Глава 9

К госпоже Финч я отправилась в самую жару во второй половине дня. С утра мы с Гектором повторили вчерашнюю тренировку без увеличения нагрузки: пусть привыкнет. Потом я вела переговоры по артефакту с тётей Джейн, которой хотелось знать, почему меня нет в городской квартире. Ей, видите ли, срочно понадобился мой совет по поводу подарка для тёти Френни. У той через пару месяцев намечался юбилей, и все были поставлены в известность, что никаких «дурацких побрякушек» и прочей ерунды от самых близких юбилярша не желает.

После тёти Джейн я, не успев отдышаться, связалась с конторой «Вилинж, Стоун и партнёры», потому что над душой стояла Присцилла и требовала адвоката. Не себе, конечно, а мне. Почему-то она вспомнила про визит инспектора Бассета и решила, что я недостаточно серьёзно отношусь к ситуации.

Секретарь Эббот вызов принял, но с Робертом поговорить не удалось: он как раз находился в суде. Я с облегчением выдохнула, вкратце сообщила, что на неделю задержусь в Экстон-Холле, и попрощалась.

— Уверена, что за неделю мы управимся с расследованием? – спросила Прис, недовольная моим легкомыслием.

— Понятия не имею, — пожала плечами я. – Сегодня мне надо поговорить с госпожой Финч. Надеюсь, после встречи с ней хоть что-то прояснится.

— Я бы съездила с тобой, — вздохнула подруга, — но…

— …кто будет следить за Чарли и Гортензией, когда она с Чарли, — подхватила я. – Ничего, Роудса там не будет, я справлюсь.

— Не сомневаюсь, — ответила она.

Поездка на машинке братьев Левандо без Гортензии доставила мне массу удовольствия. Я смогла разогнаться так, что доехала до Хейстауна чуть ли не в два раза быстрее, чем в прошлый раз. В городке, конечно, пришлось скорость сбавить, к тому же я не очень хорошо помнила, где находится дом госпожи Финч.

Но дом обнаружился быстро: я узнала низкую кованую ограду и дорожку с бордюрами из самшита, а потом и крыльцо. Правда, припарковаться рядом было решительно негде: дорогу чуть не перегородил запылённый рыдван, явно знававший лучшие времена.

Пришлось сдать назад, зато когда я подошла к калитке, на крыльце показался доктор Лерой. Он прощался с какой-то женщиной, явно не госпожой Финч, и я поспешила поздороваться.

— А, мисс Стокс, — признал меня лекарь. – Не знал, что вы дружны с госпожой Финч.

— А что с ней случилось? – оставила я без ответа вопрос о дружбе.

— Нервное истощение и упадок сил, — пожал плечами Лерой. – В её возрасте вредны сильные переживания, так что господин Роудс был совершенно прав, настояв на моём визите.

И почему меня это не насторожило?

— Но навестить-то госпожу Финч можно?

— Да что ж нельзя-то? Госпожа не при смерти, — вмешалась в разговор особа средних лет в простом сером платье, поверх которого красовался холщовый передник. – Проходите, мисс, она будет рада.

Доктор коротким кивком подтвердил, что противопоказаний к визитам нет, и степенно двинулся к своему рыдвану. Мы распрощались, я мельком оглянулась и вошла внутрь.

С прошлого раза тут ничего не изменилось. В прихожей по-прежнему витал лёгкий лимонный аромат, в коридоре стояли плетёнки с овощами и сушилась лаванда. Только вместо приглашений от хозяйки я слышала голос незнакомки в переднике.

— К вам тут гостья, — с оживлением говорила она, — и доктор сказал, что не против визитов. Подать вам ещё капель?

— Лаврозы подай, Мэри, и зови уже гостью, — слабым голосом ответила госпожа Финч.

Она полулежала на диване, прикрыв ноги лёгким пледом: пожилые люди часто зябнут даже в жару. Вот лицо было, на мой взгляд, слишком бледным.

Дородная Мэри протиснулась мимо меня со словами «Уже несу», а я сказала:

— Здравствуйте, госпожа Финч, как вы себя чувствуете?

— Мисс Стокс! – обрадовалась хозяйка. – Проходите, дорогая, присаживайтесь.

Я устроилась в кресле напротив и повторила свой вопрос.

— Признаться, бывали времена и получше, — вздохнула хозяйка.

— Что-то случилось?

В этот момент вошла Мэри с подносом, где красовались чашечки с лаврозой, источавшей свой нежно-терпкий аромат, и тарелочкой с ореховыми печеньями.

— И не спрашивайте, мисс, — бесцеремонно заявила она, — констебль-недоумок на нашу голову случился. Представляете, заявил, что госпожа Финч убила госпожу Вудстон!

