Следующее утро было ясным и прохладным. Идеальная погода для путешествия по воде и проведения расследования. Одеваясь у себя дома, Вера почувствовала прилив адреналина. По ощущениям, у нее был выходной, но к нему прибавилось радостное возбуждение от того, что ей, возможно, удастся найти какую-то информацию про Томаса Спрингфилда.

Вера заглянула по пути в редакцию газеты и просунула голову в кабинет Че-Бе.

– Привет, шеф, – поздоровалась она. – Хотела дать вам знать, что собираю материал для статьи и меня не будет в редакции по крайней мере три дня.

– Что? Да это целая вечность, если говорить о новостях!

– Простите, но мне нужно в Высокий Берег, и я думаю, что останусь там на пару ночей, возможно дольше, если раскопаю что-то стоящее.

Из горла скунса вырвался звук, напоминающий рычание.

– После возвращения, лиса, ты должна будешь написать статью года. Я плачу тебе не за то, чтобы ты ездила отдыхать!

– Конечно, шеф, – беззаботно ответила Вера и скрылась. Она точно знала, что Че-Бе ее не догонит – не умеет он быстро бегать, – поэтому можно было считать, что разговор окончен.

Вера пришла на причал заранее, и у нее было много времени, чтобы купить билет до Высокого Берега и обратно. Маленький городок стоял выше по реке, чем Тенистая Лощина и Зеркальное Озеро, и путь туда занимал почти целый день. Вера планировала остаться в Высоком Береге на две ночи. Она поспрашивает в городе про Томаса Спрингфилда, а затем вечерним паромом вернется в Тенистую Лощину, если не найдет какую-то зацепку. Джеффри и Бен из «Шиповника» знали владелицу гостиницы в Высоком Береге и порекомендовали остановиться у нее. Вера поделилась своими планами с Ленор и Орвиллом, чтобы ее отсутствие не вызвало ненужного беспокойства. Также она сможет воспользоваться крылатой почтой (это удобно, но недешево), если у нее изменятся планы и придется уведомить об этом кого-то.

Вера бодрым шагом поднялась по сходням. Она уже путешествовала на пароме раньше и знала, что там имеется небольшой бар, в котором пассажирам предлагают напитки и закуски. Зная, что кофе будет в достатке, Вера чувствовала себя спокойно. Она выбрала место на верхней палубе и удобно там устроилась. С собой в путешествие лиса взяла книгу «Корабль спущен на воду» и планировала отдохнуть за чтением.

С ней плыли и другие пассажиры, но Вера ни с кем не общалась. На какое-то время она отложила книгу и стала составлять список вопросов, которые хотела задать про Томаса Спрингфилда. Она планировала зарегистрироваться в гостинице, а затем найти кафе, где сможет поужинать. Вопросы про самца крысы она начнет задавать на следующий день.

Вера считала себя наблюдательным животным. Способность обращать внимание на мелочи являлась важной частью работы как хорошей журналистки, так и детектива. Однако Вера так погрузилась в свои мечтания, что не обращала внимания на других пассажиров. Она не считала это важным. Но если бы лиса повнимательнее осмотрелась, то заметила бы волка на нижней палубе.

Во второй половине дня, когда паром подошел к причалу в Высоком Береге, Вера с неохотой опустила книгу и собрала свои вещи. Она терпеть не могла, когда ей приходилось прекращать чтение на крутом повороте сюжета! Спускаясь по сходням на твердую землю, Вера спросила у одного из самцов ондатры из команды, как пройти к гостинице «Уютный уголок». Городок был гораздо меньше Тенистой Лощины, поэтому, к счастью, все, что ей требовалось, удобно располагалось на главной улице. Лиса вежливо поблагодарила за помощь и начала взбираться по довольно высокой лестнице, соединявшей пристань с самим городом. Он стоял на отвесном берегу. Поднявшись, Вера направилась к гостинице.

