Анна сидела в своей комнате, укачивая засыпающего Ника, и смотрела на стену, покрытую её собственной лунной краской. Мягкое серебристое свечение мягко пульсировало в такт дыханию сына — она специально настроила состав так, чтобы он реагировал на присутствие ребёнка. За семь месяцев она многому научилась. И продолжала учиться каждый день.

Но теперь, когда ремонт был завершён, когда замок сиял, сад цвёл, скелеты работали без сбоев, а хозяин наконец-то перестал походить на оживший труп, Анна столкнулась с неожиданной проблемой. Ей стало… спокойно. Слишком спокойно. И в этой тишине, впервые за долгое время, она смогла остановиться и подумать о будущем.

Контракт с господином ван Дерром был заключён на год. Прошло семь месяцев. Через пять месяцев она должна была принять решение: вернуться в свой мир или остаться здесь. И чем дольше Анна жила в замке, тем яснее понимала — возвращаться ей некуда. Там, в её родном городе, не осталось ничего, кроме пепелища на месте отцовского дома, равнодушных подруг и мужчины, который бросил её, едва узнав о беременности. Там её никто не ждал.

А здесь у неё появилось дело. Дом. Друзья — пусть один из них был поварихой из другого мира, другая — лесной дриадой, а третьи — и вовсе ходячими скелетами. Но они были её. И сын — её Николас, её Ник — рос в этом мире, среди магии и чудес, и уже учился ходить, держась за костяной палец Костика.

Она не вернётся.

Решение пришло не сразу — оно вызревало постепенно, месяц за месяцем, как вызревает яблоко в саду Элары. Но однажды вечером, сидя с Мартой на кухне и помешивая травяной отвар, Анна просто сказала:

— Я остаюсь.

Марта подняла глаза от кастрюли и улыбнулась — тепло, понимающе.

— Я знала, что ты это скажешь. Ещё в первый день поняла. Такие, как мы, не возвращаются.

— Но оставаться в замке навсегда я не хочу, — продолжила Анна. — Это хорошее место, и я благодарна господину за всё, что он для нас сделал. Но это его дом, не мой. А я хочу свой.

Марта кивнула, помешивая варево.

— Это правильно. У каждого должно быть что-то своё. Я вот своё нашла здесь, на этой кухне. А ты, стало быть, хочешь дом?

— Дом, — подтвердила Анна. — И не только. Я хочу учиться.

Марта отложила ложку и уставилась на неё.

— Учиться? Где? Чему?

— В Академии. На факультете бытовой магии. Линнет говорила, что там есть специальный курс — «Магическая артефакторика для строительства и ремонта». Всего год обучения. Там учат тому, чем я уже занимаюсь, но на профессиональном уровне. С дипломом Академии я смогу открыть своё дело. Не просто работать служанкой или подмастерьем, а стать мастером. Брать заказы. Строить. И зарабатывать достаточно, чтобы Ник ни в чём не нуждался.

Марта присвистнула.

— Амбициозно. И сколько стоит эта учёба?

— Вот это я и собираюсь выяснить, — Анна поднялась и отставила кружку. — Завтра же поеду в Мейнхолл. Поговорю с Линнет, зайду в Академию, узнаю цены. Заодно посмотрю, сколько стоят дома. Если я собираюсь остаться, нужно понимать, на что копить.

На следующее утро, оставив Ника на попечение Марты и строго-настрого приказав скелетам не устраивать концерты без неё, Анна спустилась в город. Мейнхолл встретил её привычной суетой: по улицам сновали студенты в мантиях, ламии торговались у прилавков, гномы таскали ящики с инструментами, а над всем этим великолепием парили магические вывески. Анна уже не глазела по сторонам, как в первый раз, а шла целенаправленно, кивая знакомым торговцам.

Первым делом она заглянула к Линнет. Молодая ведьма как раз смешивала в ступке какой-то светящийся порошок, но, увидев Анну, отложила работу и радостно всплеснула руками.

— Анна! Я как раз думала о тебе. У меня есть новый пигмент — из пыльцы ночных лилий. Даёт удивительное жемчужное свечение. Хочешь попробовать?

