Проливной летний ливень стеной обрушился на город, смывая лоск со столичных проспектов и превращая старые переулки в грязные потоки. Кира сидела на облупившемся подоконнике своей старой коммунальной квартиры на окраине. Пахло сыростью, старыми книгами и дешевым стиральным порошком — запахи ее прошлой жизни, от которой она успела отвыкнуть в роскошном особняке Адриана.

Благодаря Гордову операция прошла идеально, и пожилая женщина быстро восстанавливалась. Он сдержал слово: счета реабилитационного центра оставались оплаченными. Кира была бесконечно благодарна за это, но цена спасения оказалась непомерно высокой — её собственное сердце лежало на полу особняка, растоптанное ледяным недоверием человека, которого она успела полюбить.

Она посмотрела на свои пальцы. Смычок казался чужим и тяжелым. Весь этот месяц пресса буквально распинала ее имя на главных страницах. Интернет-пользователи соревновались в оскорблениях, называя ее «проданной матерью» и «содержанкой-аферисткой». Но страшнее всего были не комментарии чужих людей. Страшнее всего было ночное видение: плачущая Лика, протягивающая к ней ручки из полицейской машины, и темный, выжженный взгляд Адриана, в котором застыло глухое презрение.

Он поверил цифрам. Поверил фиктивному швейцарскому счету, который кто-то так искусно подставил под ее имя. Кира закрыла глаза, и одинокая слеза скатилась по ее бледной щеке. «Ты наказал сам себя, Адриан», — прошептала она в темноту пустой комнаты.

В это же время в загородном особняке Гордова царил настоящий филиал ада.

Дом казался мертвым. Михаил бесшумно передвигался по пустым коридорам, стараясь не заходить в гостиную, где на полу все еще лежал ковер со следами краски. Детская комната была заперта, и Адриан запретил туда заходить кому бы то на было.

Сам миллиардер не выходил из своего бункера-кабинета третьи сутки. Его рубашка была измята, на подбородке отросла жесткая щетина, а под серыми глазами залегли глубокие, черные тени от хронической бессонницы. В комнате пахло крепким кофе. На огромных мониторах личной кибер-системы безопасностиGordov Tech бесконечными потоками бежали строчки кодов, системных логов и банковских транзакций.

Адриан медленно сходил со ума.

Он думал, что избавившись от «предательницы» и вернув контроль над своей жизнью, он обретет привычный покой. Но огромный дом без Киры и Лики оказался склепом. Каждую ночь, пытаясь уснуть, он слышал в тишине фантомные звуки ее скрипки. Его тело горело, требуя ее мягкую кожу, ее податливые бедра, ее хриплые стоны на краю стола. Но еще страшнее была пустота в душе. Он выгнал её, запершись в своей титановой броне, но почему тогда внутри всё выло от невыносимой боли?

— Не сходится, — хрипло прорычал Адриан в пустоту кабинета, запуская пальцы в жесткие волосы. — Чертовы цифры не сходятся.

Его аналитический ум, холодный и точный как швейцарские часы, отказывался принимать очевидное. Если Кира продала его за два миллиона евро, почему эти деньги до сих пор лежат на швейцарском счете нетронутыми? Почему она не сделала ни одной попытки обналичить их или перевести на счета клиники, где лежит ее бабушка? Почему она ушла под ливень в своих старых туфлях, оставив в гардеробной все дорогие платья, украшения и даже свою банковскую карту, которую он ей выделил? Расчетливые твари так себя не ведут. Так ведут себя люди, чью гордость растоптали.

Адриан резко ударил кулаком по каменной столешнице:

— Сириус, активировать протокол глубокого сканирования сети, — отдал он приказ искусственному интеллекту своей компании. — Поднять все логи удаленных серверов моего юриста за последние три месяца. Найти точку входа. Мне нужен первоисточник слива.

Мониторы замерцали, запуская сложнейший алгоритм поиска скрытых цифровых следов. Адриан контролировал половину кибербезопасности страны, и если кто-то совершил хакерскую атаку на его базу данных, этот человек должен был оставить микроскопический след. Прокси-серверы, VPN-туннели, скрытые скрипты — система Гордова ломала защиту за защитой, пробиваясь к истине.

Через четыре часа непрерывного поиска экраны внезапно вспыхнули ровным красным светом.

«Точка входа обнаружена. Внутренний IP-адрес шлюза: 194.22.11.89. Локация: г. Москва, ул. Новый Арбат, д. 21, кв. 145. Владелец выделенной линии: Стелла Игоревна Романова».

Адриан замер. Воздух в его легких мгновенно превратился в лед.

Экран обновился, выдавая новые данные. Личный детектив Стеллы не просто взломал архив юриста. Ниже висел лог создания того самого швейцарского счета на имя Киры. Его открыли с того же IP-адреса, используя украденные паспортные данные скрипачки, и деньги на него перевел личный офшор отца Стеллы. Это была чистая, ювелирно исполненная подстава. Каждое доказательство, которое Стелла предоставила прессе и опеке, было сфабриковано от начала и до конца с одной единственной целью — уничтожить их.

Адриан медленно поднялся с кресла. Его лицо в этот момент было лицом карающего божества. Вся его ярость, вся его боль от потери ребенка и любимой женщины сфокусировались в одной точке. Паранойя сыграла с ним злую шутку — он защищался от вымышленного врага, пока настоящий враг наносил удар в спину.

— Стелла... — тихо, с пугающей, смертоносной хрипотцой произнес он. — Ты труп.

Он достал мобильный телефон и набрал номер своего вице-президента по безопасности:

— Игорь. Запускай протокол полного уничтожения активов корпорации Романовых. Слей в налоговую все закрытые аудиты их строительного холдинга, которые мы собирали. Перекрой им все кредитные линии в наших банках-партнерах. Через двадцать четыре часа у ее отца не должно остаться даже квартиры. А саму Стеллу... найди мне адрес того частного детектива, который на нее работал. Они оба сядут за мошенничество и фальсификацию данных. Лично проконтролируй.

Адриан сбросил звонок, тяжело дыша. Стелла была уничтожена. Ее репутация и жизнь ее семьи превратились в пепел за один его звонок. Но внутри него не было триумфа.

Он посмотрел на монитор, где горела старая фотография Киры — гордой, красивой, играющей на скрипке на том проклятом благотворительном вечере.

«Вы выстроили свою кибер-империю, но так и остались тем маленьким, трусливым мальчиком из детдома, который боится доверять людям больше всего на свете. Вы наказали сами себя». Ее прощальные слова эхом отозвались в его голове, разбивая остатки его хваленой гордости. Она была права. Он испугался своих чувств, испугался того, как сильно начал зависеть от нее, и ухватился за первую же фальшивку, чтобы сбежать обратно в свою холодную, безопасную темноту.

Адриан схватил со стула пиджак и стремительно бросился к выходу из кабинета. Ему нужно было найти её. Упасть на колени, вымолить прощение, вернуть её в свой дом. Потому что без нее этот мир не стоил ни одного его миллиарда.