Нарезаем картофель тонкими ломтиками и обжариваем на сковороде до румяного золотистого цвета. Томим в ароматном сливочном масле с ореховыми нотками, добавляем сливки, молоко и воду и доводим до кипения. Кладем соцветия брокколи или посыпаем петрушкой, и в завершение – чуть-чуть приправ, купленных на Лунном базаре.

Аромат сытного картофельного супа наполнил «Лавку сладких снов». Сегодня был день полнолуния и редкий выходной. Вкусная еда была уже готова, и работники «Лавки» с нетерпением ждали вечера, но, увы, с наступлением сумерек наполз густой туман. Облака сгустились, и стало непонятно, удастся ли попасть на Лунный базар. Осло, который уже заранее составил список покупок, бессильно пожал плечами.

– Не стоит печалиться! Отправимся на Лунный базар в следующий раз! А сегодня мы можем просто как следует отдохнуть и наконец заняться всем, что откладывали на потом! – ободряюще сказала Заза, глядя на Осло.

Хозяин же «Лавки сладких снов» хмурился, несмотря на тарелку вкуснейшего картофельного супа перед ним.

– К тому же в следующем месяце, говорят, будет суперлуние! И базар в ту ночь станет самым большим в году. Вот тогда-то мы и купим все для наших волшебных вещиц! – добавила она.

Услышав о суперлунии, Осло наконец-то просветлел лицом. Решили, что сегодняшний день они посвятят отдыху и вкусной еде. Впереди еще был целый вечер, и Осло с Зазой договорились не спеша насладиться оставшимся временем.

Осло обжарил до золотистого цвета пышные оладьи на молоке и яйцах, щедро припорошил их фирменной сахарной пудрой с Лунного базара, а затем сдобрил густой сладкой патокой. Эти оладьи были его коронным блюдом.

– Оладьи такие воздушные и невероятно вкусные!

– Когда дело касается оладий, то я уверен в себе так же, как и в своем сне.

В те времена, когда Осло был еще студентом, его всегда окружали друзья. Благодаря им он мог позволить себе спать и в автобусе, и в классе, не особо беспокоиться о том, что пропустит что-то важное. Стоило ему задремать, как кто-нибудь из присматривавших за ним друзей подходил и мягко будил его.

Правда, случалось и такое, что он засыпал прямо посреди разговора с этими дорогими и любимыми людьми, и тогда его переполняли муки совести.

Чтобы загладить свою вину, после занятий он часто приглашал друзей к себе домой и угощал их разными вкусностями. Как раз в тот период он частенько готовил для них оладьи.

Выпечка была слабостью Осло, и в приготовление оладий он вкладывал всю свою душу. И каждый раз, когда друзья уверяли, что это самые вкусные оладьи в их жизни, он не мог сдержать довольной улыбки.

В оладьях Осло заключалось не только что-то орехово-сладкое, но и частичка его самых дорогих воспоминаний. Стоило откусить всего один кусочек, как в памяти всплывали радостные и бесценные моменты, проведенные с друзьями.

Именно эти воспоминания, будто особый ингредиент, сдабривали вкус, делая его по-настоящему волшебным.

Плотно подкрепившись воздушными оладушками и набравшись сил, Осло и Заза всерьез взялись за уборку. Осло подмел и вымыл полы, выгоняя прочь всю пыль, а Заза забралась повыше, чтобы проверить, нет ли где поломок или участков, выцветших настолько, что стоило бы их подкрасить.

Они перестирали накопившееся белье и развесили его у камина, подбросили дров для жара и принялись наводить порядок на кухне. Закончив даже с генеральной уборкой на чердаке, до которого обычно не доходили руки, они с удовлетворением отметили, что лунный свет, прежде робко таившийся у витрин и в углах кладовой, наконец окутал собой всю «Лавку сладких снов».

А на улице между тем уже наступила ночь. И словно желая утешить Осло, так и не попавшего на Лунный базар, взошедшая луна сияла в густом тумане особенно мягко и великолепно.

– Ну ты молодец, Заза. Потрудилась на славу.

