Чонха молча шёл по лесной тропе. Он не мог отказать профессору Солу, поэтому просто шагал вдоль реки туда, где стояло дерево-хранитель. Но на сердце у юноши словно скребли кошки.

Он постарался представить, каково сейчас Канюль, которая не смогла открыть поле. Каким волшебником она может стать, если у неё так и не получится? Ведь не важно, насколько хорошо составлено заклинание или насколько сильны магические навыки: если она не сможет открыть поле, в остальном уже нет смысла.

«Но ведь она видела моё поле! Выходит, у неё есть талант к магии!» – подумал Чонха, а затем встряхнул головой: с какой стати он так сильно беспокоится о ней?

– Спокойно, это мысли, всего лишь мысли, – пробормотал Чонха. После встречи в Центральном отеле Чонха избегал Канюль.

Конечно, она об этом даже не догадывается, ведь он ни разу не подал виду. Но сегодня они встретились снова, и его голова вновь заполнилась мыслями о ней. Чонха вздохнул.

«А если бы мы всё-таки стали партнёрами…»

Тогда они могли бы вместе делать общее дело. Чонха завидовал Антхэ и Миран. Они всегда были рядом, могли доверять друг другу самые сокровенные тайны.

«А может, это не так уж и плохо. Может, не стоит специально подавлять свои силы и жить, вечно сдерживая себя».

Но, с другой стороны, Чонха прекрасно понимал, что это его осознанный выбор, который он сделал сам. Для Канюль не было никакой пользы оттого, что у неё появится партнёр, который мало того что интенсер, так ещё и просветитель. Это путь, обречённый на постоянные трудности и невзгоды.

Кому вообще можно предложить идти бок о бок по такому тернистому пути? Это определённо неправильно. К тому же вокруг Канюль вечно крутится Ли Санён. По крайней мере, он относится к ней лучше, чем она к нему.

«Он всё-таки не так опасен, как я. Хоть он и потомок падшей династии…»

– Эй, подожди!.. А можно помедленнее? Ночью взбираться на гору не так легко!

Услышав сзади голос Канюль, Чонха вернулся в реальность и обернулся. Только тогда юноша осознал, что всё это время он быстрым шагом шёл вперёд по лесной тропе в полном одиночестве.

– Тебе нужно поторопиться. А если не сможешь, мне придётся тебя тащить: у нас не так много времени, – сказал Чонха, сам не понимая, почему он ответил именно так. Мысленно он говорил ей совсем другие слова.

Канюль подошла, тяжело дыша, и пристально посмотрела на него:

– Я не заставляла тебя идти со мной. Это решение профессора, не буду же я с ним спорить.

– Ну, дело твоё, мне-то что. Дерево-хранитель растёт вон там.

Осталось совсем немного.

– А ты сам когда-нибудь видел будущее поля? – отдышавшись, спросила Канюль.

– Нет, ни разу, – помотал головой Чонха.

– И тебе никогда не было любопытно?

– Конечно же было. Просто мне кажется, что если я взгляну на будущее, то увижу не… – Чонха замолчал. Что он будет делать, если увидит, что в будущем его поле подвластно правителю? Поскольку Чонха боялся встретиться лицом к лицу с такой перспективой, он не мог стоять перед деревом-хранителем. – Мы пришли. – И юноша указал вперёд.

Канюль потеряла дар речи. Перед ними предстало удивительное зрелище. Огромное дерево заслонило всё ночное небо. Его ветви свисали до самой земли, и на каждой из них распустились белые цветы магнолии, лепестки которых сверкали словно звёзды.

– Это дерево магнолии, хранитель леса и нашей академии.

Каждый цветок был огромным, а безупречно белые лепестки, лишённые даже малейшего изъяна, образовывали восхитительные соцветия.

Зачарованная, Канюль шагнула под крону дерева. Ветви, плавно спускающиеся вниз от массивного ствола, создавали впечатление, будто она оказалась под куполом, сотканным из цветов магнолии.

– Это самое красивое, что я когда-либо видела… – сказала Канюль с восторгом.

Дуновение ветра принесло лёгкий, нежный аромат магнолий.

– Это дерево выглядит так круглый год – а всё потому, что оно пропитано магической энергией, – пояснил Чонха.

Глаза Канюль распахнулись ещё шире:

– Это поразительно!

– Ну ладно, хватит болтать, давай проведём ритуал предсказания, – поторопил Чонха.

Канюль тут же замолчала и подошла ближе. Вдруг юноша резко схватил её за руку.

– Ты чего? – Канюль с удивлением посмотрела на Чонха. Однако его лицо оставалось совершенно невозмутимым:

– Это тоже часть ритуала. Я всего лишь делаю то, что должен.

– А, поняла, – кивнула Канюль. В самом деле, в другой ситуации Чонха вряд ли стал бы так внезапно хватать её за руку.

– Теперь другой рукой коснись ветки дерева-хранителя и мысленно попроси показать будущее своего поля.

Канюль быстро протянула другую руку и схватилась за ветку.

– Вот так? – спросила она.

– Да, сойдёт, – ответил юноша.

Канюль закрыла глаза. Ветерок ласково перебирал её волосы.

Чонха с замиранием сердца следил за её лицом. Какое же будущее ей суждено увидеть? От этих мыслей его самого охватило странное волнение.

– Я хочу увидеть будущее моего поля, – как заклинание, тихо прошептала Канюль с закрытыми глазами, вложив в эти слова всю душу.

