- Понимаем, - эхом отозвалась Мария Тольме.

- Тогда излагайте протокол своими словами. В соболях, как я понимаю, была та самая Амалия Йергенсен?

- Да, госпожа коммандер, она. Такая… страшная, - впечатлительный Фридрихсен передёрнулся.

- Просто у неё вся внутренняя злость на лице написана, - пожала плечами его подруга. – В общем, выяснилось, что господин Йергенсен жив только условно.

- В смысле? В виде призрака? – улыбнулась Лавиния.

- Нет, гораздо хуже. У него два года назад был обширный инсульт, и он полностью парализован ниже шеи.

- Овощ? Мозг задет?

- В том-то и дело, что нет, - ответила Мария печально. – Он понимает, что ему говорят, может отвечать глазами, но… кто там будет смотреть, два раза он моргнул или один? Ничего не скажешь, за ним ухаживают, две сиделки при нём, маг-медик приезжает раз в две недели, а всем домом управляет та самая… злыдня в соболях.

- Насколько мне известно, последствия инсульта вылечиваются, если не запускать, - медленно проговорила Лавиния.

- Да, госпожа коммандер. Господин гранд-полковник так и сказал, и вызванный им маг-медик из Королевского госпиталя это подтвердил. Йергенсена сразу и увезли…

- Так, понятно. Неясно другое: а ей это зачем? Вроде бы основное состояние семьи – это было её приданое, так?

- Не так. Она, Амалия эта, когда поняла, что лавочка накрылась, со злости такого наговорила!.. – Юхан возвёл глаза к небу и причмокнул. – Оказывается, все её деньги из приданого кончились за первый год брака. Её отцу принадлежало несколько металлургических предприятий, и у него был госконтракт на поставки, за счёт этого семья и была богатой. Потом госконтракт закончился…

- Из-за понижения качества металла, - добавила Мария. – Этот самый отец Амалии, господин Перссон, стал использовать в производстве менее энергоёмкие кристаллы, и температура в печах понизилась. На несколько градусов, но, как я поняла, это было критично. Ну вот, а потом он помер…

- От огорчения, - вполголоса добавил Юхан.

- Неважно от чего, - отмахнулась Мария. – Важно, что в завещании, оказывается, наследником указан Йергенсен, а вовсе не дочка Амалия, бывшая Перссон. Амалия в качестве обязательной доли наследства получила городской дом плюс счёт в банке, а заводы пошли под управление Йергенсена. Он вышел в отставку, заводы взял в свои руки и опять добился госконтракта, и заработки вернулись к прежнему уровню. Но от напряжения, видимо, его достал инсульт, очень тяжёлый. Мог и не выжить, а Амалия в этом не заинтересована.

- Почему?

- Потому что по завещанию Йергенсена ей положена вдовья доля, конечно, но в виде специального фонда. Фонд ей должен выплачивать определённую сумму в месяц, а основные деньги она трогать не может. А завод достаётся племяннику! Поэтому Амалия поддерживала существование мужа, но мага-медика к нему не вызвала, очень уж он ей надоел.

- Стоп! – Лавиния подняла ладонь. – С Амалией всё понятно, она к нашему делу отношения не имеет. Вы задали Йергенсену вопрос по нашему делу?

- Нет, госпожа коммандер, - честно ответила Мария и вздохнула. – Потому что не успели придумать, что самое важное у него можно спросить, а задать второй вопрос нам бы не дали. Но мы узнали, куда его положили, какой прогноз…

- Благоприятный! – встрял Фридрихсен.

- Да, благоприятный! – Мария кивнула. - А господин гранд-полковник сказал, что позволит нам пойти туда вместе со следователем по делу… как же он сформулировал? О недобросовестном управлении имуществом, оставлении без необходимой помощи и… что-то там ещё было.

- Неважно, - отмахнулась Лавиния.

- Ага. В общем, нам позволят туда пойти и задать вопрос. И… мы хотели с вами посоветоваться, госпожа коммандер, какой самый важный вопрос можно задать бывшему майору Йергенсену?

- А вы сами как считаете? – прищурилась Лавиния.

Стажёры переглянулись.

- Мы… - Мария ещё раз взглянула на Фридрихсена, тот кивнул. – Мы считаем, что улики и всякие результаты осмотра можно посмотреть в протоколах. И кстати, он же не один там был, майор – глава группы, значит, надо выяснить, кто был в этой группе, и расспросить их. А у него самого я бы… мы бы в первую очередь выяснили, где и как он искал следы мастера Скиммерса. И продолжить эту работу.

- Где и как? У человека, который может только моргать? – Лавиния усмехнулась. – У вас как с ментальной магией?

- У меня никак, - честно ответил Фридрихсен. – У Тольме есть чуть-чуть, но не настолько, чтобы мысли читать. Да и кто бы нас допустил с ментальной магией к человеку с последствиями инсульта?

- Тоже верно… Ну хорошо, насчёт Йергенсена подумаем, может, и не стоит его беспокоить. Насчёт других участников группы вы выяснили, кто там был, и где они сейчас?

