Наступил дождливый полдень. Стояла промозглая, пасмурная погода, и, хотя было всего около двух часов дня, на улицах уже не оставалось прохожих. Обычно Осло держал магазин открытым до вечера, но сегодня, не видя в окно ни души, он задумался, не закончить ли рабочий день пораньше.

– Может, сегодня стоит закрыться чуть раньше?

За окном застучали капли дождя, и этот звук был удивительно приятен. Сквозь щели в раме просачивался запах свежести. Осло отошел от окна и окинул взглядом свою лавку. Тонкие шелковые занавески с едва заметным волнообразным узором колыхались от сквозняка. Под аккомпанемент капель и потрескивания поленьев в камине «Лавка сладких снов» казалась особенно теплой и уютной. Обволакивающее тепло разливалось по телу, и к Осло потихоньку начала подкрадываться ленивая дремота.

– Как раз в такие дни нужно проявлять стойкость и усердие! «Совершенствуй себя и не прекращай трудиться над телом и духом!» – с важным видом процитировала сова. – У нас могут быть гости, которые зайдут после работы, или те, кто завершит семейный ужин и решит заглянуть. Давайте подождем еще немного!

Заза, глядя на уже слипающиеся веки Осло, скептически прищурилась. Ей не хотелось, чтобы хоть один посетитель «Лавки сладких снов» ушел разочарованным. Она отчаянно надеялась, что ее наниматель (он же член ее семьи) сможет сохранять бодрость хотя бы в тот миг, когда гость откроет дверь. Но, судя по всему, ее мечтам не суждено было сбыться – Осло уже перебрался в свое кресло и погружался в сон так же непреодолимо, как мороженое тает на солнце.

За окном меж тем продолжал накрапывать дождь. Время текло неспешно, и по мере того, как сумерки сгущались, на небе все отчетливее проступала луна. Это была одна из тех ночей, когда сквозь пелену дождя лунный свет виден особенно ясно.

Немного вздремнув, Осло наконец поднялся и посмотрел на Зазу с мыслью, что теперь магазин и впрямь пора закрывать.

– Хр-р-р… Хр-р-р…

Осло не мог сдержать смех, глядя на Зазу, которая еще совсем недавно уговаривала его «проявить стойкость», а теперь сама сладко посапывала.

– Ну и ну, прелесть же ты моя!

Ему захотелось ущипнуть ее за щечку, но вместо этого он лишь легонько коснулся кончика ее клюва. Как раз в тот миг, когда он собрался подложить под спящую сову еще одну мягкую подушечку, дверь «Лавки сладких снов» со звоном распахнулась.

Заза, встревоженная колокольчиком, беспомощно захлопала крыльями и тут же проснулась. Осло, успокаивающе погладив ее по голове, поприветствовал гостя:

– Добро пожаловать в «Лавку сладких снов».

«Ну надо же было…» Заза, считавшая себя самым расторопным помощником на свете, ужасно смутилась, будучи пойманной на месте «преступления».

Сложив зонт, в магазин вошла гостья – женщина средних лет, миниатюрного сложения. Короткая стрижка, круглые очки, в руке – пестрая вязаная сумка. Все в ее внешнем облике свидетельствовало об аккуратности и собранности. Увидев Зазу, она, в отличие от большинства гостей, не стала с любопытством разглядывать ее, а лишь бросила на сову добрый теплый взгляд.

– Спасибо, что нашли к нам дорогу в такую погоду.

Пока Осло принимал гостью, Заза стрелой взмыла, чтобы приготовить медовый чай. Женщина прислонила большой оранжевый зонт к стене у двери, стряхнула с пальто капли дождя и устроилась на диване. Сова подала ей чашку.

– В этот чай подмешана капелька волшебства, – сказал Осло. – Пока мы будем беседовать, он нагонит на вас приятную дремоту. А когда вы проснетесь отдохнувшей, я подберу для вас что-нибудь особенное.

