Глава 40

Столичная резиденция Дома Живого Воздуха

Сфера остановила трансляцию изображения по жесту Айлиты. Глава Дома задумчиво улыбалась, накручивая на изящный пальчик смоляную прядь. В кабинете царила тишина, нарушаемая только сердитым сопением Арана.

— Да тут и гадать не надо! — взорвался глава Дома Камня, — девке кто-то помогает и я знаю кто!

— Поделись, если уверен, — скривившись как от зубной боли, процедил Канаку, — нам всем это чрезвычайно интересно.

Аран соскочил со стула, задев рукой край стола. Тяжёлый стол из красного дуба пошатнулся.

— Этсс, — прошипел Аран, яростно пиная стул— не мебель, а игрушка!

— Аран, — мелодично пропела Айлита, переводя взгляд на грубого главу. Скрывать раздражение становилось всё сложнее, — полегче, друг мой. Это драгоценная мебель, передаваемая из поколения в поколение. Ваш дом не расплатится во веки. А если ещё учесть оскорбление…

Айлита замолчала, в глубине её зелёных глаз вспыхнула холодная ярость, которая могла в любой момент вылиться на Арана. Глава Дома всё прекрасно понял. Он упёр руки в бока, показывая бугры мышц мощных рук, повёл бедром, словно случайно демонстрируя парочку кривых ножей в кожанных ножнах, прикреплённых к поясу. Айлиту это нисколько не напугало. Она хмыкнула, обнажая белоснежные зубы, и сложила пальцы в недвусмысленном жесте призыва бури.

В кабинете сгустилось гнетущее напряжение. Густое, как прошлогодний мёд.

— Разве сейчас время для споров и выяснений отношений? — бесцветный голос Магритта прошелестел осенним ветром, но этого хватило, чтобы противники опомнились.

Айлита, сладко улыбаясь, добавила в плетение бури ещё два пальца. По кабинету пронёсся весенний бриз, наполненный ароматами полевых цветов. Он развеял напряжение, остудил горячую голову вспыльчивого, но отходчивого Арана.

— Ты не обессудь, Айлита. Тесно мне в городе, тесно в ваших дворцах, — он покорно склонил голову в извиняющемся движении.

— Чем скорее мы решим проблему, тем быстрее ты вернёшься в свои горы, — миролюбиво проговорила Айлита, — поделишься своими соображениями? Кто, по-твоему, помогает девке из Манескера?

Рык Арана сотряс стены.

— Эдвард Денжиди!

Главы Домов недоумённо переглянулись. Аггаю, глава Дома Яростного Огня, удивлённо вскинул брови.

— Ург? С чего бы ему выступать за манескерского выродка? Какой у него интерес?

— А я знаю? — рявкнул Аран,— может отодрать её хочет? Кому могут быть известны мотивы поступков этого циничного ублюдка, кроме него самого? Но я нутром чую, что это ург сливает всю информацию девке.

— Хм, довольно нелепое предположение. Особенно если учесть тот факт, что Эдвард Денжиди отсутствует вот уже несколько дней. Кроме того, стоит взять во внимание, что дева Дома Вишни помогла девке выбраться из пустыни Такла-Макан, а испытание Богини инспектировал Мерл, то выходит совсем иная картина…

Дагондар многозначительно посмотрел на Канаку, бледного от едва сдерживаемой ярости.

— Договаривай, Дагондар. Ты же не всё ещё сказал, — прошипел Канаку, бросая взгляд на главу Дома Воды.

— Вы неплохо выиграли от поступка Элиан, верно, Канаку? — спокойно ответил Дагондар, — рейтинги Дома Вишни взметнулись до небес. Народ буквально молится на Элиан, называя её перерождением справедливой Богини. Боюсь, после обряда обрезания крыльев, народ начнёт возводить молельни в честь девы вашего Дома.

Главы Домов, ещё недавно солидарные в своём желании объединится против пришедшей из Манескера, сейчас находились в состоянии раздрая. Недоверие съедало, разрушая ненадёжный мир. Каждый подозревал каждого, вытаскивая на поверхность застарелые обиды и вражду.

Хрейдмар, окажись он здесь, ликовал бы, увидев, как великолепно сработала неопределённость.

Из-за стола поднялся Магритт. Молчаливой тенью прошёл к окну, отдёрнул тяжёлую штору и замер перед чёрным проёмом, глядя в снежную ночь.

— Магритт? — Айлита заинтересованно посмотрела на него, — брезгуешь дружеской потасовкой и спором?

— Имеет ли значение, от чего посыпались камни с горы? — ответил Магритт. Его равнодушный голос звучал шёпотом осыпающегося песка, — путник его столкнул, задел крылом горный орёл или сама несправедливая реальность запустила ход новой истории?

— Ты к чему завёл такой разговор? — хохотнул грубый Аран, усаживаясь на диван, засыпанный разноцветными подушками, — философствуешь опять? Не люблю философствовать на пустой желудок. Изжога мучает потом.

Магритт проигнорировал слова Арана, продолжив смотреть в тёмную ночь, в которой буянила снежная буря.

— В иллюзорном лесу пришедшая из Манескера справилась сама, быстро разобравшись с обманом. Первое испытание тоже прошла самостоятельно. Третье… кто сказал, что священная крупа нашего мира не является обыденностью её мира? Все двенадцать реальностей Календора схожи в целом и одновременно отличаются мелочами. То, что привычно нам, там редкость. И наоборот. Никто не помогает пришедшей из Манескера. Здесь играет эволюция, решившая запустить очередной виток смены поколений.

Главы Домов молчали, вслушиваясь в странные речи Магритта. Они знали, что хозяин Теней видит куда глубже, чем все остальные. Только Аран снова непонимающе скривился.

— Чё? Ты вот чего сейчас выдал?

— Не бери в голову, Аран, — очаровательно улыбнулась Айлита, — скоро подадут ужин. Я не дам такому здоровяку страдать. Изжога это ужасно!

Аран плотоядно улыбнулся, разглядывая красавицу Айлиту в соблазнительном газовом наряде, открывающем обширное поле для фантазий. Айлита подбодрила его взмахом длинных ресниц и Аран пропал, застряв в собственных грёзах. Большего Айлите и не надо было. Теперь он на некоторое время не будет мешать.

— Магритт, — задумчиво проговорила Айлита, — ты потерял интерес к борьбе за близость к престолу? С чего бы это?

— Это больше не имеет значения, Айлита, — прошелестел хозяин Теней, — скоро будет не за что бороться. Длинная зима, которая принесла слишком много снега и морозов, привела за собой и тварей, которых мы никогда не видели. Мадуры заходят во все владения, свободно разгуливают в окрестностях Каэрллиона. Трольды и сноварги появляются на склонах Суммишимы. Стеклянные комары нападают на людей. К нам идёт война, Айлита. Эволюция подключила свой любимый инструмент.

Магритт замолчал. Его тихие слова поселили ужас в сердца глав Домов. Они неотрывно смотрели на ровную спину хозяина Теней.

— Война любимый инструмент эволюции, — повторил Магритт.