– Ты правда встретил их в Центральном отеле? – с удивлением спросила Антхэ.

В комнате клуба было шумно, все готовились к уроку в вечерней школе.

Чонха, который собирал необходимые книги, кивнул:

– Вчера, увы, никого рядом не оказалось. После инцидента на железной дороге всех просветителей, которые там были, схватили. Мне ничего не оставалось, кроме как пойти самому, и я совсем не ожидал встретить там этих двоих.

– Да, это неожиданно. Я понимаю – Ли Санён, но я не думала, что наши дела интересуют Пак Канюль, – задумчиво проговорила Антхэ.

– Вот и я удивился. Кстати, а ты что-нибудь знаешь об этом Санёне?

– А что, должна?

– Да нет, – покачал головой Чонха и продолжил собирать вещи. Антхэ с минуту задумчиво смотрела на друга и наконец спросила:

– Разве не она вытащила тебя из той передряги?

Чонха вздохнул, сразу поняв, о чём идёт речь:

– Каждый раз удивляюсь, сколько человек уже об этом знают.

– Мы просто беспокоимся о тебе. Как долго ты собираешься жить без пары? Конечно, мы прекрасно понимаем твои опасения, но ведь слишком высокое и прямое дерево в конце концов сломается от ветра. Будь гибче.

– Слушай, ты же отлично знаешь, почему я не могу этого сделать. Правитель оставил меня в покое лишь потому, что сейчас я никудышный волшебник. Но если у меня появится партнёр…

Антхэ с грустью покачала головой:

– Я просто прошу тебя в первую очередь позаботиться о себе. Если с тобой что-нибудь случится, для нас это будет огромной потерей. Подумай наконец о том, чего ты по-настоящему хочешь.

– Ты права, но… – Чонха вдруг замолчал. Он и сам всё прекрасно понимал. Время, проведённое в Каонской академии, было для него чем-то вроде отсрочки. После выпуска все волшебники должны работать под началом правителя – и тогда Чонха действительно придётся сделать выбор.

– Честно говоря, я даже думал о том, что, если действительно не останется другого выхода, мне, возможно, придётся исчезнуть.

У Антхэ округлились глаза.

– Куда это ты собрался?! Даже не думай об этом! – выпалила третьекурсница.

– Поверь, для меня это будет лучшим решением! – твёрдо сказал Чонха.

Антхэ не смогла ничего ответить, поэтому просто закусила губу.

– Иногда мне кажется, что не будь я интенсером, то жил бы спокойно без всех этих терзаний, – тихо проговорил юноша.

– А что толку от таких мыслей? У каждого человека есть своё предназначение. А ты как раз в его поисках, как мне кажется.

Чонха горько усмехнулся:

– Точно, я такой человек, который даже партнёра себе найти не может. Сколько бы меня ни называли интенсером, в конце концов, я всего лишь никчёмный волшебник. И так будет всегда. В результате я никому не буду нужен.

На этот раз Антхэ не смогла ответить другу ничего вразумительного. Она не могла даже представить, каково это – родиться с лучшими качествами волшебника и самому же блокировать свой потенциал. К тому же идеальный партнёр постоянно находится рядом с ним, но Чонха не может к нему приблизиться.

«Наверное, сейчас ему трудно как никогда», – подумала Антхэ.

– Если раньше мы с вами изучали теорию, то с этого урока переходим к практическим занятиям по открытию поля.

Голос профессора Ра Мичжу эхом пронёсся по открытой площадке для практики. Предмет «Теория и практика открытия поля» вела профессор Ра, известная на всю академию своим звонким голосом. Студенты первого курса, а среди них Канюль и Санён, стояли вокруг одетой в традиционный костюм Ра Мичжу.

– Давайте вкратце повторим то, что мы изучили. Открытие поля – это придание чему-то нового значения своим собственным способом. Даже одно и то же пространство может иметь разный смысл в зависимости от того, какой волшебник его создал. Самый простой способ развернуть поле – это представить себе, как вы заполняете его тем, что вам нравится.

Открытие поля – основа волшебства. Не открыв поле, невозможно использовать магию, поэтому все студенты внимательно слушали, стараясь ничего не упустить.

