Изабель не удивилась бы, если труп в подвале Руби поднялся, как монстр Франкенштейна, но, к счастью, он оставался неподвижен в больнично-ярком белом свете. И всё равно она спросила:

– Он ведь не оживёт?

Ей хотелось, чтобы прозвучало иронично, но Изабель сама слышала, что голос дрожит. А перила лестницы она так и не отпустила, как будто подвал был открытым морем, стоит погрузиться, и всё, уже не вынырнешь.

Она надеялась, Даниэль успокоит, но он глухо ответил:

– Откуда я знаю?

– Обнадёживающе.

Изабель нервно усмехнулась и поймала быстрый взгляд Даниэля. Он слабо улыбнулся:

– Не люблю трупы и рядом с ними теряю весь оптимизм. Но нет, не думаю, что он оживёт. Руби умеет убивать и использовать эту силу, но не оживлять.

Что умела Изабель, даже читала по книгам, что она как раз может творить зомби, если захочет. Она не представляла, что должно случиться, чтобы она раскопала труп и превратила его в раба. Или заставила тело временно притворяться живым, как те же палочки в лесу. Особенно абсурдной мысль казалась теперь, перед лежащим на полу трупе.

Изабель раньше не видела мертвецов. То есть бывала на похоронах, но это совсем другое. Здесь же был человек, похоже, убитый Руби.

– Сюда бы полицию, – сказала Изабель. – Наличие трупа заставит их пересмотреть причастность Руби.

Вытащив из кармана телефон, Даниэль глянул на экран, не удивился и показал Изабель: поверх картинки с каким-то мрачным лесом отчётливо виднелся отсутствующий сигнал приёма. Изабель проверила свой телефон, но с тем же результатом. Чего и следовало ожидать, когда они спускались в подвал.

Осматривать тело Даниэль не стал, старательно не смотря в сторону тела, поднялся по лестнице и подёргал подвальную дверь. Почти сразу вернулся:

– Заперто.

– А твои лоа могут открыть?

– Там колдовство, так не открыть. А ещё чувствуешь?

Сначала Изабель решила, он о какой-нибудь энергии смерти. Потому что холод в подвале стоял могильный, даже у неё невольно поднимались волоски на руках. Но спустя пару мгновений Изабель осознала, что Даниэль говорил о более прозаичных вещах.

– Уже не так холодно, – с удивлением отметила она.

Кивнув, Даниэль поднял руку, призывая прислушаться, и наконец-то Изабель распознала лёгкий гул, его точно не было, когда они вошли. Или ей так казалось.

– Что это? – Она кинула недоумённый взгляд на Даниэля.

– Похоже на теплогенератор или что-то в этом духе. Становится теплее.

– И что это значит?

– Не знаю, но давай выбираться отсюда.

С этим Изабель была полностью согласна, хотя и не понимала, почему Даниэль так обеспокоен. Вряд ли подвал можно нагреть до такой степени, что они здесь задохнутся. Вот от трупа может начать вонять, но это ж сколько надо с ним просидеть! Вряд ли они настолько задержатся.

– Осмотри подвал, – коротко сказал Даниэль. – И мертвеца. Я… я правда плохо их переношу. Ничего не трогай, оставим всё полиции. А я попробую сделать что-то с дверью.

Не теряя времени, Изабель осмотрела подвал, оставив труп напоследок. Ничего интересного или необычного, надёжные кирпичные стены, столы с хламом, многочисленные банки. Изабель не стала вглядываться, в них хранится еда от прежних владельцев или принесённая Руби земля с болот или чьи-то глаза и пальцы в формальдегиде.

Хуже всего было открытие, что окно в подвале одно, под потолком, и такое узкое, что в него всё равно не пролезть, даже если удастся до него добраться.

Даниэль что-то бормотал у двери, похоже, пытался творить собственное колдовство.

К трупу Изабель подходила, неосознанно вытирая вспотевшие руки о подол платья. Касаться ей бы в голову не пришло, даже не будь риска испортить что-то для полиции. Мужчина средних лет с неопрятной бородой, в уголках рта вроде уже появились язвочки разложения, Изабель старательно отвела взгляд. Больше её удивило, что одежда трупа была грязноватой, как будто человек жил на улице. А может, так и было. Руби нашла бездомного, заманила, напоила чаем с крысиным ядом. Ей нужен был труп, чтобы использовать колдовство. Жертва.

Изабель сосредоточилась на костях и цветах, лежавших вокруг. Несколько нарисованных углём веве были ей знакомы, их использовал Генри. Голова немного кружилась от происходящего, Изабель потёрла виски и медленно поднялась. Бормотание Даниэля затихло, и он спустился, его шаги тяжело отдавались в деревянных ступеньках.