«Уютный уголок» оказался очаровательной гостиницей в викторианском стиле, расположенной на некотором удалении от улицы. Здание окружала просторная терраса, имелся большой сад с беседкой. В саду стояли удобные по виду деревянные раскладывающиеся кресла. Вера надеялась посидеть в одном из них после ужина и почитать книгу. Но сейчас она направилась к входной двери ярко-зеленого цвета и приподняла тяжелый дверной молоток в форме ананаса. Дверь открыла пожилая бурундучиха с веселым выражением морды.

– Здравствуйте, дорогая. Меня зовут Китти Сент-Клер. Добро пожаловать в Высокий Берег и «Уютный уголок».

Вере понравилось, что ее так сердечно поприветствовали. Она заранее не бронировала номер и надеялась, что для нее что-то найдется.

– Меня зовут Вера Виксен, – представилась лиса. – Я из Тенистой Лощины, приехала по делам. Не найдется ли у вас для меня номер на несколько ночей?

Учтивая бурундучиха пошире открыла входную дверь и пригласила Веру в холл.

– Вам повезло, мисс Виксен, – ответила Китти. – У меня свободен один из наших лучших номеров. Пожалуйста, распишитесь в журнале регистрации, и я провожу вас туда.

Вера задумалась, все ли владельцы гостиниц называют свои номера лучшими или нет. Китти Сент-Клер оказалась в этом так похожа на Бена и Джеффри, что они вполне могли быть родственниками. Хотя, возможно, этому учились все работающие в ресторанно-гостиничном бизнесе.

Вера пошла за Китти вверх по лестнице, затем – по длинному коридору, по обеим сторонам которого располагались закрытые двери из красного дерева. Они дошли до конца коридора и остановились перед дверью с блестящей латунной табличкой, на которой был выгравирован номер «3». Китти отперла дверь большим ключом, с которого свисала бирка с указанием номера. В комнате стояла большая дубовая кровать с четырьмя столбиками, с покрывалом розового цвета и многочисленными взбитыми подушками. На окнах висели занавески подходящего цвета. Перед камином стояли два кресла бордового цвета – они выглядели очень удобными. Вера пожалела, что не может остаться на неделю. Но, может, и останется!

Китти Сент-Клер вручила ключ постоялице и развернулась, чтобы уйти из номера.

– Хорошего вам отдыха, – пожелала бурундучиха. – Завтрак в обеденном зале внизу, чай или кофе можете пить в любое время. Все необходимое в буфете, он стоит там же. Если хотите, чтобы я что-то посоветовала вам насчет ужина, найдете меня в комнате отдыха.

Вера удовлетворенно вздохнула, когда дверь закрылась за хозяйкой гостиницы. Это было такое удовольствие: она одна в красивой комнате, нет никаких срочных дел и решение нужно принимать только о том, где ужинать. Вера плюхнулась на кровать и словно поплыла на пушистом облаке. У нее закрылись глаза, и она задремала.

Полчаса спустя ее разбудила мелодия, которую проиграли часы на каминной полке.

– О боже! – ахнула Вера.

Она не собиралась спать, ей требовалось еще поработать, а от сегодняшнего дня осталось совсем немного. На туалетном столике стоял большой кувшин, Вера налила немного воды в чашу, стоявшую рядом, умыла морду и лапы. Освежившись, лиса спустилась вниз. Она не встретила больше никаких путешественников и подумала, что, возможно, оказалась единственной постоялицей в гостинице.

Вера нашла Китти в комнате отдыха. Она что-то вязала очень яркими зелеными нитками. Только лиса собралась поприветствовать хозяйку гостиницы, как ее взгляд упал на того, кто сидел в кресле с подголовником у камина. Этого просто не могло быть, но… Волк в фетровой шляпе с продольной вмятиной и широкими полями!

Похоже, бурундучиха не заметила, что Вера застыла в дверном проеме с отвисшей челюстью. Она мило поприветствовала ее и спросила:

– Вы знакомы с другим нашим постояльцем? Это Брэдли Марвел.

До того как Вера успела ответить, волк легко поднялся с кресла и улыбнулся ей, демонстрируя все зубы.

– Мы с мисс Виксен – старые друзья. Может, она захочет со мной поужинать в том очаровательном бистро, которое вы порекомендовали, мисс Сент-Клер. Как оно называется? «Голубой гольф-клуб»?

