Андал Тиберий

Крах надежд, конец всему. Встречный офицер едва не убил меня, хорошо, что я оказался сильнее. Виновник всему – Корнелиус. Нужно отомстить, заставить страдать. Элиза – его слабость. Убить девчонку. Уничтожить, разорвать, чтобы боль от потери была столь чудовищной, что тьма сама сожрет его изнутри. А там будет видно. Я обязательно что-нибудь придумаю и верну себе власть! Сила укрыла меня глухим плащом. Неузнанным спокойно шел по коридорам базы к намеченной цели. Попадавшиеся на пути нэйлаки были слишком заняты ликвидацией последствий взрыва, не обращая на своего собрата никакого внимания. На повороте в жилой коридор пришлось задержаться. Керв в сопровождении пятерых воинов моей собственной охраны покинул апартаменты Корнелиуса. Сделав всего несколько шагов, серокожий инопланетник немного замешкался, подозрительно оглядываясь и принюхиваясь к чему-то. Надежно укрытый собственной тьмой, выждал момент, когда Шейн скроется из вида, и метнулся к двери. Створки быстро разъехались:

– Шейн, забыл что-то? – спросила белокурая малышка, а, узнав, кто перед ней, отступила вглубь комнаты. Поспешно вошел следом, разбивая электронный замок.

– Не угадала, детка, – тьма радостно заворочалась в предвкушении, все же ей понравилось играть с этой земляночкой.

– Убирайся, пока я не вызвала Кора, – храбрилась и пыталась угрожать Элиза.

В одно неуловимое движение выпустил черный сгусток и сорвал с ее руки коммуникатор. Громкий треск, и кусочки уже бесполезного устройства падают на пол.

– О, боги, Андал! – прекрасно, предательница-астарийка тоже здесь. Просто подарок судьбы. – Мой лаэрд, она обманула Вас, ее второй мужчина не погиб. Он прячется в джунглях за пределами базы, – тут же затараторила двуличная тварь, падая на колени.

– Ай-ай-ай, девочка, – обратился к Лиз, – разве родители не научили тебя, что лгать – это плохо? Ты заслужила наказание, – от сладкого томления огненная волна опалила позвоночник, устремляясь к низу живота. – Но сначала…, – снова развернулся к Ильмее, и лицо мое не предвещало ничего хорошего. В ужасе бывшая любовница попыталась отползти подальше, закрываясь руками.

– Не тронь ее! – крикнула девчонка, и вместе с этим криком огромный черный зверь бросился на меня. Так-так-так, часть тьмы Кора отделилась и трансформировалась, и теперь защищает Элизу. Вот только они не учли тот факт, что я быстрее и сильнее.

Отшвырнув животное в сторону, выпустил три клинка тьмы, мгновенно проткнувшим тело астарийки насквозь и пригвоздившим к стене. Лучистые глаза закатились, пышная грудь под моим безразличным взглядом поднялась несколько раз и опустилась, замирая навсегда. С улыбкой удовлетворения повернулся к девчонке и пропустил весьма ощутимый удар в челюсть.

– Неплохо, – сплюнул кровь из рассеченной губы, – меня это заводит.

– Ты – чудовище! Зачем нужно было убивать? – шипела разъяренная малышка, заняв стойку.

– Предатели должны быть наказаны. Приговор – смерть, я лишь привел его в исполнение, – спокойно объяснил ей.

– Тогда ты сам заслужил свой. С удовольствием стану твоим палачом, – зло рыкнула она.

– Ну, попробуй, – издевательски хохотнул я.

В тот же миг огромная, тяжеленная туша сбила меня с ног, сверху приземлилась Элиза, крепко сжимая мое горло ногами и фиксируя руку. Ее защитница вгрызлась острыми зубами мне в бок, разрывая доспех, впиваясь в незащищенную мягкую плоть. От дикой боли закричал и всего на секунду утратил контроль. Этого оказалось достаточно, чтобы в глазах потемнело от удушья. В ярости выпустил отравленные иглы, прошивая тело пантеры насквозь, зверь заскулил, роняя тяжелые черные капли тягучей тьмы. Освободившейся рукой разжал длинные ноги, сковавшие шею тисками, и рывком вскочил на ноги, отшвыривая землянку к стене. Крепко приложившись спиной, девчонка сползла вниз, теряя сознание.

– Э, нет. Не так быстро, сладкая, – с силой встряхнул безвольное тело, – я еще не закончил с тобой.

С трудом открыв мутные от боли серые глаза, Лиз бесстрашно взглянула на меня:

– Ты все равно сдохнешь, мои мужчины доберутся до тебя, – еле шевеля губами, произнесла она.

