Он вытянул ладонь, держа её в стороне. Я моргнула, перед глазами всё расплывалось, когда один из троллей вложил в неё что-то, странно похожее на пистолет. Итан поднял его, направив дуло на меня.

— Хорошо, — сказал он, — что мы пришли подготовленными.

Откуда ни возьмись, раздался пронзительный крик и что-то похожее на лай.

— Оставь её в покое…

Итан повернулся и нажал на спусковой крючок. Мне показалось, что Роуз продолжала двигаться ещё несколько секунд, как будто не поверила, что в неё выстрелили. Кровавый след на её груди был заметен безошибочно, но она всё равно добралась до Итана, схватила его за рубашку и посмотрела на него так, как могла только Роуз. Затем свет в её глазах начал меркнуть, и она упала.

«Нет». Слёзы навернулись мне на глаза, но я подавила их. Я собрала все свои силы и перекатилась к ней. Я нащупала рану, сильно надавила на неё, пытаясь остановить кровь, но она продолжала литься из неё и стекать по моим пальцам.

— Роуз!

Её веки дрогнули, и она посмотрела на меня.

— Я сделала это, — прошептала она мне. — Я не умерла на больничной койке. Я погибла, сражаясь.

— Ты ещё жива!

Она слегка улыбнулась.

— Исполни моё желание, Саффрон.

— Роуз…

— Исполни его.

Я опустила голову.

— Я сделаю это.

Роуз расслабилась, и её глаза закрылись. Я ахнула, охваченная душевной болью.

— Сделай что-нибудь, — умоляла я Итана. — Спаси её. Используй свою магию.

— Я не могу, — его голос звучал странно, бестелесно.

— Никакая она, бл*дь, не крёстная фея! Она человек!

— Я ничего не могу поделать. Она уже скончалась.

Я покачала головой.

— Это не так. Она всё ещё здесь. Она…

Тыква заскулил и поддел Роуз носом, затем повернулся и лизнул мою окровавленную руку. Я застонала. Грудь Роуз приподнялась в последний раз, прежде чем она издала последний, нежный вздох, и её тело погрузилось в себя.

Долгое время никто не произносил ни слова. Я перестала пытаться сдержать слёзы и позволила им литься свободно, как будто это была какая-то волшебная сказка, и я могла исцелить её своей собственной соленой болью.

— Уничтожьте котёл, — сказал Итан, отворачиваясь. — И давайте убираться отсюда.

Тыква зарычал. Он оскалил зубы и бросился на тролля комочком белой шерсти и клыков. Я вскрикнула в слабой попытке остановить его. Я не могла допустить, чтобы Тыква тоже погиб. Затем откуда-то снаружи раздался звук взрыва, и весь ад вырвался на свободу.

Воздух наполнился криками. Движение вокруг меня стало размытым. Я услышала какофонию знакомых голосов — Алисии, Анджелы, Руперта и других. Что-то горячее и незнакомое схватило меня, и я почувствовала, как меня поднимают вверх. Я моргнула, пытаясь понять, что происходит. Я увидела в полуметре от себя Тыкву, которого Итан держал одной рукой. Я была схвачена другим троллем.

В поле зрения появилось мрачное, разъярённое лицо Джаспера.

— Отпусти её.

— Фею? — спросил Итан. — Или собаку?

— Обоих, — прорычал Джаспер. Казалось, с каждым словом он становился всё выше. — Ты знаешь, кто я. Ты знаешь, на что я способен. На этот раз меня не отравили. Тронь хоть волосок с её головы, и я прикончу тебя.

Я была уверена, что меня вот-вот вырвет. Я услышала смешок Итана. Я смутно подумала, что сейчас не время смеяться; сейчас самое время причитать и брать одежду напрокат. (Брать одежду напрокат — имеется в виду для похорон, — прим) Я попыталась потрясти головой, чтобы прояснить зрение, но от этого у меня только сильнее закружилась голова.

— Она тебе небезразлична, — сказал Итан. — Это написано у тебя на лице, — он снова рассмеялся. — Кто бы мог подумать, что могущественный Адвокат Дьявола будет ослаблен простой крёстной феей?

— Я досчитаю до трёх, — ответил Джаспер. — А потом ты отпустишь её.

Я пыталась вырваться из рук Итана, но это было бесполезно. У меня больше не осталось сил сопротивляться ему.

— Я так не думаю. Нас больше, чем вас. И у меня всё ещё есть пистолет, — я услышала щелчок и почувствовала, как что-то тёплое и металлическое прижалось к моему виску.

— Конечно, — сказал Джаспер, — но у нас преимущество родной территории. Нажми на курок, и вам не поздоровится, — его слова резанули воздух. — Для вас и так всё складывается не лучшим образом.

На мгновение воцарилась тишина, прежде чем Итан заговорил снова.

— Мы знали, на что идём. Мы знали, что, как бы тщательно мы ни готовились, мы можем не выбраться отсюда живыми. Наше дело того стоит.

— Нет, не стоит, — тихо сказал Джаспер. — Выход ещё есть. Не уничтожайте себя.