– В основном магия в значительной степени зависит от силы духа самого волшебника. У каждого из нас есть инструмент, помогающий сосредоточиться. Он называется тотемным предметом или, по-простому, амулетом. – Профессор Ра вынула из своей сумки небольшую палочку с колокольчиком. – Это передала мне моя мать. Прошло уже больше двадцати лет, как я использую этот амулет в своей магической практике. – Она слегка встряхнула палочку, и вокруг разлился чистый звук колокольчика. – У каждого волшебника есть свой собственный, особенный амулет. Обычно это компактные предметы, которые удобно носить с собой. Хотя некоторые предпочитают вещи выше собственного роста, но таких магов единицы. Итак, для начала я продемонстрирую, как открывать поле.

Профессор Ра взяла амулет в руки и громко произнесла слова заклинания:

– Сходит и сходит, прямо с небес!

Колокольчик на палочке издал протяжный звон.

– Ветер и пыль поднимаются в вихре!

Слова заклинания сопровождались порывами ветра, поднявшего в воздух пыль с земли. Ученики стали щуриться, а Санён и Канюль крепко держались друг за друга, чтобы их не унесло ветром.

Но вскоре снова раздался звон колокольчика и буря мгновенно утихла. Ученики, тяжело дыша, приходили в себя. Партнёр профессора Ра быстро вышел вперёд и забрал у неё амулет.

– Теперь каждый из вас попробует открыть поле. Это будет ваше главное задание на экзамене в конце семестра, так что вам придётся усердно тренироваться, чтобы овладеть этой техникой.

При упоминании об экзамене лица учеников сразу погрустнели. Однако вскоре все собрались с мыслями и принялись за работу. Канюль тоже пыталась вспомнить наставления профессора и направить свои силы и никак не могла понять, что она делает не так.

Урок, начавшийся при ярком дневном солнце, продолжался до самого заката. Тут и там раздавались радостные крики тех, кто смог успешно открыть поле. Канюль хотела обернуться и посмотреть, но подавила это желание и снова сосредоточилась.

После очередной неудачи она тяжело вздохнула.

– Всё ещё пытаешься? Уже пора ужинать – может, хватит на сегодня? – спросил Санён.

– Дорогой селектор Ли Санён, вы что, уже так уверены в собственных силах? – буркнула Канюль, сосредоточенно сдвинув брови.

Юноша пожал плечами:

– Не то чтобы… Просто, когда не получается, иногда лучше сделать перерыв, разве нет?

– Да какой ещё перерыв?! Если не получается, нужно стараться ещё больше!

Она снова попыталась сосредоточиться, но мысли беспорядочно носились в голове.

– Канюль, вспомни: профессор говорила, что сначала нужно подумать о том, что тебе нравится. Если только злиться, даже то, что могло бы получиться, пойдёт насмарку.

Канюль лишь вздохнула и кивнула:

– Ты прав. – Она взглянула на небо, окрашенное алым закатом.

– Куда ты так торопишься? Ты ведь пока в самом начале своего волшебного пути, – заговорил Санён мягким голосом.

– Но мне почему-то кажется, что я должна успеть что-то сделать как можно скорее. Я ведь совершенно ничего не знаю о магии, в отличие от других.

– Чем больше спешишь, тем дольше будешь ходить кругами. Вспомни, как другие открывали поле.

Канюль задумалась. Первым в её памяти всплыл момент, когда Чонха открыл своё поле. Веер, словно по волшебству скользящий в его руке, оказался его амулетом. Затем в голове раздался и его голос, произносящий заклинание. Одновременно с этим открылось поле, похожее на бескрайний горизонт. Тогда Канюль не обратила внимания на многие детали, но теперь она увидела их в другом свете. Сможет ли она когда-нибудь открыть поле, столь же красивое и мощное?

– Санён, а какой у тебя амулет?

– Ого! Наконец-то тебя заинтересовала моя жизнь!

– При чём тут интерес? Просто вдруг подумала, что никогда не видела, как ты открываешь поле.

Санён потянулся к внутреннему карману, и в руках у него оказалась старинная и, похоже, довольно дорогая традиционная подвеска с тремя шёлковыми кисточками.

– Похоже, что-то очень ценное.

– Если не ошибаюсь, на него можно купить три-четыре хороших черепичных дома, – ответил Санён без тени сомнения.

– Значит, это твой амулет?

– Да. Хотя раньше он принадлежал другому человеку, но теперь оказался у меня.

– Другому? И кому же?

Санён грустно улыбнулся:

– Я тебе говорил, что ты очень похожа на одного человека?

– Нет… А что, правда похожа?

