Мишель отнял бинокль от глаз и потянулся всем телом. Он лежал на пригорке в кустах жимолости и третий час наблюдал за уединенно стоящим домом. Отсюда хорошо просматривались ворота и фасадная часть здания. Чтобы увидеть внутренний двор, нужно залезть на дерево. Но тогда наблюдателя самого могли заметить. Пока в полном обозрении не было необходимости, Мишель не хотел рисковать. Чтобы оказаться в этом месте, буквально в километре от дома, где обитал старший майор Столяров, ему потребовались полторы недели, упорство, терпение и капелька удачи. Без этой капризной особы в его профессии дело не обходилось. Многие из его товарищей называли ее положительное воздействие профессионализмом или интуицией, а отрицательное - их отсутствием. Мишель же предпочитал считать, что в любой тщательно разработанной операции всегда найдется никем не учтенный и не предсказуемый заранее элемент. Когда все проходит гладко, значит, повезло тебе, а не противнику. Вот и сейчас он чувствовал, что удача на его стороне.

Мишель въехал в Уругвай по французскому паспорту. В нем он именовался Шарлем Лантье. На самом же деле его звали Анатолием Ивановичем Маловеровым. Мишель был кадровым сотрудником разведки и носил звание старшего лейтенанта госбезопасности. В конце 1937 года его командировали в Испанию, где он несколько месяцев с успехом совершал диверсионные операции против франкистов, был ранен и переправлен во Францию. Излечившись, Мишель перешел под начало Николь как раз незадолго до начала операции «Племянник». В группе Крушевиной он отвечал за силовые акции и прикрытие.

Однако его основная специализация – физическое устранение и диверсии - до последнего времени не требовалась. Теперь же Николь поручила ему разработку силового варианта операции. И Мишель с большим энтузиазмом занялся тем, чему его учили и к чему готовили. Он в совершенстве владел искусством перевоплощения и мог полностью автономно существовать в любом городе. И открыто, и нелегально. К тому же он обладал навыками, позволявшими добывать средства для жизни самостоятельно, в том числе и криминальные. Вытащить бумажник у прохожего (при необходимости) для Мишеля не представляло особого труда. План захвата и вывоза Столярова в СССР не отличался особой сложностью. Да и сам Мишель уже однажды участвовал в осуществлении такого же захвата. И тот прошел вполне успешно, хотя и не без шероховатостей. И здесь, в Монтевидео, он без труда нашел исполнителей, используемых без посвящения в суть операции, так сказать, в тёмную. Приезд племянника должен подтолкнуть Столярова к переговорам. Предполагалось, что тогда и произойдет захват. Но Мишель не был бы собой, если не попытайся он самостоятельно осуществить поиски убежища беглого разведчика. Стараясь не слишком часто мелькать всюду, чтобы не попасть на прицел контрразведки, Мишель организовал или, точнее сказать, сплел целую сеть из агентов, по большей части несовершеннолетних, закрывших все места, где даже гипотетически мог появиться Столяров. Сам он, изображая коммерсанта, обеспокоенного тем, как наладить охрану привозимых товаров, посетил по очереди все без исключения частные охранные конторы. Его интересовали их возможности: количество охранников, их квалификация и технические средства. Этих предприятий насчитывалось не более дюжины. Крупные (меньшинство) и мелкие (большинство) имели офисы, банковские счета и публиковали рекламу в газетах. Прошерстив их всех, Мишель не нашел ни одного мало-мальски ясного следа. Он отдавал себе отчет в том, что Столяров мог нанять частных лиц без всякой лицензии на такого рода деятельность. Возможно, они были отставными военными. Тогда Мишель взялся за частных детективов. В Уругвае он не нашел крупных агентств, лишь одиночек, работающих на свой страх и риск. Как выяснилось, в основном их компетенция распространялась на слежку за неверными супругами и добычу доказательств неверности. При желании Мишель становился открытым и легким в общении парнем, сорящим деньгами напропалую. Он быстро налаживал контакт и переводил отношения в неформальную плоскость. В одном случайном разговоре собутыльник, спивающийся интеллигент, переменивший кучу профессий и подвизавшийся, наконец, на детективном поприще, посоветовал ему обратиться к Серхио Лазиро.

