Одна из воробьиных семеек, щебетавшая в верхушках деревьев аллеи, перебралась на крышу «Лавки сладких снов», откуда доносился душистый аромат меда. Осло, стоявший у окна и безучастно наблюдавший за этим, тихонько побрел к своему креслу. Видимо, напряжение после ухода гостя спало, и его снова начало неудержимо клонить в сон.

Верная помощница Заза, наблюдая за этой сценой, лишь цокнула языком и вспорхнула на стойку.

«Если он будет спать целыми днями, мне придется одной со всем управляться! Пожалуй, со следующего месяца нужно будет попросить прибавку к жалованью».

Но едва она, ворча, покончила с делами и собралась было подремать, как появился новый посетитель. Он шел медленно, словно ему нездоровилось. На нем были удобные черные кроссовки, темно-зеленый свитер и плотное коричневое пальто.

Его седые волосы были аккуратно уложены, а дыхание было неровным и затрудненным. Однако лицо, озаренное легкой улыбкой, выглядело безмятежным и излучало доброту. Весь его облик дышал теплом и учтивостью.

Пожилой мужчина, предоставленный сам себе, направился к мягкому дивану.

– О… Добро пожаловать… – торопливо поднялся с кресла Осло и поприветствовал гостя.

Заза, остававшаяся за хозяйку, пока Осло дремал, уже заварила медовый чай и сейчас поспешила налить его гостю в чашку.

Устроившись на диване и окинув взглядом лавку, старик медленно сделал глоток.

– Весна, видно, еще стесняется показаться во всей красе – сегодня прохладно, – заметил Осло, заводя неспешную беседу, чтобы гость мог расслабиться. – В это время года местные жители обычно уже прогуливаются в легкой одежде, но когда видишь, что все еще в пальто, понимаешь – нынешняя весна куда прохладнее прошлогодней.

– И правда. Я вот тоже до сих пор не убрал зимние вещи, хо-хо.

Закончив фразу, гость глубоко вздохнул и постарался устроиться поудобнее. Было видно, что дышать ему нелегко.

– Впервые в жизни пью медовый чай, который подала сова. Сладкий и вкусный. Говорят, если выпить его и немного отдохнуть, сова заглянет в твои сны… Так ли это?

– Вы хорошо осведомлены. Это моя помощница, сова Заза. Думаю, у вашей бессонницы не одна причина. Мы постараемся найти корень проблемы и помочь вам обрести сладкий сон. И подберем подходящую вещицу…

– Хорошо. Только не знаю, уж поможет ли вам то, что вы увидите в моих снах… Боль в теле – не самое страшное. Гораздо тяжелее чувство вины перед семьей… В общем, забот у меня хоть отбавляй.

Веки гостя медленно сомкнулись. И вскоре старик погрузился в глубокий сон.

Едва это случилось, Заза подлетела к нему и мягко прикоснулась лбом к его виску. Настало время заглянуть в его внутренний мир через бездонные очи души.

Казалось, мир снов старика будет таким же теплым, как закат, завершающий день, но он выглядел довольно темным. Однако в нем чувствовался тусклый жар, и оттого он не казался пугающим.

Чувства и заботы, ставшие причиной бессонницы, сплелись в клубок, и перед Зазой разворачивались картины то из прошлого, то из настоящего. Закутавшись в звездный плащ, Заза полетела глубже.

Вот всплыла сцена из прошлого – он сам, но еще молодой. После женитьбы, по мере того как дети росли, он оставил работу в компании и погрузился в собственный бизнес. Он хотел, чтобы его семья жила в большем достатке. Но дела шли негладко. Его обманывали те, кому он доверял, долги лишь росли. Мелькнул и исчез образ его самого, рыдающего в одиночестве, тихо, еле слышно.

Кризис миновал, и дела понемногу пошли в гору. Порой он даже испытывал гордость, чувствуя, что бизнес вышел на стабильные рельсы. Хотя забот прибавилось, жить семья стала несравненно лучше.