— Обязательно попробую, но позже, — Анна присела на стул у прилавка. — Линнет, мне нужен совет. Ты говорила, что в Академии есть курс бытовой магии. Годичный. Это правда?

— Правда, — Линнет оживилась. — Факультет прикладной артефакторики. Там как раз учат тому, чем ты занимаешься: магические покрытия, ремонтные составы, бытовая алхимия. Курс длится один учебный год. Принимают всех, у кого есть хотя бы зачатки магического дара. У тебя есть дар?

— Кажется, да, — Анна вспомнила лунную краску, которую она активировала без всяких заклинаний, просто прикасаясь к стене. — Слабый, но есть.

— Тогда поступишь без проблем. Экзамены несложные: нужно показать базовое владение магией и знание основ артефакторики. Ты со своими знаниями легко пройдёшь.

— А сколько стоит обучение?

Линнет задумалась.

— За год — около пятидесяти золотых. Плюс материалы, учебники, форма. Ещё золотых десять-пятнадцать на всё про всё. Но есть стипендия для талантливых студентов. Если хорошо сдашь вступительные, можешь претендовать на скидку.

Анна быстро подсчитала в уме. За семь месяцев работы у некроманта она скопила семьдесят золотых — жалованье ей платили исправно, а тратила она немного. Если учёба стоит пятьдесят, а материалы — ещё пятнадцать, то на жизнь остаётся всего ничего. А ведь ей нужен дом — или хотя бы съёмное жильё на время учёбы. И еда. И одежда для растущего Ника. И няня.

Няня. Это была ещё одна проблема, о которой она думала всё чаще. Сейчас с Ником помогала Марта, но Марта работала на кухне и не могла присматривать за малышом постоянно. Элара помогала, когда бывала в замке, но у неё были свои дела в саду. А если Анна уйдёт учиться, кто будет сидеть с ребёнком?

— Линнет, — спросила она, — а в городе есть няни? Те, кто присматривает за детьми, пока родители работают?

— Конечно. У нас в Мейнхолле есть целая гильдия воспитателей. В основном это женщины из семей студентов, которые хотят подзаработать. Цены разные, но приличная няня обойдётся золотых в пять-семь в месяц. Если с проживанием — то больше.

Анна вздохнула. Расходы росли, как снежный ком. Учёба — пятьдесят золотых. Материалы — пятнадцать. Няня на год — ещё шестьдесят. Итого сто двадцать пять золотых. А у неё пока только семьдесят. И это не считая жилья.

Она поблагодарила Линнет и отправилась дальше — в городскую управу, где, как ей сказали, можно было узнать цены на недвижимость. Пожилой гном в запылённом сюртуке долго перебирал бумаги, прежде чем найти нужные записи.

— Дома в Мейнхолле, — сообщил он, водя пальцем по странице, — от ста золотых за маленький домик на окраине до пятисот за особняк в центре. Если хочешь что-то среднее — рассчитывай на полтораста-двести. Есть ещё вариант взять дом в рассрочку, но тогда нужен поручитель.

Полтораста-двести золотых. Анна мысленно прибавила эту сумму к расходам на учёбу и няню и едва не застонала. Ей нужно было не меньше трёхсот золотых, чтобы спокойно прожить год, пока она будет учиться, а потом ещё осталось на дом. Триста золотых. А у неё — семьдесят.

Она вышла из управы и медленно побрела к фонтану. Мысли кружились в голове, как осенние листья. Она привыкла рассчитывать только на себя. Привыкла, что всё, чего она достигает, — это её заслуга. Но сейчас она впервые столкнулась с тем, что одних её усилий недостаточно. Нужны деньги. Много денег. И нужен кто-то, кто поможет — хотя бы на время.

Она села на край фонтана и стала думать. Заработать триста золотых за пять месяцев — нереально. Взять в долг? У кого? У господина ван Дерра? Он, конечно, мог бы дать, но Анна не хотела быть обязанной. Слишком долго она зависела от других — от отца, от Олега, от подруг. Теперь она хотела всего добиться сама.

И тут ей в голову пришла идея.

Бал.