– Мои дочери рекомендовали мне ваше заведение. Услышав про необычный способ борьбы с бессонницей, я очень захотела сюда заглянуть. Я, наверное, слишком поздно? Пришлось закончить с ужином и домашними делами… Боялась, что вы закроетесь, и торопилась. К счастью, свет еще горел.

На лице гостьи появилась легкая улыбка, и она сделала глоток медового чая.

– Значит, ваши дочки бывали в нашем магазине!

– Да. Они еще говорили, что здесь есть прелестная сова. И, надо признать, слухи не врут – она и правда милая. И чай восхитительный. Из-за дождя было так зябко, а он так приятно согревает.

Ее лицо, когда она думала о дочерях, смягчилось. Осло смотрел на нее и улыбался.

Недовольным был лишь один член их команды. И без того острый клюв Зазы теперь и вовсе торчал обиженно.

– Вот это да… «Милая»… Видно, я уже несколько дней не приводила в порядок свои крылья и брови – гордость любой совы! В выходные надо срочно этим заняться… – Сова ворчала, разглядывая свое отражение в стеклянной витрине то с одного боку, то с другого.

Заметив ее настроение, Осло поспешил добавить:

– Наша Заза, пожалуй, не просто милая, она настоящая красавица, хе-хе.

Осло, как никто другой, умел понимать Зазу, так заботящуюся о своем внешнем виде.

– Не замечали ли вы в последнее время каких-либо перемен – будь то в теле или на душе?

– С телом-то все как всегда, а вот с душой… Кажется, в ней-то и проблема. Меня стала одолевать какая-то беспричинная тоска, и я то и дело возвращаюсь мыслями к прожитой жизни. Такое чувство, будто я сама себя потеряла… Сложно подобрать слова.

– Некоторые чувства и впрямь словам не поддаются. Должно быть, вам нелегко.

Осло подбросил в камин поленьев, чтобы гостья не мерзла. Пока он беседовал с ней, Заза убрала пустую кружку и проверила запасы меда в кладовой.

«Похоже, у нас и впрямь много гостей», – подумала она. Всего пару недель назад на Лунном базаре она закупилась, как ей казалось, щедро, а теперь банка с медом была почти пуста.

Заза подлетела к изголовью гостьи и заглянула в ее лицо. Та уже дышала ровно и неглубоко. Беспокойство, которое раньше скрывалось за круглыми стеклами очков, теперь проступило на ее лице. Видно, она была сильно утомлена – даже тихо посапывала во сне. Заза мягко прикоснулась к ее голове.

Глаза совы потемнели, словно ночное небо, и в их глубине заструился мягкий переливчатый свет, похожий на северное сияние. Осло тем временем поправил поленья в камине, чтобы они лучше горели, взял свою совиную маску и устроился в кресле.

Заза изо всех сил распахнула крылья и нырнула в водоворот сновидений.

Сны на первый взгляд казались спокойными и безмятежными. Гостье было под пятьдесят, она была домохозяйкой. После школы из-за сложного семейного положения ей не удалось поступить в университет и пришлось сразу начать работать. Хотя девушка и сожалела, что не смогла учиться дальше, но с уверенностью смотрела в будущее. На работе ее ценили за честность и усердие. Она несколько лет проработала, а затем встретила своего будущего мужа.

Ей было около тридцати, когда коллега познакомила ее с ним. Все было как у всех: обычные свидания, за которыми последовала свадьба. Мужчина оказался спокойным и неторопливым. Его почти никогда не видели ни в гневе, ни в отчаянии.

После замужества прошло целых три года, прежде чем у них родилась первая дочь. В те времена с декретным отпуском было сложно, и ей пришлось уволиться с работы. Не прошло и нескольких лет, как на свет появилась вторая дочь. Время понеслось стремительно, заполненное заботами о двух девочках.

Оглядываясь назад, женщина понимала, что трудностей было немало, но жизнь мчалась вперед, словно поезд с отказавшими тормозами, и тяжелые воспоминания оставались где-то позади, смазанные и неясные. Так, без особых бурь и потрясений, их брак длился уже три десятилетия.

