* * *

Серебристый туман в зале двигался вокруг меня мягкими кольцами. Камни у трещины покрылись тонким инеем. Несколько использованных нефритовых бутылочек лежали пустыми. Мешочек с пилюлями стал неприятно лёгким.

Я посмотрел на него и вздохнул.

— Десятки пилюль, — сказал я хрипло. — Три дня боли. И всё ради одного уровня.

Ши Юэ высунулся из темноты.

— Да, я рад. Просто радость у меня сейчас выглядит как желание лечь и не двигаться неделю.

Он колыхнулся.

Я посмотрел на него внимательнее.

— Нет. Пустые флаконы не еда.

Ши Юэ медленно втянулся обратно.

Отдыхать сразу я не стал.

Именно это было самой неприятной частью.

Многие ученики, особенно слишком молодые и слишком любимые своими наставниками, думали, что прорыв заканчивается в момент, когда барьер ломается. Вдохнул, ударил, вошёл на новый уровень — и всё, можно вставать, улыбаться, искать врагов, чтобы они оценили твою новую величину.

Глупость.

Прорыв — это не конец. Это открытая рана.

Новый уровень сначала похож на дом, который построили слишком быстро. Стены стоят, крыша есть, дверь даже открывается, но если сразу устроить внутри пир и начать прыгать по полу, всё может поехать в сторону. Ци после прорыва нестабильна. Меридианы растянуты, но ещё не привыкли к новой нагрузке. Даньтянь расширился, но его границы мягкие. Если в таком состоянии броситься в бой или попытаться сразу заложить Основу Духа, можно разрушить собственную культивацию.

А мне и так проблем хватало.

Целую неделю я закреплял культивацию.

Семь чертовых дней.

В месте, где каждый день был драгоценностью.

Это бесило.

Но было необходимо.

Я сидел в том же зале, ел мало, пил только воду из запасов и почти не двигался. Сначала просто гонял Ци по большим кругам, выравнивая поток. Потом переходил на малые круги, заставляя новую силу проходить через тонкие меридианы. Затем медленно уплотнял даньтянь, слой за слоем, чтобы свежий уровень перестал быть просто расширением и стал частью основы тела.

Последнее оказалось самым трудным.

И здесь мне помогла мечевая Ци из флакона, который я забрал у статуй.

Серебристая роса была опасной. Я понял это ещё в тот момент, когда впервые взял флакон в руки. Она могла укрепить меридианы, но с тем же успехом могла их изрезать. Использовать её во время самого прорыва было бы слишком глупо даже для меня. Тогда тело и без того находилось на грани. Добавлять туда сгущённую мечную Ци — всё равно что чинить треснувший мост, бросая в него копья.

Но после прорыва, когда меридианы уже растянулись, а новая Ци нуждалась в границах, эта роса стала именно тем, что нужно.

Я разбавил её.

Очень сильно.

Капля росы на целый сосуд очищенной воды. Затем ещё раз развёл полученное. Потом впитывал по крохе, ведя серебристую нить через главные каналы. Боль была такой, будто внутри меня по венам протягивали тонкую пилу.

Зато результат стоил того.

Меридианы становились прочнее — их стенки уплотнялись, лучше выдерживали давление. Ци четырнадцатого уровня переставала биться в них, как запертый зверь. Она начинала течь ровнее.

Я ненавидел каждую минуту этой недели.

И тем не менее, это того стоило. Обычно укрепление культивации может занять месяцы, а то и годы.

После поднятия тринадцатого уровня мне пришлось три месяца культивировать, чтобы стабилизировать Ци в теле. И это я, кто ест пилюли дышит.

Тем более, после четырнадцатого уровня стабилизация была гораздо сложнее.

Потому что впереди было не просто очередное повышение уровня.

Впереди ждало то, чего я желал и чего опасался на протяжении всего этого времени. Заложение Основы Духа.

До этого все уровни Концентрации Ци, какими бы трудными они ни были, оставались одним и тем же процессом.

Найти Ци.

Впитать.

Очистить.

Провести через меридианы.

Собрать в даньтяне.

Расширить предел.

Повторить.

Да, с каждым уровнем требовалось больше энергии. Да, барьеры становились толще. Да, мой ужасный Корень Духа превращал даже простой шаг в издевательство. Но принцип оставался понятным. Наполнить сосуд. Укрепить сосуд. Сделать сосуд немного больше.

