Первое утро в школе оказалось именно таким, как Эви и ожидала: ужасным.

Предметов была целая пропасть: «Природная магия», «Зелья и снадобья», «Чары и заклинания»… Эви являлась прилежной и старательной ученицей, но она очень уж старалась быть лучшей во всём, а это, конечно, попросту невозможно. Её каждый раз кидало в дрожь, когда кто-нибудь из преподавателей называл её имя (особенно если это был сеньор Мэйнштейн, суровый тип с головой, похожей на большой булыжник, который преподавал «Секреты дробей» и «Тайны нумерологии»). Кроме того, ей ещё приходилось всё время терпеть на себе взгляды одноклассников, впервые видевших живого вампира. Честное слово, если бы она могла, то постаралась бы сделаться прозрачной.

– Да они не имеют в виду ничего плохого, – убеждала её Саманта, когда они выходили из класса после «Секретов». – Просто ты привлекаешь внимание! Ну как… не знаю, человеческая девочка или машина-кабриолет.

– По-твоему, я совсем как человеческая девочка? – возмутилась Эви.

– Да нет, конечно! – рассмеялась Саманта. – Все же знают, что их не существует! Это просто миф. Никто никогда не видел их в Сорледо.

– Ну да… Вампиров раньше тоже никто не видел…

Вслед за потоком учеников Эви и Саманта направились в столовую, расположенную на главном этаже здания. Едва войдя в неё, они поразились – до того обширное было помещение. В просторном зале стояло десятка три столов, не меньше, и за каждым могла расположиться целая группа учеников. Столы были разной высоты, чтобы любое существо могло найти себе подходящий. Самые миниатюрные могли сесть за низенькие столики, а циклопы и гиганты – за самые высокие.

– Очень не советую садиться на эти стульчики для гномов, – шепнула ведьмочка подруге. – Спина потом будет ныть целую неделю.

Эви и Саманта пристроились в очередь на раздачу, оказавшись между горгоной (змеи в её шевелюре так и таращились на Эви, высовывая в её сторону тонкие языки, отчего ей было ужасно не по себе) и косматым йети двухметрового роста. Взглянув на меню, Эви поразилась богатству выбора: эфирный суп для привидений, крохотные миндальные пирожные с лепестками маргариток для цветочных фей и даже черви под специальным соусом для гиппогрифов. Эви предпочла взять спагетти с сыром, а Саманта – лазанью, хотя в выборе десерта они оказались единодушны: клубничное желе.

Взяв подносы, они отправились искать столик со стульями подходящего размера. Хорошая новость заключалась в том, что свободные места отыскались довольно быстро, а плохая – в том, что за соседним столом, к немалой досаде девочек, устроились Тедиус и его приятели.

– Иногда мне кажется, что я прямо-таки притягиваю проблемы, – огорчённо пробурчала Эви.

Саманта тут же поднялась, провела рукой над макушкой Эви и начала нараспев произносить что-то неразборчивое. Эви снова почувствовала себя в центре внимания и от души пожалела, что не может провалиться сквозь землю.

– Можно узнать, что ты такое делаешь?

– Пытаюсь выяснить, есть ли на тебе сглаз, – деловито ответила волшебница, возвращаясь на своё место. – Ответ отрицательный: то, что Тедиус уселся рядом, это не из-за какого-то проклятия. А просто потому, что он толстяк и тяжёлый, вот и всё.

Для Эви это послужило слабым утешением. К счастью, пообедать девочкам никто не помешал. Еда оказалась вполне заурядной, ничего выдающегося, но всё-таки было так приятно передохнуть после такого количества уроков. Кроме того, за разговором девочки выяснили, что у них очень много общего! Обе они просто обожали всякие загадочные истории (Эви – читать, а Саманта – смотреть в кино), и любимая музыкальная группа у них тоже оказалась одна: «Звонкие Кристаллы».

– Говорят, они скоро выступят у нас в городе! – сообщила Саманта, от воодушевления расплескав молочный коктейль и, как обычно, даже не заметив этого. – Надеюсь, к тому времени мама уже отменит своё наказание за последнее колдовство, которое у меня не очень получилось.

До начала следующих уроков оставалось уже совсем не много времени. Эви и Саманта закончили обедать, собрали объедки на подносы и направились к выходу, но едва успели сделать пару шагов, как вдруг…

ХЛОП!