– Крепко запечатано, – мрачно сказал он.

Остался на нижних ступеньках, навалившись на перила:

– Она закрыла дверь странным колдовством. Оно связано со смертью, это не моя область и не лоа… и не твоя. Я открою, но нужно больше времени.

– А если я попробую что-то такое с энергией жизни?

– Замок против любой жизни, ничего не выйдет.

Изабель кивнула. Она уже видела и слышала достаточно, а угольные знаки убедили её в правильности догадок.

– Помнишь, мадам Аделаида говорила, что Руби в мертвецах, как в чешуе? Доспехи, и она берёт из них кусочки. – Дождавшись кивка Даниэля, Изабель продолжила: – Руби провела детство в доме, где царили жертвоприношения и чёрная магия. Почти неделю жила с мертвецами. Не знаю, что это сдвинуло в её голове, но думаю, тогда к ней и приклеились все эти мертвецы. Та самая энергия, которую ест Генри. Не призраки, а ошмётки чужих смертей. И она научилась их использовать.

Даниэль хмурился, но задумчиво кивнул. Одной рукой он по-прежнему опирался на перила, а второй неопределённо повёл в сторону трупа, даже не глянув:

– А этот? Жертва?

– Да. Чтобы задействовать силы. Он тут недавно и не мог запустить зов… скорее, зов Руби создала из собственных чешуек смерти. А это жертва для лоа, которые продолжали доносить зов до тех, на кого он налип. Генри и Айвори.

Поэтому она использовала такие нестандартные подходы и обряды, зачастую ставившие в тупик Даниэля. Он привык к классическому вуду его семьи, к лоа, а не к тому, что творила Руби, отчасти впитав знания отца, а отчасти сочинив собственные.

Теперь Изабель не сомневалась, что вдохновителем культистов была именно Руби. Наверняка это она грезила о ком-то сильном, кто придёт и будет управлять людьми. Укажет правильный путь. И она не понимала, какую дорогу прокладывает.

Ход мыслей Изабель прервался, когда Даниэль внезапно осел на нижнюю ступеньку и привалился к перилам.

– Эй, что с тобой? – перепугалась Изабель.

Он, конечно, говорил, что не любит трупы, но не до такой же степени! Открыв глаза, Даниэль посмотрел на неё:

– Думаю, Руби устроила ловушку. Она травит нас.

– В смысле?

– Угарный газ.

Изабель знала, что это газ без цвета и запаха, она бы его не почувствовала. Как и Даниэль. Она уже хотела спросить, откуда он это взял, неужели лоа поняли, но он пояснил сам:

– Теплогенератор. Не уверен точно, думаю, Руби сделала так, чтобы дымоход блокировался, если неправильно дверь закрыть… чтобы и тепло, и дым оставались в подвале. Получается, мы с тобой сейчас как в гараже с включённым двигателем машины.

Сначала Изабель опешила. А потом наконец-то осознала, откуда эта ломота в висках – похоже, Даниэль догадался по собственным симптомам.

– Лоа могут его отключить?

– Лоа могут сделать то, что я попрошу, но это простые просьбы. Если я сам не знаю устройство этой штуки, они тоже не поймут, чего я хочу.

– А сломать? Разломать его!

– Ты уверена, что он не взорвётся или что-то в этом духе?

Конечно же, Изабель не была уверена. Судя по выражению лица Даниэля, он тоже. Что ж, подобные штуки и правда не входили в сферу их интересов. Может, поэтому Руби и сделала такую изящную и простую ловушку. Если кто-то залезет в подвал, никакое колдовство ему не поможет.

Даниэль потёр глаза:

– Угарный газ легче воздуха… у двери больше концентрация, я совсем соображать перестаю.

– И ты проторчал там столько времени?

– Сейчас, – пробормотал Даниэль. – Я попробую договориться с лоа или открыть дверь.

– Или вырубишься прямо там, – грубовато сказала Изабель. – И оставишь меня с двумя трупами?

Он едва заметно улыбнулся:

– Ну ты скоро станешь третьим, и тебе будет всё равно.

– Оставь свой мрачный эшевский юмор для Мэтта. Когда мы отсюда выберемся.

Она ещё разок вытащила из сумочки телефон, проверила связь, но та молчала наглухо. Ни единого окна и дверь, запертая странной магией. Да уж, против такого защитные обряды не сработают, ничего ведь не угрожает напрямую!

Пальцы Изабель наткнулись на холщовый мешочек в сумке и огарок свечи. В голове уже отчётливо пульсировала боль, а мир начал смазываться, уплывать. Даниэль так и не поднялся со ступенек.

Он сейчас отключится, поняла Изабель. По его учащённому дыханию, по глазам, то и дело закрывающимся на секунду дольше положенного.