Заложение Основы Духа было совсем другим.

Там уже мало просто собрать больше Ци.

Можно сидеть в самой плотной духовной энергии, глотать пилюли горстями, облепить себя артефактами, молиться всем Предкам девяти великих сект — и всё равно ничего не добиться.

Потому что Основа Духа — это не пятнадцатый уровень.

Это не очередная ступенька той же лестницы.

Это попытка превратить всю накопленную Ци в новый орган внутри своего тела.

На Концентрации Ци ты собираешь силу внутри смертного тела. На Заложении Основы ты должен сделать так, чтобы тело, меридианы, даньтянь, духовное восприятие и сама структура твоей культивации перестали быть набором отдельных частей и стали единым основанием. Если Концентрация Ци — это вода, которую ты носишь в кувшине, то Заложение Основы — это попытка превратить эту воду в источник, который будет питать тебя сам.

И вот здесь мой Корень Духа снова показывал свой мерзкий характер.

Ученику с хорошим талантом достаточно подготовить тело, собрать нужные ресурсы, выбрать момент и ударить. Разумеется, «достаточно» в мире культивации обычно означает годы труда, опасные пилюли, наставника и шанс умереть, если что-то пойдёт не так. Но хотя бы сам путь перед ним открыт.

У меня путь был похож на дверь, которую замуровали, сверху поставили гору, а затем написали: «Пожалуйста, входите».

Мой Корень Духа плохо чувствовал Ци.

Плохо впитывал.

Плохо удерживал.

Хуже всего — плохо соединял её в устойчивую структуру.

До сих пор я компенсировал это трудом, пилюлями, риском и упрямством. Для уровней Концентрации Ци этого хватило. Очень дорого, очень долго, очень неприятно, но хватило.

Для Основы Духа — нет.

Я понял это на девятый день после прорыва.

Сидел в центре зала, пытался направить уже стабилизированную Ци не по кругу, а внутрь, к точке будущего основания. Теоретически именно там должен был появиться первый намёк на структуру Основы. Не настоящая Основа, разумеется. Просто фантомный образ. Слабое сопротивление, знак, что тело готово хотя бы начать подготовку.

Ничего.

Ци входила, вращалась, подчинялась, уплотнялась — и оставалась просто Ци.

Сильной.

Чистой.

Достаточно плотной для четырнадцатого уровня.

Но бесполезной для следующего шага.

Я пробовал снова.

И снова.

Потом с пилюлей.

Потом с духовным камнем в каждой руке.

Потом с целой горой камней духа вокруг.

Потом с малой техникой сгущения.

Потом с контролем дыхания, которому меня когда-то учила Лань Сюэ.

Результат не изменился.

Я мог стать сильнее внутри четырнадцатого уровня. Мог отточить контроль. Мог накопить больше Ци. Мог сидеть здесь месяцами и превратиться в очень упрямый камень с плохим настроением.

Но к Заложению Основы это почти не приближало.

В какой-то момент я открыл глаза и несколько долгих вдохов смотрел на серебристый туман.

— Бессмысленно, — сказал я.

Ши Юэ поднял голову у входа в зал.

— Не ты.

Он облегченно колыхнулся.

Я провёл ладонью по лицу.

Дальше обычная культивация ничего не даст. Мне нужно что-то, что подготовит тело к прорыву. Не просто больше Ци. Не ещё одна пилюля восстановления. Не боевой артефакт. Все мои вещи могли помочь мне выжить, убить, скрыться, отразить атаку, сбежать или заработать.

Но ни одна не могла изменить фундаментальную проблему.

Моё тело не готово.

Корень Духа ужасен.

Меридианы улучшены, но недостаточно.

Даньтянь стабилен, но не способен сам собрать структуру Основы.

Значит, остаётся только одно.

Искать.

Я не любил такие выводы. Они всегда означали, что нужно выйти из безопасного места в большой мир, полный людей с плохими намерениями, древних испытаний и возможностей умереть настолько глупо, что даже Ши Юэ потом будет стыдно меня есть.

Но выбора не было.

Я собрал вещи.

Проверил карту.

Проверил ключ-карту Скрытого Этажа. Стрелка всё ещё указывала дальше, сквозь гору и за неё. Обычная карта по-прежнему ничего особенного там не показывала.