Дети, умные и воспитанные, стали ее главной гордостью. Но, глядя на девочек, которые уже давно шли своей дорогой, женщина чувствовала, как в ней поднимается, накатывая волнами, странное щемящее чувство.

Огромный водоворот невысказанных эмоций заполнил ее сновидения. И даже Заза не могла до конца понять, что именно бушевало в сердце женщины.

Она не могла понять, что переполняло ее душу – тягостное чувство, привычка к покою или полная опустошенность. Ясно было лишь одно: она не была счастлива. Ей даже с трудом удавалось различать, что хорошо, а что плохо. Жизнь просто текла вяло и бесцветно.

С мужем отношения складывались похожим образом. У него не было каких-либо особых увлечений. Он ходил на работу, возвращался, ужинал и ложился спать. По выходным они иногда куда-то выбирались, но не было ничего, что их по-настоящему бы сближало или объединяло. Тишина, витавшая между ними, казалась естественной. Женщина не слишком переживала или страдала по этому поводу – она думала, что большинство людей живут именно так.

Иногда они всей семьей ходили в ресторан, в отпуск выбирались в горы или на море. Но с годами, по мере того как дети взрослели, такое случалось все реже. Теперь дочери чаще проводили время со своими вторыми половинками или друзьями.

И женщине начало казаться, что рядом с ней никого не осталось. Ей захотелось изменить эту одинокую и изнурительную жизнь, которая, казалось, будет длиться вечно.

«Как изменить жизнь после сорока»,

«Саморазвитие в зрелом возрасте»,

«Поздний развод»,

«Как стать главным героем собственной жизни».

Порыскав в поисковике по этим запросам, женщина вдруг задумалась: а не поддалась ли она сиюминутному порыву, собираясь отказаться от всего стабильного? Перед ее мысленным взором то и дело вставали пугающие картины неопределенного будущего. Выносить эту душевную борьбу становилось все тяжелее.

И все же ее порыв не был просто импульсивным. Заза чувствовала это. Ее желание наконец-то прожить жизнь, где главной героиней будет она сама, было ясным и четким – и вполне естественным.

«Не оттого ли она в замешательстве, – размышляла Заза, – что, наконец-то сбросив с плеч груз родительских обязанностей, пытается заново найти себя?»

– Мам, тебя что-то тревожит? – старшая дочь, заметив тень на лице матери, ласково спросила ее.

– Меня все чаще стала посещать одна мысль. Нужно знать, чего хочется именно твоему сердцу. Иначе деньги будут уходить почем зря, а вместе с ними и жизнь пройдет впустую… Я, может, и опоздала, но в твои годы можно пробовать что угодно. Даже то, что сейчас кажется незначительным, – все это опыт, и у всего есть свой смысл.

Выслушав это, дочь ненадолго задумалась, а затем сказала:

– А я думаю, что ты совсем не опоздала. Ты много трудилась, растила нас. И если захочешь что-то попробовать, я поддержу тебя, что бы ты ни выбрала. Мама, ты в том возрасте, когда точно можно начать что-то новое и бросить себе вызов.

Старшая дочь, рано повзрослевшая и ставшая для нее подругой, сказала именно те слова, которые ей были нужны.

После разговора с дочерью женщина еще глубже погрузилась в свои мысли. Желание начать новую жизнь потихоньку крепло, превращаясь в твердое намерение. Ее дух закалялся, но она не могла придумать, как поделиться этим с мужем.

Их жизнь в браке сложно было назвать радостной, но и несчастливой – тоже. Муж всегда усердно трудился ради семьи. Спокойный и немногословный, он наводил тоску, но не был ей неприятен. Просто теперь она хотела прожить оставшуюся жизнь целиком для себя. Это решение причиняло ей боль, но она думала, что, возможно, это будет лучшим выбором и для самого мужа.

