— Я окончательно запуталась, — Тася зажмурилась и с силой сдавила переносицу. — Пока ясно одно: мы все в опасности.

— И в первую очередь Марья. Если верить рассказу Матвеева, женщина в черном забрала душу Кати вскоре после смерти Дениса Кошелева.

— Думаю, пока она в следственном изоляторе, ей ничего не угрожает, — предположила Тася. — Там нет зеркал, следовательно, ее сложнее будет достать.

— Пора все рассказать Ольге, — Петр завел машину, но тронуться не успел — зазвонил телефон.

По тому как с каждым словом собеседника все больше мрачнело лицо Петра, Тася поняла, что что-то случилось.

— Гостиницу осаждают журналисты, — Петр отложил телефон и, круто развернувшись, вырулил из двора. — Ольга в панике, не знает, что делать. Говорит, что к дому подъехал фургон с телевизионщиками, они снимают сюжет о самоубийстве Ивана.

Телефон снова зазвонил. Петр ругнулся, и удерживая руль одной рукой, ответил на вызов.

— Час от часу не легче, — пробормотал он, возвращая телефон в держатель на приборной панели.

— Что произошло?

— Звонил адвокат. Сказал, что сегодня Марию доставили в больницу. У нее случился истерический припадок, она кричала и билась головой об решетку. Сейчас ей вкололи успокоительное, и она спит. Палата под круглосуточной охраной, но сомневаюсь, что полиция сможет защитить ее от того, что ей действительно угрожает.

— Я не представляю, что нам делать, — простонала Тася, глядя, как мимо стремительно проносятся деревья.

— Для начала разберемся с журналистами, а дальше посмотрим.

Едва они подошли к гостинице, как откуда ни возьмись навстречу им выбежала тощая девица в вызывающе короткой юбке, а за ней невысокий пухлый парень, будто знамя несущий перед собой камеру на штативе. Журналистка еще не успела открыть рот, наставив на него микрофон, как Петр сухо бросил:

— Без комментариев.

Прикрывая собой Тасю, он пробирался к входу в гостиницу.

— Поднимайся наверх, я все улажу, — шепнул он, подталкивая Тасю к ступеням.

— Ой, это же вы! — Взвизгнула девица, бесцеремонно хватая Петра за руку. — Петр Назаров! Вась, снимай, снимай!

Неповоротливый оператор поудобнее перехватил штатив и едва не угодил Петру в лицо. Тот вовремя среагировал, выставив вперед руку.

— Петр, вас преследуют трагедии! Скажите, это злой рок, проклятье или просто злая насмешка судьбы? А может быть, подозрения о вашей причастности к гибели брата не так уж и беспочвенны, как решило следствие?

— О чем она говорит? — прошептала Тася, застывшая на пороге.

— Уходи! — Сверкнул глазами Петр, поворачиваясь к ней. — Живо!

Тася испуганно отпрянула и, нашарив за спиной ручку двери, потянула на себя, проваливаясь в прохладный полумрак холла.

За стойкой суетилась Лиза, нервно перебирая бумажки и имитируя бурную деятельность. Заметив Тасю, она вымученно улыбнулась.

— Приносим извинения за неудобства, — пискнула Лиза, но Тася лишь отмахнулась. Она прошла мимо стойки администратора и поднялась к себе в номер.

Первым делом она включила ноутбук и в строке поиска ввела имя: «Петр Назаров». Вика говорила, что нынешний владелец усадьбы выгорел на работе, оттого и выкупил заброшенную усадьбу, чтобы вдали от городской суеты заниматься ее восстановлением, но на деле все оказалось гораздо сложнее. Не сразу, но Тасе все же удалось отыскать истинную причину того, почему Петр на пике своей карьеры решил все бросить. Три года назад в аварии, не справившись с управлением, погиб его брат Павел. Водитель скончался на месте, пассажир же отделался легкими царапинами. И пассажиром этим был Петр. Поговаривали, что незадолго до трагедии между братьями произошел конфликт. Некоторое время они даже не разговаривали, поэтому то, что они внезапно оказались вместе в одной машине, вызывало вопросы. Кто-то из их окружения вспомнил, как в пылу ссоры Петр угрожал брату, и все это дало почву для подозрений о его причастности к смерти Павла, которые, впрочем, не подтвердились.

Тася знала, что журналисты нередко в погоне за громкими заголовками искажают факты, и не верила, что Петр имел какое-то отношение к тому, что случилось с его братом, но заметно было, что обвинение наглой девицы его задело.

Петр появился на пороге ее комнаты спустя час. Он выглядел измученным и как будто постаревшим сразу на несколько лет.

— Я собираюсь обсудить с Ольгой закрытие гостиницы, присоединишься к нам? — без предисловий сказал он.