Я убрал использованные флаконы, пересчитал оставшиеся пилюли, заменил несколько Камней Духа у формации двенадцати клинков и уже собирался снять печать, когда духовное восприятие коснулось движения снаружи.

Не одного.

Нескольких.

Я замер.

Сначала подумал, что кто-то нашёл вход и идёт прямо сюда.

Потом понял: нет.

Они не шли ко мне.

Они гнались.

По склону, среди камней, бежала девушка.

Красивая.

Даже слишком красивая для случайной беглянки в Мире Меча.

Тонкое лицо, длинные волосы, порванные светлые одежды, кровь на рукаве, дыхание сбито. Двигалась она неровно, будто ранена, но всё равно быстро. По ощущению — одиннадцатый уровень. Не слабая, но и не та, кто способен уйти от преследователей.

За ней бежали трое.

Двое на двенадцатом.

Один на тринадцатом.

Они не слишком торопились.

Вот это мне не понравилось сразу.

Люди, которые догоняют жертву изо всех сил, обычно хотят закончить дело быстро. Люди, которые бегут не спеша, либо уверены в себе, либо играют.

Девушка добежала до входа в пещеру и резко остановилась. Видимо, увидела повреждённые внешние формации и серый след моей печати внутри. Она вскинула голову, и её голос дрогнул:

— Старший! Кто бы ты ни был, прошу, помоги!

Я стоял глубже, в тени прохода, и не двигался.

Трое преследователей остановились чуть ниже.

Тринадцатый уровень был широкоплечим парнем с коротким копьём. Один двенадцатый держал парные ножи. Второй улыбался слишком легко и играл тонкой цепью между пальцами.

— О, — сказал тот, что с цепью. — Здесь кто-то есть.

Копейщик посмотрел на вход в пещеру.

— Какой-то трус спрятался за формациями.

— Может, это древний старший, ушедший в затвор? — насмешливо спросил ножевой.

— Если древний старший сидит в дыре и дрожит, пока женщина просит о помощи, значит, древнему старшему пора умереть от стыда.

Они засмеялись.

Я слушал.

И ничего не делал.

Победить их было бы несложно.

Теперь я был на четырнадцатом уровне. Более того, я стабилизировал свою культивацию. С полным контролем Ци, с набором артефактов, с Ши Юэ, с печатями и с очень плохим отношением к людям, которые приходят к моей пещере и шумят.

Но это не значит, что нужно бить каждого, кто заслуживает.

Мир Меча огромен. Если я начну вмешиваться в каждую сцену преследования, через месяц у меня будет не путь к Основе Духа, а коллекция врагов, благодарных спасённых и чужих проблем. Благодарные спасённые, кстати, иногда хуже врагов. Враг хотя бы честно пытается тебя убить. Спасённый сначала плачет, потом просит ещё, а затем приносит за собой десять новых бед.

Девушка шагнула ближе к входу.

— Старший брат, прошу! Я отдам всё, что у меня есть! Все Камни Духа, пилюли, карту, артефакты! Я… я готова служить тебе, если спасёшь меня!

— Слышали? — хохотнул ножевой. — Она готова служить. Старший брат в пещере, ты хоть живой там? Или уже умер от радости?

Копейщик поднял оружие.

— Хватит. Убьём её и проверим, кто внутри. Если он слабый — заберём и его вещи. Если сильный — извинимся.

— А если очень сильный?

— Тогда ты извинишься первым.

Они снова засмеялись.

Девушка обернулась к ним. Лицо у неё побледнело.

— Пожалуйста…

Я вздохнул.

Иногда мир ставит человека в очень неприятное положение.

Если не выйду, они могут действительно убить её у моего входа. Если выйду, получу чужую проблему. Если убью всех, получу добычу и трупы. Если отпущу — получу свидетелей.

Самым разумным решением было бы остаться внутри и позволить миру самому разобраться со своими идиотами.

Я сделал шаг наружу.

Разумные решения мне всё равно редко удавались. Собственно, поэтому я и не считаю себя разумным человеком. Хитрым — да. Осторожным — определенно. Но не разумным.

Девушка увидела меня первой.

Её глаза вспыхнули надеждой. Она почти бросилась ко мне и спряталась за моей спиной, дрожа так убедительно, что любой нормальный человек немедленно почувствовал бы себя героем.

Я не был нормальным человеком.

— Спасибо, старший брат, — прошептала она. — Спасибо…

Трое преследователей перестали смеяться.