Китти захихикала и поправила его:

– «Голубой зонтик»!

Веру изумил такой поворот событий, и, к сожалению, она до сих пор не пришла в себя. Лиса вдруг поняла, что уже спускается с крыльца «Уютного уголка» вместе с несносным волком, а Китти Сент-Клер машет им лапой из дверного проема, словно они два подростка, отправляющиеся на выпускной вечер.

Похоже, Брэдли Марвел не замечал, что Вера молчит. Сам он болтал про то, какую восхитительную книгу напишет на основе истории Дотти и Эдварда Спрингфилдов. Вера оглянуться не успела, а они уже оказались в ресторане – милого вида здании, перед которым на улице стояло несколько столиков, каждый (как и следовало ожидать) с большим голубым зонтиком.

Их поприветствовал веселый молодой кролик и повел к столику на двоих в большом обеденном зале. Брэдли Марвел заказал бутылку сидра. Вера наконец отошла от шока и смогла говорить.

– Что, ради всего святого, вы делаете в Высоком Береге, мистер Марвел? – тихо спросила она, но ее злость было не скрыть. – Вы следили за мной? Что вы себе позволяете? Я здесь по серьезному делу!

– Успокойся, мисс Виксен, – ответил волк, делая большой глоток сидра и просматривая меню. – Я знаю, что ты слишком робкая, чтобы просить меня о помощи, но я сам ее тебе предлагаю.

«Слишком робкая»? Услышав это, Вера буквально почувствовала, как у нее поднялось давление. Она тоже сделала глоток восхитительного сидра с приятной кислинкой и попыталась взять себя в лапы.

Она отметила, что Брэдли Марвел смотрит в меню со все большей и большей обеспокоенностью. Он подозвал официанта и спросил, где в этом городе голодный волк может съесть стейк.

Официант, который представился Натаниелем, задрожал и нервно объяснил, что «Голубой зонтик» – вегетарианский ресторан. Марвел начал спорить, затем понял, что Вера смотрит на него очень осуждающе, внезапно сменил тактику и заявил Натаниелю, что возьмет ризотто с грибами. Вера кивнула и заказала баклажаны с пармезаном. Натаниель, судя по виду, испытал огромное облегчение, записал заказ в маленький блокнот и принес корзинку со свежеиспеченным хлебом.

Вера жевала хлеб, попивала сидр маленькими глотками и осматривалась вокруг. Она отказывалась вести светскую беседу с волком. Когда Натаниель принес закуски, лиса спросила, слышал ли он когда-нибудь про Томаса Спрингфилда.

У кролика округлились глаза.

– Да, мисс, – ответил он. – Весь Высокий Берег знает про Томаса Спрингфилда. Он задолжал почти всем магазинам и ресторанам в городе, а затем исчез несколько лет назад.

Вера навострила уши. Похоже, она сейчас что-то узнает.

– Я был слишком молод, когда все это происходило, – продолжал кролик. – Но наши жители говорят, что он задолжал деньги очень важным зверям. Если хотите узнать побольше, я на вашем месте обратился бы в полицию. До отделения отсюда всего несколько кварталов.

Вера поблагодарила Натаниеля за информацию и обратила внимание на стоявшую перед ней тарелку, от которой восхитительно пахло. Брэдли Марвел съел уже половину ризотто.

«Ну и манеры», – подумала Вера, беря вилку в лапы. О, в любом случае она не хотела, чтобы он считал это свиданием.

Несмотря на то что волк, сидевший напротив, чавкал, заглатывая ризотто, Вера получила удовольствие от еды в «Голубом зонтике». Атмосфера была дружеская, обслуживание внимательное, еда потрясающая. Конечно, не настолько потрясающая, как в «Бамбуковом лесу», но близко к тому, что подавали там. Вере почти удалось притвориться, что она одна, мешали только непрекращающиеся рассказы Брэдли Марвела про его ум и храбрость. Она отключилась, словно выключила звук, и планировала свой следующий шаг. Было еще не так поздно, и Вера считала, что может после ужина наведаться в отделение полиции. Она знала, что Орвилл работает допоздна, если его очередь дежурить в отделении, и предполагала, что полицейские в маленьком городке Высокий Берег делают точно так же.