– Как только разделаюсь с тобой, им будет совершенно не до меня. Они станут оплакивать свою любимую, мне же в это время нужно успеть вернуть себе пошатнувшееся доверие моего народа.

– Пошатнувшееся? – тяжело рассмеялась девушка и не смогла сдержать стон. – Да твои нэйлаки первые разорвут тебя. Они все знают. Кор организовал прямую трансляцию вашего с ним занимательного разговора. Их не удастся снова одурачить, – нахалка криво улыбалась, а глаза светились триумфом.

– Тогда стоит поторопиться, – крепко сжал пальцами хрупкую шею, поднимая девчонку. Длинные, стройные ноги задергались, руки вцепились в мою в жалкой попытке ослабить хватку и сделать столь необходимый вздох, но с каждой секундой Элиза слабела, вот-вот я услышу долгожданный последний удар слабого человеческого сердца. Глубокие серые глаза закрылись, из уголка скользнула слеза.

Тук… тук… тишина.

Гектор Тимерон

С ревом раскидывал камни и куски композитных дверей в стороны, разбирая завал. Мне жизненно необходимо было оказаться внутри. Оба сердца отчаянно бились о ребра, предупреждая о смертельной опасности. С той стороны послышались глухие удары, кто-то пробивался ко мне. Удвоил усилия, работая лапами. Впереди, наконец, показался просвет, откуда в разные стороны потянулись темные сгустки, сжимая и кроша камень и расширяя лаз. Что это за сила такая?

Когда места оказалось достаточно, без промедления нырнул внутрь. От меня с возгласами изумления в стороны метнулись пятеро инопланетников, за их спинами стоял улыбающийся Шейн, но, увидев мою перекошенную от ужаса морду, мгновенно собрался. Говорить во второй форме было очень трудно, но имя любимой я все же смог произнести:

– Лиассса, – побратим все понял.

– За мной, – рявкнул он и бросился обратно в полутемные коридоры, я за ним.

Острые когти царапали пол, встреченные нэйлаки благоразумно прижимались к стенам, пропуская нас. Вот и заветная дверь. Шейн провел браслетом – ничего. Желтые глаза в панике уставились на меня.

– Сможешь сломать? – с надеждой спросил он.

Страх и безысходность моей малышки, которой в тот момент пахнуло из-за дверей, разорвали остатки выдержки в клочья, я рванулся вперед, наваливаясь всем весом. Створки жалобно заскрипели, но выдержали. Тогда в ярости начал выдирать куски композита когтями и зубами. Подоспевшие инопланетники еще больше расширили лаз, и гибкое кошачье тело буквально просочилось внутрь. Какой-то смертник держал мою любимую за горло, прижимая к стене. Малышка обмякла и перестала сопротивляться. Бросился вперед, сбивая удивленного мужчину с ног.

– Защитнички, значит, подоспели, – издевательски протянул он. – Да только слишком поздно! Слышишь? Сердце перестало биться, – и запрокинув голову, захохотал.

Вот только мой слух острее, и я явственно слышал слабое и редкое сокращение сердечной мышцы. Низко рыкнув, прыгнул вперед, не успев буквально на долю мгновения разорвать глотку врага. Неизвестный утратил прежнюю веселость.

– А ты – серьезный противник, – он выбросил вперед руку, выпуская три странных кинжала.

Подпрыгнул, уходя от атаки, но один все же достал меня, чиркая по плечу. Судя по моментальному онемению, на них был сильнодействующий яд.

– Ну все, допрыгалась киса, – язвительно выплюнул он и, развернувшись спиной ко мне (никогда не стоит недооценивать противника – вбивали нам еще в военной академии), попытался уйти, но встретил настоящего темного бога во плоти. Это без сомнения был тот самый третий мужчина моей девочки, вот только сейчас его облик был далек от человеческого: абсолютно черные провалы глаз, из которых сочился дым, темные узоры вен на бледном лице, двигающийся, словно живой, плащ – воплощение первородной стихии мрака. В комнате заметно похолодало, даже я поежился. Рядом с жутким Корнелиусом стоял спокойный Шейн. Значит, уже имел счастье лицезреть подобную красоту.

– Высшее слияние! – восторженно пробормотал несостоявшийся убийца моей Лизи и замер, в панике оглядываясь вокруг в поисках выхода.

– Андал! – прогрохотал темный монстр. – По законам Ахирона ты признаешься виновным в преступлениях против своего народа, – угрожающе наступал он, – за совершенное приговор один – смерть.

– Ты не имеешь права! – взвизгнул слизняк, пятясь все дальше. – Я еще твой лаэрд!

