Глава четырнадцатая.

Еще несколько часов назад я думал да гадал, как мне попасть во дворец после предположительно безуспешных переговоров с посланником Главы Тайной Службы. Но судьба в кои-то веки смилостивилась и решила все за меня, преподнеся наиболее удачный расклад, полный козырей.

На тайную встречу явился сам Светлый Князь Роман Рокоссовский. Он же, после нашей плодотворнейшей беседы, вызвался и тайком доставить меня во дворец. Забавно, не находите? Сам, добровольно, сую голову в раскрытый медвежий капкан. Впрочем, отступать назад действительно было уже поздно. Все решится совсем скоро.

К являющейся тайным местом для агентурных встреч аптеке Рокоссовский с Валентином прибыли на одном из чёрных как ночь, непроницаемых для стрел и магии, специальных дилижансов, запряженных шестёркой резвых быстрых и сильных коней. На таком же нас с Кречетом в прошлый раз доставили из воздушной гавани на встречу с Самодержцем. Казалось, это было совершенно в другой жизни.

Строгая, черная, бездушная и безликая, украшенная лишь гербами государства карета. Которую никто не имел права останавливать, задерживать или обыскивать. На эти экипажи даже предпочитали лишний раз не смотреть. Попадая внутрь салона, ты словно исчезал из внешнего мира. Пропадал для всех людей. И оставалось только гадать, где ты в итоге окажешься. Куда приведёт тебя тайный путь и на какой остановке ты выйдешь.

Закутавшись в плащи, мы с моими высокопоставленными сопровождающими покинули здание аптеки, прошли в самый конец улицы и забрались в карету. Экипаж стоял прямо напротив поворота в следующий квартал, перегораживая собой едва ли не всю дорогу. Помимо кучера, на козлах сидели двое вооружённых до зубов человек. Еще парочка устроилась на запятках. Так же дилижанс сопровождали еще шестеро бряцающих кольчугами и оружием бравых молодцев верхом на лошадях. Внушительный эскорт.

А внутри самой кареты на одной из удобных и мягких лавок нас терпеливо дожидался хмурый мужик лет сорока в бордовом, дорогого покроя балахоне, с очень коротко стриженной головой. В его глубоко запавших глазах на секунду блеснуло магическое марево, а после успокаивающего жеста Рокоссовского, пальцы, обьятые тусклым зеленоватым огнем, разжались, прерывая магическое плетение. Чародей. И судя по всему, не из самых последних. Говорю же, очень неплохой эскорт у князя. Не ради моей скромной персоны такое сопровождение, случайно?

Не действуй он тайно и оперативно, думаю, на встречу со мной прибыло ты втрое больше бойцов и волшебников. Возница щелкнул бичом и мы тронулись в путь. Все, не сговариваясь, отсели как можно дальше друг от друга и погрузились в молчание. Вот и ладушки. От долгих разговоров у меня уже язык отваливался.

Внутри мягким приглушенным светом горел алхимический шар. Я расположился поудобнее, настраиваясь на долгий путь. Как минимум часа два провести в столь тесном и необщительном обществе придётся. Надеюсь, дилижанс повезёт нас действительно во дворец Императора, а не, например, в главную городскую тюрьму или штаб-квартиру Тайной Службы. Где наверняка имелись собственные камеры.

Правильно истлковав мой ироничный взгляд, брошенный на наглухо закрытые металлическими ставнями окна и прочные, запертые изнутри двери, Рокоссовский хрипло прокаркал:

— Пользуйся временным отдыхом, сынок. Скоро придётся изрядно потрудится. Через два часа будем во дворце.

Я, прислушавшись к тихому затаенному сопению пока никак не реагирующего Грифона, невозмутимо усмехнулся и прикрыл глаза. Хоть высплюсь. Ночь почти пролетела, и не помешает урвать на последок ее оставшийся кусочек. Мысленно дернул Грифона за хвост. Просыпайся, дружище. Твоя очередь нести вахту. Мы на вражеской территории. И таковой буду ее считать, пока все не закончится. Пока что у меня во дворце Императора нет друзей.