– Берет он много. Зато нет такого дела, которое он провалил бы, – заметил захмелевший детектив с некоторой долей зависти. – И Серхио знает всю подноготную этого города.

Следующим утром Мишель направился к Лазиро. Частный детектив жил там же, где работал. Первые две комнаты его квартиры представляли собой приемную и кабинет, а две другие - личные апартаменты. Дверь Мишелю открыла сердитая дама от тридцати пяти и старше в кухонном переднике поверх строгого платья. На ее красивом лице с большими оленьими глазами уже проглядывали перипетии и переживания прошлого, проявившиеся в качестве морщинок, но свежесть и упругость кожи на открытых частях тела позволяла предположить, что женщина еще может надеяться на будущее. Она не ответила на его улыбку и пожелание доброго утра, а просто махнула рукой, приглашая в приемную, почти пустую комнату с диваном и экзотическим растением в напольной вазе. Женщина оставила его одного. И Мишелю пришлось проскучать в ней не меньше получаса, прежде чем его тем же жестом не позвали в кабинет. Детектив сидел за столом и пил кофе из большой чашки. Видимо, ночь у него выдалась бурной. И выглядел сеньор Лазиро явно постарше своих сорока с небольшим лет. Черноволосый и загорелый, с ровно подстриженными усами, он, безусловно, имел успех у противоположного пола. Когда Мишель занял место в кресле напротив, детектив отставил чашку и сварливо поинтересовался, что того сюда привело. В свою очередь, клиент пожелал удостовериться в сохранении полной конфиденциальности. Серхио улыбнулся во весь рот. Зубы у него были белые и ровные.

– Вам придется мне довериться, сеньор, – сказал он. – У меня есть репутация и лицензия детектива. Мне доверяют свои тайны. И все знают, что я не проболтаюсь. На крови не клянусь и бумаги не подписываю. Я их вообще не веду. Было бы вам известно. Мы поступим так. Вы изложите свою просьбу. А я скажу, возьмусь за нее или нет. Вот и все.

Ни секунды не колеблясь, Мишель изложил свое дело: найти человека, не желающего, чтобы его отыскали. Объяснил, что он – старый друг скрывающегося. И родственники попросили его разыскать. Есть только одна тонкость. Этого человека прикрывает контрразведка.

Серхио Лазиро выслушал его, закурил сигариллу и окутался табачным дымом. Мишель молча ждал.

– Я берусь выяснить о вашем друге, – сообщил он после затянувшегося раздумья. – Обычно всё, связанное с политикой или разведкой, для меня табу. Не хочу оказаться в тюрьме или еще хуже, на кладбище.

Мишель хотел запротестовать, что дело отнюдь не политическое, но Серхио энергичным жестом его остановил.

– Повторяю. Берусь! Мне самому интересно: смогу ли я что-то накопать? За работу я возьму с вас пять тысяч американских долларов. Две с половиной – аванс. Как его получу, то и начну. Гарантий не даю, аванс не возвращаю. Таковы условия.

– Другие работают за доллар в час, – ворчливо заметил Мишель, доставая бумажник.

– Вы же обратились ко мне, а не к другим, – парировал детектив. – Таковая сумма – плата за риск. Не согласны?

– Что вы! Согласен. Я ведь знал, что придется раскошелиться.

И действительно, торговаться не имело смысла. Либо что-то выгорит, либо нет. Мишель приготовился ждать результата, понимая, что может и не дождаться. На встрече с Николь он лишь намекнул на возможное продвижение в деле Столярова. Сам он, естественно, не сидел сиднем на берегу океана. Нет. Он постоянно дергал за все ниточки, тряся своих осведомителей. Однако выиграла ставка на Серхио Лазиро. Тот позвонил ему через восемь дней и пригласил к себе рассчитаться. Мишель ответил согласием и отправился к Лазиро. Он не боялся попасть в засаду, так как сразу же после первого посещения установил постоянное наблюдение за квартирой детектива. За самим Лазиро он, поразмышляв, решил не следить. Во-первых, тот был опытен в такого рода делах и, наверняка, обнаружил бы слежку. Во-вторых, Мишелю гораздо легче будет определить повышенную активность контрразведки около дома Лазиро и принять встречные меры.

