Я прочистила горло и повысила голос, надеясь, что меня будет слышно за дверью.

— Эй! — снова закричала я. — Секси Руперт!

Если повезёт, этого будет достаточно. Я не могла сподвигнуть себя на что-то большее. Когда раздался глухой стук, дверь открылась, и Руперт улыбнулся мне, я поняла, что добилась успеха. Я не испытывала гордости за себя, но ситуация вынуждала.

— Привет, дорогая, — протянул он, растягивая слова. — Я знал, что рано или поздно ты образумишься, — он опёрся одной рукой о дверной косяк, чтобы мне было лучше видно его накачанные мышцы. — Когда ты пригласила меня в оперативную группу, я знал, что твои жалобы на домогательства вызваны только тем, что ты строишь из себя недотрогу.

Его ухоженные брови поползли вверх, и он понизил голос до того, что, как я предполагала, задумывалось как сексуальная хрипотца.

— Должен тебе сказать, что мне нравится лёгкая погоня, — он ухмыльнулся для пущего эффекта. — Но лучше, когда погоней занимается девушка.

Я непонимающе посмотрела на него.

— Я понятия не имею, о чём ты говоришь.

Руперт одарил меня самодовольной улыбкой.

— Ты звала меня, — промурлыкал он. — И ты назвала меня сексуальным.

— Нет, я этого не делала, — я изо всех сил постаралась выглядеть сбитой с толку и нахмурилась. — С чего бы мне это делать?

Улыбка Руперта погасла.

— Ты сделала это. Я слышал тебя.

Я махнула рукой, показывая, что он настолько не прав, что и спорить не стоило.

— Как скажешь. В любом случае, я здесь, потому что хотела напомнить, что в одиннадцать у нас первое заседание оперативной группы. Я забронировала самый большой зал для совещаний.

К счастью, он казался скорее сбитым с толку, чем обиженным. Он засунул палец в ухо и покрутил им, затем вытащил, чтобы рассмотреть комочек ушной серы, который он извлёк. Он лукаво ухмыльнулся.

— Я буду там.

— Сначала я хотела бы услышать о том, что ты обнаружил, — быстро сказала я. — Могу я войти?

— Ты хочешь побыть со мной наедине.

О, ради всего святого.

— Я…

— Боюсь, нам придётся пойти в другое место. У меня были большие неприятности, когда я в последний раз впустил тебя сюда. Комната Адвентуса — это бьющееся сердце этого офиса. Предполагается, что она тщательно охраняется, и проникновение туда допускается по минимуму.

— Пффф! Я теперь возглавляю оперативную группу, Руп. Это даёт мне особые полномочия, — я отступила назад. Мне было влом спорить — существовали и другие способы получить нужный мне ответ.

Я отказалась от попыток проникнуть в комнату Адвентуса ради того, чтобы Руперт предоставил мне необходимую информацию.

— Выбор за тобой. Если хочешь, мы можем остаться здесь. Расскажи мне, что ты обнаружил. Я бы не хотела, чтобы у тебя были неприятности с Аделиной.

Его глаза прищурились. Руперт никогда не отличался сообразительностью, но и не был таким уж наивным.

— Буквально вчера ты пыталась втянуть меня в неприятности с ней.

— Это потому, что ты это заслужил, — я поморщилась. Я позволила разговору завести меня в тупик. — Но теперь ты в моей оперативной группе, так что мы можем забыть прошлое. Что ты нашёл?

Он отбросил притворство и надулся.

— Не очень много, — сказал он, и уголки его губ опустились. — И прежде чем ты что-нибудь скажешь, я всё утро искал. Единственное упоминание о троллях, которое я смог найти в прошлых отчётах о желаниях, касалось женщины, которая хотела, чтобы её муж превратился в тролля, потому что у него была интрижка на стороне. Из того, что я понял, в любом случае, это её вина. Она занималась с ним сексом всего пару-тройку раз в неделю, а у мужчины есть потребности, — он оскалил зубы. — Ты же понимаешь?

— Нет, Руперт. Я не понимаю, — я нисколько не удивилась, что он ничего не нашёл. Как Гарри и предполагал, Руперт выполнял всего лишь рутинную работу. Но это не означало, что он не мог быть полезен. Тот факт, что он пытался это выяснить, доказывал, что он заботился об этом отделе и о целях троллей не меньше, чем все мы.

— Ты думаешь, — уклонилась я от ответа, — что в отчётах Адвентуса нет информации о троллях, потому что магия памяти препятствует этому?

Руперт нахмурился.

— Но магия памяти не имеет ничего общего с троллями. Она на них не действует. Она только для людей.

Я притворилась, что он ничего не сказал.

— Если бы только был способ временно приостановить действие магии памяти, — размышляла я. — Тогда у нас был бы шанс опросить прошлых клиентов и выяснить, знают ли они что-нибудь о маленьких ублюдках.