– Ты сказал, Руби всё творила колдовством, которое связано со смертью? Оно против живых?

Сосредоточившись, Даниэль посмотрел на неё и кивнул, вряд ли понимая, к чему клонит Изабель. Она и сама с трудом формулировала мысль. Безумно захотелось лечь на пол, в сон клонило ужасно. Она потёрла глаза и заявила:

– Тогда время воспользоваться мёртвым.

Даниэль поморгал, наблюдая за ней с недоумением, пытаясь понять, что она планирует сделать. Хорошо не стал спрашивать, потому что Изабель не была уверена, что сможет внятно объяснить. Да она сама не знала! Но по тому, как медленно соображала, она понимала, что времени у них в обрез. Что бы ни устроила Руби, долго они в этом подвале не протянут.

Усевшись на пол, Изабель поставила перед собой свечу и попросила:

– Зажги её.

Она могла бы и сама, но хотела, чтобы Даниэль не отключался, да и отчасти Изабель было страшновато. Одно дело – соединить палочки в лесу и заставить их танцевать, изображая животных. Совсем другое – то, что она собиралась сделать сейчас.

– Ты рехнулась?

Вздрогнув, Изабель с удивлением посмотрела на Даниэля. А он с таким же неприкрытым изумлением уставился на неё.

– Зажечь свечу, – повторил он. – Если я прав, и здесь угарный газ, мы взлетим на воздух. Ты, конечно, отличная компания, но извини, помереть в долбаном подвале с каким-то трупом не входило в мои планы на день.

– Очень мило, что ты составляешь планы на день, – в тон ему ответила Изабель, мысленно коря себя за идиотскую идею со свечой. Как она не подумала? – Я не особо знаю про угарный газ. А ты-то откуда?

– Гуглил для одной книги.

– У тебя там персонаж попал в похожую ситуацию?

– Он так умер.

Пробормотав себе под нос «как мило», Изабель наконец-то развязала тесёмки мешочка, который мяла в руках. Глубоко вздохнула, устроилась поудобнее и уставилась на труп. Передумала и пересела к нему поближе. Даниэль остался позади, и в нынешних обстоятельствах это, пожалуй, наилучшая кандидатура прикрывать спину.

Теперь Изабель отчётливо видела грязь на рубашке трупа, язвочки в уголках губ и нечёсаную бороду. Подвядшие белые цветы на глазах мужчины. И также Изабель чувствовала, что её ведёт в сторону, глаза слипаются, сонливость становится всё сильнее, как и головная боль. Даниэль за спиной закашлялся, напомнив Айвори.

Запустив руку в мешочек, Изабель вытащила горсть земли и сосредоточилась на своей цели. На той энергии, что пульсировала внутри неё. Она негромко запела песню, которой научила ещё бабушка, мелодия без слов на ритмичный, мелодичный мотив. Генри она никак не давалась, он злился, когда был маленьким, и пробовал, а бабушка смеялась и трепала его по голове, говоря, что это не для него.

Изабель не знала, имела ли бабушка в виду, что песня как-то связана с магией, не близкой Генри, или попросту о том, что тот редко мог повторить мелодии, хотя голос у него был приятный.

Вспоминая о брате, Изабель напевала, покачивая в руках горсть земли. Бабушка говорила, песня поможет сосредоточиться. Конечно, чтобы получить долгосрочный результат, требовались обряды, ритуалы, воззвания к лоа, но Изабель нужно быстро, коротко, пока они тут не задохнулись. Даниэль позади опять закашлялся, захотелось обернуться, проверить, как он, но Изабель себе запретила.

Она снова вспомнила брата. Лучезарного Генри, который был таким потерянным, босым, вылезая из машины незнакомца ночью. Изабель нужно вернуться к нему. Вернуться к младшему брату и защитить его от зова. Она никак этого не сделает, если умрёт в подвале Руби.

Мелодия взлетела, Изабель высыпала горсть земли на грудь трупа, медленно поднялась на ноги, чуть покачиваясь то ли от напряжения, то ли от угарного газа.

Труп дрогнул.

Медленно поднялся.

Ничего естественного в этом не было, дёрганые, резкие движения закоченевших мышц, начавших подгнивать. Но магии это не помеха, и труп неуклюже встал на ноги.

Даниэль сдавленно выругался. Отступив на шаг, Изабель удерживал труп в тисках своей энергии, продолжая петь и заставляя его двигаться к лестнице. Она боялась, что цветы упадут, и там окажутся распахнутые глаза, готовилась к этому, но цветы вопреки ожиданиям держались. Это выглядело совсем жутко и чуть не сбило, но Изабель быстро взяла себя в руки.