Я вышел из тени полностью.

Новая одежда. Новая маска. Никакого Мин Хао. Никакого Сун Вуконга. Меня даже с сектой Облачного Меча нельзя было связать. Просто неизвестный культиватор, которому очень не повезло иметь совесть в плохой момент.

Копейщик прищурился.

Он чувствовал разницу уровней.

Конечно чувствовал.

И всё равно не выглядел испуганным.

Это было второе, что мне не понравилось.

— Четырнадцатый уровень, — сказал он медленно. — Не ожидал.

Ножевой оскалился.

— Старший брат, это наше дело. Девушка украла у нас трактат. Верни её, и мы уйдём.

Девушка за моей спиной всхлипнула.

— Ложь! Они убили моих спутников!

Копейщик сделал шаг вперёд.

— Не вмешивайся. Мы не хотим ссориться с тобой.

Мне стало почти смешно.

— А оскорблять сидящего в пещере человека хотели?

Он усмехнулся.

— Мы не знали, что человек на четырнадцатом уровне окажется таким чувствительным.

И снова дерзкие слова. Они и правда меня не боятся?

Даже если они чрезвычайно уверены в своих силах — весьма несправедливо уверены, стоит отметить — они все равно слишком спокойны для того, кто провоцирует человека выше уровнем.

— Я не чувствительный, — сказал я. — Просто хорошо запоминаю голоса.

Цепь в руке второго двенадцатого уровня тихо звякнула.

— Аргха-⁈

В этот миг за моей спиной раздался короткий вскрик.

Не мужской.

Женский.

Я даже не обернулся сразу.

Трое напротив меня побледнели.

Потом я медленно повернул голову.

Девушка лежала на камнях, выгнувшись от боли. Из её спины торчал чёрный меч с серебряными прожилками. Клинок прошёл точно, глубоко, с такой аккуратностью, которую я оценил бы сильнее, если бы сам не оказался в центре этой маленькой пьесы.

Ши Юэ. Какой молодец.

— Сестрица! — закричал копейщик.

Он рванулся вперёд.

Я усмехнулся.

Вот теперь всё встало на место.

Чёрный меч выскользнул из тела девушки и одним рывком вернулся ко мне, снова превращаясь в маленькую тёмную массу под рукавом. На камнях осталась кровь. Девушка застонала, пытаясь подняться, но её Ци больше не скрывалась.

Четырнадцатый уровень.

Не одиннадцатый.

Очень интересно.

Трое преследователей смотрели на меня так, будто я только что нарушил все правила приличной засады.

Я посмотрел на девушку.

Она подняла лицо. Красота уже не выглядела беспомощной. В глазах была боль, ярость и очень неприятный холод.

— Как? — спросила она сквозь зубы. — Как ты догадался?

Я не ответил.

Потому что правдивый ответ был бы очень неловким.

Я не то, чтобы догадался.

Да, она была слишком красива. Да, преследователи слишком уверены. Да, их игра выглядела странно. Да, её короткая заминка на моих словах насторожила. Но если бы меня спросили до удара, я бы не сказал: «Она точно предательница и сейчас нападёт мне в спину».

Тем не менее, когда только они появились, я задался вопросом: «Как именно они могут мне напакостить?»

Два самых вероятных варианта — это скорое подкрепление их дружков и удар в спину от девчонки.

Поскольку от подкрепления я мог бы просто улететь, то решил действовать исходя из худшего сценария — если девчонка попытается напасть сзади.

У меня не было никаких доказательств. Но я подстраховался — заранее приказал Ши Юэ следить за моей спиной.

В мире культивации иногда именно подстраховка выглядит как гениальный план. Главное — не разрушать впечатление объяснениями.

— Ты была одиннадцатого уровня, — сказал я вслух. — Теперь четырнадцатого. Какая-то техника скрытия. Не демоническая ли, часом? — задал я встречный вопрос.

Она побледнела ещё сильнее.

Так и думал. Это техника «Скрытого Демонического Дыхания». Однако, ее техника даже сильнее. Неужели она освоила второй уровень? Очень интересно.

Копейщик поднял оружие.

— Кто ты такой?

Я посмотрел на него.

Потом на двух остальных.

Потом на девушку, которая всё ещё пыталась зажать рану, но уже тянулась пальцами к поясу.

