Мэри Джейн Уотсон стояла перед директором по подбору актёров, держа в руках страницы сценария, и её буквально трясло от негодования. Она чувствовала, как щиплет глаза, и усилием воли заставляла себя не расплакаться. Это было нелегко.

В комнате для прослушивания было жарко и тесно, а директор по подбору актёров, женщина по имени Эйприл Риз, смотрела на неё с холодным презрением, что разительно контрастировало с её внешностью кинозвезды. Эм Джей только что пробовалась на небольшую роль в популярном сериале "Путеводная звезда" и была уверена, что справилась... пока не посмотрела в глаза мисс Риз и не убедилась в обратном.

Риз пару минут изучала свои тщательно ухоженные красные ногти, словно раздумывая, что именно сказать.

– Обычно, мисс Уотсон, я бы сказала «Очень хорошо, спасибо, следующий» и продолжила бы прослушивание. Но я думаю, что оказала бы Вам медвежью услугу.

– Вы бы так поступили со мной? – неуверенно просила Мэри Джейн.

– Да. Но в данном случае я собираюсь сделать исключение.

– Правда? – на мгновение Эм Джей почувствовала надежду.

– Да. Мисс Уотсон, когда я спросила Вашего агента, есть ли у него свежие молодые девушки с рыжими волосами, Ваш агент дал мне понять, что посылает профессионала. Кого-то перспективного. Ваше чтение было безнадёжно любительским. Безнадёжно, в смысле, без надежды на улучшение.

Мэри Джейн задрожала, она показала лучшее в своей жизни актёрское представление, выдавила улыбку и спросила:

– Неужели?

– Да, правда. По крайней мере, я бы порекомендовала уроки актёрского мастерства. Много уроков. В течение длительного времени. В крайнем случае, – продолжала она, пожимая плечами, – я бы посоветовала найти какого-нибудь хорошего парня, с которым можно было бы остепениться и который заботился бы о Вас. А пока не бросайте свою повседневную работу.

Вся кровь хлынула к лицу Эм Джей. Она почувствовала острое покалывание, словно тысячи иголок вонзились в неё.

– Я ценю Вашу откровенность, – сказала она очень резким голосом.

– Хорошо. – Когда Эм Джей не сдвинулась с места, Риз прочистила горло и сказала: – Итак, мы подошли к той части, где я говорю: «Спасибо, следующий». Вы простите меня, если я пропущу ту часть, где я говорю «Очень хорошо». Кажется, это неуместно.

– Что ж, хорошо, – сказала Мэри Джейн, стараясь сохранить ровный голос. – И если Вы не возражаете, мы пропустим ту часть, где я Вас благодарю. Это тоже будет неуместно.

Она повернулась и вышла за дверь, оставив Эйприл Риз сидеть и улыбаться. Затем Риз достала из сумочки мобильный телефон, быстро набрала номер и стала ждать ответа.

– Флэш, – сказала она. – Это твоя тётя Эйприл, директор по подбору актёров. Как у тебя дела, дорогой? Слушай, та девчонка, которая бросила тебя в день выпускного, представь себе, она пришла ко мне на прослушивание, она великолепно читает и, вероятно, догадалась, что она великолепна, и угадай, что я ей сказала? Ага. Верно, Флэш. Месть, да ещё какая...

Мэри Джейн прошла вниз по узкой лестнице, чуть не споткнувшись, а затем выскочила через боковую дверь телестудии. Она развернулась, захлопнула за собой дверь и горько рассмеялась, увидев табличку с надписью "Только для артистов".

Похолодало, надвигались тучи, намекая на дождь. Она плотнее закуталась в пальто, стараясь не поддаваться охватившим её страданиям. Никогда ещё ей так не хотелось увидеть сочувствующее лицо, как в этот момент, но никого не было рядом, кто мог бы утешить её...

– Привет!

Девушка обернулась и увидела Питера Паркера, который направлялся к ней. Он был одет в джинсы и коричневое пальто, а под мышкой у него был зонтик. Эм Джей не могла в это поверить. На свете были преследователи знаменитостей, у которых был меньший послужной список, чем у Питера, из-за неожиданного появления. Не то чтобы она была не рада его видеть, вовсе нет. Но он, казалось, превращался в короля неожиданностей.

– Привет! – только и смогла сказать она в ответ.

Питер стоял перед ней, засунув руки в карманы.

– Как прошло прослушивание? – спросил он.

Эм Джей была совершенно сбита с толку.

– Откуда ты узнал?