Всё хорошо.

Насколько может быть в сложившихся обстоятельствах.

Труп поднял ногу и ступил на первую ступеньку. На вторую. Изабель осталась внизу, краем глаза видела, как поднялся с пола Даниэль. Её внимание полностью забирала мелодия и энергия жизни, струившаяся сквозь неё и питавшая труп. Но если с людьми она помогала лечить, то здесь ощущалась как бездонная чёрная дыра, которая поглощала и поглощала.

На миг Изабель испугалась, что её сил попросту не хватит. Для этого и нужны обряды, чтобы не расходовать вот так энергию! А потом на её плечо легла рука Даниэля, Изабель ощутила его поддержку. Он не мог поделиться энергией, но то, что она сейчас не одна, уже придавало Изабель уверенности. Труп оказался перед дверью, она повысила тон мелодии, направила силу рывком прямо на запертое дерево. Пусть замок удерживает магия, но она против живых, а не против грубой силы бросившегося на неё тела.

Глухой удар, ещё один, послышался треск, и наконец-то Изабель перевела дыхание.

Без сил она осела на пол, и хотя Даниэль тянул её подняться, ноги не держали, а глаза сами собой закрылись. Она так устала. Боль в висках пульсировала. Изабель всего лишь приляжет на пару минут, до того как они выйдут отсюда.

Изабель почувствовала, как её подхватили на руки, и Даниэль начал неуклонно двигаться вверх. Пару раз он споткнулся, но удержался на ногах. Когда лица Изабель коснулся душный воздух в доме, она пошевелилась, подняла голову, мутным взглядом увидела разлетевшиеся щепки двери и валявшийся в коридоре труп.

У неё получилось.

Уткнувшись в рубашку Даниэля, Изабель расслабилась, позволила нести себя, мимолётно подумав, что её платье слишком задралось. Но дальше свежий воздух ударил в голову, и Изабель отключилась.

Окончательно Изабель очнулась под звуки сирены.

Пошевелилась, открывая глаза. Поморгала, приходя в себя. Она была в своём пикапе, на переднем пассажирском сиденье, но дверца распахнута настежь. Вокруг толкались машины с медиками и полицией, Изабель недоумевала, кто ещё приехал с сиреной? Кто-то опаздывающий? Или это особая служба, будет разбираться с газом?

Изабель не вникала.

Она позволила Даниэлю взять ситуацию в свои руки, у неё самой не осталось ни на что сил. Она смутно помнила, как Даниэль, спотыкаясь, дошёл до их пикапа, усадил её и куда-то позвонил. Видимо, врачам и полиции, потому что в следующий момент, как Изабель пришла в себя, вокруг уже стояли машины, а приятная девушка настойчиво говорила, что ей нужно осмотреть Изабель и взять у неё анализ.

После этого занялись Даниэлем, и её снова оставили в покое.

– А это наши младшенькие.

Даниэль стоял рядом, прислонившись к капоту, и смотрел в сторону улицы, противоположной от дома Руби. С недоумением Изабель повернулась, не понимая, это они, что ли, приехали с сиреной? Но, конечно, нет, это были очередные полицейские, а вот из остановившейся старенькой машины буквально выскочил Мэтт.

Видимо, он высмотрел брата ещё на подходе, потому что сразу кинулся к нему. А следом за Мэттом появился встревоженный Генри. Его рот расплылся в улыбке при виде Изабель. Она едва успела ступить на землю из пикапа, когда Генри буквально подхватил её, радостно смеясь:

– Наконец-то! Я так испугался за тебя! Нам пришлось с полицией разбираться, Руби напала на нас, представляешь? Я съел часть её призраков, мы хотели к вам бежать, но пришлось ждать полицию, они нас не отпускали, да ещё сказали, у вас тут тоже ужас… и медики! Что произошло? Ты в порядке?

– Всё хорошо, – успела вставить Изабель.

В основном потому, что Генри пристально на неё уставился, ожидая ответа. Но дальше снова принялся тараторить, Изабель едва успевала его понимать. Но ей нравилась болтовня брата. Как успела понять Изабель, Руби обезврежена, в её подвале сейчас полиция, а Генри съел призраков и теперь несколько дней будет бегать не останавливаясь.

Слушая болтовню брата, Изабель отстранилась, оставив руку на его плече. Она заметила Айвори, вышедшего из машины и мягко улыбавшегося. Вокруг толкались люди, машины, с трудом разместившиеся на узкой улице.

Мэтт крепко обнимал Даниэля, а тот мягко гладил его по спине, приговаривая:

– Всё хорошо, хорошо. С нами всё хорошо.

С удивлением Изабель понимала, что это так. С ними со всеми теперь всё хорошо.