— Неожиданно, — чуть не поперхнулась я.

— Мэри, прекрати, — отмахнулась от прислуги госпожа Финч, — он всего лишь сказал, что полиция обнаружила отпечаток моей ауры на той спице.

Под конец голос её стал тише, а рука, потянувшаяся за чашкой, мелко задрожала.

— Ну вот, опять, — всплеснула руками Мэри, — не зря ваш племянник доктора вызвать велел. Нельзя же всё так близко к сердцу принимать!

— В самом деле, госпожа Финч, инспектор Бассет и мне сказал то же самое, — кивнула я. – К тому же в оценке констебля Мури я готова согласиться с Мэри.

— Джорджина не заслужила такую смерть, — тихо ответила госпожа Финч, — и мне очень тяжело слышать обвинения в том, что я как-то к этому причастна.

— Успокойся, тётя Милдред, иначе я подам иск на этого идиота Мури, — раздался с порога знакомый отвратительный голос.

А вслед за ним в гостиной появился и сам его обладатель – Оливер Роудс собственной неприятной персоной.

— Хвала Единому, вот и ваш племянник, — обрадовалась Мэри и живо сбежала на кухню, бормоча что-то про обед.

Я очень хотела последовать за ней, но у меня были незаданные вопросы. Или уж плюнуть и приехать сюда в другой раз?

— Мисс Стокс? Какая неожиданность, — между тем заявил Роудс. – Очень рад, очень. Слышали, что моей тёте собираются предъявить обвинение?

Я сделала неопределённый жест, выдававший растерянность. И почему мне так не везёт в этом Хейстауне?

— Олли, — госпожа Финч тут же взбодрилась, — ну что ты такое говоришь? И разве ты не должен быть на слушании?

— Слушание отменили, — он присел рядом с тёткой на диван и чмокнул её в щёку, — так что я сразу приехал проведать, как ты тут, моя старушка. Доктор уже был?

— Я должна буду серьёзно поговорить с Мэри, — вздохнула госпожа Финч. – Со мной всё в порядке, дорогой, просто устала.

Несмотря на всю неприязнь, я не могла не признать, что отношения этих тёти и племянника могли вызвать здоровую зависть. Представить только, что тётя Френни или тётя Джейн будут заботиться о моём спокойствии в момент, когда с ними случилось лёгкое недомогание! Нет, мои дорогие родственницы и в обычных ситуациях склонны раздувать из мухи слона, а уж в подобных обстоятельствах сделают всё, чтобы я сполна прочувствовала, как виновата в собственной спешке и нехватке времени на общение

— Тётя Милдред, доктор был? – повторил с нажимом Роудс.

— Был, — кивнула она, — говорю же, ничего страшного. И будь добр, не упоминай про это больше, у нас ведь в гостях мисс Стокс.

— Можно подумать, у мисс Стокс нет собственной тётушки, — улыбнулся адвокат.

— Кстати, она сказала, что и ей полиция заявила то же самое про отпечаток ауры, — продолжила госпожа Финч.

— Да неужели, — хмыкнул Роудс, — должно быть, по мнению полиции, вы вдвоём укокошили местную королеву черничных пирогов.

— Укокошили? – вопросительно повторила его тётушка. — Всё же общение с преступниками явно накладывает отпечаток на твою речь.

– Ты права, моя старушка, как всегда. Но мы совсем заболтали мисс Стокс, — вернулся к моей особе адвокат. – Как дела в Экстон-Холле?

— Благодарю, неплохо, — вежливо ответила я. — Вчера по приглашению леди Экстон в гостях была Милли и её семья.

— Иии? – протянул Роудс, ожидая продолжения. – Вы же неспроста явились к моей тёте буквально на следующий день?

В умении делать логические выводы отказать ему было сложно. Впрочем, и проницательность – одно из качеств, необходимых хорошему адвокату. Оливер Роудс, как бы я к нему не относилась, был одним из лучших.

— Ах, ну расскажите же, как прошёл визит? – госпожа Финч с интересом подалась вперёд и даже села ровнее.

Я вкратце рассказала про подарки Милли и её отцу от Эша и Присциллы, а потом добавила, что все девицы дружно отказались от черничного пирога кухарки Мисткок.

— В этом нет ничего удивительного, — глаза госпожи Финч заблестели, — Энн извела столько муки и черники, пока готовила племянницу к конкурсу, что уже смотреть не могла на пироги.

— Подожди, тётя, — прервал её Роудс, — дело не в этом, не так ли, мисс Стокс?

Ну да, вот так я сразу взяла и выложила ему на тарелочке свои подозрения относительно этой семьи. Но кое-какие вопросы задать всё-таки придётся.