— Ты имеешь в виду что-то вроде гинкго билоба?

Я склонила голову набок. Ха. Я знала, что что-то существует.

— Что это?

Выражение лица Руперта было непроницаемым.

— Чтоб мне провалиться, если я знаю, но я видел, как это использовалось в некоторых старых отчётах. Некоторые крёстные феи давали это своим более трудным клиентам, когда им нужно было, чтобы они помнили определённые вещи. Им не пользовались десятилетиями — по-моему, его запретили, — он протянул руку и погладил меня по голове. — Это не принесло бы нам никакой пользы, Саффрон. Мы не можем давать это каждому бывшему клиенту на тот случай, если он разговаривал с троллем. У нас нет ни времени, ни сил. Это всё равно что найти стог сена, полный иголок.

— Конечно, — сказала я. — Или даже иголку в стоге сена.

Теперь Руперт выглядел ещё более сбитым с толку.

— Да.

Лучше закончить этот разговор, пока у меня ещё есть возможность.

— Что ж, — сказала я, — спасибо за попытку, Руперт. Увидимся позже на совещании.

Он подмигнул.

— Непременно. И Саффрон?

— Да?

— Я знаю, ты назвала меня сексуальным. Не волнуйся, я никому не скажу, — он улыбнулся. — Я тоже считаю тебя сексуальной. К тому же, мне очень нравится, что ты планируешь операцию. Женщинам важно заботиться о своей внешности, — он указал на мою грудь. — После операции они всё ещё будут ощущаться естественно? Потому что я могу проверить, если ты не уверена…

— Пока, Руперт.

Глава 14

Я знала, что если буду действовать быстро и эффективно, то смогу достать всё необходимое для Роуз и вернуться как раз к совещанию моей оперативной группы по троллям. Возможно, мне даже удастся немного осмотреться в доме Роуз; не исключено, что она оставила где-нибудь какие-нибудь подсказки, которые могли бы помочь нам обеим. Всё, что мне нужно сделать — это настроить магию в комнате Метафоры так, чтобы я перенеслась обратно в коттедж Роуз, а не к самой Роуз. Я зайду внутрь, найду таблетки и лекарства, которые помогут её сердцу и предотвратят новые приступы, близкие к смерти, и передам их Винсенту вместе с гингко билоба. Тогда дело будет сделано.

Если изменение магии памяти для Роуз сработает успешно, я использую доказательства, чтобы обратиться к Директрисе с просьбой разрешить нам применять это чаще в каждом конкретном случае. Если это не сработает, никому не нужно знать. Я решила, что лучше просить прощения за свои поступки, а не разрешения. Никто и никогда не менял мир, не проявив немного смелости.

День был пасмурный, серый, но отсутствие золотистых солнечных лучей не умаляло красоты маленького домика Роуз. Пожалуй, это только подчёркивало цвет вьющихся роз на фоне побелённых наружных стен. Должно быть, ей было нелегко покинуть это место. Я сжала губы и молча пообещала, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы позволить ей вернуться и спокойно дожить свои последние дни.

Я направилась в сад, намереваясь, как и в прошлый раз, воспользоваться её задней дверью. От открывшегося передо мной зрелища у меня перехватило дыхание. Прекрасный сад был практически уничтожен. Растения были вырваны с корнем, что могло быть только актом мелочной ненависти. Повсюду виднелись большие следы ботинок. Грязи было больше, чем зелени.

Я выпрямила спину и сердито посмотрела на сад, как будто одни только сердитые взгляды могли вернуть его былую славу. Когда это не сработало, я вытащила свою волшебную палочку. Я такого не потерплю. Такое разрушение никому не пошло на пользу.

Полузакрыв глаза, я представила сад таким, каким он был раньше. Мой желудок сжался, и я почувствовала, как по венам потекла энергия, усиленная волшебной палочкой. Струи магии вырвались наружу, не только восстановив ущерб, нанесённый саду Роуз, но и придав мне сил. В конце концов, я возвращала жизнь.

Неудивительно, что нам запрещено изменять продолжительность жизни людей; дело не только в том, что вы бы издевались над природой — пьянящий прилив адреналина от власти, вероятно, ошеломил бы даже самых сильных фей.

Моя кожа покрылась мурашками, а по телу пробежала приятная дрожь. Я никогда раньше не испытывала ничего подобного — восторг был неописуем. Когда я отдавала энергию земле, земля возвращала энергию мне. К тому времени, как я закончила, я тяжело дышала и раскраснелась. Кто-то должен собрать это чувство и разлить по бутылочкам, подумала я ошеломлённо. Они заработали бы целое состояние.

Сад не был таким захватывающим, как раньше, но всё же был близок к своему изначальному состоянию. Я с гордостью огляделась по сторонам, отмечая необычные заросли, созданные моей магией, от яркого и необычного оттенка люпинов в углу до кустов обильно цветущих роз. Земляной аромат, исходивший от зелени, был восхитителен. Я широко улыбнулась. Даже опытная болотная фея была бы впечатлена моими стараниями.