* * *

Рокоссовский голосом, не терпящим возражений, потребовал, чтобы я сдал меч и кинжал. На указанный опытным волшебником магический амулет для связи с Твардовским князь не обратил внимания. Пришлось подчиниться, пусть с подарком Франка и не хотелось надолго расставаться. Меч что… Я таких железок уже с полдесятка разменял. Это не мой фамильный рунный клинок, оставшийся на борту «Икара».

Въехав на огромную дворцовую территорию, мы остановились на так называемом заднем дворе. Куда нас с Кречетом привозили и в прошлый раз. И выбравшись из кареты наружу, на холодный воздух, в ночь, начинающую понемногу сереть от загорающейся на невидимом из города восточном горизонте зари, я понял, что в одиночку сейчас пробраться в самое охраняемое в государстве здание не смог бы даже я.

Сразу же бросалось в глаза почти втрое увеличившееся число дворцовых охранников и стражников, усиленных дополнительными нарядами имперских гвардейцев и закованных в могучую броню похожих на ожившие лязгающие башни Часовых.

Разумеется, для сбросившего с благородной головы капюшон Светлого Князя здесь везде был зелёный свет. И нашу небольшую группу из четырёх человек, включая Валентина и безымянного молочаливого чародея никто не то что не остановил, но даже не посмотрел в нашу сторону. Дисциплина здесь была железная. Главу Тайной Службы знали все. И знали, что себе дороже чинить препоны едва ли не второму человеку в Государстве.

Я шел, склонив голову, сутулясь и расслабив плечи, полностью скрытый дорожным плащом и старающийся выглядеть как можно меньше. Поддерживая мой маскарад, чародей так же закутался в плащ. Для посторонних мы гарантировано выглядели как коллеги по волшебному ремеслу.

Сразу же, покинув каретную площадку, мы вывернули в парковую зону и быстрым шагом пошли мимо огромных раскидистых дубов и вязов к южной окраине гигантского, раскинувшегося на огромной площади дворцового комплекса. Тут нас поджидал закованный в тусклые латы отряд из десятка бойцов и средних лет вояка, вооружённый отнюдь не парадным мечом, суровый и мужественный, чем-то неуловимо смахивающий на Светлого Князя. Затянутый в кольчугу и кирасу воин при виде нас не смог сдержать облегчённого выдоха и торопливо открыл перед нами ведущую внутрь колоссального каменного крыла, переходящего в две нависающие над нами круглые, растворяющиеся в ночи башни, неприметную железную дверцу.

— Леонид, проводи нашего гостя с условленное место, — быстро отчеканил Рокоссовский, когда мы вошли в небольшой, тускло освещённый холл. — Магистр Сафонов будет находиться рядом с ним. Действуем по прежнему плану. Мы с Валентином идём к Его Величеству.

Похожий на Главу Тайной Службы мужчина, который не мог быть никем иным, как его сыном, молча, не задавая лишних вопросов, кинул. Сняв с караула пяток бойцов, он повернул направо, по-командирски махнув рукой. Более чем выразительный жест. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним, вместе с оказавшимся магистром чародеем. Пятерка угрюмых воинов дышала нам в спину.

События начали развиваться быстро и атакующе. Светлый Князь, желающий как можно быстрее взять Перумова за жабры, решил не тянуть кота за причинное место. И сразу становилось понятным, что у него все здесь схвачено. И что Глава Разведки был сразу готов к нескольким вариантам развития событий. Старик точно знал, где надо соломку подстилать…

В итоге после добрых десяти минут шествия по мрачным и пустым коридорам этой части колоссального дворца, во время которого мы успели зайти в одну из огромных башен и подняться на несколько уровней, наш торпливый шаг закончился у неприметной двери, за которой оказалась небольшая, больше похожая на монашескую келью, чем на гостевую, комната. Скромно обставленная, с зарешеченным окном и низким потолком.