– По линии новостей. – Питер пожал плечами, словно это была самая очевидная вещь в мире. – Твоя мама сказала моей тёте, а та сказала мне. У нас нет секретов друг от друга.

– Значит, ты просто решил узнать результат? – Девушка не знала, разозлиться ей или быть польщённой.

– Я был неподалёку. Мне нужно было увидеть лицо друга. – Заметив скептическое выражение её лица, он признался: – Чтобы попасть в этот район, пришлось ехать на двух автобусах и такси, но...

И Мэри Джейн проболталась:

– Они сказали, что мне нужны уроки актёрского мастерства. – Увидев удивлённое выражение на его лице, она просто недоверчиво покачала головой. – Люди из сериала сказали, что мне нужны уроки актёрского мастерства.

Дождь действительно пошёл. Питер, как всегда подготовленный, раскрыл зонт и поднял его над её головой.

– Давай я куплю тебе чизбургер. Гуляю аж на… – он полез в карман, чтобы проверить, – 7 долларов и 84 цента.

Девушка рассмеялась. Ей было приятно. Там, в комнате для прослушивания, ей казалось, что она больше никогда не будет смеяться.

– Я бы с удовольствием съела чизбургер, но... – Она замолчала, а потом добавила извиняющим тоном: – Я сегодня ужинаю с Гарри.

Эм Джей увидела разочарование в глазах Паркера и подумала о том, сколько усилий он приложил, чтобы просто оказаться рядом, когда она спустится с прослушивания. Просто чтобы быть здесь... ради неё.

– Пойдём с нами, – предложила она.

– Нет, спасибо, – непринуждённо ответил он, а затем, уже менее легко, словно их отношения были болью, которую он не мог больше терпеть, добавил: – А как у тебя дела с... Забудь, это не моё дело.

– Не твоё дело? – Эм Джей склонила голову набок. – Почему тебе так интересно?

– Мне не интересно…

– Разве нет?

– С чего бы мне должно быть интересно?

И Мэри Джейн почувствовала, как внутри неё что-то зашевелилось. Старые угли медленно разгорались. Постепенное осознание разницы между тем, чтобы быть счастливой за кого-то... и быть с тем, кто сделает тебя счастливой.

– Я не знаю. С чего бы… – тихо ответила она.

– Знаешь... просто... – Казалось, Питер совершенно растерялся, не находя слов. Было ли это потому, что он испытывал эмоции, которые не мог выразить... или он просто не понимал, о чём она говорит, потому что ему это было неинтересно?

– Я не знаю, – сказал он наконец.

Эм Джей улыбнулась и стала ждать.

Ничего.

Она подумала о том, чтобы сказать ещё что-нибудь, спросить... задать вопросы, которые она даже не знала, как сформулировать. Но она не знала, какие ответы получит, не знала, не выставит ли она себя второй раз за день дурой. Что она знала точно, так это то, что она просто не сможет снова пережить отказ.

– Жаль, что ты не хочешь пойти с нами.

Мэри Джейн начала отворачиваться, и Питер протянул ей зонтик. Она уже собиралась вернуть его, но он поднял капюшон своего пальто и быстро пошёл в другую сторону.

Понимая, что опаздывает, Эм Джей быстро дошла до угла тёмной улицы и попыталась поймать такси. Ей следовало быть осторожнее. В дождь на Манхэттене поймать такси было практически невозможно.

– Тебя подвезти? – раздался позади неё грубый голос.

Эм Джей обернулась и увидела, как к ней приближаются четверо панков. Они быстро разделились на две группы, двое из них обошли девушку со стороны улицы, а двое остальных безжалостно приближались со стороны обочины.

– У меня всё хорошо. Я просто жду своего парня, спасибо, – солгала она.

– Что ж, мы подождём его вместе с тобой, – сказал ближайший из панков, парень с бритой головой и кольцом в левой ноздре.

– Нет, спасибо. Мой парень – ревнивый тип. Он не обрадуется, увидев вас, ребята. – Эм Джей попыталась отойти назад, но двое панков, как она и ожидала, оказались у неё за спиной. Они сгруппировались вокруг неё так, что её даже не было видно со стороны улицы, и начали смещаться, уводя её в сторону от обочины.

Затем здоровяк схватил её сумочку, и Эм Джей, которая искала, на ком можно было бы выместить свою злобу, выбрала его. Она пнула его ногой в голень, толкнула локтём парня, стоявшего рядом с ним, быстро обернулась, чтобы ударить третьего из них, и, прежде чем четвёртый успел сделать хотя бы шаг, выхватила перцовый баллончик, который свисал со связки ключей на её сумочке, и брызнула ему в лицо. Тот испуганно взвизгнул и закрыл лицо руками, чтобы отразить новую атаку нападения.

