На следующий день

До конца прошлого вечера Уилла успешно избегала лорда Аларика. И всю первую половину следующего дня тоже, даже несмотря на то, что он, казалось, постоянно был в пределах слышимости. Например, как только Лавиния сказала, что было бы неплохо прогуляться до Мобберли, ближайшей деревни, он появился откуда ни возьмись и заявил, что будет их сопровождать. Было ясно, что его светлость не обратил ни малейшего внимания на ее требование не ухаживать за ней. Всякий раз, когда она на него смотрела, он, казалось, за ней наблюдал, даже если в этот момент был окружен поклонницами. Уилла говорила себе, что должна оставаться непоколебимой. И держаться поближе к поклонникам, которые вились вокруг нее так же неустанно, как вокруг него — его поклонницы. У лорда Аларика они вызывали презрительную усмешку, но с какой стати это должно ее волновать? Пусть они по сравнению с ним — мальчишки, но они безопасные, благопристойные молодые люди, и ни один из них не сделал бы ее печально известной.

Деревушка Мобберли находилась в получасе ходьбы от замка: вдоль длинной аллеи росли кусты черной бузины, на которых только-только начали наливаться ягоды, придорожные канавы заросли первоцветом с яркими вкраплениями маков. Погода для прогулки была самая подходящая, и вскоре после ланча компания из двенадцати человек двинулась в путь. У Лавинии с Уиллой было по два поклонника на буксире, а у лорда Аларика — три поклонницы, среди которых, казалось, лидировала Хелена Биддл. Забавная арифметика. Уилла оставила своих ухажеров Лавинии и задержалась, чтобы присоединиться к леди Ноув. Лорда Аларика с его маленьким стадом в хвосте компании она игнорировала. Леди Биддл опиралась на руку мистера Стерлинга, он не хмурился, но и довольным не выглядел.

— Деревенские называют первоцвет лютиками, — сказала Уилле леди Ноув, кивая в сторону полевых цветов. — В здешних краях из них делают отличное вино, крепкое, голова кружится уже от одного-двух бокалов. Кстати, я собиралась спросить: успел ли Призм прочитать вам лекцию о Линдоу-Мосс?

Уилла кивнула.

— Он предостерег нас, чтобы мы держались подальше от болота, думаю, он также поговорил с нашими горничными и конюхами. А не страшно жить на краю такой опасной дикой местности?

— «Опасная дикая местность» — это преувеличение, — сказала леди Ноув. — Это всего лишь болото, и в подходящую погоду оно выглядит довольно красиво.

Уилла замялась, думая о словах Призма. Тот рассказал, что старший племянник леди Ноув погиб в Линдоу-Мосс. На ее взгляд, одного этого было достаточно, чтобы считать болото «опасной дикой местностью». Но прежде чем она успела сформулировать предложение, впереди, за старинным мостом показалась Мобберли. Через деревню пролегала единственная улица, вдоль которой выстроились несколько домиков. Их фронтоны, казалось, клонились друг к другу, создавая впечатление, что дома по обеим сторонам дружелюбно беседуют.

— Боже! — радостно вскричала леди Ноув. — Здесь мистер Калико!

— Кто?

— Торговец! — ликовала ее светлость. — Мистер Калико — это самый надежный источник удовольствия в здешних краях. Я подписана на романы, так что мне их доставляют по почте. Через деревню проезжают странствующие театральные труппы. Но мистер Калико? Он просто волшебник!

— Я удивлен, что он все еще ездит, — сказал лорд Аларик, поравнявшись с ними. — Помнится, он казался мне древним стариком, когда я был еще мальчишкой. Добрый день, тетя Ноув. — Он понизил голос: — Уилла.

Леди Ноув бросила на него предостерегающий взгляд.

— Племянник, я обращаюсь к мисс Ффинч по имени, но соус для гусыни не подходит для гусака, — заявила она.

— Я согласна! — тут же воскликнула Уилла. — Лорд Аларик оговорился.

На это он только рассмеялся. Его глубокий голос, казалось, лизнул ее шею сзади, и она чуть было не поежилась, но сдержалась. Сегодня Уилла была полна решимости вести себя как безупречная леди. Весь сезон это удавалось ей без труда, и она не видела причин, почему появление одного надменного путешественника должно повлиять на ее поведение.

