Я поймал этого ублюдка! – не оборачиваясь отозвался майор и предупредил: – Осторожно, не навернись! – Затем врезал противнику кулаком по виску, приподнял его за ворот и прорычал: – Это ведь ты следил за мной на машине? И возле моего дома ошивался тоже ты, да?

Цзян Тин испугался, что майор убьёт сталкера, и поспешил его остановить:

– Всё, хватит. Где фонарик?

– Ладно, ладно…

Янь Се пошарил рукой по земле, ухватился за рукоятку и нажал кнопку. К тому моменту мужчина уже окончательно выбился из сил и, прикрывая лицо ладонями, тихо постанывал. Когда яркий свет ударил ему в глаза, он резко отвернулся и невнятно выругался.

– Ты ещё… – Майор грубо убрал его руку и остолбенел при виде распухшей физиономии. – Фан Чжэнхун?!

Янь Се словно поразила молния в ясный погожий день, зажарив снаружи и оставив мягким внутри. Даже Цзян Тин застыл как вкопанный.

В деревне в сотнях километров от города замначальника отдела уголовного розыска из Цзяньнина дубасил другого начальника из того же управления, а бывший начальник второго подразделения отдела по борьбе с наркотиками из Гунчжоу за этим наблюдал. Градус абсурда в мгновение ока взлетел до небес.

Фан Чжэнхун, задыхаясь не то от ярости, не то от смущения, бессильно выругался себе под нос, а потом злобно зыркнул на майора и рявкнул:

– Да, я! И что?! У самого-то рыльце в пуш…

Он вдруг умолк, словно кто-то нажал на паузу. Янь Се попытался заслонить собой капитана, но было поздно. Красный от гнева начальник Фан с раскрытым ртом уставился на Цзян Тина. Не веря своим глазам, он выдавил из себя:

– Цзян… Цзян Тин?!

Капитан вздёрнул бровь и переглянулся с Янь Се.

– Т-ты… – Фан Чжэнхун хрипел, как порванные кузнечные меха. – Т-ты жив?!

Раннее утро. Придорожная гостиница.

Едва забрезжил рассвет, на верхушках деревьев защебетали птицы. Крики лавочников под окнами смешивались со звоном велосипедов и электроскутеров и разносились холодным утренним ветром по улочкам пробуждающегося района.

Ян Мэй умылась, причесалась и села на край кровати перед зеркалом, чтобы подвести глаза. Широко распахнув веки и округлив рот, она провела кистью ровную линию и в восемнадцатый раз с прошлого вечера проворчала:

– Как же так! Уважаемый полицейский, начальник отдела – и вдруг подглядывает за женщиной, пока та справляет нужду! Откуда у вас взялась эта дурная привычка?

Фан Чжэнхун сидел связанный на соседней кровати, изо рта у него торчала кожаная перчатка Ян Мэй. Его лицо перекосило от гнева, похоже, больше всего ему сейчас хотелось выплюнуть кляп и заорать: «Да не подглядывал я!»

Дверь комнаты распахнулась, и вошёл Янь Се с пакетами с горячим завтраком. Следом за ним показался Цзян Тин.

– Нет, – возразил майор. – Он следил за мной.

Жаренные в масле полоски теста, баоцзы с мясом, лепёшки с сосисками и яйцом, соевое молоко… Ян Мэй сразу приметила сытные ароматные лепёшки и протянула к ним руку, но Янь Се резко поднял увесистый пакет над головой и усмехнулся:

– Хочешь есть? Назови меня папой.

Ян Мэй поднялась на цыпочки, но всё равно не смогла дотянуться. Подумав пару секунд, она растянула губы в фальшивой улыбке и прощебетала:

– Какой же ты папа? Молодой и полный сил – тут уж скорее гэгэ!

Обращение пришлось Янь Се по душе. Он собирался что-то ответить, но девушка томно протянула:

– Правда ведь? Любимый. Гэ. Гэ?

Майора едва не вывернуло наизнанку от её слащавости. Закатив глаза, он всучил ей лепёшку, и Ян Мэй радостно вернулась на кровать с добычей.

С тех пор как Цзян Тин вошёл в комнату, Фан Чжэнхун не сводил с него глаз. Капитан бросил на пленника холодный взгляд, сел и взял баоцзы с мясом.

– Ну что, есть будем? – Янь Се потряс перед Фан Чжэнхуном пакетом с едой. – Кивните, если да.

Фан Чжэнхун презрительно фыркнул и отвернулся. Ян Мэй прищёлкнула языком:

– Надо же, ещё и упрямится. Казалось бы, солидный начальник отдела, а по ночам прячется в лесу! Если вы караулили не меня, а заместителя Яня, это вас тем более не красит.