Когда Натаниель пришел со счетом, Вера оплатила свою половину и добавила щедрые чаевые, поблагодарив кролика за информацию про Томаса Спрингфилда. Она подозревала, что Брэдли Марвел относится к тем типам, которые не оставляют чаевые. Вероятно, он предполагал, что прислуживание ему – это такое удовольствие, что никакой компенсации не требуется. Вера заявила волку, что оплатила свою часть счета и идет в дамскую комнату. Она не была уверена, что он ее услышал, и просто встала и выскользнула из ресторана через черный ход.

Вера почувствовала легкое головокружение от счастья, когда побег удался. Она вышла в глухой переулок, а оттуда – на одну из главных улиц. Лиса огляделась вокруг, чтобы посмотреть, какие магазины работают в деловом квартале Высокого Берега, и заметила театр на другой стороне улицы, практически напротив того места, где стояла. Судя по афише, давали «Укрощение строптивой». Уличная билетная касса пустовала, поэтому Вера открыла дверь в холл. Вероятно, представление уже началось: лиса слышала голоса актеров из-за закрытых дверей.

В холле за красиво сконструированной барной стойкой стоял самец белки. У него за спиной рядами были выставлены бутылки с вином и более крепкими напитками. Судя по выражению морды, ему все наскучило. Он выпрямился, когда вошла Вера.

– Добро пожаловать в Театр Высокого Берега, – поприветствовал ее он. Похоже, он много раз в день повторял эту фразу. – Представление уже началось, мисс.

– Здравствуйте, – ответила лиса. – Меня зовут Вера Виксен, я приехала из Тенистой Лощины. Я не собираюсь смотреть спектакль, но надеюсь задать вам несколько вопросов.

– Конечно, – ответил самец белки. Судя по бейджику, его звали Ландон. – Здесь совершенно ничего не происходит и не будет происходить до антракта.

Вера поблагодарила его и приступила к делу.

– Я ищу информацию про Томаса Спрингфилда, самца крысы. Он и по природе своей относится к отряду крыс, и репутация у него соответствующая. Вы когда-нибудь слышали про него?

Судя по выражению морды Ландона, ему было чем поделиться. Вера достала блокнот.

– Томас Спрингфилд был неприятным типом, – начал он свой рассказ. – Тунеядец и мошенник – он задолжал практически всем компаниям и жителям города. У него была привычка просить записать стоимость товара или обеда ему на счет, только он потом их не оплачивал.

Вера кивнула, записывая все в блокнот – так быстро, как говорил рассказчик. Она видела, что Ландон получает удовольствие от выступления перед зрительницей (возможно, он был начинающим актером). Замечательно, когда получается опрашивать готового все тебе рассказать свидетеля, а не того, из которого приходится вытягивать информацию. Далеко не все звери хотят разговаривать с представителями СМИ.

Внезапно Ландон запнулся, монолог прекратился. Вера подняла голову от блокнота.

– В чем дело? – спросила она.

– Не хочется быть тем, кто вам это скажет, мисс Виксен, – заявил он, добавив в голос драматизма. – Некоторые представители животного мира – это зло во плоти. Чистое зло! Боюсь, что Томас Спрингфилд был как раз одним из таких. Некоторые наши жители гадали, почему он не живет со своими родственниками в Зеркальном Озере. Затем мы выяснили, что они не хотят иметь с ним дел. Но факты таковы, что вам может быть тяжело все это слушать.

Вера прекрасно знала, какими злобными и противными бывают звери, но решила не говорить об этом вслух и предложила самцу белки продолжать рассказ.

