Изабель не могла отделаться от мысли, что особняк Эшей так просто не пустит на свою территорию кого угодно. Хотя ничего особенного она не чувствовала, когда шагнула через незапертые ворота и дальше по каменной дорожке к дому.

На ступеньках крыльца пришлось приподнять чёрную юбку. Сегодня Изабель предпочла одежду подлиннее, но из-за жары всё равно пришлось ограничиться кофтой без рукавов. В кружевных перчатках отказывать себе не стала.

Слева на крыльце стоял кованый столик со стульями, а справа на диване-качелях сидели Даниэль и Айвори. Они развалились вальяжно, ничуть не удивились Изабель, похоже, сквозь заросли ползучих растений их видно не было, а вот они гостью заметили ещё у ворот.

Устроившись с одной стороны, Даниэль легонько раскачивался, не отрывая ноги от пола, и курил одну из своих сигарет. Айвори забрался на качели с ногами и расслабленно устроился, положив голову на спинку.

– Они ещё не закончили, – возвестил Даниэль. – На чердаке с призраками.

Имея в виду Мэтта и Генри.

– А вы почему не внутри? – удивилась Изабель.

– Мы сбежали, – честно ответил Даниэль. – Твой брат слишком неугомонный, а в призраках я всё равно ничего не понимаю.

– И я, – согласился Айвори. – Но жду Мэтта, чтобы подвезти к Заку в салон, у них дела, а мне надо работать.

Генри должен был прийти к Эшам несколько часов назад, но его энергия продолжала бить ключом, Изабель понимала, почему от него сбежали. И как Мэтт справляется? Или дела с призраками настолько увлекли обоих? В последнее время они горячо обсуждали все эти вещи.

– Ты за Генри? – уточнил Даниэль.

– Да, закончила в магазине, думала подхватить его домой, чтобы не ехал на такси.

– Можешь тут подождать.

Стул оказался гораздо удобнее, чем представлялось Изабель. Конечно, она могла и в дом пойти, но ей ещё ехать с пышущим энергией Генри. Да и в призраках она тоже не понимала вообще ничего, зачем мешать разговорам с Мэттом.

Откинув голову на спинку дивана, Даниэль с наслаждением выдохнул дым в потолок и не глядя протянул сигарету Айвори. Тот аккуратно её принял, коротко затянулся. Они не говорили, но молчание было уютным, Изабель подумала, что вот также, наверное, эти двое вели себя с семинарии. Единственная разница, что теперь можно курить, не скрываясь от преподавателей.

На самом деле, Изабель осталась на крыльце ещё по одной причине, она хотела узнать последние новости:

– Что слышно о Руби?

Подняв голову, Даниэль ответил:

– Труп в её подвале оказался бродягой, Руби убила его растительным ядом. Это доказано, ей предъявлено обвинение в убийстве. Это помимо покушения на убийство, когда она заявилась к клубу с ружьём.

– А ещё в подвале нашлись вещи культа, – вставил Айвори. – Руби с Уайтом Гиллори долго не выйдут на свободу.

Что значило, можно вздохнуть свободно. О том, что Руби признана психически здоровой, Изабель знала. Насколько она поняла, Руби вышла замуж на Уайта, и они нашли друг в друге родственные души. Оба увлеклись учением из найденной на барахолке книги и верили, что призовут некое высшее существо, лоа, и он будет править без лжи и насилия.

Поначалу никаких убийств не было. Нашлись последователи, они обустроили хижину, творили ритуалы с курицами и телятами. Но то ли Руби, то ли Уайту пришла в голову светлая мысль, что крови недостаточно, и такому мощному лоа нужно что-то посущественнее.

Тогда и начали похищать людей. В основном сбежавших из дома подростков, которых уже никто не искал. Потом решили, требуется сердце колдуна, и выбор пал на Генри.

Он оказался сильнее. Культ раскрыли, Уайта посадили. Как и предполагал Даниэль, Руби успела перенести все вещи в дом подруги, вот обыск в их с Уайтом доме ничего не дал. Против него улик было порядочно и в хижине, но Руби была осторожнее и заверяла, что она не имела понятия о делах мужа.

Она решила отомстить Генри с помощью собственных мертвецов, прилипших с детства. Вещей Генри у неё не было, поэтому она повесила зов на дом. А позже попросту принесла ещё одну жертву, чтобы то ли усилить зов, то ли послать нового лоа его донести. Может, и сама Руби не понимала, что творит, одержимая местью. Ведь всё остальное из её жизни исчезло: муж, культ, даже мечта о том лоа.

Генри сильно возмущался, что «люди нынче пошли совсем безумные». Его негодование Изабель не разделяла да и понимала, что люди всегда были такими.

Даниэлю и Изабель планировали предъявить незаконное проникновение в дом, но вмешалась адвокат Эшей, тоже их родственница, и они отделались штрафом, сами Эши его и оплатили.

– Оставайтесь на ужин, – предложил Даниэль.

Солнце светило ещё ярко, но духота начала спадать, тени удлинялись. Прищурившись, Изабель смотрела на аккуратный газон перед особняком Эшей и слушала поскрипывание дивана-качелей. Доносился сладковатый землистый аромат табака от сигареты, а из-за закрытой двери дома слышались голоса.

Изабель улыбнулась. Может, и стоит остаться на ужин.