– А вот и общежитие. Пришла бы ты пораньше, я бы тебе всё показала, но скоро отбой, – сказала Миран.

Канюль задрала голову, чтобы получше рассмотреть высокое здание, наполовину погружённое в глубокую темноту и скорее напоминающее дом с привидениями, чем уютное жилье.

Миран открыла маленькую входную дверь – и перед ними оказалась крутая лестница.

– Тут есть и главный вход, но до нашей комнаты отсюда ближе.

Канюль шагнула на деревянные ступени, и они отозвались резким скрипом. От запаха застоявшейся пыли защипало в носу. Чтобы холодный воздух не задувал внутрь, оконные щели были заткнуты скомканной ветхой одеждой. Миран шла впереди, держа в руках небольшой фонарь.

– На первом этаже у нас общая гостиная. Со второго начинается общежитие. На каждом этаже есть ванная и туалет. Горячая вода включается только утром и ненадолго, поэтому, если захочешь ею воспользоваться, советую встать пораньше. Ну и, конечно же, экономь воду. Её должно хватить на всех.

Наконец лестница закончилась, и они пошли вдоль длинного коридора. Какая-то девушка закрывала большое окно, из которого дул морозный ветер. Увидев Миран, она поспешила поздороваться:

– Привет! Ну что, новички так и не появились?

– Вот последняя новенькая. – Миран указала на Канюль. – Проверки ведь ещё не было?

– Не-а, пока нет. Слушай, если это последняя новенькая, значит, она та самая, из-за которой ассистентке Мин пришлось вмешаться?

Похоже, слухи и правда быстро разносятся. У Канюль возникло неприятное ощущение, что она никогда не будет здесь своей, и девушка неловко отвела взгляд, когда незнакомка посмотрела ей прямо в глаза.

– Ну, удачи с ней, Миран.

В ответ та лишь пожала плечами и вместе с Канюль подошла к последней двери в самом конце коридора:

– Вот наша комната, заходи. Вещи можешь положить в шкафчик рядом с кроватью. Отбой в одиннадцать. Если к этому времени тебя не будет в комнате, то на проверке вычислят, что ты где-то шатаешься. Потом штрафные баллы, а потом тебя просто исключат. Так что, если не хочешь вылететь, веди себя как положено.

Канюль лишь молча кивнула.

– Ты последняя новенькая. Твоё место вон там, – сказала Миран, указывая на кровать у окна.

Всего в комнате было шесть кроватей. Три другие первокурсницы, которые уже молча разбирали свои вещи, и одна лежащая на кровати второкурсница уставились на Канюль, и она сделала вид, что закашлялась. Старый шкафчик оказался настолько маленьким, что в него с трудом смогла поместиться вся одежда и обувь. Очень жёсткая деревянная кровать громко скрипела. Канюль быстро оглядела комнату – у второкурсниц кровати были явно удобнее.

Как только она задвинула свой чемодан под кровать, дверь внезапно распахнулась.

– Вечерняя проверка, – объявил кто-то необычайно низким голосом.

Судя по нему, можно было предположить, что он принадлежит мужчине. Но это была женщина, и её белоснежные волосы словно светились в полумраке.

Миран встала с кровати, выпрямилась и доложила:

– Староста шестой группы Сим Миран. Всего шесть человек, присутствуют все. Никаких нарушений!

– Отлично. Все первокурсники пришли?

– Да, госпожа президент студсовета, все на месте.

– Хорошо, убедитесь, что они знают правила, – кивнула президент студсовета и направилась в следующую комнату.

Миран закрыла за ней дверь. Все первокурсницы, включая Канюль, были подавлены неожиданной атмосферой строгости. Лисье лицо Миран по-прежнему не выражало никаких эмоций.

– Итак, вы поступили в нашу академию. С этого дня вы официально волшебники. Это значит, что теперь вы отвечаете за все свои слова и действия. Волшебники гораздо более могущественны, чем вы пока думаете. – Миран обвела взглядом новеньких, и в этот момент в сознании Канюль всплыло заклинание, которое произнесла Мин Ханхи: это была действительно невероятная мощь. – Поэтому наша особая сила должна использоваться исключительно на благо жителей Каона, а не для личных целей. На территории академии действует специальный закон для волшебников, поэтому здесь вы можете спокойно использовать магию. Но, делая это за её пределами, вы рискуете попасть в большую беду, помните об этом. Всем всё понятно?

На вопрос Миран первокурсницы лишь переглянулись, и она продолжила тем же тоном:

– И ещё: если вы совершите какую-нибудь глупость, отвечать за неё придётся не только вам, но и вашим семьям. – Миран вновь оглядела первокурсников. Даже когда она сообщала такие неприятные подробности, её лицо оставалось спокойным. – Волшебники живут по гораздо более строгим законам, чем обычные люди, и должны нести такую же ответственность, поэтому вам всегда нужно хорошо обдумывать свои действия.

Лица у девушек стали серьёзнее. Все первокурсницы внимательно слушали, стараясь не пропустить ни слова.

– Все студенты Каонской академии подчиняются правителю, а это означает, что не важно, где мы и чем занимаемся – нас всегда видно и слышно.

Кто-то ахнул от удивления. Такая же реакция была и у Канюль. Она знала, что за волшебниками ведётся особый надзор, но степень его серьёзности и предположить не могла. Девушка вспомнила стражу, которую видела у академии сегодня утром.

– В общем, как-то так. Поэтому советую вам следить за своим языком и поступками, где бы вы ни находились. Если у вас есть секреты, надеюсь, что вы их тщательно скрываете. По любым вопросам всегда можете обратиться ко мне или Хонги.

– Хорошо, – тихо ответили первокурсницы.

– В любом случае добро пожаловать в Каонскую академию. Вы наверняка устали, поэтому давайте спать, – сказала Миран напоследок, глядя на новых студентов.

Как только Миран выключила фонарь, который до сих пор держала в руках, в комнате наступила кромешная темнота. Канюль быстро стянула с себя одежду и забралась под одеяло. Её кровать стояла ближе всего к окну, и дыхание зимы ощущалось как никогда близко. Девушка натянула одеяло до самого носа, но теплее от этого не стало. Когда глаза более или менее привыкли к темноте, она увидела за окном раскинувшееся над Каоном ночное звёздное небо.

Канюль подумала о своём родном городке Миримэ. Ей хотелось думать о нём ещё какое-то время, но долгий тяжёлый день отнял все силы, и она почти сразу провалилась в сон.