Мэри Джейн попыталась протиснуться мимо них, надеясь вырваться и убежать, но тут удача отвернулась от неё. Они набросились на неё, рыча, и прижали к стене. Раздался характерный щелчок, и она увидела, что главарь вытащил складной нож и подносит его к её подбородку, в то время как остальные удерживают её неподвижно. В этот момент девушка поняла две вещи, в которых не было никаких сомнений: во-первых, она ни за что не доставит этим подонкам удовольствия услышать её крик, и, во-вторых, вряд ли она сможет это выполнить.

Внезапно раздался другой звук, более необычный, но Эм Джей всё равно узнала его. Громкий удар, и внезапно все четверо панков резко метнулись друг к другу, словно их заарканили. У них было достаточно времени, чтобы издать тревожный крик, затем их кто-то оттащил в ближайший переулок.

Мгновение спустя девушка услышала звук удара кости о кость, и лысый панк вылетел из переулка, врезавшись в окно. Другой вылетел, также неуправляемый, пока не врезался в кирпичную стену и не осел на землю. Третий отлетел в другую сторону и врезался в другое окно, а четвёртый выкатился наружу, словно его кто-то сбил с ног. Он врезался в мусорный бак и растянулся на земле вместе с остальными.

Медленно, едва осмеливаясь поверить в это, Эм Джей обернулась и стала вглядываться в непроглядные тени. Она увидела стоящую там фигуру, которая не стала приближаться к ней. В темноте она не могла разобрать ничего, кроме его общих очертаний. Но у неё не возникло ни малейшего сомнения в том, кто стоял перед ней.

– У тебя талант попадать в неприятности, – сказал он.

Она нахмурилась. Его голос звучал по-другому. Он по-прежнему был глубоким, но звучал как-то более наигранно, словно это был не его естественный голос... Возможно, он не был приглушённым, как раньше. Вот и всё. Господи... на нём нет маски...

Девушка сделала шаг к нему, и он отступил ещё дальше в тень. Ей захотелось рассмеяться. Этот парень только что расправился с четырьмя головорезами, каждый из которых был размером с небольшой горный хребет, но он отступал от рыжеволосой девушки весом в пятьдесят килограмм.

– У тебя талант спасать мне жизнь, – медленно произнесла она. – Кажется, меня преследует супергерой.

– Я просто был неподалёку.

Девушка моргнула и прищурилась, глядя на него в темноте. Это было... это было невозможно, но...

– Ты удивительный, – сказала она.

Медленно, но верно она подходила всё ближе и ближе, пока он внезапно не сделал быстрое движение руками, и когда заговорил, его голос снова стал приглушённым.

– Некоторые так не думают, – сказал он, слегка выходя из тени и глядя на неё сквозь белые непрозрачные стёкла своей маски.

Мэри Джейн почувствовала лёгкое разочарования.

– Но это правда, – настаивала она.

– Спасибо, – в его голосе не было особой уверенности.

И она узнала этот тон. Он был похож на её собственный: грустный, невыразимо грустный. Она могла только посочувствовать ему.

Он вскочил на стену над ней и повис вниз головой. Эм Джей встала под ним.

– На этот раз я смогу отблагодарить тебя? – спросила она.

И прежде чем он успел пошевелиться, она взялась руками за нижнюю часть его маски и приподняла её.

– Подожди, – Человеку-пауку удалось вырваться, но он не сделал ни малейшего движения, чтобы остановить её.

Мэри Джейн оттянула маску ровно настолько, чтобы открылся его рот. И там, под проливным дождём, она поцеловала его так страстно, как никогда никого не целовала. От такого поцелуя у Флэша сжались бы пальцы на ногах, а у Гарри Озборна волосы встали бы дыбом. Дождь струился по их лицам и губам, когда она, наконец, разомкнула их.

Она коснулась его губ кончиками пальцев и нежно сказала:

– Это для того, чтобы ты помнил, где у тебя рот.

Девушка нежно вернула маску на место. Человек-паук на мгновение застыл на месте, а потом повернулся и взбежал по стене, скрывшись из виду. Она смотрела ему вслед сияющими глазами.

– Потрясающий, – добавила она.

Дорогие мама и папа!

Пожалуйста, не обращайте внимания на предыдущее письмо. Я прекрасно провожу время. Жаль, что вас нет рядом.