— Если это необходимо, — Тася кивнула и вслед за Петром спустилась в гостиную, где их дожидалась Ольга. Одного взгляда на нее было достаточно, чтобы понять — она явно нервничала, хотя и пыталась это скрыть.

— О чем вы хотели поговорить? — резко сказала Ольга, когда Петр и Тася устроились на диване напротив нее.

— Мы должны закрыть гостиницу, — тихо сказал Петр.

— Петь, не начинай! Мы уже это обсуждали, я не позволю тебе этого сделать!

— Дай мне закончить, — спокойно продолжил Петр. — Все гораздо серьезнее, чем тебе кажется. В усадьбе находиться опасно.

— Да, здесь произошла трагедия, но мы должны двигаться дальше, больше это не повторится. Через пару дней здесь будет охрана, организуем досмотр на КПП, и все будет в порядке.

— Ошибаешься.

— Убийцу арестовали. Не думаешь же ты, что сюда ломанутся толпы обманутых женщин, чтобы ритуально чинить расправу над неверными мужчинами? Это глупости!

— Оля, я серьезно. Иван не первый, кто погиб в стенах усадьбы.

— Петь, — Ольга наклонилась и ласково положила руку ему на колено, — я сама рассказывала эту историю: Владимир Баргин покончил с собой от несчастной любви… Но это было сто лет назад! Какая связь между этими двумя смертями?

Петр посмотрел на Тасю, словно ища поддержки.

— Оля, — он убрал руку Ольги, легонько сжав ее пальцы, — в это сложно поверить, но смерть Баргина не была самоубийством. Более того, она положила начало целой череде смертей, и, если мы продолжим бездействовать, может погибнуть кто-то еще.

Ольга выглядела совершенно сбитой с толку. Она перевела взгляд с Петра на Тасю и нервно улыбнулась.

— Вы же несерьезно, да?

Петр ответил ей хмурым взглядом.

— Но какая связь? — почти выкрикнула Ольга. — Здесь что, какой-то токсичный воздух, который заставляет людей брать в руки огнестрельное оружие?

— Не совсем. Мы не знаем точно, что влияет на людей, но после смерти Баргина в усадьбе в тысяча девятьсот пятьдесят седьмом году погиб учитель, Илья Николаев, в начале двухтысячных, когда во флигеле устроили склад, был застрелен охранник, а два дня назад — постоялец гостиницы.

— Я все еще не вижу связи, — лицо Ольги приобрело пепельный оттенок, а глаза лихорадочно блестели.

— Кроме того, что все они погибли от пули, в момент смерти каждый из них смотрел в зеркало, которое сейчас заперто в комнате в гостевом флигеле.

— То зеркало, которое ты попросила убрать из номера? — Ольга повернулась к Тасе с таким видом, будто та была виновата во всем, что сейчас происходит.

— Оно… — Тася пыталась подобрать подходящее слово, — …пугает. Ольга, вы же сами слышали вчера его шепот!

— Так, — Ольга встала, и сложив за спиной руки, принялась мерить шагами комнату, — вы хотите мне сказать, что зеркало каким-то образом заставляет людей делать…жуткие вещи? Правильно я поняла?

— Мы считаем, что зеркало отражает смерть Владимира Баргина, — уверенно заявила Тася.

— Но он покончил с собой! — всплеснула руками Ольга.

— Нет, — Тася поднялась с дивана, — нам удалось выяснить, что его смерть не была самоубийством. Баргин был застрелен, более того, застрелен был собственной невестой Анастасией Сафоновой, о чем она сама рассказала настоятельнице монастыря.

— Я в это не верю, — неуверенно пробормотала Ольга.

— Я видела его смерть в зеркале, — тихо сказала Тася. — И Вика наверняка тоже, и это напугало ее настолько, что она до сих пор пребывает в шоковом состоянии, а напарник застреленного охранника последние двадцать лет избегает смотреть в зеркала. Там что-то есть, в этом зеркале. Мы не можем этого объяснить, но оно словно заставляет людей снова и снова повторять ту давнюю трагедию.

— Я нашла это зеркало среди мусора в гостевом флигеле, — Ольга снова села на диван, и Тася сделала то же самое. — Но я не замечала ничего странного. Да, оно было в очень плохом состоянии, что объяснимо, учитывая, как долго оно простояло в пыльном и неотапливаемом помещении. Правда, я не особенно его разглядывала, решила, что займусь его реставрацией позже, а на первое время оно послужит отличным дополнением к интерьеру мансардной комнаты.

— Мне кажется, мы с Викой каким-то образом разбудили то, что живет в нем, — сбивчиво сказала Тася.

— Петь, — Ольга снова повернулась к нему, — и ты на самом деле в это веришь? Что в зеркале живет зло?

— Да, — Петр уверенно кивнул.

— Что ж, — Ольга снова встала, — но почему мы тогда не можем просто избавиться от него? Отвезти на свалку, и дело с концом.

