Все тело ноет от усталости, но я не сдаюсь. Кладу Ваню в кроватку, пытаясь укачать его так, но он тут же начинает плакать. Затем сажусь с ним в кресло и прикладываю к груди, но он по-прежнему полон бодрости.

Делаю последний рывок и снова начинаю ходить по комнате, качая сына на руках и напевая ему песни.

За спиной раздается тихий щелчок двери, и я оборачиваюсь. Радов собственной персоной. Что, не дождался?

─ Не спит, ─ тихо спрашивает он, и Ваня тут же выворачивает голову в его сторону.

─ Нет, ─ тяжело вздыхаю я, потому что рыдать уже хочется от доли в спине.

─ Давай мне, ─ произносит он, подойдя, и тянет к Ване руки.

В другой раз я послала бы его к чертовой бабушке, но сейчас мои силы просто на исходе, и я готова принять любую помощь. Заодно и посмотрим, как Радов справится с ребенком. Может, пойдет, что это вовсе не игрушка, удовлетворит свою потребность в отцовстве и отпустит нас?

Вручаю сына Радову и скорее плюхаюсь в кресло, ощущая невероятное облегчение.

─ Ну, привет, ─ тихо и так ласково произносит Радов с улыбкой на губах, что мне начинает казаться, что сейчас передо мной другой человек.

Он поглаживает Ваню по животику и медленно покачивает, рассказывая ему сказку:

─ Жил был король. Все у него было хорошо, только наследника не было. Но однажды в замке появилась прекрасная девушка, которая затмила его разум…

Слушаю его, а глаза слипаются, и я перестаю улавливать смысл слов, погружаясь в сон.

Просыпаюсь оттого, что земля уходит из-под ног. Испуганно распахиваю глаза и понимаю, что он взял меня на руки и несет куда-то.

─ А Ваня? Я же… ─ лепечу я, но Радов тут же меня прерывает.

─ Тише. Он уже спит. Я его укачал.

Удивительно. Я столько времени провозилась с ним, а Радов уложил его за несколько минут. Или я спала дольше?

Может, он и не такой плохой отец, как я думала. Вот только в остальном он ужасный человек. Не представляю даже, какая женщина ему может подойти. Разве что та, которая всегда держит рот на замке и беспрекословно подчиняется любому его слову.

─ Поставь меня уже, я сама дойду, ─ фыркаю я, трепыхаясь у него на руках, желая встать на ноги.

─ Мы уже пришли, ─ не внимая моей просьбе, Радов заходит в спальню, в которой я еще не была, заходит внутрь и относит меня на кровать. ─ Спи, Софи, набирайся сил. Потому что завтра тебя будет ждать очень серьезный разговор.

Глава 9

Утром просыпаюсь оттого, что солнечный свет бьет прямо в лицо сквозь раскрытые шторы. Чувствую себя такой выспавшейся, как никогда за последние несколько месяцев. Потягиваюсь, зевая, и тут у меня будто челюсть заклинивает, когда в голову ударяет мысль: Ваня всегда просыпается рано утром на кормление!

Едва продрав глаза, наспех натягиваю джинсы и выскакиваю из своей спальни и бегу в комнату сына и не нахожу его там. В голове тут же проносится куча страшных мыслей. А вдруг Радов увез его куда-нибудь, в другой дом, и теперь я не увижу своего сына?!

С вытаращенными глазами сбегаю вниз по лестнице и вдруг вижу какую-то женщину посреди гостиной с моим сыном на руках.

─ Ваня! ─ давлюсь я собственным вскриком, подлетая к женщине и протягивая руки навстречу сыну. ─ Слава Богу, ты здесь, мой котик.

─ Мы с Ванечкой отлично поладили, зря вы так заволновались, ─ улыбается она.

─ А вы, простите, кто? ─ прищурившись, спрашиваю я.

Доверия у меня уже ни к кому нет, особенно в этом доме.

