На следующий день Марианна позволила себе поспать подольше. За окном хлестал холодный дождь, так что никто этого и не заметил. А вот Эллиас был страшно доволен тем, что жена никуда не бежит. Они неторопливо встали, умылись, позавтракали, не покидая спальни. Потом эльф усадил жену в одной тонюсенькой сорочке на кровать, взял гребень и принялся расчесывать ее волосы, напевая себе под нос что-то на эльфийском.

Марианна расслабилась, мурлыча под его заботливыми руками, и не сразу заметила, как зачесалась голова от мелких магических импульсов, а ее волосы, обрезанные чуть ниже лопаток, внезапно упали тяжелой волной на постель.

— Это… что?

— Маленькая домашняя магия, — улыбнулся эльф, — я спел тебе песенку, которую матери в Лесу поют дочерям, когда помогают им с прической… Не знал, что на тебя подействует.

Марианна озадачилась.

— Почему на меня не подействует эльфийская магия? — удивилась она. — Твой ледяной щит отлично действует!

— Потому что эта песня — это другое, это как… наговоры ваших пожилых женщин. Как заговоры повитух при роженицах. Изначальное. Очень древнее. Завязанное на кровь.

Марианна осторожно потрогала копну волос и пожала плечами:

— Я сейчас не в армии, могу себе позволить красивую прическу. Покажешь, как ты плетешь косу?

— Я тебе ее лучше сам заплету, — усмехнулся эльф, снова берясь за гребень.

Эллиас ухитрился заплести Марианне косу так, что никто из обитателей дома серьезного прибавления длины не заметил, а вот прическу похвалили: такая красивая плетенка из кос — залюбуешься.

Герцог Корбет явился к обеду.

Между супом и жарким отчитался, что направил королю развернутый доклад о ситуации в Степи, опираясь на данные, невольно собранные Коринном. Заодно сообщил жене, что сын жив и через несколько месяцев вернется домой.

Предложения леди дю Сольм по поводу торговли и выкупа пленников тоже написал. Заодно и эльфов вспомнил, и гномов приплел — не все ж людям отдуваться?

Ответ примчался магической почтой и едва не рухнул в тарелку с яблочным пирогом.

Его величество полностью одобрил инициативу баронессы, но, конечно, постарался взвалить на нее ответственность за выкуп пленников и перемещение их в родные места.

Марианна только хмыкнула — что-то такое она подозревала. Но у нее был план и две прядильные мануфактуры, занятые обработкой льна, выращенного на ее землях. Там сейчас очень не хватает работников! Хочешь поехать после плена домой — заработай себе на проезд!

Плюс его величество напомнил баронессе, что ей и ее мужу хорошо бы показаться в столице во время новогоднего бала, и даже пообещал открыть портал в ратуше, чтобы столь важная для государства леди не тратила время на дорогу до столицы.

Тут Марианна только кивнула.

Портал — это прекрасно, возможно, получится уместить все положенные визиты в три дня, в крайнем случае в неделю. Зима тоже неплохо — зимой соваться в Степь навстречу голодным волкам нет смысла. Урожай собран, и в целом все стараются сидеть дома, есть, пить и спать, встречая рождение нового года. В такое время без нее Лучегорск обойдется. А пока…

— Стоит послать к старейшинам гонца… Думаю, идея обмена пленных на плуги им понравится. А вот эльфов пусть выкупает Великий лес. Прости, муж мой, — тут баронесса легонько дотронулась до руки супруга, — но у меня просто не хватит на это ресурсов. Старейшины, может, и дураки, а вот их жены… Они знают, что ячмень — это шанс выжить для их детей и внуков.

Эллиас спокойно кивнул:

— Я уже отправил весточку Владыке, — сказал он, наслаждаясь печеным яблоком с корицей, — подсказал, как вернуть наших воинов домой. Кажется, ему идея замены пленников на преступников очень понравилась.

Обед завершили спокойно, но, вставая из-за стола, Марианна зацепилась лентой за вычурную резьбу на спинке стула, и водопад волос обрушился на ее спину, спускаясь значительно ниже привычной глазу длины.

Корбет тоже это заметил. Сначала напрягся, потом вдруг хмыкнул и протянул Эллиасу руку:

— Поздравляю!

— С чем? — не понял тот.

— Хм, я думал, и так все ясно… А, ну да, ты, наверное, не видел леди Айронделл… Первая женщина, вышедшая замуж за эльфа. Когда она понесла дитя от мужа, однажды утром ее волосы пришлось нести за ней как шлейф!

Эльф уставился на жену, а Марианна неожиданно покраснела:

— Я пока не знаю, — пробормотала она, — женщина обычно узнает об этом через месяц…

Эллиас просто повел рукой, набрасывая на ее тело тончайшую, искристую зеленую сеточку, и тут же в области живота мигнула крохотная алая точка. Слова никому не понадобились. Королевская воля выполнена — баронесса дю Сольм ждет ребенка от своего супруга — светлого эльфа!

— Что ж, — подвел итог молчанию герцог, — пожалуй, у меня есть повод обрадовать его величество еще раз!

Ему никто не возразил.

Марианна и Эллиас стояли сейчас словно в едином пузыре осознания. Их короткие встречи в постели принесли плод. Ребенка. Эта пока еще крохотная искра жизни в чреве матери уже меняла вокруг себя мир.

Посмотрев на них, герцог вздохнул, взял бокал с вином и вышел из столовой, закрыв за собой дверь.

— Никого не пускать! — прогудел он Мелде, дежурящей, как всегда, у входа на кухню. — Я в ратушу пошел. Как ваши голубки намилуются, пусть в Лес сообщение пошлют. Там тоже знать должны!

Жена Калеба тотчас догадалась, о чем идет речь, и строго поджала губы. Незачем о госпоже болтать! Эх, ладно, герцогу она ничего сделать не может, но перцу ему в суп насыплет, это точно!