В первый понедельник сентября, ровно в шесть часов утра, у Эви зазвонил будильник. То есть, конечно, это не был обычный будильник со стрелками и звонком – в домах вампиров таких не водится. Это была старая жестяная штуковина, издающая звук, похожий на скрежет когтей по грифельной доске. Некогда эта семейная реликвия принадлежала деду Эви по имени Иссох, и он настоял, чтобы его внучка унаследовала это сокровище ради «сохранения славных традиций».

Стоит ли говорить, что девочка-вампир предпочла бы скорее просыпаться под песню своей любимой группы «Звонкие Кристаллы» на музыкальном центре. Но, увы, ей и в голову не приходило нарушить старинный семейный обычай.

Отключив мерзкий звук, Эви подумала: «Как же лень вставать! А ведь это только первый учебный день». Но деваться было некуда: она поднялась, оделась в то, что с вечера приготовила ей мама – бирюзовый костюмчик и белые туфли, такие блестящие, что не будь она вампиром, непременно увидела бы в их глянцевых носах своё отражение, – и, полностью готовая, спустилась вниз, в кухню.

Там уже завтракали её родители, готовясь идти на работу. Эви поцеловала их в щёки и приступила к завтраку, одновременно выслушивая бесконечный поток советов.

– С учителями держись воспитанно, – сказал отец.

– И будь вежлива с одноклассниками, – прибавила мама.

– Да, и с учителями тоже будь вежлива, – напомнил отец между двумя глотками кофе.

– И с одноклассниками тоже держись воспитанно. – Родители Эви всегда выглядели по утрам безукоризненно. Иногда она даже задавалась вопросом, нет ли в их спальне какой-нибудь встроенной парикмахерской. – И с поварами в столовой. И с уборщиками. И с…

– Со всеми, я поняла, – подвела итог девочка, пока её мама не упомянула, например, светящегося человечка на светофоре.

– Короче говоря, веди себя так, чтобы не привлекать внимания, – сказали родители хором.

Эви тихо вздохнула. Сеньор и сеньора Суэ считали, что быть незаметным – это главное достоинство. Но вспоминая, с каким испугом смотрели на неё недруги её соседки, девочка-вампир сомневалась, что её появление в школе не привлечёт внимания.

Покончив с завтраком и помыв за собой посуду, она закинула на плечо рюкзачок и чуть ли не бегом выскочила из дома. Ноги принесли её прямиком к соседнему дому, где жила её новая подруга Саманта Нагуаль, с которой они договорились отправиться в школу вместе.

Едва успев выйти на улицу, Эви заметила кружащую над городом огромную багровую тучу. Она глухо ворчала, издавая примерно такие же звуки, какие издаёт живот после целого дня голодовки. Явление это было Эви в новинку. В прежнем своём городе она ни разу не видела ничего подобного и теперь задавалась вопросом: это вообще нормально… или не очень? Когда она позвонила соседке в дверь, над крышами прогремели раскаты грома. Эви испуганно сжала кулаки.

Она нажала кнопку дверного звонка ещё раз, но никто так и не открыл. При этом, однако, из окна вырвалась молния и ударила в яблоню синьоры Нагуаль. Две больших ветки, подломившись, рухнули на землю. И тут же над домом Саманты полил дождь.

Эви даже думать не хотелось о том, чтобы отправиться в школу в одиночку, без единственной во всём городе знакомой девочки. Но ещё большее отвращение ей внушала мысль, что она может опоздать и получить выговор. Родители и так всё время посмеивались над её промахами! А опоздание и вовсе считалось одной из самых тяжких провинностей, какую только может совершить вампир.

– Мы уже опаздываем! – крикнула Эви в окошко. – Тебе пора выходить! Давай скорее!

Что могло случиться с Самантой, чтобы в первый учебный день прямо над её домом грянула гроза?

«А может, она ушла с другими школьниками, а про меня забыла? Я ведь вампир…» – подумала Эви. Но тут же погнала эти мрачные мысли прочь: все последние дни каникул Саманта вела себя очень по-дружески. Наверняка у неё появилась какая-то очень веская причина нарушить их договорённость.

Эви тронулась в путь в одиночестве и уже через пять минут дошагала до главной площади Сорледо, где рядом с городским магистратом и главным музеем высилось внушительное, похожее на дворец здание со стеклянным куполом. Это и была школа – несколько дней назад во время одной из прогулок Саманта сама показала её своей новой подруге.