Она думала о нём ещё месяц назад, когда закончила ремонт, но тогда это казалось просто красивой мечтой. Теперь же, сидя у фонтана и глядя на шпили Академии, Анна поняла: бал — это не просто развлечение. Это возможность. Если она покажет всему Мейнхоллу, что замок ван Дерра — не мрачная гробница, а прекрасное, сияющее место, если гости увидят новый облик старого некроманта, если они попробуют угощение Марты и прогуляются по саду Элары — тогда, возможно, люди перестанут бояться. Перестанут шарахаться от одного имени Элиаса ван Дерра. И тогда — тогда, может быть, кто-то захочет наняться к нему на службу. Повара, горничные, садовники — живые люди, а не скелеты. Те, кто сможет заменить её, когда она уйдёт.

Анна вскочила с фонтана. План складывался прямо на ходу. Она вернётся в замок, поговорит с господином, а потом — с Мартой и Эларой. Бал должен быть грандиозным. Таким, чтобы о нём говорили годами. Таким, чтобы все увидели: замок ван Дерра — это не проклятое место, а дом, в который хочется вернуться.

Она почти бегом добралась до замка. Вихрем пронеслась мимо удивлённого Костика, который как раз пытался вытереть пыль с перил и почему-то делал это задом наперёд. Взбежала по лестнице, на ходу поправляя растрепавшиеся волосы, и без стука ворвалась в кабинет некроманта.

Элиас ван Дерр сидел за столом, просматривая какие-то свитки. В новом сером камзоле он действительно выглядел иначе — благороднее, что ли. Даже его крючковатый нос теперь казался не зловещим, а просто… характерным.

— Господин, — выпалила Анна с порога, — нам нужно устроить бал.

Некромант медленно поднял глаза от свитка. Его прозрачные глаза уставились на Анну с выражением, которое она не смогла расшифровать.

— Бал, — повторил он ровным голосом. — Ты предлагаешь устроить бал. В замке некроманта.

— Именно. Посмотрите на замок — он сияет. Посмотрите на сад — он цветёт. Посмотрите на себя — вы выглядите как благородный лорд, а не как могильный сторож. Пришло время показать это людям. Пусть они увидят, что замок ван Дерра — не страшное место. Пусть придут, потанцуют, попробуют угощение Марты. И тогда, возможно, они перестанут вас бояться. И тогда кто-нибудь захочет у вас работать.

— У меня есть работники, — сухо заметил некромант. — Скелеты.

— Скелеты не могут готовить, — отрезала Анна. — Марта не вечна. Я тоже не останусь здесь навсегда. Вам нужны живые слуги, господин. Люди, которые будут вести хозяйство, когда нас не станет. А чтобы они пришли, нужно показать, что здесь не страшно.

Некромант долго смотрел на неё. Потом откинулся в кресле и сложил руки на груди.

— Ты говоришь так, будто уже решила уйти.

Анна замерла. Вот оно. Она не хотела говорить об этом сейчас, но отступать было некуда.

— Я не уйду прямо сейчас, — сказала она осторожно. — Мой контракт ещё не закончен. Но когда он закончится — да, я хочу уйти. Не потому что мне здесь плохо. А потому что я хочу построить свою жизнь. Свой дом. Своё дело.

— И что ты планируешь делать?

— Учиться. Поступить в Академию на факультет бытовой магии. Получить диплом мастера-артефактора. Открыть своё дело — магический ремонт и отделку. Купить дом. Вырастить сына.

Некромант помолчал. Потом издал свой обычный сухой смешок.

— Амбициозно. И сколько тебе нужно денег на всё это?

Анна вздохнула. Скрывать было бессмысленно.

— Много. Учёба, няня, жильё на время учёбы, потом дом… Я подсчитала — нужно около трёхсот золотых. У меня пока семьдесят.

— Негусто, — прокомментировал некромант.

— Поэтому я и хочу устроить бал, — Анна подалась вперёд. — Если всё получится, если люди увидят замок и перестанут бояться, сюда придут работать. У вас появятся слуги. А я смогу уйти спокойно, зная, что оставляю замок в хороших руках. И — да, я оставлю инструкции. Подробные. Для каждого скелета, для каждой комнаты, для сада. Чтобы никто ничего не перепутал.