Заза, наблюдая за этим, тяжело вздохнула. Она понимала смятение в сердце женщины. Ей было понятно и это стремление выстроить жизнь заново, поставив себя на первое место, и этот страх, что ее выбор ранит близких. Мысли о взбалмошной младшей дочери и осуждающих взглядах родственников тоже не давали покоя. А еще возникали чисто практические вопросы – как быть с финансовыми трудностями.

– Я, кажется, задремала.

– Наша надежная помощница Заза, пока вы отдыхали, ненадолго заглянула в ваши сны. Благодаря ее стараниям я могу подобрать для вас ту самую вещь, что подарит вам покой.

Осло пригласил гостью к прилавку.

– Правда? Спасибо, великолепная Заза.

Женщина нежно погладила сову по голове. Заза в ответ деликатно склонилась к ее руке.

Покопавшись на полке, Осло протянул ей паспорт. Не обычный, а мерцающий приглушенным лунным светом.

– Это – паспорт Облачной страны. Мы рекомендуем его тем, кто хочет на время забыть обо всех условностях реальности и отправиться в новое место. С ним вы сможете во сне обрести опыт другой жизни. Если раскроете его – на первой странице найдете маленькое зеркальце. Перед сном вглядитесь в свое отражение и спросите себя: куда бы вы хотели отправиться и какую жизнь прожить? А затем разверните паспорт на чистой странице, положите под подушку – и спите. Во сне вы сможете отправиться в желанный мир. На вашем пути будут расстилаться облака. Но важно помнить одно: тот мир – не настоящий. Не забывайте, что подлинная вы остаетесь в реальности, а не во сне.

Паспорт Облачной страны оказался легким и мягким, но по виду все еще был похож на обыкновенный. На переливающейся лунным светом обложке был изображен небесный простор, по которому медленно плыло одинокое облачко. Оно постоянно двигалось, понемногу меняя очертания. Как и говорил Осло, на первой странице было закреплено маленькое зеркальце, а все последующие оставались чистыми.

– Паспорт Облачной страны срабатывает не каждый раз. Только когда у вас в душе есть искренняя, настоящая мечта, вы сможете во сне оседлать облако и достичь желаемого. Но предупреждаю: после такого сна вы можете почувствовать не легкость, а наоборот – опустошенность и тоску.

Однако если жизнь, обретенная во сне, – это то, чего вы хотите всем сердцем, этот паспорт посеет в вашей душе зерно храбрости, чтобы вы смогли прожить ее на самом деле. И на следующее утро на пустой странице появится штамп.

Как и предупреждал Осло, использование паспорта Облачной страны таило в себе риск столкнуться с пустотой или разочарованием. Ведь можно было понять, что так страстно желаемая жизнь на деле приносит горькое прозрение, или осознать, что эта мечта недостижима.

– После ваших слов я понимаю, что пользоваться им нужно с большой осмотрительностью. Ведь во сне я окажусь лишь на один-единственный миг в том мире, не так ли? Путь к нему может быть полон страданий, а моя настоящая, нынешняя жизнь, без всяких волшебных предметов, возможно, и есть самое большое счастье…

Погруженная в размышления, она тихо продолжила, развивая эту новую для нее идею:

– Я куплю его, но, возможно, не стану использовать сразу. А если и решусь, то только тогда, когда по-настоящему пойму, чего хочу от жизни. Спасибо, что подобрали для меня эту вещь.

Расплатившись, гостья бережно упаковала свою покупку. Когда она уже выходила из магазина, раздался телефонный звонок. Это был муж, спрашивающий, где она. Выражение ее лица прояснилось, когда она ответила, что скоро будет дома. Тревоги этой женщины, возможно, остались в прошлом, а возможно, только начали угасать – но, глядя на гостью в дверном проеме, Осло отчетливо видел озаряющий ее внутренний свет.

– Кажется, дождь будет идти всю ночь, – тихо пробормотал Осло, глядя в окно. Звук дождя тихо наполнял собой темноту мокрых улиц за стеклом.