Заза, наблюдая за этим в мире снов, мысленно вздохнула с облегчением вместе со своим гостем. Но это продлилось недолго.

Вскоре она заметила нечто странное в воспоминаниях старика. Многие сцены, многие события были окутаны густым маревом. Поначалу Заза решила, что это просто туман времени, затянувший старые воспоминания. Но вскоре она поняла: это был смог.

И снова, и снова Заза видела, как вздымаются ввысь черные трубы, как желтое марево заволакивает небо и тянет свои щупальца к груди их гостя.

И вот однажды он с ужасом осознал, что его здоровье резко пошатнулось. Еще несколько месяцев назад, заходясь в жестоком кашле, он почувствовал неладное. Одышка, накатывавшая после недолгой ходьбы, давящая тяжесть в груди… Это было нечто большее, чем простая простуда.

С трепещущим сердцем он отправился в больницу и наконец узнал правду.

– В легких распространились метастазы. Вы, наверное, давно плохо себя чувствовали… Слишком поздно обратились.

Диагноз – рак легких. К счастью, стадия еще позволяла бороться, но врач предупредил: оставлять все как есть – смертельно опасно.

И тогда старик задал себе вопрос: чего же он на самом деле хочет теперь, в этот самый момент? Ответ оказался до боли простым: до того как станет еще больнее, до того как болезнь окончательно истощит его, он хочет провести как можно больше времени с любимой семьей.

Он начал неспешно сворачивать свой бизнес. Привел в порядок все свои сбережения, накопленные тяжким неустанным трудом. Было странно и горько осознавать: то, что в молодости казалось единственной целью – заработать большие деньги, – теперь утратило всякую ценность.

Под предлогом работы для благополучия семьи он пропустил все выпускные и вступительные церемонии своих детей. Ни разу все вместе они не выбирались в путешествие.

Он испытывал чувство вины и был бесконечно благодарен жене за то, что она всегда была рядом, но так и не нашел подходящих слов, чтобы выразить это. Он проводил дни с деловыми партнерами, а в редкие свободные минуты, когда ни с кем не нужно было встречаться, запирался в комнате и спал целыми сутками. Оставляя домочадцам лишь одно-единственное оправдание – «я устал», он проводил так все свои немногочисленные выходные.

Он не был близок с семьей. Дети, общаясь с отцом, всегда ощущали неловкость, а он, в свою очередь, не знал ни их мыслей, ни забот. Единственным источником новостей о них для него была жена. Иногда он чувствовал легкую обиду, но тут же забывал о ней. Он считал, что раз он на пути к большому успеху, то этого достаточно.

И когда его осенила мысль, что, возможно, именно он, а не деньги, был нужен своей семье, ему стало невыносимо жаль потраченного впустую времени. Чувство вины было так велико, что он до сих пор не нашел в себе сил признаться родным в своей болезни.

Заза молча наблюдала за всем этим. Сердце старика было наполнено одновременно и любовью, и болью. Его терзания отзывались в ней слишком гулко и громко, чтобы подбирать слова. Погруженная в тяжкие раздумья, она распахнула плащ и выпорхнула из мира снов.

– Какую же вещь ему посоветовать?

– Хм, да… – Осло, который даже отложил свою неизменную подушку-воротник, погрузился в глубокие размышления. – Давай сначала подождем, пока он хорошенько выспится и проснется.

Он подошел к стеллажу и простоял перед ним довольно долго.

– Хорошо поспали? – спросил Осло, когда гость открыл глаза.

– И впрямь проснулся отдохнувшим. Так легко уснул… В последнее время, стоит прилечь, начинается кашель, в груди боль – и сна ни в одном глазу. Удивительный у вас мед, что и говорить.

Услышав слова гостя, Заза скользнула взглядом по глиняному горшочку с медом, украшенному знаком полумесяца. Мед, вобравший лунный свет, мягко поблескивал.