– Как две капли воды. Когда я впервые увидел тебя в трамвае, я опешил. В общем, амулет оставил мне именно этот человек.

– Оставил? Он куда-то уехал? – с любопытством спросила Канюль.

– Туда, откуда не возвращаются.

– Ой, прости! – Канюль в растерянности замолчала.

– Всё нормально – откуда тебе было знать? Я уже смирился. К тому же единственный способ почтить её память – это жить достойно. – В голосе Санёна всё ещё слышалась печаль, но в то же время он звучал твёрдо. – Ну что, хочешь посмотреть, как я открываю поле?

Канюль кивнула. Санён на мгновение задумался, а затем заговорил:

– Волшебникам обязательно нужен партнёр. Конечно, порой встречаются союзники, которые идеально подходят друг другу с самого начала, словно их свели сами небеса, но в большинстве случаев приходится постепенно учиться понимать и узнавать друг друга.

Канюль посмотрела на него с недоумением, не понимая, к чему он клонит, ведь до этого речь шла совсем о другом.

– Поле – это практически новый мир, который создаёт волшебник.

Чтобы понять его, нужно время. Его мысли, убеждения, вкусы…

– Что ты хочешь этим сказать, Санён? – спросила девушка. Карие глаза юноши внимательно посмотрели на Канюль.

– В день вступительного испытания ты увидела его поле и даже смогла вытащить его оттуда. Правда, тогда ты и сама ничего не понимала, но…

Разумеется, он говорил о Чонха.

– Да, ты тогда спрашивал, не захочу ли я заключить союз с таким интенсером, как он, – медленно проговорила Канюль.

– Верно. Я пытался понять, что у тебя на уме. Хотя на самом деле я хотел спросить о другом.

– И о чём же?

– Ну, просто… – Санён слегка улыбнулся. – Просто хотел спросить… А что, если твоим партнёром стану я?

Открытая площадка для занятий озарилась закатным светом. Где-то неподалёку слышался стрёкот цикад. А сверху было лишь высокое небо. Казалось, в этом мире сейчас остались только они одни.

– Даже если ты пока не увидишь моего поля – захочешь ли ты быть рядом и шаг за шагом узнавать меня, как это обычно и делают партнёры? Возможно, я не смогу слишком многого тебе предложить, к тому же из-за меня ты можешь оказаться в опасности. Но одно я обещаю точно: в любой момент своей жизни ты для меня будешь превыше всего остального, – сказал Санён.

Это были простые, но искренние слова. Если Канюль станет его партнёром, он наверняка сделает всё, чтобы сдержать это обещание.

– Конечно, я не прошу тебя ответить прямо сейчас. Просто хотел, чтобы ты знала о моих намерениях, – слегка улыбнулся, договорив, Санён, поднял амулет и тихо произнёс свой звук открытия: – В дивном мире этом давай сыграем партию с тобою!

Одновременно с этими словами открылось поле Санёна, и Канюль подняла голову:

– Ого…

Перед ними раскинулся мир, сияющий всеми цветами радуги. Он напоминал пространство внутри мыльного пузыря, к которому невозможно прикоснуться.

Канюль сразу поняла, что это поле Санёна: оно почему-то очень походило на него самого – словно повсюду блёстками была рассыпана его лучезарная улыбка.

Мир Санёна был совсем не таким, как у Чонха.

– Санён, это невероятно красиво!

От этих слов глаза юноши широко распахнулись:

– А ты… – не закончив фразу, он застыл с открытым ртом. Канюль тихо улыбнулась, и Санён наконец спросил: – Ты… видишь моё поле?! – У него вспыхнули щёки, и Канюль показалось, что ему это очень идёт.

– Не хочу говорить.

– Как это – не хочешь?! Скажи, я должен знать!

– Ты же сам говорил, что нужно узнавать друг друга постепенно. Я просто следую твоим словам.

Игривый ответ Канюль обескуражил юношу, и он растерянно посмотрел на неё, но было видно, что он доволен.

– Я подумаю над твоим предложением. Но сперва я должна кое-что сделать, – сказала девушка.

– Что именно? – спросил Санён. Канюль пожала плечами:

– Для начала мне нужно открыть своё поле. Как может волшебник, неспособный сделать хотя бы это, стать чьим-то партнёром?

– Подожди… То есть если ты откроешь поле, то…

– На сегодня хватит. Пока просто молись, чтобы у меня всё получилось.

Санён рассмеялся:

– Буду тебя ждать.