— Перед уходом Энн Причерс посоветовала поговорить с вашей тётей о Патрике Вудстоне.

— О Патрике? – госпожа Финч встряхнула кудрявой головой. – А что с ним?

— Это я и хотела у вас узнать, — улыбнулась я.

— Тётя, не бегай глазами, — повернулся к ней племянник. – Мисс Стокс ты можешь обмануть, но я-то тебя знаю. Рассказывай про Патрика.

— Я бы не пришла к вам, госпожа Финч, — добавила я мягко, — но и священник, и его сестра в один голос твердили, что вы знали Джорджину Вудстон лучше других в этом городе.

— Не уверена, — она решительно сдёрнула плед и протянула руку племяннику: — Олли, помоги мне встать.

— Куда это ты собралась? – возмутился тот, но помог.

— Надеюсь, мисс Стокс не откажется с нами перекусить? – вопросом ответила она и громко крикнула: — Мэри! Накрывай на стол!

— Соглашайтесь, мисс Стокс, — понизил голос Роудс, — у тёти Милдред плохой аппетит, а с вами она, глядишь, и поест.

— Вы очень заботливый племянник, — не удержалась от сарказма я.

— У нас с ней особые отношения, — ухмыльнулся он в ответ. – Благодаря тёте я не одинок в этом мире.

— Олли, проводи мисс Стокс в столовую, — уже вполне твёрдо распорядилась госпожа Финч и лёгкой походкой вышла из гостиной, никак не комментируя слова племянника.

Мы остались вдвоём с источником моего бесконечного раздражения. В тот момент хотелось откровенно сказать всё, что я о нём думаю, но теперь меня сдерживали не приличия, а хрупкое состояние здоровья госпожи Финч.

— Так что с этим Патриком, мисс Стокс? – как ни в чём не бывало поинтересовался Роудс. – Ни за что не поверю, что вы явились сюда лишь из-за совета сестры священника.

— Мы не в суде, господин Роудс, я не обязана вам отвечать, — негромко, но уверенно сказала я.

— Да бросьте, Джессика, мы в одной лодке. Вам нужно снять с себя подозрения, мне нужно снять их с тёти Милдред.

— С чего бы мне вам верить? – по-прежнему негромко возразила я. – Мне ли вам объяснять, что самый легкий способ снять подозрения – повесить их на другого?

— Не на вас же? – искренне удивился он. – Вы уж точно не убивали Джорджину Вудстон.

— Интересно, и почему? – прищурилась я.

— Убийцы рассказывают красивые истории и заранее готовят алиби, — пожал плечами он. – А вы явно не подготовились, раз сообщили всем ту чушь про проклятье черничного пирога.

— А может, я убила её в аффекте?

— Вы? Самая спокойная, выдержанная и рациональная особа из всех, кого я знаю? Мисс Стокс, вы не убийца. Моя тётя тоже, так давайте объединим усилия и утрём полиции нос.

Очень хотелось дать ему достойный ответ. Но разум спорил с чувствами. Где-то внутри зрело понимание, что даже такой партнёр в расследовании лучше никакого. К тому же в оценке моей рациональности Роудс был прав. Я попытаюсь подавить неприязнь, по крайней мере, на время, пока не найду убийцу.

— Ваша тётя не могла убить Джорджину: она всё время была в обществе.

— На самый крайний случай, — слегка улыбнулся адвокат, — у меня есть стратегия: признаюсь в убийстве сам.

— Вам не поверят, — покачала я головой, от души удивляясь его словам, — Кларидж видел вас на террасе и утверждает, что вы ни разу не встали со своего места.

— Мракова бездна, — хмыкнул он, — а вы можете попросить господина Клариджа, чтобы он пока не делился с полицией своими наблюдениями?

— Думаете, они зайдут так далеко, что вам всё же придётся выгораживать госпожу Финч столь своеобразным способом?

— Раз им хватило мозгов довести мою старушку до нервного приступа, нельзя исключать и такую вероятность, — пожал плечами он.

В этот момент в гостиной появилась Мэри с предложением немедленно явиться в столовую. Роудс церемонно пропустил меня вперёд, а я всё же решила рассказать ему про Патрика и Рози Картер, которых видела накануне вместе.

— О, теперь я понял, в каком ключе надо задавать вопросы тёте, — ухмыльнулся он.

— Надеюсь, она сможет рассказать что-то полезное, — вздохнула я.

В столовой госпожи Финч тоже ничего не изменилось. Правда, сама она уже сидела за столом, а не хлопотала вокруг, как в прошлый раз. Хлопотала Мэри, которая выставила тарелки, столовые приборы и большую супницу.

— У нас сегодня бобовая похлёбка, — тараторила она, — но это потому, что вы, господин Оливер, не предупредили, что вернётесь.