- Да, госпожа коммандер! Один ушёл на пенсию и уехал куда-то далеко, в Новый свет, а двое ещё служат. Мы сегодня встретимся.

- Хорошо, молодцы. А что с пассажирами «Милости Фрейи»?

- Ой, там совсем непонятно, госпожа коммандер! Значит, пятнадцать пассажиров… Я начну с супружеских пар, значит, те, которые были с подростками, мальчик тринадцати и девочка четырнадцати лет, - тут Тольме фыркнула. – Я так поняла, что это гиперактивные подростки, которые интересуются всем на свете примерно на одну минуту. Сойдя на берег, они потащили родителей к маяку… Там старинный маяк, ему лет шестьсот…

- Шестьсот двенадцать, - поджав губы, поправила его Тольме.

- Шестьсот двенадцать, - повторил её напарник. – Это примерно километра полтора от того места, где причаливала «Милость Фрейи», так что они никак бы не успели зайти в антикварный и провести там какое-то время.

- Не говоря о том, что присутствие таких подростков полностью исключает любые тайные действия, - кивнула Лавиния, и вновь вспомнила о завтрашнем приезде родных.

«А вдруг вот прямо сейчас упадёт мне в руки магвестник, и вызовет меня Равашаль, и отправит в срочную командировку куда-нибудь… в Сиам!» – размечталась она на мгновение, потом повернулась к стажёрам и приказала:

- Продолжайте, Тольме.

- Ещё две супружеских пары объединились и пошли в местный ресторан. Довольно известное заведение, специализируется, естественно, на рыбных блюдах. Ресторан находится на другом конце набережной от антикварного, минут пятнадцать ходу, а из четверых участников обеда ни один не исчезал больше чем на пять минут.

- Понятно, попудрить носик ходили.

- Дальше, три немолодые дамы. Праздновали не то день рождения одной из них, не то какую-то крупную покупку другой… В общем, на борту заказали бутылку шампанского, а во время остановки в Дрёбаке пошли гулять. И каким-то образом объединились с последней из всех супружеской парой, постарше прочих. То есть, получилась компания из четырёх дам и одного мужчины.

- Мы их нашли, - перехватил нить Фридрихсен. – Ну, не всех, конечно, мы отыскали двух пожилых дам из трёх. Вот они сказали, что третья как раз им ни разу не подруга: они всего лишь вместе сели на корабль, ну, и разговорились. И шампанское заказала именно она, и с теми самыми супругами, Петером и Эленой Мюллер, она была знакома заранее.

- Имя, описание?

- Назвалась Элеонорой Солтберг из Перта. Возраст не называла, но по предположениям её временных подружек, лет ей много. Куда больше, чем хочет показать, куда больше, чем обеим старушкам, вместе взятым. Выглядит… так обыкновенно, что глаз соскальзывает.

- Похоже на заклинание рассеяния внимания, - добавила Тольме.

Юхан Фридрихсен вытащил блокнот и зачитал:

- Рост примерно метр шестьдесят, подтянутая, волосы чёрные с проседью, кожа белая, чуть желтоватая, чистая; глаза небольшие, глубоко посаженные, тёмно-карего цвета. Уши без мочек. Руки и ноги небольшие, пальцы короткие и ногти такие… широкие, словно поперечные. Некрасивые, - он вскинул глаза. – Это дословно так сказала госпожа Вальвен, у неё маникюрный салон.

- Госпожа коммандер, - Мария начала и остановилась.

- Что?

- Мы… изучали ваши недавние дела на последнем курсе, и потом, когда нас взяли в магбезопасность. Мне показалось, что эта женщина, Солтберг, похожа на ту, которую вы поймали. Марту Яначекову26. Это… не может быть она?

- Нет, - твёрдо ответила Лавиния. – Не может. Марта ушла туда, откуда не возвращаются, и глава факультета некромантии университета Валахии лично проследил, чтобы так и было. А кроме того, - она усмехнулась, - скажите-ка мне, господа дипломированные специалисты, какие параметры остаются неизменными при наложении многослойной личины?

- М-м-м… - протянул Юхан. – Пол, рост, цвет и разрез глаз…

- Отпечатки пальцев, хотя это не так важно в данном случае, - продолжила Мария. – Ауру можно замаскировать, хотя это и сложно, но какие-то детали остаются всё равно. Всё?

- Практически всё, - кивнула Лавиния. – Ещё очень часто те, кто пытается изменить внешность, забывают о форме ушей, а это очень индивидуальная черта. И здесь в описании был один параметр, который к Марте бы категорически не подошёл, даже если бы она смогла вернуться от Тёмного. У неё были очень длинные ушные мочки. Так что это не она, и довольно о ней. Итак, в первую очередь нас интересуют трое: Элеонора Солтберг, Петер и Элена Мюллер. Что вы о них узнали?

- Почти ничего, господа коммандер. Солтберг ни в одном отеле Свальбада не останавливалась, а Мюллеры две ночи прожили в «Континентале». В карточке гостя указали, что прибыли из Монакума и далее следуют в Христианию.