Впрочем, в тот день ещё были каникулы, так что рядом со школой никого особенно не было, и грандиозное строение выглядело вполне мирно и безобидно. Сегодня же к нему непрерывным потоком валили целые толпы учеников всех магических рас. В довершение всего, над школой тоже вдруг хлынул ливень.

– Что ты торчишь тут на дороге, проходи! – сказала ей мимоходом какая-то мумия.

Эви отошла в сторонку. Но мокнуть под дождём ей тоже не хотелось, так что она, чуть помедлив, стиснула клыки и вошла внутрь здания.

Там она принялась озираться, не в силах удержаться от изумления при виде просторного вестибюля с широкой лестницей из какого-то сверкающего камня. На стенах были развешаны с полдюжины досок со списками учащихся, указывая, куда кому идти. Эви отыскала в них своё имя и с облегчением убедилась, что они с Самантой будут учиться в одном классе – точно так, как и предвидела её соседка. «Если, конечно, она всё-таки явится», – подумала Эви. Никаких вестей от её новой подруги пока что не было.

Над зданием прогремел гром, однако никого, кроме Эви, это не встревожило. Пожилой кентавр в форме смотрителя прислонился к двери и вздохнул.

– Каждый год одно и то же, – пробормотал он без всякого возмущения. – Как настаёт первый учебный день, так непременно волшебники грозу устроят.

Тут Эви как раз заметила приближающуюся Саманту. Первой её реакцией было огромное облегчение: как хорошо, что ей не придётся входить в класс одной! Но её радость тут же сменилась испугом, когда она заметила, что Саманта идёт не одна, а с матерью, которая крепко держит её за плечо и совершенно не собирается ослаблять хватку.

– Мама, ну иди уже! – запротестовала волшебница, не зная, куда деваться от смущения. – Тебя же все увидят.

– А мне-то какое дело, кто там на меня смотрит? Мне надо только, чтобы ты сейчас же прекратила эту грозу и отправилась на занятия!

Саманта вывернулась из рук матери и со всех ног припустила к лестнице. Шляпу она надвинула так низко, что даже глаз было почти не видать. Вот только с этой предосторожностью она опоздала: не одна дюжина учеников успела заметить происходящее и уже покатывалась со смеху.

Гроза от этого только усилилась, и школа снова содрогнулась от раскатов грома. Мать Саманты не двинулась с места, пока не проследила, как её дочь скрывается за высокими дубовыми дверями школы.

– Хорошего дня, милая! – крикнула она на прощание и послала дочке воздушный поцелуй, от которого Саманта дёрнулась, как от удара молнии.

– Просто не знаю, как это у меня получается!!! – воскликнула Саманта, вся красная от стыда. – Каждый год, в первый школьный день, я устраиваю над своим домом грозу. Но на этот раз всё вышло даже хуже. Она всю улицу накрыла, молнии били даже над дальними домами!

– Я сегодня тоже за завтраком клубничный джем на стол пролила, целых две капли, – поделилась Эви, просто чтобы тоже что-то сказать.

– Ладно, идём, не хватает нам только ещё и на уроки опоздать в первый же день. И если не успеем сейчас занять хорошие места, придётся потом весь год торчать под самым носом у учителей!

Подруги направились на второй этаж, где располагался предназначенный для них классный кабинет. Как известно, в первый день занятий нет ничего важнее, чем сесть за хорошую парту: этот решающий выбор может повлиять на всю учёбу.

Эви и Саманта уже ни на что особенно не надеялись, поскольку явились чуть ли не последними, но, когда вошли в класс, сразу увидели две свободные парты рядышком, прямо у окна, примерно в середине ряда. Место было идеальное: и не слишком близко к учительскому столу (Эви вовсе не хотелось прослыть ботаником и зубрилой, тем более что в ушах её до сих пор звучали напутственные слова родителей: «веди себя так, чтобы не привлекать внимания»), и не слишком далеко, у задней стены, где обычно сидят всякие двоечники вроде Тедиуса и его приятелей. Собственно, вся троица уже была там и, судя по звукам, устроила состязание, кто громче рыгнёт.

Девочки порадовались своей удаче и сели за парты. Гроза за окном рассеялась, и к Саманте вернулось хорошее настроение.

– Вот повезло-то нам, а? – сказала она. – Я же тебе говорила, что всё будет отлично!