Глаза Фан Чжэнхуна едва не вылезли из орбит.

– Ладно, хватит издеваться. А то его ещё удар хватит. – Майор сел напротив начальника Фана, окинул взглядом вздутые вены на висках и налитые кровью глаза. – Подозрения с вас никто не снимал, значит, вы находитесь под подпиской о невыезде и не имеете права покидать Цзяньнин. – Реакции не последовало, и Янь Се добавил: – Начальник Люй не установил за вами наблюдение. Почему?

Снова молчание.

– Потому, что убеждён в вашей невиновности? – медленно проговорил майор. – Или потому, что вы с ним сообщники?

Щёки Фан Чжэнхуна вспыхнули, жилы на шее напряглись, сквозь кляп вырвался крик. Майор вытащил у него изо рта перчатку, и комнату огласил яростный рёв:

– Хватит ломать комедию! Вы двое заодно!

Цзян Тин и Янь Се замерли. После короткого молчания майор переспросил:

– Что-что?..

По лицу начальника Фана разошёлся болезненный румянец. Не верилось, что известный на всё управление чахлый старик так долго следил за Янь Се и проделал путь длиной в сотни километров до деревни Юэцзя. Что его на это сподвигло?

Майор сощурился и принялся буравить собеседника острым взглядом. Молчаливое противостояние длилось несколько минут, затем он спросил:

– Что наркоторговцы пообещали вам за мою голову?

Фан Чжэнхун громко усмехнулся, но Янь Се это ничуть не смутило:

– Начальник Фан, за кражу табельного оружия дают минимум десять лет. Уж вы-то должны это знать.

– Я не понимаю, о чём ты.

– Вот как? Тогда я объясню. Три года назад после взрыва на заводе пластмасс в Гунчжоу была создана специальная следственная группа под руководством Юэ Гуанпина. Десятого января она проводила операцию по спасению капитана Цзяна и Заклёпки, агента под прикрытием. После этого Юэ Гуанпин обнаружил пропажу служебного пистолета. Оружие до сих пор не нашли. – Янь Се подался вперёд и пристально посмотрел собеседнику в глаза. – Начальник Люй говорил, что спасательная операция проводилась совместными усилиями управлений Гунчжоу и Цзяньнина. Группой от нашего управления руководили вы.

Фан Чжэнхун раскрыл рот.

– Юэ Гуанпин – птица высокого полёта, не каждый может к нему подобраться. Но для командира группы это не составило бы труда. Более того, после исчезновения оружия вы, как высокопоставленный полицейский из другого города, вряд ли оказались бы под подозрением. Время, место, наличие возможности и даже мотив – у вас полный набор. Что скажете?

– Чушь собачья! На кой мне…

– Три года спустя этот пистолет засветился в деле о нападении на полицию в уезде Цзянъян, – перебил его майор. – И целью преступника был я.

Фан Чжэнхун напоминал петуха, которого резко взяли за горло. После долгой паузы он с трудом выдавил из себя:

– Я был в управлении, когда тебя ранили.

– А никто и не утверждал, что стреляли вы. Однако наутро после убийства киллера вы должны были заступить на дежурство, но куда-то пропали. – Янь Се отстранился и хищно улыбнулся, словно ястреб заприметил добычу в полёте. – А теперь потрудитесь объяснить, для чего вы так долго следили за мной, начальник Фан?

Грудь Фан Чжэнхуна часто вздымалась. После десятка тяжёлых вдохов он наконец отыскал кончик нити в клубке спутанных мыслей и резко повернулся к Цзян Тину.

– Может, это тебе следует объясниться? Вот уж от кого не ожидал! Неужели вы с Янь Се оба работаете на наркоторговцев?!

Любой следователь заметил бы странность в этих словах. Цзян Тин и Янь Се слегка изменились в лице, и только Ян Мэй не придала значения услышанному. Фан Чжэнхун говорил так, будто не мог поверить в предательство капитана. Цзян Тин задумался на мгновение и медленно произнёс:

– Нет, я просто его сопровождал.

Начальник Фан был окончательно сбит с толку. Капитан хотел что-то добавить, но в кармане у него зазвонил телефон.

– Ци, – коротко сообщил он Янь Се, взглянув на экран, затем встал и принял вызов: – В чём дело?

Из трубки донеслось сбивчивое дыхание и характерное тиканье поворотника. От волнения Ци Сыхао с трудом ворочал языком, но в критический момент всё равно первым делом позвонил бывшему начальнику. Нетрудно представить, насколько глубокий след оставил в его сознании Цзян Тин.

В комнате повисла тишина. Через несколько секунд из трубки послышался пронзительный голос:

– Кто-то… Кто-то…

Цзян Тин нахмурился.

– Кто-то пытается меня убить!