- Так это… что ж курьера-то казённого гонять? Давай так, я через пару дней буду в Христиании и зайду, только номер коммуникатора дай.

Ханссен протянул ему визитную карточку, и молодые люди обменялись рукопожатиями.

Поблагодарив капитана, офицеры спустились на причал и пошли к набережной.

- Слишком всё просто, - покачала головой Лавиния, когда они отошли от «Милости Фрейи». – Прямо вот полный рот плюшек нам напихали и кремом сверху полили.

- Не понял… вы считаете, что Фридели нас обманули?

- Вряд ли. Но я почти уверена, что эти снимки мало что нам дадут. Ну, поглядим, что ещё смогут выудить из матросов наши юные коллеги…

Юные коллеги, то есть стажёры Фридрихсен и Тольме, в этот момент как раз говорили с матросами с «Милости Фрейи». Ну, как «говорили» – они только что честно выиграли у этих самых матросов три партии в дартс и три в армрестлинг, и получили право спрашивать. Поэтому Мария Тольме этим правом воспользовалась, а её сокурсник Юхан Фридрихсен переводил дух и записывал.

Распрощавшись с членами команды корабля, стажёры неторопливо побрели по набережной к месту встречи со старшими товарищами.

- Как ты думаешь, мы узнали что-то полезное? – спросил Юхан.

Мария пожала плечами.

- Мы узнали всё, что смогли вспомнить эти ребята. А что сразу не вспомнили, то я немножко подтолкнула, чтобы само с языка скатывалось. Другое дело, окажется ли это полезным…

- Хотел ведь я поступать в Академию в Лютеции, - Юхан вздохнул. – Мама вцепилась, мол, нечего в чужой город ехать, наш университет ничуть не хуже Коллежа Сорбонны… А мог бы у госпожи Редфилд учиться!

- Так что ж, у тебя есть такая возможность, - усмехнулась его подруга. – Учись! Вон, кстати, и коммандер, и Ханссен с ней. Стоят у памятника королю Густаву.

- Рассказывайте, - приказала Лавиния.

Откинулась на спинку неудобного диванчика в кафе, куда они зашли все вчетвером, прикрыла глаза и внимательно слушала всё, что Мария излагала. Девушка успела продумать и немного систематизировать полученные сведения, так что Лавиния одобрительно кивала время от времени. Когда Мария замолчала, коммандер открыла глаза и уставилась в окно, словно и не видя площадь за ним, карусель, толпу детей, идущих из школы…

- Хорошо, стажёры, - сказала она наконец. – Молодцы. Ханссен, вы заметили что-нибудь интересное?

- Да, госпожа коммандер.

- Слушаю вас.

- Капитан любого судна пассажиров видит мало, на «Милости Фрейи» его дело – курс и штурвал, - начал лейтенант осторожно, словно нащупывая путь. - Стюард общается с ними в баре и немного на палубе. Матросы – на палубе и возле трапа. Так?

- Угу.

- Значит, они видят пассажиров с разных позиций. Капитан сказал нам, что между собой пассажиры знакомы не были. Стюард – что одна из супружеских пар выпивала вместе с двумя мужчинами, а три немолодых дамы делали громкие замечания детям.

- А матрос… м-м-м… Нильсен сказал, что на берег эти дамы отправились вместе с теми двумя, которые не хотели делать снимки, - включился в обсуждение стажёр Юхан Фридрихсен. - И дальше они вроде бы пошли вместе. Пошли на юго-восток, то есть, в сторону интересующего нас антикварного магазина.

- Получается, что всё равно проверять нужно всех, - вздохнула его подруга.

- Проверять нужно всех, безусловно, - кивнула Лавиния. – Причём не только в этом случае, а всегда – если человек, гном или эльф… да хоть бы и орк! – попал в поле зрения в момент совершения преступления или подготовки к нему, значит, нужно удостовериться в том, что это случайность. Поэтому мы все сейчас отправляемся в Христианию, мы с лейтенантом будем искать возможности организовать беседу с бывшим майором Йергенсенем, а вы, стажёры… - она внимательно посмотрела на молодых людей. – Вы должны узнать о пассажирах круиза «Милости Фрейи» всё.

- Всё?

- Всё, что сможете.

***

В половине пятого Лавиния сидела в кабинете гранд-полковника Мазовски и изучала досье на Йергенсена. Стандартное досье, стандартная биография, в которой примечательных моментов было всего два: поступление в университет на юридический факультет и женитьба на племяннице Пауля Густаффсена, тогда главы столичной городской стражи, а ныне заместителя министра внутренних дел королевства Дания и Норсхольм.

Магический резерв у бывшего сотрудника магбезопасности тоже был средний, даже чуть ниже среднего, семьдесят две единицы по шкале Бен Бецалеля.

- Не могу понять, почему он вообще стал работать в Службе? – спросила Лавиния, захлопывая досье. – Типичный чиновник средней руки, ну, и шёл бы юристом куда-нибудь в большую компанию. Строительную или там торговую. Сюда-то зачем?