Некромант молчал так долго, что Анна начала нервничать. Она уже решила, что он откажет, когда старик вдруг заговорил:

— Ты первая за триста лет, кто отнёсся к этому замку как к дому, а не как к склепу. Ты заставила меня переодеться. Ты нашла садовника. Ты превратила моих скелетов в бригаду отделочников. И теперь ты хочешь устроить бал, чтобы найти мне нормальных слуг, потому что беспокоишься о том, что будет, когда ты уйдёшь. — Он замолчал, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на тепло. — Знаешь, Анна, за триста лет у меня было много слуг. Но ни один из них не беспокоился о том, что будет со мной после их ухода.

Анна не знала, что на это ответить. Она просто стояла и смотрела на него. Некромант поднялся из-за стола, подошёл к окну и какое-то время смотрел на цветущий сад.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Устраивай свой бал. И не беспокойся об учёбе.

— Что вы имеете в виду? — насторожилась Анна.

— Я не бедный человек, — некромант обернулся, и на его лице появилось то самое выражение, которое Анна уже научилась распознавать: смесь сухого юмора и неожиданной доброты. — Семьсот лет некромантии — это не только скелеты и проклятия. Это ещё и весьма прибыльное дело. Я оплачу твою учёбу. И няню. И жильё на время обучения. Это меньшее, что я могу сделать для человека, который превратил мою гробницу в дом.

Анна открыла рот. Закрыла. Снова открыла.

— Я… я не просила…

— Знаю, — перебил он. — Именно поэтому я предлагаю. Ты не просила — ты работала. Ты не жаловалась — ты меняла всё вокруг. Ты относилась к моему дому как к своему. Теперь моя очередь помочь тебе построить твой.

У Анны защипало в глазах. Она часто заморгала, пытаясь справиться с подступающими слезами. За семь месяцев она ни разу не плакала при хозяине — и не собиралась начинать сейчас.

— Спасибо, — сказала она глухо. — Я… спасибо.

— Не благодари раньше времени, — некромант вернулся к столу. — У тебя впереди бал. А это, я полагаю, задача не из лёгких.

Анна выпрямилась, и в её глазах загорелся знакомый огонёк.

— Я справлюсь. У меня теперь есть опыт организации масштабных проектов. Семь месяцев ремонта — это вам не шутка.

— Тогда иди, — махнул рукой некромант. — И пришли ко мне Костика. Кажется, он опять потерял ногу где-то в западном крыле.

Анна вышла из кабинета с лёгким сердцем. Впервые за долгое время будущее не казалось ей тёмным и страшным. У неё была цель. У неё был план. И у неё был неожиданный союзник — старый некромант, который, кажется, стал ей почти другом.

Она спустилась на кухню, где Марта как раз кормила Ника яблочным пюре, и торжественно объявила:

— Мы устраиваем бал!

Марта едва не выронила ложку. Ник радостно загулил и стукнул ладошкой по столу.

— Бал? — переспросила повариха. — Когда?

— Через месяц. Нужно успеть подготовиться. Приглашения, меню, украшения, музыка. И конечно, наряды. Господин должен выглядеть безупречно. Ты, кстати, тоже.

Марта посмотрела на свой передник, на перепачканные мукой руки и вдруг улыбнулась — широко, молодо, словно сбросила двадцать лет.

— Значит, бал, — повторила она. — Что ж, я всегда мечтала приготовить что-то грандиозное.

— Вот и приготовишь, — Анна подхватила Ника на руки и закружила его по кухне. Малыш залился смехом. — Мы покажем им всем, что замок ван Дерра — лучшее место в долине Туманов. И что старый некромант — вовсе не страшный.

— А кто же он? — со смехом спросила Марта.

Анна остановилась, прижала сына к себе и, подумав, ответила:

— Просто одинокий старик, которому нужен был кто-то, кто напомнит ему, что жизнь — это не только смерть.

И, глядя на сияющую кухню, на довольную Марту, на Ника, который тянул ручки к заглянувшему в окно Костику, Анна знала: она справится. С балом, с учёбой, с новой жизнью. Она справится со всем.

Потому что теперь у неё было нечто большее, чем просто работа и крыша над головой. У неё была семья