Удовлетворённая, я повернулась на каблуках и осмотрела сломанную дверь. Хотя Роуз и не заперла её, когда мы убегали отсюда, человек, который пришёл убить её, всё равно выбил её ногой. Я могла видеть отпечаток его ботинка. Хорошо, что у Роуз нет близких соседей; я подозревала, что любой, кто помешал бы жестокой атаке убийцы, оказался бы на линии его огня. Буквально. Это также означало, что полиция ещё не привлечена, что значительно облегчало моё положение. Это означало меньше переменных, которые нужно учитывать.

Стараясь избегать осколков стекла, я протиснулась в приоткрытую дверь и оглядела кухню. Там всё было перевернуто вверх дном. На кафельном полу валялась разбитая посуда, и содержимое каждого шкафчика было не на своих местах. По комнате словно пронёсся торнадо. Я упёрла руки в бока и осмотрела нанесённый ущерб. Не похоже, что убийца что-то искал — всё было слишком бессистемно и жестоко. Честно говоря, состояние комнаты больше походило на результат гигантской истерики.

Несмотря на то, чего я достигла с садом, я не Мэри Поппинс. Чтобы привести в порядок это место, даже с помощью магии, потребовалось бы больше времени и усилий, чем я могла себе позволить. У меня так и чесались руки привести всё в порядок, но я ограничилась тем, что взмахнула волшебной палочкой, чтобы починить дверь и вернуть её в исходное состояние. Это защитит меня от воров-подражателей или любопытных диких животных. Я смогу вернуться позже и разобраться с остальным.

Я подумала, что Роуз, как и большинство людей, вероятно, хранит свои лекарства в шкафчике в ванной. Я осторожно прошла по кухонному полу в коридор, отметив, что гостиная слева, похоже, была в таком же состоянии, как и кухня. Справа находилась узкая лестница.

Прежде чем я успела поставить ногу на нижнюю ступеньку, где-то у меня над головой раздался громкий скрип. Я замерла. Я сделала опасное предположение, что я здесь одна. Внезапно я перестала быть уверенной, что это так.

Раздался ещё один скрип. Затем ещё один. Я сглотнула. Это не половицы старого дома, стонущие сами по себе. Там, наверху, определённо кто-то есть. Мгновение спустя, когда до меня донеслись хриплые, но отчётливые слова, я поняла, что была неправа. Там аж двое незнакомцев.

— Здесь ничего нет. Мы зря теряем время.

— Босс велел нам проверить каждый уголок, поэтому мы проверим каждый уголок. Если только ты не хочешь быть тем, кто скажет ему, что сдался на полпути.

Послышался треск ломающегося дерева, вероятно, один из них сломал ещё один предмет мебели.

— Она не глупа. Улик не будет.

— Мы должны убедиться.

Я обдумывала варианты. Хотя мои инстинкты подсказывали мне сорваться с места и бежать так быстро, как только позволят мои маленькие ножки, я знала, что это прекрасная возможность. Очевидно, тот, кто находился наверху, имел какое-то отношение к убийцам Роуз. Возможно, мне просто повезёт, и я узнаю, почему они охотились за ней.

Моя магия могла унести меня только на некоторое расстояние, и я не хотела рисковать и выдавать себя. Я могла легко скрыться, используя магию Метафоры. Но что было быстрее — летящая пуля или магическая транспортная система? К сожалению, я сильно подозревала, что первое. Находиться здесь было действительно очень рискованно.

Звук шагов заставил меня принять решение. Я не собиралась убегать без крайней необходимости. То, что я узнала здесь, могло помочь Роуз, и это бесценно. Я сделала единственное, что могла, и поспешно нырнула к крошечной дверце под лестницей, открыла её с помощью волшебной палочки и заглушила звук. Я спряталась за древним пылесосом и стопкой старых картонных коробок и затаила дыхание.

Кто бы там ни был, ему было наплевать на производимый им шум. Они протопали вниз по лестнице, отчего у меня над головой посыпалась пыль. У меня защекотало в носу, и я прикрыла его рукой. Сейчас неподходящее время для приступа чихания.

— Она всего лишь маленькая старушка. И без нашей помощи она скоро умрёт.

Я поморщилась. Говоривший определённо был мужчиной. В его речи слышался слабый акцент — возможно, американский.

— Именно поэтому мы должны найти её и разобраться с ней сами, — ответил его приятель. Его произношение было скорее британским. — Ей больше нечего терять. В любом случае, это её вина. Она сама обратилась к Фергюсону. Маленькая старушка или нет, но она сама навлекла это дерьмо на свою голову. И не стоит её недооценивать. Возможно, она провела большую часть последнего десятилетия, играя с вязальными спицами и собирая пазлы, но в пору своего расцвета она была более смертоносной, чем все мы, вместе взятые.