— Если бы вы смогли меня убить, то не стали бы спрашивать моего имени. — хмыкнул я.

Я поднял руку.

Духовное восприятие раскрылось шире.

В воздухе передо мной одна за другой начали появляться Стрелы Души.

Десять.

Двадцать.

Тридцать.

Тонкие, полупрозрачные, почти невидимые для обычного глаза. Но культиваторы чувствовали их. Ещё как чувствовали. Их лица изменились сразу. Копейщик отступил на полшага. Ножевой выругался. Тот, что с цепью, побледнел так, будто наконец понял, что оказался не в той истории.

— Вы пытались убить меня, — сказал я спокойно.

— Мы не…

— Пытались. Вы не стали бы отпускать меня живым после того, как победите.

Я сжал пальцы.

— А значит, я не пощажу никого.

Стрелы Души сорвались вперёд.

Бой длился несколько секунд.

Если это вообще можно было назвать боем.

Копейщик оказался сильнее остальных. Он успел поднять защитную технику, и вокруг него вспыхнул бурый купол. Первые две Стрелы Души прошли по касательной, третья пробила купол, четвёртая вошла ему в голову. Он вскрикнул, уронил копьё и рухнул на колени.

Ножевой попытался уйти вбок.

Быстро.

Для двенадцатого уровня даже очень быстро.

Но я достаточно отточил Кристаллизацию Духа, чтобы ловить таких быстрых не одним, а сразу множествами стрел.

Третий попытался использовать цепь как духовный барьер.

Плохая идея.

Я добавил ещё пять стрел, и его крик оборвался на середине.

Девушка была опаснее.

Будь она здорова, с ней пришлось бы повозиться. Четырнадцатый уровень, достаточно хладнокровия, чтобы играть жертву перед неизвестным культиватором. Наверняка у неё были ещё козыри.

Но Ши Юэ ударил так, чтобы гарантировать победу.

Рана мешала ей собрать Ци. Она всё-таки активировала защитный талисман — тонкая зелёная плёнка вспыхнула вокруг тела, приняла первые три Стрелы Души, дрогнула. Я не стал тратить время.

Сфера, которую я забрал в лесу, легла в ладонь.

Накопленная внутри Ци была ещё неполной, но достаточно.

Луч ударил прямо в зелёную защиту.

Плёнка разбилась как стекло. И луч пробил ее тело насквозь.

Девушка посмотрела на меня с таким выражением, будто до последнего не верила, что её маленькая пьеса закончится именно так.

Потом упала.

Тишина вернулась быстро.

Слишком быстро.

Камни у входа в пещеру были залиты кровью. Формация двенадцати клинков тихо дрожала, но не активировалась. Ши Юэ под рукавом передавал довольное чувство существа, которое только что сделало всё правильно и теперь, вероятно, ждёт похвалы.

— Молодец, — сказал я.

Он довольно колыхнулся.

— Но девушку не ешь. Сначала проверим мешочки.

Он замер.

— И остальных тоже.

Возмущение.

— Потом обсудим.

Компромисс, судя по его ощущениям, его не устроил, но он решил подождать.

Я подошёл к телам и начал собирать добычу.

Мешочки оказались тяжёлыми.

Слишком тяжёлыми для четырёх случайных охотников. Камни Духа, пилюли, несколько чужих мешочков, два защитных талисмана, три духовных компаса, обрывки карт, флаконы с ядом, женские украшения, деталь чужого мечевого футляра, несколько табличек разных малых кланов и сект.

Вот теперь я окончательно понял, почему они пользовались такой схемой.

Слабаки.

Не в смысле уровней. Уровни у них были неплохие. Но в настоящем прямом столкновении с равными они, скорее всего, быстро проиграли бы. Поэтому и выбрали более надёжный способ: красивая девушка играет жертву, добрый или жадный культиватор выходит помочь, девушка бьёт в спину, остальные добивают. Потом мешочки, карта, жетоны, артефакты — всё переходит к ним.

Судя по добыче, бедолаг было уже несколько.

Может, больше.

Я не почувствовал угрызений совести.

Даже попытался.

Не вышло.

У девушки мешочек был лучше всех.

Внутри, кроме Камней Духа, лежал тонкий трактат в тёмной обложке. Не слишком старый, но хорошо защищённый. На обложке не было названия.

Я нахмурился.

Провёл пальцем по краю.

Я открыл первую страницу.

— Это же…