– Ну, мисс Виксен, если вы уверены. – С этими словами Ландон продолжил: – В Высоком Береге очень активно действует отряд белок-скаутов. В него входит моя дочь Дейзи. Они делают много хорошего в городе, и жители всегда рады поучаствовать в сборе средств, покупая у них печенье. Несколько лет назад скауты собирали деньги, чтобы затем отправиться в поход. Моя Дейзи была в таком возбуждении! Она день и ночь торговала печеньем. Странно, но одним из ее лучших покупателей стал Томас Спрингфилд. Он купил двести коробок и заявил, что поделится ими со своей семьей, когда поедет их навестить в Зеркальное Озеро. Мы с Дейзи привезли ему печенье, но он за него не заплатил. Знаю, деньги следовало взять заранее, но я хотел, чтобы моя дочь училась доверять другим. Вместо этого она узнала, что некоторые звери – воры.

Вера сочувственно кивнула.

– Что было дальше? – спросила она.

– Через несколько дней этот гнусный самец крысы исчез. Наверное, не нужно говорить, что отряд скаутов так и не собрал деньги и ни в какой поход не отправился. Дейзи плакала целую неделю. Большинство жителей города склонялись к одной из двух версий: или он сбежал от долгов, или до него добрался Большой Эдди.

– Кто такой Большой Эдди? – поинтересовалась Вера.

– М-м, мне не следовало называть это имя. Это… зверь, с которым не стоит иметь никаких дел. – Ландон выглядел расстроенным, и Вера решила, что не станет приставать к нему с вопросами. Она поблагодарила его за помощь и ушла из театра в поисках местных правоохранительных органов.

Отделение полиции Высокого Берега оказалось крошечным и занимало только половину обшитого вагонкой здания – делило его с почтой. Вера зашла внутрь и увидела в левой части ровные ряды почтовых ящиков на стене и стойку, за которой стояла горностаиха в милой шляпке-таблетке и улыбалась ей.

– Вам нужно отправить письмо? – спросила горностаиха. – Или купить марки?

– Вообще-то мне нужно поговорить с кем-то из полицейских, – ответила Вера.

– Это в другой части, – сказала горностаиха и показала на большой письменный стол из орехового дерева в углу справа от Веры. За ним стоял резной деревянный стул, еще два – перед столом. – Присаживайтесь. Она скоро вернется.

Вера уселась на один из стульев, гадая, кто же занимается защитой общественного порядка в Высоком Береге. Затем увидела табличку, на которой значилось: «Начальница полиции Эмблер», но никакого намека на то, к какому виду животных относится сотрудница полиции.

Затем Вера внезапно почувствовала, что кто-то находится у нее за спиной, повернулась и увидела рысь в полицейской форме, которая рассматривала ее любопытным холодным взглядом. Она приблизилась абсолютно неслышно. Вера внезапно подумала, что в Высоком Береге, вероятно, нет особых проблем с преступностью.

– Меня зовут Филомена Эмблер, – представилась рысь, быстро оглядывая Веру умными глазами. – Чем я могу вам помочь, мэм?

Она уселась на стул за письменным столом, взяла в лапу ручку, возможно автоматически, словно привыкла писать отчеты.

– Добрый вечер, капитан Эмблер, – поздоровалась Вера. – Я приехала из Тенистой Лощины, чтобы узнать все возможное про одно животное, которое, возможно, жило в вашем городе, – самца крысы Томаса Спрингфилда.

Теперь рысь выглядела гораздо более напряженной и во второй раз изучающе осмотрела Веру. Она словно получила сигнал тревоги! Ее уши с кисточками стали чуть-чуть подергиваться.

– Значит, разыскиваете Спрингфилда? А вы, собственно говоря, кто? – спросила Филомена Эмблер, так ничего и не выдав.

– Я – журналистка, работаю в «Вестнике» Тенистой Лощины. Вера Виксен. Имя Томаса всплыло при сборе материала для статьи, которую я пишу.

Эмблер расслабилась.

– Понятно. Старина Том, как его здесь звали – хотя он не был старым в то время и совершенно точно не станет, – где-то наследил.

– Почему не станет? – спросила Вера.

– Он мертв.

– Что?!

– О да! Уже несколько лет. Фактически его не стало прямо перед тем, как я заняла эту должность. У моего предшественника было много проблем со Стариной Томом, я с ними тоже частично столкнулась, потому что тогда работала на половину ставки.