— Мы не единственные оставшиеся тролли, — прорычал Итан. — Не думайте, что это все мы.

— Это не имеет значения. Если вы продолжите в том же духе, — сказал ему Джаспер, — на этой планете не останется ни одного тролля. Я лично прослежу за этим.

У меня подкашивались ноги. Если бы Итан не поддерживал меня, я бы не устояла на ногах. Я облизала губы и попыталась заговорить. Ничего путного не вышло.

— Я требую безопасного прохода для меня и моих людей, — заявил Итан. — Как только мы благополучно выберемся из этого здания, я отпущу малышку Саффрон.

Я попыталась заговорить снова.

— Не делай этого, Джаспер, — прошептала я. — Он убил Роуз. Не дай ему уйти, — я была почти без сознания, но ярость, которую я испытывала из-за того, что случилось со старой женщиной, поддерживала меня. Если Джаспер не прикончит Итана, это сделаю я сама. Она этого не заслуживала, она не должна была умереть вот так. Я привела её сюда, чтобы обеспечить её безопасность, а вместо этого всё, что я добилась — это её смерти. Она…

— Ладно, — сказал Джаспер. — Но попробуй выкинуть что-нибудь отчаянное — на самом деле, попробуй вообще хоть что-нибудь — и от троллей не останется даже костей, которые могли бы обглодать вороны.

— Нет, — запротестовала я. — Только не так.

Было слишком поздно. Итан уже тянул меня прочь.

Казалось, прошла целая вечность. Остальные тролли окружали нас плотным кольцом, пока мы спускались в лифте на первый этаж. Джазовая музыка, лившаяся из динамиков, была похожа на пощёчину. Я хотела чего-нибудь зловещего, похоронного песнопения. Я не хотела этого. Но, похоже, я была не в состоянии принимать какие-либо решения по какому-либо поводу. Самое большее, что я могла сделать — это заставить себя бодрствовать. Я не теряла сознания. Во мне ещё остались силы бороться. Я в долгу перед Роуз.

Двери лифта открылись. Рука Итана крепче обхватила меня за талию, и он потащил меня вперед. Порыв холодного воздуха ударил мне в лицо. Мы оказались на улице, и Итан уже собирался уходить.

Послышался скрежет колёс, и подъехал фургон. Задние двери открылись, и другие тролли бросились в него, забиваясь внутрь.

— Мне жаль, — сказал Итан.

Я повернула голову и уставилась на него.

— Я ненавижу тебя, — прохрипела я. — Ты убил её.

Его лицо было бледным под загаром.

— Мне жаль, — повторил он. — Я не хотел. Она появилась из ниоткуда, и я отреагировал. Этой ночью никто не должен был умереть.

Слёзы обильно текли по моему лицу.

— Но она умерла! Роуз умерла! Она была для тебя никем. Она… она… — я судорожно глотала воздух.

— Это была ошибка, — его голубые глаза печально моргнули, глядя на меня. — Теперь, — добавил он более спокойно, но не без чёрствости, — ты немного понимаешь, каково это.

Он отпустил меня, и я упала на колени на холодный, твёрдый асфальт. Итан отвернулся и забрался на пассажирское сиденье фургона. Что-то маленькое и белое выпорхнуло из его кармана на дорогу, и я не могла отвести от этого взгляда. Мгновение спустя двигатель фургона взревел. Когда я снова подняла глаза, он уже исчезал в темноте в конце улицы.

Я начала всхлипывать, боль пронзала мою грудь. Что-то холодное и мокрое коснулось моей руки, и я посмотрела на Тыкву. Он открыл пасть, и белая карточка, которую уронил Итан, упала мне на колени. Я уставилась на неё невидящим взглядом, прежде чем встряхнуться и засунуть её в задний карман. Затем Джаспер оказался рядом и заключил меня в объятия.

— Как ты могла быть такой глупой, Саффрон? — прошептал он, крепко прижимая меня к себе, словно боялся, что я ускользну. — Как ты могла пойти туда и попытаться справиться с ними в одиночку? — его голос дрогнул. — Я думал, что потерял тебя.

Я заглянула в тепло его зелёных глаз. Наконец, я ослабила контроль над собственным сознанием и позволила тьме завладеть мной.

Глава 24

Когда два дня спустя я вернулась в офис, я не была уверена, что именно там обнаружу. В вестибюле не было никого, кроме миссис Джардин, которая чинно сидела за своим столом с авторучкой в руке.

— Доброе утро, Саффрон, — сказала она. — Приятно видеть, что ты успела на утренний брифинг.

Я хмыкнула в ответ. Теперь я знала, как всё будет происходить: я поднимусь наверх, и мне в недвусмысленных выражениях прикажут освободить мой стол. Из-за меня чуть не был уничтожен офис Крёстных Фей. Хуже того, моя клиентка погибла из-за меня. Я заслуживала увольнения.

Я не смогла выдавить из себя ничего, кроме ворчливого ответа фее-администратору.

— Доброе утро, миссис Джардин, — я подошла к регистратуре и оставила отпечаток большого пальца.

