ГЛАВА 25. ВОЗВРАЩЕНИЕ

Корабль опустился на равнину перед эльфийской крепостью на закате.

Серебристый корпус, всё ещё хранящий холодное сияние лунных технологий, казался чужеродным среди изумрудной листвы и золотистого света заходящего солнца. Он сел мягко, почти беззвучно — двигатели, созданные Исследователями, работали с неестественной, пугающей тишиной. Трава под ним примялась. Ветви ближайших деревьев дрогнули от потока воздуха. А потом люк открылся, и из корабля начали выходить эльфы.

Их ждали. Весть о том, что корабль Исследователей летит к лесу, достигла крепости за несколько часов до его прибытия — голуби и магические вестники работали быстрее ветра. К тому времени, когда серебристый корпус показался на горизонте, у крепости уже собралась толпа. Хранители Рощ. Аристократы Долгой Зари. Простые эльфы, чьи родные были среди захваченных. Королева Итиль стояла впереди, и её лицо было бледным от волнения. Рядом с ней — Герцогиня, чьи белые глаза не отрывались от корабля. Итилиэль, скрестив руки на груди, стояла чуть поодаль. Изабель и Винсент, прибывшие из Эренвальда через портал, ждали вместе с ними. Даже герцог Леопольд, несмотря на протесты лекарей, настоял на том, чтобы быть здесь.

Первый эльф, вышедший из корабля, был Келериэль. Он спустился по трапу, и его серебристые волосы сияли в лучах заката. Он был жив. Он был здоров. И когда он ступил на родную землю, его глаза наполнились слезами. Толпа ахнула. Кто-то вскрикнул. Кто-то бросился вперёд, чтобы обнять его. А за ним выходили другие — десятки эльфов, которых считали погибшими. Они возвращались домой. Измученные, истощённые, но живые.

Королева Итиль шагнула вперёд. Её голос, мелодичный и глубокий, разнёсся над равниной:

— Добро пожаловать домой, дети Леса. Добро пожаловать домой.

Эльфы, только что вышедшие из корабля, опускались на колени, касались травы, плакали. Они провели в плену у Исследователей несколько дней, и эти дни показались им вечностью. Их тела были покрыты следами от инструментов, их разумы были измучены экспериментами. Но они были живы. И они были дома.

Герцогиня смотрела на корабль. Её белые глаза сканировали каждого выходящего эльфа, и с каждым новым лицом её надежда росла. Она ждала. Ждала, что среди спасённых появится знакомая квадратная фигура. Что она увидит синюю рубашку и обсидиановую броню. Что она услышит знакомый голос, который скажет что-нибудь вроде «Ну вот, я же говорил, что вернусь». Но эльфы выходили один за другим, а его среди них не было.

Келериэль, который всё ещё стоял у трапа, заметил её взгляд. Он подошёл к ней — медленно, почтительно. Его глаза, ещё недавно потухшие, теперь горели жизнью, но в них была и печаль.

— Леди Герцогиня, — произнёс он, склоняя голову. — Синий Великан просил передать вам, что он вернётся. Он сказал: «Передайте Герцогине, что я вернусь. Обязательно. Просто не знаю когда».

Герцогиня закрыла глаза. Она знала его. Знала, что он не бросает слов на ветер. Если он сказал, что вернётся, — значит, вернётся. Но когда? И какой ценой? И что ему придётся пережить там, наверху, прежде чем он найдёт путь домой?

— Он остался на луне? — спросила она, хотя уже знала ответ.

— Да, — ответил Келериэль. — Он остался, чтобы уничтожить всё, что осталось от базы. Чтобы убедиться, что они никогда не вернутся. Он сказал, что потом найдёт способ спуститься. Но… — эльф запнулся. — Их порталы не работают. Их корабли уничтожены. Я не знаю, как он сможет вернуться. Простите меня.

Герцогиня ничего не ответила. Она повернулась к небу. Туда, где над горизонтом только начинала подниматься луна — холодный серебристый диск, на котором сейчас находился тот, кто стал ей дороже всех. Она смотрела на луну и думала о нём. О том, как он впервые появился в её жизни — захватчик, враг, существо, которое надело на неё поводок. О том, как он изменился. О том, как они сидели на вершине маяка и говорили о прошлом, о будущем, о том, есть ли смысл в том, что они делают. О том, как он сказал ей: «Если бы не ты, я бы так и сидел в Лабиринте, боясь самого себя». О том, как она ответила: «Ты — первый, кто спросил меня, чего я хочу. За десять тысяч лет — первый».

Она смотрела на луну и молчала. А вокруг неё эльфы радовались возвращению своих близких, обнимали их, плакали, смеялись. Королева Итиль что-то говорила о празднике в честь спасённых. Изабель и Винсент обсуждали, как доставить спасённых эльфов в лазарет. Итилиэль стояла в стороне и смотрела на небо — так же, как Герцогиня. А Келериэль всё ещё стоял рядом, не решаясь уйти.

— Он спас мне жизнь, — тихо сказал эльф. — Я умирал. Исследователи… они сделали со мной что-то, от чего я не мог исцелиться. А он отдал мне свой тотем бессмертия. Единственный. Сказал, что я должен жить. Что меня ждут дома. А он выживет и без тотема. И я… я не знаю, как благодарить его. Я не знаю, как благодарить вас. Я просто хочу, чтобы он вернулся.

Герцогиня наконец отвела взгляд от луны. Она посмотрела на Келериэля — на его юное лицо, на его сияющие глаза, на его руки, которые всё ещё дрожали после пережитого. И она улыбнулась. Впервые за долгое время — улыбнулась.

— Он вернётся, — сказала она. — Я знаю его. Он — самый упрямый человек из всех, кого я встречала. И он обещал. А он всегда выполняет обещания. Всегда.

Она снова посмотрела на луну. И где-то там, на её холодной поверхности, среди руин разрушенной базы, Жека стоял и смотрел на далёкую планету. Он уничтожил всё, что осталось от Исследователей, — каждое ядро, каждую сферу, каждую работающую машину. Големы, оставшиеся с ним, помогли ему в этом. Теперь база была мертва. Но он всё ещё был здесь. Запертый на луне. Без портала. Без корабля. Без явного способа вернуться.

Он смотрел на планету — на зелёные леса, на синие океаны, на белые облака, — и думал. Думал о том, что где-то там, внизу, его ждут. Герцогиня. Изабель. Винсент. Герцог. Все, кто стал ему семьёй. Он обещал им, что вернётся. И он вернётся. Чего бы это ни стоило. Даже если для этого ему придётся построить лестницу до самой земли. Даже если для этого ему придётся прыгнуть. Даже если для этого ему придётся умереть и воскреснуть снова. Он найдёт способ. Потому что он — игрок. А игроки всегда находят способ пройти уровень. Даже самый сложный. Даже тот, который кажется невозможным. Он найдёт способ. И он вернётся домой.