- Ну что же, неплохо, - Лавиния внимательно посмотрела на каждого из стажёров; взглядов те не отвели. – Отправьте железнодорожникам и компаниям воздушных перевозок описания и имеющиеся снимки, но особо на это мы рассчитывать не будем. Таким элементарным образом эти люди – если они именно те, кто нам нужен! – не попадутся.

- А… А что же тогда мы будем делать?

- Мы будем искать возможность обратиться к первоисточнику! – торжественно сообщила Лавиния.

- В смысле, - продолжал недоумевать Юхан.

- В смысле, разыскивать мастера Скиммерса, балда! – прошипела Мария и дала ему подзатыльник.

- Совершенно верно, - кивнула Лавиния. – И ещё не следует забывать, что вчера должен был вернуться с ярмарки в Оденсе тот самый ученик мастера Скиммерса, который уехал в деревню, да там и остался. Я бы начала именно с него.

- Сегодня, госпожа коммандер? – подался вперёд Юхан.

Тут Лавиния задумалась. На часах половина шестого – тьфу, опять она про обед забыла! Стажёры-то готовы работать хоть бы и поздним вечером, и ночью. Но этот самый бывший ученик, Вестергаард, уже сорок лет ведёт крестьянский образ жизни. А значит, рано ложится и рано встаёт. Никакие технологические улучшения земледелия не заставили крестьян жить иначе. До той деревни, Нюгхорда, от Христиании надо доехать, да там найти нужный дом. Как ни крути, часа три уйдёт, и получат они вместо добросовестного свидетеля – недовольного, а то и озлобленного человека, который только и будет бубнить «ничего не помню».

- Нет, - резюмировала она. – Завтра с самого утра, как можно раньше. В поле работы у них сейчас нет, но без дела никто не сидит. Нужно поймать Вестергаарда до того, как он уйдёт из дому. И вот что… Старшим с вами пойдёт лейтенант Ханссен. Надеюсь, не нужно объяснять, почему?

- Нет, госпожа коммандер, - солидно ответил Юхан. – Стажёры в глазах публики не котируются, а вот офицер…

- Верно. Так что сейчас домой, ужинать и отдыхать. Можете предварительно составить список вопросов к Андреасу Вестергаарду.

- Прислать его вам на согласование?

- М-м-м… Нет, - мотнула головой Лавиния. – Работайте сами.

Проводив стажёров к стационарному порталу, Лавиния вернулась в кабинет, связалась с лейтенантом Ханссеном, изложила ему задание на завтра и отодвинула от себя коммуникатор. Уселась удобно в кресле, откинулась, заложив руки за голову, и отпустила мысли плыть свободно. Иногда это давало отличный результат.

Итак, сорок с небольшим лет назад король Ингвар взошёл на престол. Коронные артефакты приняли его не сразу, и его величество долго болел. Подготовку к встрече с артефактами осуществлял глава Гильдии, тогда – мастер Скиммерс. Что могло пойти не так? Или всё шло как раз по плану, и трудности слияния с мечом, троном и прочим – это нормально? А если так, то почему Скиммерс опасался, что его обвинят в небрежении обязанностями? И кстати, кто?

Эта мысль так стукнула Лавинию, что та открыла глаза и выпрямилась.

- Кто обвинял главу Гильдии? Это ведь не воришку на базаре за рукав схватить, Гильдия артефакторов приносит королевству Дания и Норсхольм до четверти валового продукта! И, если Скиммерс понял, что ему грозят неприятности, испугался и сбежал, значит, это угрожал ему кто-то серьёзный.

Гудки в коммуникаторе шли, но экран долго оставался синим. Наконец появилось раздражённое лицо гранд-полковника Мазовски.

- Побойся богов, Лавиния, сегодня первый раз за месяц, когда я домой собрался раньше полуночи! Ну, что тебе?

- Кто обвинял Скиммерса в том, что он плохо подготовил короля к принятию артефактов?

- А?

Лавиния терпеливо повторила вопрос. Мазовски пожевал губами и сморщился.

- Не помню, конечно. Это ж не вчера было!

- Можешь узнать?

- Могу. Тьфу ты, опять работать! Сейчас свяжусь кое с кем… но ты будешь должна, поняла?

- Прочту лекцию твоим сотрудникам на любую тему, - быстро ответила Лавиния. – Вот это дело закончим, и сразу прочту.

- Ладно, договорились…

Экран погас.

Коммандер попыталась снова войти в то же состояние, но, похоже, момент был безнадёжно упущен. Мысли летать не желали, а шлёпнулись на землю и упрямо возвращались к завтрашнему приезду родственников. Лавиния махнула рукой и отправилась домой.

ГЛАВА 12

За завтраком Марджори внимательно посмотрела на свою работодательницу и подругу и спросила:

- Ты собираешься контролировать подготовку дома к приезду гостей?

- Нет! – твёрдо ответила Лавиния.

- Почему?

- Потому что Бакстон проследит за этим всем гораздо лучше, а я пока займусь делом. До прибытия «Клеопатры» можно успеть очень многое. Кстати, из архивов что-нибудь пришло?