В дверях его встретил сам детектив и сразу пригласил в кабинет. Мишель мгновенно почувствовал витающую в воздухе напряженность. Внимательно посмотрев на Серхио, он понял, что тот сам его боится. Потому и приготовился к обороне. Правую руку держал на столе так, чтобы легко выхватить оружие. Но Мишель вел честную игру. Он достал из бумажника стопку долларов и выложил их на стол.

– Все, как договаривались, – сказал он. – Теперь выкладывайте ваши карты.

Детектив немного расслабился.

– Я говорил вам, что записей не веду, - он выразительно выкатил похожие на маслины глаза. – О том, что и как делаю, клиентам не рассказываю. Я нашел вашего друга. Запишите адрес и как туда проехать.

– Говорите, я запомню.

Мишель достал атлас карманного формата, нашел нужную страницу и отметил место, которое ему назвал детектив, крестиком. Они скрепили завершение сделки рукопожатием, после чего Мишель ушел. Он не волновался за то, что Лазиро расскажет о нем. Тот взял деньги и, следовательно, с точки зрения властей, уже оказался замешанным в этом деле. Значит, для детектива лучше все забыть. И Мишель не сомневался, что тот так и поступит. Иначе тот не дожил бы благополучно до настоящего времени.

После получения адреса Мишель решил сам заняться его проверкой. Николь он пока ничего говорить не стал. Хорошенько подготовившись, без суеты и спешки, Мишель проник в указанное место. Оно было превосходно расположено. На самой дальней окраине города. В совершенно глухом лесистом уголке между двумя оживленными шоссе. Их соединяла покрытая гравием узкая дорога. Посередине дороги стоял уединенный дом. Он походил на европейский замок, выстроенный четырехугольником, с воротами, открывающими проход во двор. Штурмовать такой нечего и думать. А вот подловить на выезде очень даже может получиться. Теперь Мишель хотел убедиться, что лиса в норе. Ему повезло ближе к вечеру. На балкон, который возвышался над воротами, вышли люди: женщина и двое мужчин. Мишель навел на них бинокль. Один из них походил на Столярова, хотя часть лица скрывали солнечные очки. Мужчины стояли, склонившись и положив локти на перила. Все смотрели вниз. Женщина села на стул. Они о чем-то говорили и смеялись. Мишель вынужден был признать, что у Столярова железные нервы. Тот совсем не выглядел загнанным в угол беглецом. Мишель терпеливо ждал, затаив дыхание, когда тот повернется нужным ракурсом. И старший майор пошел ему навстречу. Выпрямился и снял очки. Мишель вздохнул с облегчением. Это был Столяров. Его приметы он помнил до мелочей. Ну вот. Одна проблема решена. Значит, будут решены и другие.

Он пролежал в кустах, пока балкон не опустел. Затем, осторожно пятясь назад, Мишель отполз подальше. Туда, где его уже нельзя никак увидеть. Взял лежащий рюкзак и убрал в него бинокль. Там же лежали пистолет и фляжка с водой. Он достал ее, напился и снова спрятал фляжку в рюкзак. Пришла пора возвращаться. Мишель поднялся на ноги и медленно, стараясь не оставлять следов, спустился с пригорка. Зайдя подальше за деревья, он положил рюкзак в заранее вырытую яму и прикрыл ее ветвями и травой. Мишель вышел на заросшую тропинку и направился по ней к машине, оставленной им в паре километров отсюда. Он уже преодолел половину расстояния, когда услышал шаги и замер. Ему наперерез по лесу шли два человека. Они находились ниже его и не смотрели вверх, поэтому ему повезло увидеть их первым. Мишель разглядел, что у мужчин, одетых в комбинезоны цвета хаки, на поясных ремнях висят кобуры. Спрятаться он не успевал, как и убежать. За минуту до того, как его заметили, Мишель быстро спрятал автомобильный ключ в ботинок. У него имелась домашняя заготовка на случай, если его обнаружат поблизости от дома Столярова. Пора было ее применить. Мишель достал из заднего кармана джинсов маленькую плоскую бутылочку джина и сделал большой глоток. Другой рукой разлохматил себе волосы, надеясь выдать себя за пьяного бродягу, заплутавшего в лесу. За свою одежду он не беспокоился, так как сильно изгваздался, ползая по земле. Мишель не успел спрятать бутылку в карман, как эти двое вышли прямо на него.