Но ничего не произошло. Белые цветы магнолии медленно покачивались на ветру, словно говоря ей, что у того, кто не способен открыть поле, нет и будущего, которое можно увидеть.

Канюль продолжала шептать с закрытыми глазами. Чонха поднял взгляд на дерево:

– О, дерево-хранитель, прошу, покажи будущее поля Пак Канюль.

Он прекрасно понимал, что, если Канюль вернётся в академию ни с чем и так и не сможет открыть поле, её ждёт исключение. А этого Чонха точно не хотел. Пусть они и не станут партнёрами, ему всё равно было интересно: каким же волшебником будет Канюль? Он был бы рад хотя бы издалека слышать о её достижениях.

Чонха снова тихо обратился к дереву:

– Если ты действительно меня слышишь, о дерево-хранитель, молю тебя: покажи этой девушке будущее её поля.

Но вокруг по-прежнему стояла тишина. Чонха открыл глаза. Ничего не изменилось.

«Неужели не вышло?»

И правда, он никогда не слышал, чтобы волшебник, не сумевший открыть поле, смог увидеть его в будущем. Юноша задумался и уже хотел позвать Канюль, как вдруг раздался шорох.

Это была ветка дерева-хранителя, за которую держалась Канюль. Не успел Чонха толком осознать, что происходит, как конец ветки, едва дрожа, издал резкий звук и бутон на ней раскрылся.

Затем и на других ветвях начали распускаться цветы. Чонха насторожился: никогда раньше дерево-хранитель не реагировало так бурно.

– Канюль? – Он слегка потянул её за руку, но девушка никак не отреагировала. Тем временем движение цветов дерева становилось всё более хаотичным. – Пак Канюль!

Вдруг дерево будто попало в эпицентр урагана: его ветви заколыхались из стороны в сторону, а на каждой из них с хлопками распускались новые цветы, и их свет становился всё ярче.

– Канюль! Открой глаза! – закричал Чонха, но девушка не реагировала. Что-то явно пошло не так. От дерева исходила мощная магическая энергия. «Если так и продолжится, эта сила поглотит нас обоих!» – подумал юноша. Магические волны, подобные тайфуну, почти обжигали его тело. – Канюль! – Преодолев очередной поток энергии, Чонха схватил девушку, заключив её в объятия. Он впервые столкнулся с чем-то подобным и не знал, что делать. Свечение дерева усиливалось. – Что происходит?!

С громким треском дерево вспыхнуло ослепительным светом.

Прижав Канюль к себе, Чонха зажмурился. Юноша чувствовал, как магия становится всё сильнее.

– Канюль, Канюль!

Они оба стали плавно подниматься в воздух… а потом внезапно наступила тишина.

Чонха открыл глаза:

– Что? – Он несколько раз моргнул, но ничего не изменилось. Их окружал только ослепительный свет, которому не было ни начала ни конца. – Что за чёрт… – Ни дерева-хранителя, ни Каонской академии больше не было видно. Вдруг Чонха услышал голос Канюль:

– Нет! Я не могу позволить ему здесь умереть!

– Канюль?!

Но девушка в его объятиях была без сознания.

– Ким Чонха! Ким Чонха! – продолжал звучать её голос. Почему же её голос наполнен таким отчаянием?

– Вставай! Я не могу оставить тебя умирать!

В тот же момент что-то невидимое обхватило руку юноши.

– Что… – Где-то глубоко внутри он вспомнил это чувство. Да, в тот день на вступительном испытании кто-то так же отчаянно звал его по имени и крепко держал за руку. Благодаря этому голосу и прикосновению он и смог выбраться из поля.

– Значит, сейчас… я слышу тот самый голос Канюль, когда она вытащила меня из разлома? – Чонха посмотрел на Канюль, всё ещё лежащую с закрытыми глазами.

– Ким Чонха! – С последним криком Канюль невидимая сила резко дёрнула его руку куда-то в сторону.

И в ту же секунду – ба-бах!

Что-то снова взорвалось, и свет, окружавший их, рассеялся, уступив место тьме. Теперь вокруг распростёрлась бесконечная пустота. Голос Канюль и её тёплое прикосновение исчезли, и юношу охватило дурное предчувствие. Он вспомнил, что дерево-хранитель показывает будущее, связанное с судьбой поля. Если это правда, то сейчас он видит будущее поля Канюль.

– Но как же так… ничего нет?

Даже самая малая деталь могла бы что-то объяснить. Но их окружала только пустота, бескрайнее ничто.

Отсутствие будущего означало лишь одно: у Канюль нет никакой судьбы, и он знал почему. Чонха опустил взгляд.

Дерево-хранитель ясно показало, что произойдёт с полем Канюль и её судьбой. Юноша тяжело вздохнул. Он не мог даже как следует взглянуть на девушку, лежащую у него на руках.

– Это всё из-за меня…

В момент усиления магической энергии Канюль вытащила его из разлома. А ведь они даже не были партнёрами. Это был беспрецедентный случай, и он никогда не задумывался о последствиях.

– Из-за меня… всё из-за меня…

Тьма рассеялась. Свечение дерева вновь заполнило пространство вокруг. Чонха не знал, сколько времени прошло, но на востоке уже начинало светать.

Они вернулись в реальный мир, но Канюль всё так же была без сознания. Чонха положил девушку на землю и дрожащей рукой коснулся её щеки.

– Канюль?.. – позвал он. Но девушка не шевелилась.

– Нет, нет, Канюль, пожалуйста, открой глаза! Прошу, очнись! – закричал он.

Канюль оставалась неподвижной, и их двоих окутывал слабый аромат магнолии.