– Раз уж мы привели в порядок магазин, может, теперь и о себе позаботимся?

Из-за того что Осло вечно клевал носом, его шея и спина частенько затекали, и ему не помешала бы хорошая разминка. А Заза, у которой от усталости кончики перьев трескались и теряли блеск, нуждалась в порции питательного крема и в недолгом легком полете.

Осло проглотил витаминку и принялся неспешно разминаться, мягко потягивая запястья, лодыжки, шею и поясницу. Заза, тщательно нанеся крем, с довольным видом почистила клювом перья и выпорхнула из магазина, чтобы немного размять крылья.

Жаль, конечно, что из-за густого тумана и облаков ночное небо было не разглядеть во всей красе, но Заза тут же утешила себя мыслью, что зато глаза в такой обстановке меньше устают.

Она решила впервые за долгое время облететь весь городок по большому кругу. На постепенно темнеющих улицах то там, то здесь зажигались огни. Она различала уютные заведения, где люди коротали вечер за ужином, и знакомые лавки, забитые до потолка милыми безделушками и всякой всячиной.

Она пролетела над парикмахерской, открывшейся совсем недавно, и над жилым кварталом, где ей попадались знакомые лица в светлых окошках. В ее сердце вновь забился родник нежности к этому тихому и спокойному уголку.

Собираясь уже вернуться в «Лавку», она заметила женщину, которая быстрым шагом направлялась как раз в ту же сторону. Зазе очень хотелось поздороваться, но ее речь была непонятна обычным людям.

Тогда сова подлетела к женщине и начала медленно парить над ней, описывая в воздухе широкие круги.

– О, Заза! Как раз вовремя! Я ведь шла в вашу «Лавку сладких снов»! Планировала просто оставить небольшой подарок в почтовом ящике… Но раз уж мы встретились, наверное, я могу зайти?

Эта женщина несколько месяцев назад купила в лавке занавески «Первый снег». Именно та самая посетительница, что изнывала от безответной любви и не могла сомкнуть глаз.

В знак согласия Заза мягко опустилась ей на плечо, и они вместе направились к «Лавке сладких снов».

– Заза, это ты?

Осло как раз заканчивал разминку. Он встряхнул руками и ногами, повертел шеей и посмотрел в сторону двери, а увидев Зазу не одну, от неожиданности даже подпрыгнул.

– Ах, здравствуйте! Как поживаете? Я просто немного удивлен, что вы пришли вместе с Зазой.

– Я знала, что в полнолуние у вас выходной, и хотела просто оставить подарок, но случайно встретила Зазу. А когда она села мне на плечо, я подумала, что, наверное, можно и зайти… – смущенно проговорила женщина и протянула коробку с печеньем.

– Не стоит волноваться, давайте пообщаемся, – предложил Осло, жестом указывая на уютный диван у низкого чайного столика.

Женщина принялась рассказывать о событиях, произошедших после ее посещения «Лавки». А Заза тем временем приготовила для гостьи согревающий чай с грейпфрутом.

– Я принесла занавески домой и сразу же повесила их в спальне… Шли дни, а моя симпатия к тому человеку и не думала утихать. Я смотрела на пушистый снег и не могла отвести глаз… Но потом, с течением времени, смятение понемногу улеглось. Тревожные мысли отступили, и сон сам собой наладился. А в последующие несколько месяцев я научилась уделять больше внимания себе. Кажется, я просто признала свои чувства – что они естественны и через это проходит едва ли не каждый, – вместо того чтобы пытаться забыть моменты тревог и терзаний из-за безответной любви.

– Искренне рад, что наша вещица помогла вам. – Осло улыбнулся мягкой, теплой улыбкой.

– И еще… мне нужно сказать вам что-то очень важное…

Женщина помолчала, ее щеки постепенно залились румянцем, и вскоре она покраснела еще сильнее, чем в тот день, когда впервые, полная надежд, переступила порог «Лавки сладких снов».

– А когда я наконец стала высыпаться и обрела душевный покой, то почувствовала, что и его отношение ко мне стало понемногу меняться. Это было уже не просто дружеское общение. В какой-то момент между нами возникло какое-то особенное, трепетное напряжение… И как раз тогда, когда я осознала эти тонкие перемены, он признался мне в своих чувствах.