– Стой! – приказал крепко скроенный усатый мужчина.

Его спутник, более сухощавый и с усами меньшей длины, молча положил руку на кобуру.

– Кто ты и что здесь забыл? – грубо и резко спросил большеусый.

Очевидно, он был старшим.

– Ничего я не делаю. Просто гуляю. А что? Нельзя? - Мишель проговорил эти слова заплетающимся языком, точно выпил достаточно много.

– Разве ты не видел надпись? Это частная территория, – более спокойно продолжил мужчина.

Он понял, что бродяга не представляет опасности.

– Не видел никаких надписей, – громко и развязно ответил Мишель. – Вы кто? Сторожа? Так и сторожите. А я хожу, где хочу. Черт бы вас побрал.

Мужчины, как по команде, нахмурились.

– Лучше бы тебе не нарываться, – предупредил большеусый.

Он подал хороший совет, но последовать ему Мишель как раз и не мог. Раз его обнаружили, то вести себя следовало в точности, как пьяный и бестолковый бродяга. Чтобы ни у кого не возникло малейшего подозрения на его счет. Он не хотел, чтобы его привели в дом и там обыскали. Мишель пьяно качнулся и выставил вперед указательный палец.

– Слушайте меня, парни! Альваро по прозвищу Зубоскал ни перед кем не отчитывается. Никогда!

Тут он икнул.

– Понятно? Тогда убирайтесь с моей дороги!

– Смотри-ка, как заговорил этот пьяница, – весело обратился к большеусому смуглый.

Он, похоже, любил подраться.

– Что ж. Ты сам напросился, друг. Не обессудь.

– Да. Давай отучим его забираться на чужую территорию, – согласился большеусый.

– Так вы хотите драться? Сейчас я вам надаю!

Мишель принял боксерскую позу и изобразил жалкую попытку попрыгать. И мужчины заулыбались.

«Нет. Так не пойдет. В фарс нашу драку превращать не стоит. Нужно их хорошенько разозлить», - подумал он. Покачавшись из стороны в сторону, Мишель шагнул к большеусому и нанес ему удар в лицо. Не слишком сильный, но вполне чувствительный.

Тот, ахнув от изумления, взревел и впечатал свой кулак в грудь Мишеля. Он покачнулся. И смуглый ударом снизу уложил его на землю. Извернувшись, Мишель пнул смуглого по колену. Вышло болезненно. Дальше все пошло как по маслу. Охранники разозлились и стали избивать его по-настоящему: без жалости и снисхождения. Он же, подтянув ноги к животу и закрыв руками голову, якобы беспомощно вертелся под их ударами, а на самом деле не давал им возможности нанести реальные увечья. Устав, они отволокли его на дорогу и бросили, предварительно обыскав и обобрав. Они забрали не только бутылку, но и мелочь, лежащую в кармане. Напоследок ему настоятельно посоветовали впредь держаться отсюда подальше. Отлежавшись и полностью придя в себя, Мишель, кряхтя и хромая, неторопливо пошел к своей машине.

Поздно вечером он позвонил Николь и в нескольких словах передал все, что выяснил.

– Ты уверен? – спросила она. – Не ошибся? Ошибка может нам дорого стоить.

– Да, уверен. Это тот, кто нам нужен.

– Отлично!

В голосе Николь в первый раз за все время он услышал удовольствие.

– Можешь приступать к активной фазе. Но будь осторожен. Не сомневаюсь, что Столярову доложат о тебе. И он сообразит, что появление бродяги неспроста.

– Мало ли в округе бродяг. Мы не перегибаем палку, опасаясь его? Столяров, он что, всевидящий?

Николь ответила:

– Ладно, попытайся.

Мишель удовлетворенно повесил трубку. Команда отдана. И он берется за дело.