– Что произошло? Откуда вы знаете, что он мертв?

– Так говорится у него на надгробии. Однажды утром тело Томаса нашли в реке вскоре после того, как он попытался сбежать от Большого Эдди, нашего местного главного возмутителя спокойствия. Этот самец выдры с отвратительным характером занимается скупкой краденого, контрабандой, у него небольшое подпольное производство алкоголя… и еще он дает ссуды.

– О! – воскликнула Вера, догадываясь, что за этим последует. – Томас занял деньги у Большого Эдди и не смог вернуть?

– Именно так. Эдди даст вам пятьдесят, а вернуть вам придется сто пятьдесят, причем заплатить тогда, когда он скажет. С Большим Эдди нельзя шутить. Я бы арестовала его, если бы могла, но есть… кое-какие сложности. – Эмблер выглядела недовольной, и Вера догадалась, что кто-то еще из преступного мира защищает Эдди.

– Значит, вы считаете, что Томаса убили по приказу Большого Эдди?

– Я это знаю, хотя никому официально не предъявлялись обвинения по этому делу. Понимаете: у Эдди есть свой метод. Пропускаешь один платеж – лишаешься пары пальцев. – Рысь многозначительно пошевелила лапой. – Пропускаешь следующий платеж – лишаешься еще нескольких. Пропускаешь третий… На реке есть одно место, где, как мы знаем, следует искать должников. Мы называем его «Пучина Эдди». Мы любим пошутить в Высоком Береге [6].

– Вы уверены, что это был труп Томаса?

– Опознавать тело приходил сам Эдди. Заявил, что узнал старого друга. Видимо, опознал его по пальцам, которые отрезал. Утопленная крыса представляет собой очень грустное зрелище, в особенности такая тощая, как Старина Том. В конце жизни он плохо питался – не мог себе позволить хорошо есть.

– Мне хотелось бы увидеть его могилу, – заявила Вера.

– Конечно, сходите. Кладбище вверх по дороге…

Входная дверь с грохотом распахнулась, и вошел волк.

– О, сейчас начнется, – пробормотала лиса себе под нос.

– Вера, я думал, что уже никогда тебя не найду! – заявил Марвел так громко, что его, вероятно, услышал весь город. – Что это за захолустье такое? Я прошел мимо четыре раза, пока не увидел, что отделение полиции находится внутри почты!

– Мы делим площадь, – ровным голосом сказала Эмблер.

Марвел развернулся, внезапно поняв, что в полиции Высокого Берега служит особа женского пола. Он склонился к ней и заговорил:

– Значит, это вы представляете в этом городе правоохранительные органы? Как интересно! Очень привлекательный поворот сюжета в триллере. Кстати, я – Брэдли Марвел. Вы, вероятно, узнали меня по фотографиям, которые публикуют на обороте обложки моих книг.

– Да? – произнесла сотрудница полиции, на которую услышанное не произвело впечатления. – Обычно я всех узнаю по плакатам «Их разыскивает полиция». Я – начальница полиции Филомена Эмблер.

– Могу ли я называть вас Филомена?

– Вы можете называть меня капитан Эмблер, – ответила рысь и словно случайно вытянула передние лапы, продемонстрировав когти.

Брэдли сделал шаг назад.

Вера взглянула на свои записи в блокноте и спросила:

– Большой Эдди что-то рассказал про дела Томаса? Дал еще какие-то подсказки?

Эмблер покачала головой:

– Мне повезло, что он вообще пришел опознать труп. Представители преступного мира вроде него редко встречаются со мной по доброй воле.

– Еще один вопрос. Вы уверены, что это надгробная плита, а не кенотаф? – поинтересовалась Вера.

– Что такое кенотаф? – влез Марвел.

– Надгробный памятник, установленный там, где нет останков покойника, похороненного в другом месте, – пояснила Эмблер, затем в замешательстве посмотрела на Марвела: – А разве вы не должны знать значение слов? Я думала, что вы какой-то писатель.