– Как же это прекрасно! Именно когда мы обретаем мир внутри себя, к нам часто приходит и любовь. Поздравляю вас от всего сердца.

Заза, сидевшая на плече Осло и внимательно слушавшая рассказ, от радости вспорхнула и захлопала крыльями. В воздухе словно запахло первым снегом – волнующим и прекрасным.

«Быть помощницей в “Лавке сладких снов” – это так здорово! Участвовать в таких важных и прекрасных событиях…» – мысленно проговорила сова.

Провожая гостью взглядом, Осло подумал, что свет счастья влюбленного человека можно разглядеть даже со спины. Это его сияние наполнило собой все вокруг? Даже лунный свет, что хранил магазин, сегодня был особенно ярким.

Наступило время завершить этот необычайно хлопотный день. Заза добавила дров в камин, а Осло зажег свой шарообразный ночник. В комнате разлился уютный запах горящих поленьев, а от лампы исходил таинственный, похожий на полярное сияние, мечтательный свет.

У Осло был свой особый ритуал, которым он завершал день. Он открывал дверцу гардероба и неспешно проводил взглядом по его содержимому.

Его гардероб был весьма необычным. Перед ним, сработанным из темного коричневого дерева, лежала плетеная соломенная циновка, а за дверцей, высотой в его рост, от самого левого края до правого висели одни только вещи в клетку.

Незнакомый человек мог бы подумать, что это все пижамы – настолько уютно они выглядели, но у Осло был четкий принцип, отделяющий домашнюю одежду от спальной.

Честно говоря, даже Заза, жившая с ним несколько лет, далеко не всегда могла их отличить.

Осло вешал пижамы в левый отсек, а повседневные вещи – в правый, и все они были сшиты из мягкой ткани в клетчатый узор. Выглядели они, без сомнения, удобно и по-домашнему, но Зазу не оставляло любопытство.

Почему в его гардеробе оказались одни лишь вещи в клетку – даже на самые осторожные расспросы Осло в ответ лишь загадочно улыбался.

– Ну почему у вас только клетчатые вещи? Теперь уж точно пора мне все объяснить! – не удержалась Заза, увидев, как он выбирает пижаму, и решив, что момент подходящий.

– Ладно. Пожалуй, пришло время рассказать тебе эту историю, – наконец ответил Осло.

* * *

Четыре года назад Осло переживал период раздумий о жизни. Он размышлял о том, как найти дело, которое наполнит его существование счастьем и уютом, и в поисках ответа бродил по округе.

Во время одной из таких прогулок он случайно зашел в кафе. Возможно, его привлекла ухоженная клумба у входа. Кафе было небольшим, но невероятно уютным и теплым.

И там Осло встретил девушку, чье лицо озаряла невероятно светлая улыбка. В тот миг, когда он увидел ее, принимающую заказ, его сердце будто подхватила мощная волна и понесла в неизвестность.

– Чем могу помочь?

– А… Здравствуйте. Один горячий чай с юдзу, пожалуйста. – Ошеломленный чувством, незнакомым ему прежде, Осло с трудом выдавил ответ.

Девушка улыбнулась и сказала, что принесет напиток к его столику.

Устроившись за столиком, Осло достал принесенный с собой блокнот. В хорошую погоду зайти в случайное кафе, чтобы записать пришедшие на ум мысли или сделать зарисовку, – это был один из способов вернуть себе душевное спокойствие.

По плану ему следовало подумать в этом кафе, куда его привел вид красивой клумбы, о деле, которое могло бы принести ему счастье. Но на сей раз сердце стучало как сумасшедшее, а руки дрожали, и ручка отказывалась слушаться.

Казалось, еще по дороге сюда его потихоньку начинало клонить в сон, но в тот миг, когда он увидел ее, в голове прояснилось, и сон как рукой сняло.

«Неужели бывает так, что сон исчезает в одно мгновение?..»

– Вот ваш напиток. Приятного чаепития.