─ Ой, Сонечка, доброе утро! ─ прямиком из кухни к нам идет Тамара Сергеевна. ─ Выспалась? А мы вот Ванюшку сейчас будем обедом кормить. У меня уже все готово. Идем за стол! Я и тебя покормлю.

─ Я Ольга ─ Ванина няня, ─ с добродушной улыбкой отвечает женщина, пока я недоверчиво смотрю на нее и хлопаю ресницами.

─ Няня? ─ переспрашиваю я.

─ Да, ─ кивает она. ─ Меня Роман Андреевич нанял.

─ Вот как… А у меня даже ничего не спросил, ─ бубню себе под нос.

─ Вас что-то не устраивает? ─ на лице Ольги тут же возникает волнение.

─ Нет, что вы! Да и что меня может не устраивать? Я ведь вас только сейчас увидела, даже не общалась с вами. Просто удивлена, что Роман Андреевич решил не обсуждать со мной эту тему, а решил все сам.

Хотя, почему я все еще удивляюсь подобному? Ваню не увез от меня, и на том спасибо.

─ Я готова ответить на любые ваши вопросы, ─ прежняя улыбка появляется на лице Ольги, и она протягивает руки к Ване: ─ Давайте мне его, я покормлю.

─ Лучше я сама, а то перепачкает еще вас. Стула для кормления у нас еще… ─ осекаюсь, когда вхожу на кухню, потому что стул-то уже есть.

Все Радов предусмотрел для сына: и комнату, и няню, и всевозможные принадлежности. И пусть сынок ничего еще не смыслит в этом, но вот я уже чувствую себя неуютно. В нашем доме у Вани тоже было необходимое, пусть и не в таком изобилии и не настолько навороченное. Но теперь мне кажется, будто я плохая мать, которая намеренно лишала сына всех благ.

Я обеспечивала Ваню всем, все контролировала, и только я была ответственна за него. А теперь я все больше лишаюсь контроля над ситуацией и своим сыном. Это сейчас он кроха, а через год, через два? Что будет, если мне не удастся навсегда скрыться от Радова? Буду слышать от сына, что ему у папы лучше, чем у нас, и он хочет жить с ним?

Да, пока Радов безапелляционно настаивает на том, что Ваня будет жить в его доме. Но пройдет немного времени, и он наверняка успокоится, отпустит нас домой. Просто будет видеться с сыном чаще, чем мне того хотелось бы. Чаще, чем никогда.

И если побег нам не светит, то я должна приложить все свои усилия и заставить Радова принять решение о том, чтобы мы с сыном жили отдельно. Но знаю пока, как это сделать, но что-то надо придумать. Например, поговорить с ним о том, как к такому раскладу вещей отнесется его жена. Просто уговорами я ничего не добьюсь, а вот если вызвать у него чувство совести перед семьей.

Боже, а если они все же развелись? На что мне давить в этом случае? Нужно как можно скорее разузнать эту информацию, чтобы начать действовать. Тянуть нельзя, иначе Радов может слишком сильно прикипеть к сыну, и тогда все станет еще сложнее.

Пока Ольга кормит Ваню, я завтракаю, попутно расспрашивая о ее опыте няни. И надо сказать, Радов, действительно, постарался с выбором няни для сына. Если бы я встретила ее в агентстве, то наверняка выбрала бы именно ее.

─ Спасибо, Тамара Сергеевна. Все было безумно вкусно, ─ благодарю я и иду к раковине помыть за собой посуду.

─ Соня, зачем ты руками моешь? Здесь ведь посудомойка есть, ─ одергивает меня Тамара Сергеевна.

─ Да мне ведь несложно, ─ пожимаю я плечами, намыливая тарелку. ─ Да и надо же мне чем-то себя занять. До этого я работала, или Ваней занималась. В квартире убиралась, в конце концов. А теперь как неприкаянная.

─ Ну, помой, если очень хочется, ─ смеется она и приобнимет меня за плечи. ─ Роман Андреевич о тебе так заботится. Вон, даже няню нанял, чтобы ты больше отдыхала.