По дороге леди Ноув и ее племянник принялись обмениваться историями, связанными с повозкой мистера Калико. Послушать их, так у мистера Калико всегда находилась именно та вещь, которую ты больше всего хотел, даже если ты сам не знал, что хочешь ее.

Лорд Аларик повернулся к Уилле:

— Судя по вашему разговору о египетских иероглифах, вы не верите в магию, не так ли?

— Я верю! — воскликнула Лавиния и поспешила вперед чуть ли не вприпрыжку. — Мне не терпится увидеть, что у него там, в повозке.

— Что бы вы хотели купить у мистера Калико? — спросила Уиллу леди Ноув.

— Вообще-то ничего. — Уилла чувствовала себя немного виноватой, как будто она подводила торговца. — У меня есть все ленты, какие нужны.

— О, ленты — это самое малое, что он может предложить! — воскликнула леди Ноув, широко улыбаясь.

Повозка торговца была выкрашена в ярко-зеленый цвет. Ее боковины, сделанные из реек, были вывернуты наружу и подняты вверх, так что упирались в желтую крышу. Открывшиеся взгляду полки тоже были желтыми, как и колеса.

Мистер Калико оказался худым седоволосым мужчиной с роскошными усами, его видавшее виды пальто блестело в лучах летнего солнца. Пока компания рассредоточивалась вдоль боковых сторон повозки, он через красную дверь выпрыгнул из повозки на землю.

— Это же моя самая любимая леди на всем севере! — закричал он и отвесил поклон. — Добрейшего вам дня, леди Ноув!

Леди Ноув в ответ сделала глубокий реверанс, как будто здоровалась с придворным.

— Умоляю, скажите, что вы привезли из Лондона что-нибудь чудесное!

— О, много всего, — весело ответил он. — Я собирался сегодня доехать до замка, только попозже, а вы сами меня нашли. Выбирайте, все для вас, или, во всяком случае, то, что еще не скупили для себя добрые жители Мобберли.

— Мисс Ффинч и мисс Грей, — сказал Аларик так серьезно, словно представлял их самому королю, — позвольте представить вам мистера Калико, владельца этой прекрасной повозки. В детстве мы всегда с нетерпением ждали, когда он приедет.

К ним подошел мистер Стерлинг.

— Думаю, мистер Калико имеет полное право утверждать, что это он сделал из тебя путешественника, — сказал он. — В конце концов, мистер Калико, это же вы привозили Аларику множество всяких вещей из разных стран, и вот, взгляните на него — он пристрастился к путешествиям в неизведанные места.

— Мне было лет восемь, когда мистер Калико дал мне шкатулку, полную всяких экзотических вещиц, — подтвердил Аларик.

— Где вы ее нашли? — спросила Уилла торговца.

Торговец улыбнулся, от этого его усы стали казаться еще более кустистыми и забавными.

— Я езжу по разным местам: в одном месте люди мне продают вещи, а я продаю их в другом. Насколько я помню, шкатулка с редкостями попала ко мне с чердака Рампоул-хауса в Суссексе. Я ее не покупал, а выменял на… — он наморщил лоб, вспоминая, — на пару красивых туфелек, которые оказались молодой леди как раз впору.

— Возможно, та шкатулка стала толчком к занятию, которое ты выбрал, — сказал мистер Стерлинг Аларику. — Но ключом ко всему была маленькая высушенная голова.

— Не может быть! — ахнула Лавиния, вздрогнув.

— На самом деле это было усохшее яблоко, — сказал лорд Аларик с сожалением. — Но к тому времени, когда мистер Калико снова приехал к нам на обратном пути и рассказал мне правду, я успел придумать множество историй про вождя амазонского племени, засушившего голову своего главного врага.

— История становления лорда Уайльда, — сказал мистер Стерлинг. — Каждый вечер он до чертиков пугал Горация, Норта и меня своими рассказами.

Уилла шагнула вперед.

— Мистер Калико, можно задать вам вопрос о вашем блестящем пальто? — спросила она.

— Это булавки, дорогая моя. Булавки всех форм и размеров, с перламутровыми головками, с бриллиантовыми головками, и еще эти новые, мудреные, целиком блестящие, из Португалии. Булавки на все случаи жизни: шляпные булавки, заколки для волос, булавки, чтобы заколоть прореху или приколоть сползающую рубашку.

Лавиния захлопала в ладоши.