Эви поскользнулась и грохнулась на пол. Остатки спагетти с её подноса разлетелись во все стороны. «О нет, нет, нет, нет!» – закричала она, только, конечно, не вслух, а про себя.

Приподнимая голову, она изо всех сил надеялась, что её падения никто не заметил. Но не тут-то было: целая толпа школьников глазела на неё с раскрытыми ртами. А через секунду все дружно покатились со смеху.

Саманта торопливо сунула свой поднос на тележку и кинулась помогать своей подруге, к голове которой пристала банановая кожура. После чего резко повернулась к столу, за которым сидел эльф Тедиус и двое его прихвостней, Карась и Шрам. Все трое чуть не лопались от хохота. Не надо было быть гением, чтобы догадаться, кто подстроил эту гадкую шутку.

– Ничего смешного, – сказала Эви. Ей пришлось сделать несколько глубоких вдохов-выдохов, чтобы тут же не расплакаться у всех на глазах. Такого унижения она в жизни не испытывала.

– А мне кажется, очень даже забавно получилось, – фыркнул кретин Тедиус и с аппетитом откусил от того, что лежало у него на подносе.

Саманта немедленно пришла в ярость. Этот Тедиус изводил её с самого первого класса. За эти шесть лет, что они проучились в одной школе, он множество раз отнимал у неё волшебную палочку, а ещё домашние задания по «Чарам», «Зельям» и «Сверхъестественным силам», чтобы списывать. Однажды прямо перед экзаменом по нумерологии он наполнил её шляпу крысами, из-за чего её вызвали к директору и сделали выговор якобы за то, что она принесла в школу своих питомцев. Одним словом, она была сыта по горло! Нет, даже не по горло, а до самого кончика своей волшебной палочки! И она не собиралась терпеть всё это безобразие до конца школы. К тому же теперь у неё была Эви – умная, прилежная и честная, а ещё, что самое главное, она была её подругой.

– А ну извинись перед моей подругой, – сказала она и закатила глаза – как каждый раз, когда принималась колдовать. Эви сразу поняла, что Саманта очень, очень, ну просто очень разозлилась.

– Что значит «извинись»? Не знаю такого слова, – хохотнул гоблин Шрам.

Орк Карась решил помочь делу.

– А я знаю, – объявил он прежде, чем приятели успели заткнуть ему пасть. – Мама велит мне говорить его каждый раз, когда я забуду про душ, который должен принимать каждую неде…

Главарь шайки ткнул его локтем в бок с такой силой, что орк жалобно заскулил и чуть не свалился на пол.

– Мы перед твоей подружкой извиняться не собираемся, – заявил Тедиус. – Если ей так не хочется наступать на банановую кожуру, могла бы просто обернуться в летучую мышь и перелететь через неё. Вампирши ведь всегда так делают, разве нет?

Почувствовав, как слёзы наворачиваются на глаза, Эви поспешно прикусила клыками язык, чтобы боль отвлекла её от переживаний. Зато Саманта просто рассвирепела. С кончика её палочки посыпались искры. Дрожащей от гнева рукой волшебница направила палочку на Тедиуса.

– Никогда не смей больше насмехаться над Эви!!!

Из палочки вырвался пурпурный луч и ударил прямо в лицо эльфа. Тот взвизгнул от неожиданности, окутываясь облачком цветного дыма. Когда же оно рассеялось, оказалось, что длинный носище эльфа превратился в банан – большой, жёлтый, с темными точечками.

Тедиус в ужасе заверещал, а его приятели схватились за животы от хохота.

– Тупицы!!! – Тедиус кинулся с кулаками на этих двоих, и они сразу же прекратили смеяться.

Троица рванула прочь из столовой, сыпля на ходу угрозами, а все остальные ученики заливались смехом. Саманта чувствовала изрядное удовлетворение (и было отчего: она уже не один месяц мечтала испытать на ком-нибудь это заклятие, но добровольцы всё никак не находились). Эви же сразу сообразила, что этим дело не кончится.

И действительно, через считанные мгновения в столовую примчалась смотрительница, мумия Беатритис. Она просто рвала и метала – так, что её бинты чуть совсем не размотались.

– Вы что, посмели творить заклятия в столовой? – Она гневно указала девочкам на дверь. – А ну обе к директору, живо!

Эви и Саманта переглянулись. Да уж, первый учебный день определённо не задался. Но когда они вышли из столовой и побрели в сторону директорского кабинета, Саманта пожала плечами.

– Зато и хорошее кое-что есть: я вот всё лето просидела без клубничного желе.