— Миранда.

Я в замешательстве подняла глаза.

— А?

Она наклонилась и похлопала меня по руке.

— Зови меня Мирандой, — она посмотрела на мои ноги и мрачно нахмурилась. Я заметила на краю её стола распылитель с дезинфицирующим средством. Ах да. Я совсем забыла о маленьком происшествии с Тыквой, и у меня так и не было возможности всё отмыть.

Я уставилась на неё, ожидая упрека, но она только фыркнула, отвернулась и занялась открыванием и закрыванием своих ящиков. Я решила, что она убивает меня добротой; она знала, что больше никогда меня не увидит, так что ей нечего терять, если она будет любезной.

Я направилась к лифту. Когда я подошла к нему, в моей голове промелькнуло воспоминание о том, как я была в нём в последний раз. Лучше пойду по лестнице.

Я запыхалась, когда, наконец, добралась до офиса. Я толкнула дверь и вышла навстречу знакомому гулу утренней болтовни. Мне стало интересно, будет ли кто-нибудь скучать по мне после того, как я уйду, и мои плечи опустились. Я сомневалась в этом.

Билли заметил меня первым. Он поднялся на ноги, даже не улыбнувшись.

— Саффрон.

Остальные услышали его. Я увидела, как из угла, где мы оба работали, поднялась Далила. Алисия сделала то же самое. А затем Фигги. Руперт, Филиппа и все остальные встали, бросив свою работу, чтобы посмотреть на меня. Теперь я знала, каково это — быть животным в клетке в зоопарке. Вот вам и деликатность фей.

В дверях своего кабинета появилась Аделина. Я посмотрела на них всех, прежде чем опустить голову. Всё это было слишком странно.

Когда это началось, я не поняла, что это такое. Сначала это был тихий звук, едва различимый, но вскоре он становился всё громче и громче. Я нахмурилась и подняла глаза. Они хлопали в ладоши. Меня охватил гнев: может, они и рады избавиться от меня, но аплодисменты по поводу моего увольнения — это уже чересчур.

Анджела шагнула вперёд, выходя из отдела кадров.

— На тебе нет красного, Саффрон.

Я уставилась на неё.

— Что?

— Сегодня Радужная Пятница. Предполагается, что ты должна быть одета в красное, — она покачала головой. — Честно говоря, ты продолжаешь говорить, что являешься частью этого офиса и командным игроком, но я до сих пор этого не вижу.

Я огляделась и поняла, что все действительно одеты в красное. Учитывая, сколько крови пролила здесь Роуз, это казалось невероятно неуместным. Кого волновала эта грёбаная Радужная Пятница? Я открыла рот, чтобы сказать об этом Анджеле, но, прежде чем я успела, она наклонилась вперёд и заключила меня в объятия. Я замерла.

— Как бы то ни было, — прошептала она мне на ухо, — я рада, что с тобой всё в порядке. Скажи кому-нибудь, что я это сказала, — продолжила она на одном дыхании, — и я отправлю тебя на все скучнейшие курсы по технике безопасности труда, которые попадутся мне на глаза, — она отстранилась и кивнула мне, прежде чем уйти.

Сбитая с толку, я несколько раз моргнула и направилась в свою маленькую кабинку. Я уронила сумку и почувствовала, как что-то легонько коснулось моего плеча. Я подпрыгнула и резко обернулась, сердце бешено колотилось в груди. Аделина стояла в нескольких дюймах от меня.

— Не делай так, — рявкнула я.

Она нахмурилась.

— Что не делать?

— Не подкрадывайся вот так!

Аделина даже не дёрнулась, она просто долго смотрела на меня.

— Хорошо, — сказала она наконец и мотнула подбородком. — Директриса хочет тебя видеть.

Я опустила глаза. Я потянулась за маленькой фотографией в рамке, стоявшей на моём столе, и расстегнула молнию на сумке, прежде чем запихнуть её внутрь. Я снова подняла сумку и перекинула её через плечо. Мне следовало подготовиться. Аделина проследила за моими движениями, но никак не прокомментировала.

Я заставила себя улыбнуться.

— Великолепно! — бодро сказала я, расправила плечи и направилась в другой конец комнаты, постучав в дверь Директрисы со всей уверенностью, которой на самом деле не испытывала.

Очевидно, она ждала меня. Дверь тут же открылась. Я вошла, заметив, что Джаспер стоит в углу, скрестив руки на груди. Какая-то часть моего сознания отметила, что в нагрудном кармане его тёмного костюма аккуратно сложен алый носовой платок. Яркая цветовая гамма ему подходила. Даже Директриса, похоже, участвовала в Радужной Пятнице. На шее у неё был повязан ярко-красный шейный платок, как у какой-нибудь строгой стюардессы, которая вот-вот выбросит меня из самолёта во время полёта. Я сказала себе, что это здорово, что все принимают в этом участие.

— Присаживайся, Саффрон, — Директриса указала на роковое кресло, стоявшее перед её большим дубовым столом.

— Я постою, спасибо.