— Боюсь, что это не выход, — Петр подошел к Ольге и взял ее за плечи. — Мы должны закрыть гостиницу, пока не разберемся, как избавиться от зла, которое здесь поселилось.

— Хорошо, — Ольга обреченно кивнула, закусив нижнюю губу. — Завтра я извещу гостей о необходимости уехать и отменю бронирования на ближайшие две недели. Но скажи, как мы будем решать эту проблему? Вызовем ведьму? Или экстрасенса? Что ты думаешь со всем этим делать?

— Я разберусь, обещаю, — как всегда спокойно сказал Петр. — Но тебе лучше уехать вместе с гостями. И Таисии тоже.

— Ни за что! — возмущенно воскликнула Тася. — Я остаюсь здесь.

— Я тоже, — твердо сказала Ольга.

— Поймите, что находиться здесь опасно! — увещевал их Петр.

— Исходя из вашего рассказа, я поняла, что жертвами становятся только мужчины, поэтому уезжать нужно тебе, Петя, — уверенно сказала Ольга.

— Исключено.

— В таком случае мы все остаемся. Как я понимаю, в гостевом флигеле находиться небезопасно, но сейчас в гостинице свободен только один номер.

— Я могу переночевать в комнате для персонала, там есть диван, — сказал Петр.

— Отлично. Все остальные помещения запрем на ключ, в том числе и флигель.

— Спасибо тебе за понимание, — Петр привлек Ольгу к себе и крепко обнял. — Я знаю, чего тебе это стоит.

— Как только разберемся с зеркалом, наймем дополнительную бригаду рабочих, чтобы поскорее закончить ремонт во флигеле и снова открыть гостиницу. К тому моменту, надеюсь, уляжется и шумиха вокруг убийства Ивана.

— Договорились.

— Пойду скажу горничным, чтобы подготовили для меня номер и принесли в комнату для персонала подушки и одеяла, — Ольга высвободилась из объятий Петра и смущенно улыбнулась. — А вы пока думайте, что делать дальше.

Когда за Ольгой закрылась дверь, Петр повернулся к задумчиво сидящей Тасе.

— Есть идеи?

— Слишком много мыслей, — вздохнула она. — Мне нужно все записать, чтобы структурировать ту информацию, что мы узнали. Я пойду к себе.

— Будь осторожна, — в глазах Петра ясно читалось беспокойство.

— Ольга права: пока мы не смотримся в зеркала, нам ничего не угрожает.

— И все же, мы не можем быть в этом уверены до конца.

Тася пожелала Петру доброй ночи и поднялась в свой номер. Она быстро приняла душ, предварительно закрыв полотенцем крошечное зеркало в ванной, и устроилась на ставшем уже привычном кресле у окна.

Склонность к структурированию и анализу информации проявилась у нее еще в детстве. Едва Тася научилась читать и писать, она начала вести дневники, куда поначалу записывала то, что узнавала из книг и журналов. Позже, она стала разбавлять сухие факты своими мыслями и впечатлениями от прочитанного. Когда перед ней возникала проблема, Тася первым делом записывала ее на бумаге, и, сложенная из слов, она сразу же переставала казаться ей неразрешимой. Она взяла ноутбук на колени и напечатала «Убийство в усадьбе Баргиных».

Шаг за шагом она описывала все, что узнала о смерти Владимира Баргина. Пальцы безостановочно порхали над клавиатурой, пока не замерли, когда Тася вдруг поняла, что упустила ключевого участника тех давних событий.

Она еще раз просмотрела свои записи: так и есть. Анна Бюссо упоминалась лишь вскользь, хотя была одной из вершин сложившегося любовного треугольника. Последнее, что Тася о ней узнала — Анна в образе медиума пыталась проникнуть в дом Баргиных, чтобы побыть на месте гибели своего возлюбленного. Она уверяла, что дух Владимира все еще в доме, но могли ли ее слова быть вымыслом, либо же она доподлинно знала, что душа его все еще в стенах усадьбы?

Тася открыла папку с копиями газетных заметок, которые прислала ей Алла, и погрузилась в чтение. Однако после того громкого случая Анна Бюссо как будто исчезла, затаилась, и никто из приятелей Баргина, которые активно беседовали с газетчиками, о ней не упоминал. И довольно скоро Тася поняла, что было тому причиной: Анна Бюссо умерла вскоре после смерти Владимира Баргина. Причины гибели не уточнялись, но в некрологе красноречиво перечислялись достоинства и добродетели усопшей, и Тася почти не удивилась, когда в подписи к заметке увидела фамилию все того же газетчика, который посвятил целый цикл статей самоубийству Владимира Баргина.