Мазовски хмыкнул.

- Мы пришли работать в магбезопасность одновременно, одногодки же. И ты не поверишь, он тогда горел работой! Вот примерно как твои сегодняшние стажёры, в первых рядах куда угодно, на любое задание. У него за первые пять лет службы резерв повысился на тридцать процентов, до девяноста с лишним.

- И когда… потух?

- После женитьбы. Как раз году в… тридцать восьмом? Тогда он раскрыл одно серьёзное дело, капитанское звание получил. По ходу расследования и познакомился с Амалией, а через год женился.

- Капитанское звание Йергенсен получил в тридцать девятом.

- Ну вот, значит женился в сороковом. А в интересующем нас сорок шестом году это уже был тот самый майор Йергенсен, которому поручали в основном дела, где нужно было лишь протоколы красиво писать.

- Понятно, - Лавиния взглянула на часы. – Тьма, опять весь день пробегала по делам. Скажи мне, ты говорил с Густаффсоном?

- Говорил, - гранд-полковник усмехнулся. – Очень удачно сегодня поймал его сразу после совещания в министерстве, сказал, что у нас дело государственной важности… Государственной же?

- Ну я же говорила, что код жёлтый.

- Так вот, господин заместитель министра проникся и обещал решить вопрос в течение двух дней. Или он потребует, чтобы Йергенсен явился сюда, или откроет нам доступ в поместье, если, например, отставник будет ссылаться на слабое здоровье или заметённую снегом дорогу.

- Ты думаешь, он не порталом добирается? – спросила Лавиния с сомнением.

Мазовски несколько секунд глядел на неё, а потом расхохотался.

- Драгоценная, ты правда считаешь, что любой смертный открывает порталы так же лихо, как ты, и в любую минуту?

- М-м-м… Наверное, ты прав, для кого-то это сложнее. Но это не моё дело, в конце концов. В течение двух дней – это приемлемо. Слушай, а ты магвестник Йергенсену повторно не отправлял?

- Нет, - гранд-полковник поморщился. – Он же отставник, формально мне не подчиняется, официальный вызов я отправить не могу. А по-приятельски писать - так мы сто лет не общались.

- Конрад!

- А?

- Не рассуждай, отправь вестник ещё раз. Напиши, что есть вопрос по старому делу, которое он вёл, вот и всё.

- Ладно, отправляю…

Белая бумажная птичка выпорхнула через открытую форточку. Прошла пара томительных мгновений, и в ту же форточку внесло горсть снежной крупы, а с ней вернувшийся вестник. Нет, два вестника! Одна из птичек упала перед гранд-полковником и растаяла, а вторая порхнула в руки Лавинии. Быстро проглядев сообщение, коммандер поднялась из кресла.

- Вернулась?

- Вернулась.

- Получается, что Йергенсен или мёртв, или сидит где-то в камере, полностью изолированной от магических потоков? В тюрьме для магов?

- Я уже ничему не удивлюсь, - Мазовски потёр ладонью загривок. – Даже тому, что его прекрасная в прошлом Амалия оборудовала такую комнату в том самом поместье и держит мужа там.

- Тогда она должна быть богаче некоторых королей, - хмыкнула Лавиния. – В общем, Конрад, этим ты занимаешься сам, а я должна вернуться в Лютецию.

- Что-то случилось?

- Можно сказать, что да. Сегодня на аукционе одна милая дама выкупила артефактный браслет, и, возможно, это предмет из того самого набора. Один из созданных мастером Скиммерсом. Я вернусь завтра, скорее всего… И вот ещё что: скорее всего, если артефакты массового ментального подчинения собирались использовать, то не здесь. Не в Дании, и даже, мне кажется, вообще не в Союзе королевств.

- А где же?

- Хотела бы я это знать! – ответила Лавиния уже из-за двери.

***

Конечно, Мазовски был прав, и коммандер Редфилд могла открыть портал практически в любое знакомое место, уж в Лютецию-то точно. Ограничивали её два обстоятельства: во-первых, как бы ни был велик её магический резерв, он не был бесконечным, и за сегодня уже изрядно подрастратился. Для восстановления нужна была хорошая еда и крепкий сон.

Второе обстоятельство – расстояния. Увы, но даже в хорошо знакомую, например, Барсу, Лавиния никак не могла перейти за один шаг, слишком далеко. А совершать в день больше двух, максимум трёх портальных переходов было категорически нельзя…

Поэтому она вознесла краткую благодарность Мейли18, богу путешествий, и воспользовалась стационарным порталом Службы магбезопасности, выйдя через точно такие же каменные ворота в здании Службы в Лютеции. Коротко кивнула дежурному, взбежала по лестнице и уже повернула к выходу… Вдруг остановилась, поднялась на второй этаж и прошла в самый конец коридора, к кабинету своего непосредственного начальника, бригадира Равашаля.

Секретарь, Этьен Тимоно, бывший оперативник, ушедший из полевой работы после ранения, посмотрел на неё вопросительно.