— Я хочу булавку! — Она обошла вокруг торговца. — Можно мне вот такую, сверкающую, голубую?

Мистер Калико покачал головой.

— Эти булавки приходят ко мне, а не наоборот. Они не для продажи. Но если хотите купить, у меня в повозке есть другие красивые. — Лавиния отправилась искать корзинку с булавками, а мистер Калико наклонился, чтобы погладить толстого кота, живущего у мясника. Кот деловито обнюхивал его сапоги. — Ты ведь Петерс? Я знаю, что ты вынюхиваешь.

Уилла присела на корточки и погладила кота по голове. Она не сомневалась, что у мистера Калико есть в продаже милые вещицы, начиная от красивых инкрустированных гребней и заканчивая блестящими булавками, но ей ничего не было нужно. Или она ничего не хотела. Позади них Лавиния взвизгнула, обнаружив под стопкой картинок с модными платьями какую-то книгу.

— Ты унюхал запах моего американского соболя, — сказал коту мистер Калико. — Ты с ней не встречался, ее родственники живут далеко отсюда, за океаном и даже еще дальше.

Уилла выпрямилась.

— Что такое соболь? Я читала книгу про животных американского континента, но соболь там не упоминался. Или я забыла.

— Почему-то я в этом сомневаюсь, — сказал мистер Калико, улыбаясь ей.

— Наверное, нет, — согласилась Уилла. Она забывала очень мало из того, что прочитала.

Чья-то рука без перчатки тронула ее за плечо, и по ее спине пробежала дрожь. Уилла застыла от смущения, но Аларик, казалось, этого не заметил. Его пальцы легли на ее лопатку, и этот жест подозрительно напоминал ласку. Уилла спохватилась и одернула себя: с каких это пор она стала мысленно называть его Алариком, а не лордом Алариком? Она заставила себя снова переключить внимание на разговор.

— Американский соболь! — Аларик фыркнул. — Мистер Калико, это всего-навсего скунс. И вы это знаете так же хорошо, как и я.

Торговец пожал плечами без тени раскаяния, его глаза лучились.

— Милорд, я купил ее как американского соболя, им она и останется. — Он перевел взгляд на Уиллу. — Пока я не найду для нее хороший дом.

— Боюсь, я не могу держать у себя животное, — вежливо сказала Уилла. — Я живу у матери мисс Грей, она не любит домашних животных, а уж про экзотических и говорить нечего.

— Мой соболь всего лишь малышка, — сказал мистер Калико. — Когда она вырастет, из нее получится прекрасный палантин, лучше, чем из лисы, правда. Более экзотический. Вас все будут спрашивать, где вы его нашли.

Уилла поморщилась. Она не носила никакие меха, и ей была отвратительна сама мысль выращивать животное только для того, чтобы сделать из него шарф на шею.

— Мистер Калико, вы нисколько не изменились, — заметил Аларик. — Помните, как вы уговорили меня купить сморщенное яблоко?

Торговец нахмурился и наклонил голову набок. В лучах солнца его пальто так и сверкало.

— Нет, не помню, — признался он.

— Вы сказали, что оно не продается, потому что следующая остановка у вас будет у дома пастора, и священник похоронит его в церковном дворе.

— Он бы так и сделал, — быстро сказал мистер Калико. — И из него выросла бы прекрасная яблоня.

Аларик усмехнулся.

— Короче говоря, теперь мисс Ффинч так же жаждет увидеть американского соболя, как я жаждал заполучить то высушенное яблоко.

— Ничего подобного! — возразила Уилла. Ее немного мутило от одного упоминания о детеныше животного, которого в будущем ждет участь стать украшением для шеи. Аларик снова положил руку ей на спину так, будто не сознавал, что делает. И каким неприличным было его прикосновение!

— Лучше попытайте удачи в другом месте, — сказал он мистеру Калико.

На что торговец философски заметил:

— Все находит свое место в свое время. У меня на пути обязательно попадется дом, где хозяйке понравится мысль сделать палантин точно такой длины, как ее шея.

Он отвернулся, и все внимание Уиллы сосредоточилось на пальцах Аларика, рассеянно ласкавших ее спину.

— Прекратите! — яростно прошептала она.

— Что?

Он казался искренне удивленным. Уилла кашлянула, прочищая горло, и отодвинулась от него.

— Вы ко мне прикасаетесь.