Ага, заботится… Сына собрался отнять, а меня на работу отправить, чтобы я для него шпионила. Вот и вся его великая забота.

─ А, кстати, где сам Роман Андреевич? ─ интересуюсь я.

─ Так на работу уехал, ─ отвечает Тамара Сергеевна. ─ Я когда утром пришла, он с Ваней внизу возился. Попросил меня с ним немного посидеть, пока няня не придет.

─ Надо было меня разбудить, ─ с упреком отвечаю я. ─ Это ведь не входит в ваши обязанности, а Роман Андреевич бессовестно воспользовался вашей добротой.

─ Ну, что ты, Сонь, мне совсем было нетрудно, ─ улыбается она. ─ Мои внучата далеко, я их редко вижу, а мне с карапузом нянчиться одно удовольствие. Так что вообще не волнуйся на этот счет.

─ Спасибо вам, ─ искренне отвечаю я, но на душе становится грустно.

Столько в Тамаре Сергеевне доброты и заботы, что невольно возникают воспоминания о маме. Так не хватает мне ее… Интересно, если бы она сейчас была жива, с такой же радостью нянчила бы Ванечку. Думаю, да. Она всегда была доброй и ласковой со мной и Таей. И хоть мы росли небогато, да еще и в деревне, никогда не чувствовали себя обделенными. Мама стала еще больше работать, когда отец ушел от нас, но всегда находила время для нас сестрой. Но эта бесконечная жизненная гонка ее и подкосила…

─ Сонечка, ты чего это? ─ жалобно протягивает Тамара Сергеевна, замечая, как слезы бегут по моим щекам.

─ Да, вспомнила тут кое-что, ─ отмахиваюсь я, натянув улыбку, спешно смахиваю слезы и поворачиваюсь к сыну: ─ Ну, котик, ты покушал? Пойдем гулять?

─ Я могу сама с ним… ─ вклинивается Ольга, но я ее тут же перебиваю.

─ Нет-нет. Можете пока немного отдохнуть. Я хочу сама с ним погулять.

Ванечка ─ единственная родственная душа, кроме сестры. И сейчас мне просто необходимо побыть вместе с ним.

Собираю сына на прогулку и выхожу из дома, прихватив нашу коляску. Весна в самом разгаре. Деревья цветут, поют птицы, и все кругом зеленое-зеленое! И эту светлую теплую картину портят только охранники в черных костюмах, которые стоят по всему периметру дома и наблюдают за каждым моим шагом.

─ Мы с тобой как две птички в золотой клетке, ─ вздыхаю я, глядя на сына, который с улыбкой теребит подвесную игрушку. ─ Но, ничего, мы из нее обязательно выберемся. И будет у нас все так, как было раньше.

─ И откуда ты выберешься? ─ тяжелая ладонь ложится на мое плечо, а холод голоса Радова пробирает меня до костей.

─ Из проблем, что свалились на наши головы, ─ недовольно отвечаю я, задумавшись на пару секунд, и сбрасываю ладонь Радова со своего плеча.

─ У моего сына нет никаких проблем, ─ сухо произносит он, встав лицом ко мне. ─ А твои проблемы ─ они только твои. И ты сама нажила их на свою голову.

─ Ты ─ моя главная проблема, ─ шепотом отвечаю я, чтобы не разбудить Ваню, а он уже начал ворочаться в коляске из-за наших разговоров. ─ Просишь шпионить, чтобы меня засадили в тюрьму? Так ведь ты от меня легко избавишься.

─ Соня, я при желании могу избавиться от тебя прямо сейчас, и никакая тюрьма мне для этого не нужна, ─ насмехается он.

─ И все же, ты просишь меня сделать очень рискованную и опасную вещь. Ты же отдаешь себе отчет в том, что меня за это по голове не погладят?

─ А я и не собираюсь поручать тебе ничего криминального, ─ пожимает он плечами. ─ Я собирался обсудить с тобой это позже, но если тебе не терпится, то позови няню, пусть она гуляет с сыном, а мы с тобой поговорим. И, кстати, почему не она с ним гуляет, а ты?