- Нет, не вызывал, - качнула головой Лавиния. – Но хотелось бы поговорить.

- У него гости из дворца, но уже заканчивают. Подождёшь?

Она села на один из стульев и вытянула ноги.

- Вроде бы и не так много ходила сегодня, чего они гудят? – пробормотала себе под нос.

- Кофе хочешь? – сочувственно спросил Тимоно.

- Нет, спасибо. Уже из ушей скоро будет выплёскиваться… Просто посижу.

Долго сидеть коммандеру всё равно не пришлось: она почувствовала из-за двери лёгкий отзвук творимого заклинания, после чего на столе секретаря загорелся зелёным кристалл. Тимоно встал и скрылся в кабинете, почти сразу вышел и кивнул ей на дверь.

- Иди. У тебя четверть часа.

Равашаль обнаружился не за письменным столом, а вовсе даже на диване. Вид у него был усталый, и Лавиния в который раз эгоистично порадовалась, что опять отказалась от повышения в звании и в должности. Стала бы она заместителем Равашаля, вот так же сидела бы весь день в кабинете среди бумаг…

- Кофе не хочу, долго отвлекать не буду, - отрапортовала коммандер, садясь в кресло. – Продолжаю копать историю с артефактами. У меня к тебе один вопрос.

- Спрашивай, - вяло шевельнул рукой Равашаль.

- Как ты считаешь, каким образом некто может применить тот самый артефакт массового ментального воздействия?

- Ну, уж точно не для того, чтобы внедрить в массы идею обязательного высшего образования… такие штуки редко используются для чего-то хорошего, сама знаешь. Я вообще не понимаю, за каким Тёмным понадобилось его создавать?

- По словам одного занятного персонажа, который сорок лет назад был учеником мастера Скиммерса, ментальное воздействие оказалось побочным продуктом, делал-то совсем другое. Ну, а раз уж выявилось дополнительное свойство, решил его исследовать…

Равашаль с сомнением хмыкнул.

- Ты в это веришь?

- Проверить можно единственным способом: найти Скиммерса. Я и ищу. Но на мой вопрос ты не ответил.

- А почему ты спрашиваешь?

Лавиния пожала плечами.

- Потому что у меня возникло… ну, назовём это предчувствием, что ли… так вот, возникло предчувствие, что если злоумышленник соберёт или заново создаст комплект, то применять его он будет не в Союзе королевств. Объяснить не могу, правда. Могу только порассуждать.

- Вперёд!

- Предположим, что артефакт невиданно сильный. Скажем, он может взять под контроль тысячу разумных. Где имело бы смысл это делать?

- Зависит от того, какова цель.

- Ну, до сих пор мне попадались лишь две разновидности преступников, - хмыкнула Лавиния. - Одних интересовали деньги и только деньги, вторых – власть и возможность получить деньги через эту власть. У тебя бывали другие?

- Бывали, конечно – ревнивцы, завистники… А помнишь, был вор, который крал драгоценности для личной коллекции?

- Мы же говорим о том, кому мог бы понадобиться артефакт ментального подчинения, и для чего. Так вот, продолжу рассуждать… - Лавиния встала и привычно заходила по комнате. – Массовые собрания разумных бывают, например, в театре или на концерте. В храме…

- Много ты знаешь храмов, где бы собралась тысяча прихожан?

- Тем не менее! В университетской аудитории. В казарме или на военных учениях. Где ещё?

- На городском празднике, например, в Перелом года, когда добрые жители Лютеции высыпают на улицы и веселятся ночь напролёт.

- И? – Лавиния остановилась перед сидящим Равашалем. – И что? Какой смысл что-то внушать в любой из этих ситуаций? Предположим, наш преступник пришёл в банк и внушил кассирам отдать ему все деньги, а охране – не мешать…

- Уже не выходит. Это два разных приказа, а чтобы отдать второй, нужно отменить первый.

- То-то и оно! К какой бы ситуации я ни прикладывала артефакт, он бесполезен. А вот если выехать с ним куда-нибудь южнее… сильно южнее… туда, где государством управляет религия…

- Ты хочешь сказать, что артефакт используют где-нибудь в Парсе? – Равашаль посмотрел в упор.

- В Парсе, в Магадхе, в Сиаме… В Империи Чинь вряд ли, там быстро такое заметят. Поговори с дипломатами и их разведкой, не замечали ли каких-то шевелений в опасных точках. Просто для того, чтобы знать, куда смотреть.

- Хорошо, поговорю. А ты?..

- А я продолжу работу.

***

Плюнув на приличия, Лавиния открыла переход прямо в кабинет Лавернье.

Тот был на месте. Как и в первый раз, напротив сидела его жена, а между ними на столе стояла открытая шкатулка. Коммандер шагнула вперёд, привычным жестом закрывая за спиной портальное окно, подошла к столу и заглянула в шкатулку. На когда-то белом, а сейчас чуть порыжевшем бархате подкладки лежал браслет с чёрным опалом. Знакомый рисунок, знакомый отлив металла…