Она подошла к повозке. На полке прямо перед ней лежали два павлиньих пера, кусок льняной ткани с вышитой на нем молитвой, камень причудливой формы и серебряная миска, наполненная наперстками. Аларик последовал за ней и одним пальцем коснулся ее спины. Потом посмотрел на нее этаким лениво-невинным взглядом:

— Вот так? Я просто направлял вас к повозке.

Придумывая ответ Аларику, Уилла видела краем глаза, как мистер Калико открывает заднюю дверь в повозку и помогает Лавинии подняться по узкой деревянной лесенке. В следующее мгновение Лавиния резко отпрянула от двери, прижимая к носу носовой платок, и, взвизгнув, бросилась прочь из повозки. Она могла бы упасть, но мистер Стерлинг с поразительной скоростью метнулся вперед и успел подхватить ее на руки.

— Мистер Калико! — закричала Лавиния. — Я опасаюсь за ваше здоровье! В вашей повозке опасно находиться!

— Да, от моей соседки попахивает, — согласился торговец. — По правде говоря, я собираюсь вечером снять комнату в постоялом дворе. Мне сказали, что ее пахучие железы были удалены, но я начинаю подозревать, что это вранье.

Уилла невольно нахмурилась, несмотря на то что леди должна всегда оставаться невозмутимой.

— У нее удалены пахучие железы? Значит, бедняжка не может чувствовать никакие запахи?

— Наоборот, — сказал мистер Калико. — Теперь она может заставить нас чувствовать запах, хотя она это делает только когда чувствует угрозу.

Аларик шагнул вперед и показал рукой на лестницу.

— Можно мне?

— Пожалуйста, милорд, мой дом — ваш дом, — ответил мистер Калико.

Аларик скрылся в повозке.

— Лавиния, ты нашла что-нибудь интересное? — спросила Уилла. — Хочешь что-нибудь купить?

— Разумеется, она хочет, — насмешливо сказал мистер Стерлинг. — Она же молодая леди.

— Мистер Стерлинг, я уверена, что вы не хотели, чтобы ваше замечание прозвучало так невежливо, как оно прозвучало, — заявила Лавиния с похвальной, по мнению Уиллы, сдержанностью.

Он пожал плечами.

— По моему опыту, когда дело касается безделушек, женщины ненасытны. И, мисс Грей, прошу меня простить, но вы чуть было не выдернули булавку из пальто мистера Калико.

Лавиния прищурилась и нанесла ответный удар:

— Не знаю, что лучше: быть жадной до булавок или до денег? Что лучше: попросить булавку или попросить особняк, а получив отказ, сжечь его дотла?

С этими словами она задрала нос, круто повернулась на каблуках так, что ее юбки взметнулись вокруг щиколоток, и решительно пошла к противоположной стороне повозки, где присоединилась к леди Биддл.

Уилла недоуменно заморгала. Очевидно, Лавиния знала про мистера Стерлинга что-то, о чем не рассказала ей.

Лицо мистера Стерлинга осталось бесстрастным.

— Кажется, моя репутация бежит впереди меня.

— Вы правда сожгли дом?

— Я пытался купить одно поместье недалеко отсюда, мне отказали. Два года спустя, после того как особняк сгорел, мне предложили купить землю. Но к тому пожару я не имею отношения.

— Тогда почему пошли такие слухи?

— В детстве мы с Нортом много чего творили, так что от нас не ждали добра, — сказал мистер Стерлинг. В его глазах блеснули насмешливые огоньки. — Так что местные недолго думали, кто виноват, и решили, что это моих рук дело.

— Неужели лорд Аларик не был членом вашего племени сорванцов? — спросила Уилла с нотками недоверия в голосе.

— Мы были куда безрассуднее, он таким никогда не был. — Он помолчал, как будто сомневаясь, продолжать или нет. — Честно говоря, я удивлен, что мисс Грей вытащила на свет божий эти слухи. Разве такое замечание подобает леди?

— Что подобает леди, а что не подобает, зависит от тона, которым это говорится, — сказала Уилла. — Например, если бы вы оскорбили меня, я могла бы упомянуть один факт, о котором прочитала в «Таймс»: на фабрике «Кружева Стерлинга» эксплуатируют детский труд, но я бы сказала это приятным тоном. — Она встретилась с ним взглядом, не допуская, чтобы в голосе прозвучало хотя бы малейшее неодобрение. — Я имею в виду, если бы вы недоброжелательно высказались по поводу любви девушек к булавкам.