– Очень рад это слышать. Чтобы и впредь спалось так же сладко, как сегодня, позвольте предложить вам кое-что особенное. Прошу сюда.

С горем пополам поднявшись, гость медленно направился к витрине, где были выставлены диковинки для сна. Осло с таким видом, будто уже давно все обдумал, уверенным движением достал со второй полки стеклянный шар.

От снежного шара, окутанного лунным сиянием, словно по волшебству на душе становилось теплее. Пейзаж под стеклом был похож то ли на чьи-то сны, то ли на заветное желание того, кто хочет улететь очень-очень далеко. Там, среди замшелых деревьев, стоял одинокий домик, а на его крыше лежала пушистая шапка снега. Крошечный мир, полный белых хлопьев, от которого веяло безмятежным уютом и спокойствием.

– Этот лунный снежный шар я сделал своими руками. Вообще-то, это не товар для продажи… Посмотрите сюда, пожалуйста, на то место, где лежит снег, – попросил Осло.

Взгляд гостя последовал за его пальцем, и в этот момент Осло перевернул шар, а затем снова поставил его на место. Внутри тут же рассыпался лунный свет, и в нем начали оживать самые дорогие воспоминания старика.

Мгновение, когда он впервые увидел свою будущую жену. Та самая минута, когда он предложил ей руку и сердце, пообещав быть рядом всю жизнь. Воспоминание о том, как он плакал от счастья, когда родились его первый и второй ребенок. Картина дня рождения, который ему устроили его домашние. Все эти бесценные мгновения проносились неторопливой чередой.

У гостя, не отрывающего взгляда от шара, по щекам покатились слезы.

– Вашей семье сейчас нужны не богатства и не дорогие вещи, а вы сами. Для них выражение вашей любви станет самым заветным подарком, который ничем нельзя заменить.

Лунный свет в снежном шаре постепенно померк, и вереница воспоминаний оборвалась. Старик больше не расспрашивал – он лишь молча кивнул.

– Я совсем забыл об этих мгновениях. Спасибо, что показали мне их снова. Пожалуй, я должен рассказать о своих чувствах семье, пока не стало слишком поздно.

Взгляд гостя стал заметно светлее. Видя это, Заза почувствовала, как у нее сжимается горло. У нее на глаза уже навернулись слезы, но Осло, заметив это, мягко потрепал ее по крылышку и обратился к гостю:

– Не хотите ли взять с собой моего фирменного чая? Приготовьте его погорячее и выпейте вместе с семьей. Он поможет вашему телу обрести покой.

Самодельное варево Осло было создано как раз для таких случаев – для тех, кто страдает от бессонницы, измучен гнетущей и горькой реальностью. Стоит выпить чашку этого согревающего отвара перед сном, и тревоги, не дающие спать, развеются подобно простому насморку при простуде.

Сердце Осло тоже сжалось от тоски, но он взял себя в руки, считая, что показывать свои чувства перед гостем невежливо.

– Вернусь домой, приготовлю ваш чай для семьи и расскажу им все, что у меня на сердце. Самое ценное, что я могу оставить своим близким, хранится именно здесь, внутри. Сегодня я заново понял это. И все благодаря воспоминаниям, которые показал мне снежный шар. Огромное вам спасибо, от всей души.

Осло и Заза в душе пожелали, чтобы старик обрел настоящее счастье.

С маленькой коробкой самодельного чая в руках он вышел за дверь, и его силуэт казался исполненным небывалого достоинства и покоя. Сквозь приоткрытую на мгновение дверь в магазин ворвался свет заката, озарив все вокруг теплым сиянием.

«Наша работа в “Лавке сладких снов” – по-настоящему благородное дело», – подумала Заза, выходя перевернуть табличку на двери.

Так в «Лавке сладких снов» подошел к концу еще один рабочий день.