─ Потому что я хочу проводить с ним время! Это вполне естественно, ─ хмыкаю я. ─ Потому что он для меня не какая-то игрушка, которую я хочу спихнуть на всевозможных нянь и довольствоваться лишь фактом, что у меня есть сын. Я нуждаюсь в нем, как и он во мне. Но тебе этого, видимо, никак не понять. Ты просто притащил его в свой дом, чтобы твое было при тебе. И все!

─ Я укладывал его спать прошлой ночью и утром был с ним, пока ты спала. Так что ты сейчас говоришь очень странные вещи, лишь бы упрекнуть меня хоть в чем-то. Потому что тебе сложно признать тот факт, что ты облажалась и хотела лишить ребенка нормальной жизни и любящего отца, ─ надменно отвечает Радов.

Виновато поджимаю губы и опускаю взгляд. На первый взгляд он, конечно, прав. Но долго ли будет это продолжаться? Поиграется с ним немного, и на этом все быстро закончится. Сейчас он играет роль хорошего и заботливого отца, возможно, чтобы просто меня уколоть. Но я-то знаю, что он совсем не такой, и меня он больше не обманет лживой личиной.

Глава 10

Молча ухожу, пока Радов покачивает коляску с сыном, зову Ольгу на улицу и, передав ей присмотр за Ваней, вместе с Радовым иду в дом в его кабинет.

─ Что ты от меня хочешь? Рассказывай, ─ тороплю его, пока он вальяжно стягивает с себя пиджак, галстук и расстегивает две верхних пуговицы на рубашке.

─ Присаживайся, ─ жестом руки он указывает мне на стул напротив его рабочего стола, а сам располагается в кресле.

Недовольно вздыхаю, но все же сажусь напротив Радова. Все, как в старые времена, когда он был моим боссом, а я ─ его помощницей. И если бы мне тогда сказали, что меня будет ждать через два года, я бы ни за какие деньги не согласилась на ту работу!

Уж лучше бы так и жила на съемной квартире, зато сейчас наверняка была счастлива с другим мужчиной, а не оказалась в такой ситуации. Правда, тогда у меня не было бы Вани, и сейчас я уже не могу себе представить жизни без него. И если я за что-то и благодарна Радову, так это только за сына.

─ Я слушаю, ─ вновь повторяю я. ─ Что надо будет делать?

─ Несколько месяцев назад кто-то слил информацию по проекту, ─ произносит он и вдруг прищуривается. ─ К которому ты, кстати, тоже была причастна. Первое, что я хочу узнать ─ кто именно слил информацию. Это будет непросто, но я уверен, что ты справишься. А, может, ты уже прямо сейчас сможешь дать мне ответ? ─ он изгибает бровь, а его надменный взгляд и жестокая ухмылка подсказывают мне, что он обвиняет во всем этом меня.

─ Ты это сейчас серьезно? ─ я просто не могу поверить своим ушам.

Конечно, он считает меня предательницей, которая ушла от него к Усманову, но обвинять меня в сливании проекта, который мы вели вместе ─ это уже предел.

─ Конечно, ─ уверенно кивает он. ─ Ты ведь работаешь на Усманова и в курсе его дел. К тому же ты не могла не заметить, что один из его проектов удивительно похож на мой.

Видимо, все-таки не меня обвиняет.

─ Я понятия не имею, о чем ты сейчас говоришь, ─ твердо отвечаю ему. ─ Я физически не могу быть в курсе всех дел Усманова. Вполне возможно, что я была в декретном отпуске, когда он реализовывал твой проект. Если это, конечно, вообще правда, и ты не решил его безосновательно обвинить в краже.

─ По-твоему, я идиот? ─ вмиг вспыхивает Радов и наклоняет свой корпус вперед, демонстрируя мне злобный оскал.

─ Я такого не говорила, ─ мотаю головой. ─ Но, согласись, ты предвзято относишься к Усманову. И только и делаешь, что ищешь повод его очернить.