— Черт побери, это же… — Он не договорил. — Очень любезно с вашей стороны предупредить меня заранее.

— Очень надеюсь, — сказала Уилла, — у нас не будет возможности это обсудить.

Она одарила его теплой улыбкой, которая подобает истинной леди, и отошла к Лавинии.

— Спасибо, — прошептала Лавиния, наклоняясь к подруге. — Уилла, ты только посмотри на этих очаровательных пупсов! Может быть, стоит купить одного. Иногда я жалею, что мне уже не пять лет.

Позади раздался сдавленный звук, что-то вроде короткого смешка или фырканья. В это время из фургона вышел Аларик.

— Вы правы, — сказал он мистеру Калико.

— Вы ее берете? Я к ней привязался, но все же будет приятно снова получить фургон в мое полное распоряжение.

— Могу себе представить. — Аларик спрыгнул на землю, у него в руках ничего не было.

— «Ее» — это пахучую спутницу мистера Калико? — полюбопытствовала Уилла.

Лавиния передернула плечами.

— Вонь такая, что заполнит весь замок.

— Суровое суждение, — сказал Аларик. — Думаю, ее просто нужно искупать и пересадить в коробку побольше.

Он сунул руку в карман и извлек оттуда крошечное создание размером не больше половины его ладони. У зверька был пушистый белый хвост и черная голова с полоской между глазами. Он поднял голову и посмотрел своими блестящими, черными, похожими на смородину глазами прямо на Уиллу.

— Да, я ее возьму, — сказал Аларик мистеру Калико. — Я не могу допустить, чтобы из нее сделали горжетку, и вы, старый шельмец, это прекрасно знаете.

— Не понимаю, почему нет, — вставила леди Биддл, подходя ближе. — Если это существо вырастет достаточно длинным, его белый хвост будет очень мило обрамлять лицо дамы. Какой длины она станет?

Совершенно игнорируя леди Биддл, мистер Калико предложил Аларику:

— Вы можете купить ее в качестве подарка.

Уилла с трудом оторвала взгляд от зверька.

— Мне нельзя заводить питомца, но… можно мне ее подержать?

Аларик положил малыша на ее подставленные ладони, зверек проворно обхватил средний палец Уиллы своими маленькими лапками и вцепился в него, удерживая равновесие.

— Фу, Уилла, она воняет, — поморщилась Лавиния.

Леди Биддл прижала ко рту носовой платок и попятилась, намекая своим видом, что она может упасть в обморок. Уилла очень надеялась, что так и будет, но, кажется, подобные желания никогда не исполняются. Она поднесла руки ближе к лицу. Зверушка бесстрашно посмотрела на нее, а потом вдруг вытянулась вперед и придвинула носик вплотную к носу Уиллы.

— Какая ты милая, — выдохнула Уилла.

— В качестве подарка, — говорил у нее за спиной Аларик.

Уилла и зверек смотрели друг на друга, а потом маленькое животное одним грациозным движением свернулось в клубок, белый пушистый хвостик свесился через запястье Уиллы, а маленькая головка устроилась на пальце. Зверек закрыл глаза.

— У моей матери будет припадок! — простонала Лавиния.

Уилла посмотрела подруге в глаза.

— Я никогда ничего не просила. Никогда. Если леди Грей не позволит мне взять американского соболя, я уеду и буду жить одна.

— Нет, не будешь! — возразила Лавиния. Она протянула палец и осторожно погладила зверька по спине. — Возможно, лорд Аларик прав, и купание поможет. Она такая мягкая.

— Что мне теперь делать? — спросила Уилла.

Она стояла неподвижно, не смея пошевелить руками. Уилла не заметила, как мистер Калико ушел в свой фургон, но сейчас он спустился из него с корзинкой в руках.

— Мисс Ффинч, вот ее постель, — сказал торговец. — Вместе с ее любимым одеялом, списком еды, которую она любит, и, самое важное, ее мылом. Купайте ее раз в неделю, и она будет пахнуть свежестью, как маргаритка. Если хотите, в промежутке можете делать ей ванну с ромашкой.

— Вы знаете ее возраст?

— Недели четыре примерно, — ответил мистер Калико.

— Я назову ее Душкой, — решила Уилла.