— Располагайся. Пока будешь сидеть здесь, — отрывисто бросил Леонид, пропуская меня внутрь. Бойцы сопровождения остались снаружи, и вместе со мной внутрь вошли только Сафонов и сам Леонид. — Эта башня полностью изолирована от остальной части дворца. Находится под прямым контролем Тайной Службы. И сообщается, хм, особым ходом с отцовскими рабочими апартаментами. На дверях будет охрана. Если что понадобится, дай знать. Наружу ни ногой.

Молча выслушивая все наставления, я неспеша осматривался. Леонид, по достоинству оценив мое спокойствие и невозмутимость, одобрительно хмыкнул:

— Ничему не удивляйся. И запомни, если сюда войдёт кто-то другой, кроме меня, отца, Валентина или Магистра, значит все пошло не по плану… Любой посторонний человек, являвшийся к тебе в одиночку, без нашего сопровождения, должен расцениваться как враг.

— А ловко у вас система осведомления работает, — вынужден был признать я. — Неужели князь заранее просчитал, что вернется обратно со мной?

Леонид вместо ответа уклончиво пожал плечами.

— Он не зря столько лет занимает свой пост. Мне до него далеко. И, пока не забыл, не удивляйся, если вдруг с тобой заговорят стены.

На этой странной фразе Леонид, сухо мне кивнув, вышел из комнаты. Магистр Сафонов, чуть замешкавшись, выразительно посмотрел мне на грудь и простуженным голосом буркнул:

— На весь дворцовый комплекс наложены мощные чары. А после смери Верхового Магистра усиленны вдвойне. Твой камень связи, пока ты внутри двоца, работать не будет.

Чёрт! Вот почему Рокоссовский разрешил мне его оставить. Хитрый сукин сын.

— Если что, я за дверью. Не думаю, что ты здесь надолго задержишься.

И волшебник вышел. А ведь подчиняющиеся Светлому князю люди, начиная от его сына и заканчивая рядовыми бойцами, не задавали совершенно никаких ненужных и лишних вопросов. Даже толком на зная всю обстановку, просто выполняли то, что должно. Полностью доверяя своему начальнику и действуя как чёткий и отлаженный механизм.

За закрытой дверью загромыхали мощные стальные засовы, и я остался в полном одиночестве. А в окно уже стучались первые робкие лучики восходящего над просыпающимся огромным городом холодного хмурого негостеприимного солнца. Внезапно я почувствовал себя заключённым в одинокой и постылой камере, словно узник, приговоренный к скорой смерти.

Хм, не хотелось бы, спустя сто лет, повторить судьбу своего прадеда, Владимира. Да вот уж хрен вам всем.

Я присмотрелся и прислушался. Весь насторожившийся и затихший как мышка Грифон осторожно повел клювом. Ничего. Здесь мне ничего не угрожает. Пока. Единственное, что меня смущало, так это стены. И вскользь брошенная Леонидом фраза. Что он имел в виду?

Как я уже сказал, комната была скромная. Скорее всего гостевая. Незаженный камин, стол, пара табуретов, низкая и застланная солдатским одеялом чистая кровать. В углу умывальник и таз с водой. Располагать с особым шиком меня точно не собирались. Голые каменные стены, на двух крюках висят потухшие масляные фонари. Затёртый дубовый пол. На столе кувшин и письменные принадлежности. Для чего? Пока сидишь взаперти, составить завещание или накатать признание?

Комнату потихоньку заливал рассеянный утрений свет. Я снял плащ, уселся на кровать и прислушался к внутренним ощущениям. Оглянулся на стену позади себя. Ну что, помимо прочего осталось дождаться, когда заговорит камень? Я усмехнулся. Кажется, я понял, что имел в виду сын престарелого князя.

Я добровольно оказался в том месте, где вся моя жизнь могла и закончиться. Вот только я собирался заканчивать не свое бытие, а одну историю. Давнюю и невероятную. Берущую свое начало почти сотню лет назад. И я точно знал, чем она должна завершиться. Каков будет финал. Граф Владислав Перумов умрёт.