– Больше нет, – на его ладони возник сверкающий белизной кристалл.

– Что ты собираешься сделать? – заикаясь от страха, проблеял Андал.

– Всего лишь забрать твою силу, – безразлично бросил наш кошмарный судья.

Мужчина в отчаянии рванулся влево, надеясь улизнуть, но там его уже ожидал Шейн, несколькими ударами огромных кулаков отбрасывая гаденыша обратно. Тогда в ход пошла их сила. Враг ощетинился тысячами черных игл, смертоносным облаком выпуская их в разные стороны, но Кор был быстрее, укрывая всех в комнате плотными щитами, поглотившими опасные снаряды. В следующую секунду тело бывшего лаэрда поднялось в воздух и застыло, лишь бешено вращающиеся глаза говорили о том, что мужчина в сознании и еще жив. Корнелиус вытянул ладонь вперед, на которой зажегся маленький язычок черного пламени, он легко вспорхнул в воздух и пронзил грудь Андала, затерявшись внутри. Его рот распахнулся в немом крике, спина выгнулась под немыслимым углом, темное маслянистое облако вырвалось из оков плоти наружу, плотной туманной лентой устремляясь в кристалл – свое новое вместилище. Как только последняя капля покинула мужчину, пышущее здоровьем тело усохло на глазах, превращаясь в обтянутый кожей скелет, и рассыпалось в прах, едва коснувшись пола.

– Король умер, да здравствует король, – натужно улыбаясь, прохрипела малышка, обращая на себя всеобщее внимание.

Кор с Шейном оказались подле девушки гораздо быстрее меня, регенерация все же не до конца справилась с ядом. К тому моменту, как я дополз до любимой, керв уже вернулся с портативным ренегаром. Элиза полулежала на коленях Корнелиуса, крепко держа его за руку. Он что-то ласково нашептывал девушке, гладя платиновые кудряшки. На нежной коже шеи расцветал яркий фиолетово-синий отпечаток ладони Андала, вызывая рычание. Других видимых повреждений я не обнаружил, но девушка с трудом дышала, то и дело кривясь от боли. Тем не менее, слабой рукой погладила мой нос:

– Гектор, – бледно улыбнулась она. – Слава богам, с тобой все в порядке. Я волновалась, – вот в этом вся наша Лизи. Сама еле держится, но беспокоится и переживает о нас.

Тем временем Норман запустил диагностику. Бездушная машина выдавала кошмарные данные: «Обширные повреждения мягких тканей, ушиб позвоночника, перелом пятого ребра, прокол легкого, гематома гортани. Время до полного исцеления – пять стандартных часов». Как же тебе досталось, любимая!

Кор побледнел еще больше, сравниваясь цветом кожи с тем самым кристаллом, который поглотил силу бывшего лаэрда, Шейн скрипел зубами от злости, прежде всего на самого себя, что не уберег, не защитил. Эти мысли терзали сейчас каждого из нас.

– Не вздумайте оставлять меня здесь в неведении, – строго проговорила любимая и зашлась кашлем.

– Не волнуйся, милая, и умоляю тебя: ни слова больше. Дай ренегару справиться с травмами, – мягко корил ее керв. – Гектор, пушистая твоя задница, давай, обращайся обратно. У нас еще много дел, да и звездочке требуются наши объяснения, – как и всегда, серокожий гигант взял на себя руководство нашей семьей, заряжая всех позитивом. – А ты, темный властелин, – шутя обратился он к Кору, – неси наше сокровище в спальню. Не против полежать немного, родная? – девочка устало прикрыла глаза и снова открыла их. Умница!

– Унесите погибшую девушку, – Корнелиус дал распоряжение своим воинам, и те, бережно подняв погибшую астарийку, тихонько вышли за дверь.

Когда Лизи с комфортом расположили на кровати, мы втроем расселись вокруг нее, жадно вглядываясь в любимое лицо.

– Итак, – снова взял слово Шейн, – блестящее выступление Корнелиуса ты уже слышала. Дальше не совсем вовремя вмешался Алекс. Да-да, это он шарахнул по базе чем-то довольно мощным, едва не разнеся тут все, но обошлось.

– Огонь прекращен, уцелевшие корабли вернулись, через десять стандартных минут должна быть открыта видеосвязь с флагманом ноарийцев, мы вступаем в переговоры с Его Высочеством, – добавил Кор.

– Предлагаю вам вдвоем отправиться в командный пункт, а я останусь с малышкой и прослежу, чтобы она больше не геройствовала, – керв довольный своей гениальной мыслью подмигнул Элизе и с превосходством посмотрел на нас.