Душка открыла один глаз и посмотрела на Уиллу, потом фыркнула, закрыла глаз и снова задремала.

— Имеет право, она ночное животное, — сказал мистер Калико. Потом повернулся к Аларику: — Не будете ли вы так любезны сообщить мистеру Призму, что я собираюсь приехать в замок Линдоу под вечер? Буду вам признателен.

Лавиния набрала полные руки вещей, которые хотела купить: две книги, несколько гравюр с модными французскими фасонами, несколько отрезов муслина и куклу-пупса. Два ее поклонника спорили, кто из них оплатит ее счет, каждый хотел сделать это сам.

— Черт возьми! — проворчал мистер Стерлинг и протянул мистеру Калико купюру. — Этого должно хватить. Можете вы доставить безделушки этой леди и гравюры в замок?

Мистер Калико поклонился. Лавиния только что осознала, что произошло.

— Я верну вам деньги, — сказала она.

— Как хотите, — бросил мистер Стерлинг, всем своим видом показывая, что ему все равно.

Лавиния фыркнула и гордо прошествовала мимо него в сторону аллеи, ведущей к замку, — каждой рукой цепляясь за поклонника.

Аларик взял Душку у Уиллы и положил в корзинку — он перенес ее так бережно, что зверушка почти не пошевелилась.

— Если позволите, я понесу Душку, но сначала мне нужно оторвать тетю от соблазнительных сокровищ мистера Калико.

Как и следовало ожидать, леди Ноув в этот момент добавляла пару книг к стопке уже лежащих на ступеньках фургона.

Аларик повесил корзинку с Душкой на руку и вопреки всем законам природы стал от этого выглядеть еще более мужественно. Уилла не смогла удержаться, чтобы не рассмотреть его с головы до ног, отмечая его взъерошенные волосы — ни парика, ни пудры, ни шляпы, — широкие плечи и тело, созданное для активной деятельности.

Мистер Стерлинг пошел рядом с Уиллой, и они стали молча подниматься по склону холма. Обычно Уилле не составляло труда поддерживать незначащую светскую беседу, но сейчас она была в затруднении. Известная фабрика «Кружева Стерлинга» использовала детский труд. Одного ребенка нашли на его фабрике мертвым, но, вероятно, были и другие. Поэтому она молчала, пока он вдруг неожиданно не сказал:

— В статье написали неправду.

До этого Уилла раздумывала, не повредит ли меху Душки, если она будет каждый день купать ее в ромашке. Ромашка такая нежная, что не щиплет глаза.

— А… — Она переключила внимание на спутника. — Вы говорите о статье в «Таймс»?

— Да. В газете утверждалось, что я нанимаю на работу детей и что один из них умер на территории фабрики. Я не нанимал детей и не нанимаю. Как только я купил фабрику кружев, я немедленно покончил с этой практикой, а все дети, которые там работали, благополучно обрели семьи в деревне.

Парт Стерлинг был похож на солдата: он выглядел опасным, в его глазах было что-то хищное. Он был явно не тем человеком, который взял бы на себя труд лгать.

— Хорошо, — сказала Уилла.

Снова молчание.

— Вы не спрашиваете у меня подробности? Не просите доказательств?

Уилла покачала головой.

— Я вам верю. Вот Лавинию, возможно, будет труднее убедить.

Мистер Стерлинг посмотрел вперед, на силуэт ее лучшей подруги.

— Я не собираюсь ее убеждать.

Правильно.

Аларик был как дикое животное, по нему было видно, что ему нужны открытые окна и широкие пространства. По контрасту с ним мистер Стерлинг был опасным, как пойманное животное, крупный хищник. Глядя на него, невольно задашься вопросом: что привело к тому, что его подбородок стал таким волевым, а глаза суровыми? Он даже молчание нес как оружие. Возможно, его интересует власть, хотя в той статье в «Таймс» владельца фабрики «Кружева Стерлинга» описали как самого могущественного простолюдина в Британии. Или, может быть, он хочет иметь еще больше денег, хотя казалось, что у него их и так больше, чем может потратить один человек.

Уилла повернула голову и улыбнулась ему.

— Надеюсь, вы это найдете.

— Что?

— То, что вы ищете, — сказала она. — Поскольку вы искали это в повозке с нечистотами в Китае и на фабриках кружев в Англии.

Он пристально посмотрел на нее.

— Надеюсь, вы это найдете, — повторила Уилла.