Она сверилась со своими заметками: Баргин умер в июне, а некролог вышел в сентябрьской газете. Бюссо не стало примерно через два месяца после смерти ее любовника. Два месяца прожила и Екатерина после убийства Дениса Кошелева. Если бы у Таси было больше информации о смерти учителя, Ильи Николаева, то можно было бы уверенно говорить о закономерности, но дело пятидесятых годов по большей части оставалось для нее загадкой.

В прошлый раз они с Петром обнаружили, что в списке тех, кто находился в ночь смерти Николаева в гостевом флигеле, отсутствует одно имя. Алевтина Егорова, учитель русского языка и литературы, по какой-то причине покинула школу в ту роковую ночь. И единственным свидетельством того, что незадолго до смерти Николаев был не один, были показания учителя географии. Тася пролистала список, отыскивая его имя. Василий Канышев. Но все это мало что ей давало. Расследование явно зашло в тупик, и ей срочно необходим был свежий взгляд со стороны.

На часах было уже десять вечера, но она без колебаний взяла телефон и набрала номер. Трубку сняли уже после второго гудка.

— Привет, мышка моя.

— Привет, пап, — Тася улыбнулась, услышав свое детское прозвище. — Не занят?

— Шутишь? Твоя мать весь день донимала меня разными поручениями, я буквально десять минут назад сумел освободиться от ее гнета. Заварил чаю и заперся в библиотеке. Как у тебя дела?

— Нормально, — соврала Тася. Она не рассказывала родителям, что происходит, чтобы лишний раз не волновать. Ее отец, Юрий Максимович, всю жизнь проработал в университете, но в прошлом году перенес инфаркт, и с огромным трудом им с матерью удалось убедить его бросить преподавание и переехать загород. Но отец, пусть и оставил университетскую должность, работать не перестал: в их дачном доме он оборудовал кабинет, куда перевез всю свою огромную библиотеку, и по вечерам долго засиживался за книгой или писал статьи для своего блога, который завел с подачи Таси. Юрий Максимович был историком и обладал поистине уникальным талантом отыскивать самую невероятную информацию.

— Пап, мне нужна твоя консультация, — Тася буквально видела, как загорелись интересом глаза отца. — Я сейчас отдыхаю в усадьбе Баргиных в Подмосковье. Ее несколько месяцев назад отреставрировали и превратили в мини-отель. Так вот, я решила немного узнать об истории этого места и обнаружила несколько странных фактов.

Свой рассказ Тася сосредоточила исключительно на том периоде, когда в стенах усадьбы размещалась школа. Говоря об убийстве, она старалась, чтобы голос звучал спокойно и ровно, не выдавая ее волнения.

— И мне стало интересно, по какой причине обычный школьный учитель мог покончить с собой, — закончила она.

— Как говоришь, фамилия свидетеля, который слышал ссору? — уточнил отец.

— Канышев, — повторила Тася. — Василий Канышев.

— Секунду.

Тася слышала, как скрипнули пружины дивана, когда отец встал и подошел к книжным полкам. Он скользил кончиками шершавых пальцев по корешкам книг, что-то бормоча себе под нос.

— Вот она! — победно воскликнул он. — Книга воспоминаний «Формула вины», автор Василий Канышев.

В трубке зашелестели страницы, и Тася, затаив дыхание ждала, что еще скажет отец.

— То, что нужно! Этот учитель математики в середине восьмидесятых издал книгу, в которой изложил свои мысли на тему того давнего убийства. Канышев некоторое время работал в нашем университете. Я тогда был студентом, математика не была у нас профильным предметом, поэтому Канышев предложил всем желающим получить «автомат» на экзамене, приобрести свою книжонку. Вот так я и стал счастливым обладателем «Формулы вины». Книгу, честно говоря, так и не открыл ни разу.

— Пап, не возражаешь, если я завтра приеду и возьму ее?

— И давно ты стала спрашивать разрешения приехать к родителям, а? — насмешливо сказал Юрий Максимович. — Конечно, мы тебя ждем в любое время.

Тася попрощалась с отцом и прикрыла уставшие глаза. Отсюда до дачи родителей было минут сорок езды, если встать пораньше, она успеет вернуться в усадьбу до обеда.

За стеной что-то стукнуло, и Тася испуганно выпрямилась. На цыпочках она подошла к двери и осторожно выглянула в коридор.

— Прости, я тебя разбудила, — Ольга слабо улыбнулась, втаскивая в соседний номер чемодан. — Не знала, как долго придется здесь ночевать, поэтому на всякий случай забрала из флигеля все, что могло мне пригодиться.

— Давай помогу, — Тася потянулась к чемодану, который зацепился колесом за порог и застрял, но Ольга ее остановила.

— Я сама, — сдержанно сказала она. — Доброй ночи.

Тасе не оставалось ничего иного, как вернуться в свою комнату. Ольга явно ее не жаловала, и Тася не могла ее за это винить.