Но адвокат не имел ничего против бобовой похлёбки, тем более что вторым блюдом была запеченная свиная рулька.

У нас с госпожой Финч оказались схожие потребности. И ей, и мне больше хотелось пить, чем есть, и нам кухарка принесла домашний лимонад. А вот Роудс ел с большим аппетитом. Я напомнила себе, что мы теперь временные союзники, и почти смогла затолкать неприязнь на самое дно восприятия.

— Тётя Милдред, — единственный мужчина в комнате не забывал о расследовании, — расскажи всё-таки про Патрика. Джорджине не нравилось его увлечение Рози Картер?

— Дорогой, — покачала кудрявой головой его тётя, — оставь бедного мальчика в покое. Он и без того убит горем.

— Мне так не показалось, — вежливо возразила я, — вчера он прекрасно проводил время с мисс Картер. Совершенно не был похож на скорбящего от утраты матери человека.

— Единый, — тяжело вздохнула госпожа Финч, — вы сговорились. Ну да, да, Джорджине не нравилась Рози. Но при чём тут это? Молодые люди, если уж влюбляются в первый раз, могут сбежать из дома, жениться против воли родителей, но не убивать их!

— Не нервничай так, старушка, — встревожился её племянник, — никто ведь не говорит, что Патрик – убийца.

— Мы просто хотим разобраться, — впервые я поддержала адвоката открыто, — что происходило с госпожой Вудстон непосредственно перед смертью. Ведь кто-то же её всё-таки убил.

— Не Патрик, — твёрдо ответила госпожа Финч.

— Но ты подтверждаешь, что у него были разногласия с матерью по поводу милашки Рози? – ввернул Роудс.

— Кстати, как они познакомились? – быстро подкинула я новый вопрос, пока госпожа Финч снова не ушла в глухую оборону.

— Джорджина вела занятия по домоводству в нашей школе для девочек, — ответила она, — а Рози там училась. Бойкая девочка, должна вам сказать, даже весьма, и не без способностей, её даже поощрили грамотой перед выпуском.

— На выпускном балу они и встретились с Патриком? – сразу припомнился обычай проводить один выпускной бал на две школы – мужскую и женскую, особенно если их ученики живут в одном маленьком городке.

— Джорджина давно присматривала сыну подходящую невесту, — кивнула головой госпожа Финч, снова напомнив мне пушистый одуванчик, – поэтому таскала его на все выпускные балы. Он ведь уже студент Королевского физического колледжа, приезжает из Мэриквинсленда только на каникулы.

Точно, мне Патрик не показался совсем юным, хотя…

— И когда же случилась судьбоносная встреча? – Роудс полуприкрыл глаза, наслаждаясь своей свининой, но за тёткой наблюдение продолжал.

— Два месяца назад, — ещё глубже вздохнула та. – Джорджина присмотрела для сына другую выпускницу, но Патрик, едва увидев Рози, больше не спускал с неё глаз.

Зато моя память утверждала, что молодые люди давно не ограничивались взглядами.

— Девчонка, должно быть, миленькая, — предположил адвокат.

Я кивнула.

— Вскружила парню голову, — продолжил он со специфическим мужским выражением на лице. – Решила, что выйти замуж за перспективного парня куда как лучше, чем сидеть на отцовской ферме, так?

— А ты видишь в этом что-то плохое? – вскинула глаза на племянника госпожа Финч. – Джорджина и сама-то не голубых кровей, уцепилась за Вудстона, лишь бы вырваться из своего Пик-Вотерса. Тогда её не смущало, что…

Тут хозяйка остановилась и прикусила губу. Я насторожилась, Роудс тоже.

— Я не осуждаю её, — медленно сказала его тётя, — но всё же не желала бы для Олли судьбы Джеймса Вудстона.

Нет. Не может быть.

— Не хочешь же ты сказать, что Джорджина приворожила к себе мужа? – бестрепетно произнес адвокат то, что я не хотела проговаривать даже в мыслях.

— Черничный пирог, — медленно произнесла госпожа Финч.

– Вы уверены? – переспросила я. – Вообще-то приворот – это запрещённая магия.

— Джорджина однажды проговорилась. Как раз когда приходила плакаться на увлечение Патрика Рози Картер, — ответила госпожа Финч. – Сказала, что Рози наверняка вызнала секрет её черничного пирога и приворожила Патрика.

Всё веселее и веселее.

— И то, что вы рассказывали про необыкновенный вкус этого пирога, было на самом деле эффектом приворотного зелья? – с изумлением продолжила я.

— Да, пожалуй, — раздумчиво кивнула она, — вы правы, мисс Стокс. И как я сама не догадалась?