– У меня для этого есть помощники, – ответил волк.

Рысь закатила глаза и снова посмотрела на Веру:

– Это совершенно точно могила. Я хорошо помню те похороны, потому что на них присутствовали только мой начальник и я. Понимаете, мы лучше всех знали Старину Тома, но все равно не особо страдали из-за его смерти.

– Понятно, – кивнула Вера. – Я собираюсь взглянуть на нее. Спасибо, капитан Эмблер.

– Называйте меня Фил, – предложила рысь. – Идите прямо на возвышенность, а на самом верху поверните налево. Оттуда увидите кладбище. Старина Том похоронен где-то в дальнем углу. Если потребуется что-то еще, вы знаете, где меня найти.

Вера поблагодарила Филомену Эмблер, мотнула головой в сторону двери, показывая Брэдли Марвелу, что ему следует отсюда побыстрее убраться, и сама направилась к выходу.

Волк достал из сумки пару закладок и положил на стол Эмблер.

– На тот случай, если вы ищете какую-нибудь новую захватывающую книгу, – сказал он и подмигнул.

– Я предпочитаю классику, – ответила она, не тронув закладки.

– Мистер Марвел, поторопитесь, – позвала Вера.

Она вышла на улицу, надеясь, что Брэдли Марвел потеряется, затем подумала, что несправедливо оставлять его с начальницей полиции или почты и заставлять с ним разбираться. Ну, в конце концов, он ее догонит.

Вера пошла по дороге к вершине возвышенности, там повернула налево и сразу же увидела кладбище. Оно, конечно, находилось у черта на куличках – прямо перед зеленой стеной леса. Вера направилась к нему, миновала железные ворота и стала пробираться между многочисленных могил. Может, Высокий Берег и не был очень большим городом, но основали его давно. И поэтому на самых старых могильных плитах надписи были почти нечитабельными из-за эрозии от погодных условий. В трещинах большинства надгробий рос мох, а на могилах, расположенных в глубокой тени под огромными раскидистыми деревьями, разрослись папоротники.

При угасающем свете дня Вера шла мимо рядов могильных плит, методично высматривая более поздние захоронения. Она вспомнила слова начальницы полиции Эмблер о том, что, насколько та помнила, могила Томаса находится в дальнем углу. Вера направилась туда, сократив диапазон поисков.

Она нашла могилу через несколько минут: скромную серую плиту, на которой были написаны имя и фамилия «Томас Спрингфилд», а ниже – формальная фраза: «Он покинул мир живых». Значилась дата смерти: три года назад. Никаких сентиментальных стихов, никаких надписей типа «От любящих родственников» или «Ты ушел, но не забыт». Томас Спрингфилд не оставил никакого следа в этом мире, и большинство тех, кто знал его при жизни, казалось, предпочли бы его не знать.

Вера стояла, рассматривала надгробие и хмурилась, и за этим занятием ее нашел Брэдли Марвел.

– Что происходит? – спросил слегка запыхавшийся волк. – Зацепка?

– Как раз наоборот, – проворчала она. – Тупик. Если хотите – конец. Буквально.

– Как так?

– У меня две теории. Первая: непутевый Томас Спрингфилд каким-то образом проскользнул в Тенистую Лощину, чтобы втереться в доверие к брату и забрать свою часть наследства. Когда у него это не получилось, он убил Эдварда и стал представляться им, используя семейное сходство. И ему удавалось всех обдурить… до возвращения Дороти. Жену не обманешь! Вторая: он пришел в дом, началась драка. Эдвард убил его, защищаясь, а затем в панике похоронил в лесу, чтобы никто не задавал неприятных вопросов.

– Вполне может быть и так, и так, – согласился Марвел, записывая что-то в блокнот, который достал из одного из карманов тренчкота.

– Вот об этом-то я и говорю, – заявила Вера. – Могло быть и так, и так… до этой минуты. Томас не может быть ни убийцей, ни жертвой преступления в Тенистой Лощине, потому что похоронен в шести футах под поверхностью земли здесь, в Высоком Береге, и лежит тут уже три года!