Осло отчаянно хотелось заговорить с ней. Он чувствовал твердую уверенность, что если уйдет просто так, то будет жалеть об этом.

– Я… я живу в соседнем районе. – Эти слова вырвались у него сами собой.

«Ну и болван! Даже имени не назвал и сразу сообщаешь, где живешь!» – мысленно рассердился он на себя.

– О, вот как. Наслаждайтесь напитком.

Чувствовала она его смятение или нет, но в ответ девушка лишь мягко улыбнулась ему.

Почему – он не знал и не мог объяснить, но его охватило интуитивное чувство, что этот миг – самый важный во всей его жизни. И упускать такой шанс Осло не мог.

Он медленно потягивал чай с юдзу, пытаясь совладать с дрожью в сердце.

– Мне кажется, я не представился ранее. Чай был прекрасен, спасибо. Меня зовут Осло. Я живу тут, неподалеку.

Осло собрал все свое мужество, какое только было в его жизни. В тот момент, когда дрожащим голосом он пытался передать свои чувства, лицо его не просто горело – ему казалось, что он вот-вот воспламенится.

Услышав его слова, девушка поначалу сильно удивилась, но затем одарила его лучистой улыбкой. Было ясно, что его искренность подкупила ее.

– Меня зовут Иан, Чон Иан. Господин Осло, вам очень идет эта клетчатая рубашка.

Так началась история Осло и Чон Иан. Он стал заходить в кафе каждый день, жертвуя ради этого даже частью своего драгоценного сна.

С каждым днем цветы на клумбе расцветали все пышнее, а в самом заведении то и дело появлялись новые мелкие детали и украшения. Все это, как и тщательно продуманные элементы интерьера, красноречиво говорило о том, насколько она трудолюбива и как искренне любит свое дело.

Возможно, другие этого не замечали, но для Осло, человека с золотыми руками и внимательным взглядом, это было очевидно. И его чувства к Иан с каждым днем становились лишь глубже.

– Прохладный сок юдзу, пожалуйста…

– А сегодня я буду чай с юдзу, горячий, пожалуйста…

Перед его неизменной простотой и душевным спокойствием сердце Чон Иан тоже понемногу начало оттаивать.

– Как обычно, приготовить вам чай с юдзу? Погода сегодня прохладная, так что сделаю его погорячее.

Увидев входящего Осло, она первым делом тянулась к банке с конфитюром из юдзу.

Но в какой-то момент визиты Осло стали нерегулярными, затем редкими, а вскоре и вовсе прекратились. Чон Иан не могла не волноваться о нем. Ей недоставало его простодушного, немного застенчивого общения и тех усилий, что он прилагал, чтобы сблизиться.

В то время Осло был поглощен подготовкой к открытию «Лавки сладких снов». Он хотел заняться делом, которое у него действительно получалось. И для этого требовалась основательная подготовка.

Чтобы накопить денег, он брался за любую подработку, крутясь как белка в колесе, но даже в этой суматохе находил время мастерить вещицы для будущей лавки. Наличие цели придавало ему сил, даже когда недосып и усталость давали о себе знать. Чем труднее было, тем четче вырисовывалась в его мыслях «Лавка сладких снов», заставляя работать с еще большим рвением.

Конечно, Осло тоже тосковал по Иан, но у него буквально не было ни минуты. К тому же ему хотелось предстать перед ней владельцем уже готовой прекрасной «Лавки». День за днем он жил в бешеном ритме, а по выходным часто просто падал без сил. Случалось, он просыпал все воскресенье.

И вот однажды выдался единственный свободный день. В этот раз Осло твердо решил: он обязательно должен зайти в кафе к Иан.

«Нужно обязательно объяснить, почему я не приходил. Но… заметила ли она? Интересовалась ли причиной моего отсутствия?..»

Отодвинув тревожные мысли, Осло достал и надел ту самую клетчатую рубашку, которая, по словам Иан, ему так шла.

– Как же давно вы не заходили!

Лицо Чон Иан, увидевшей Осло на пороге только открывшейся кофейни, озарилось радостной улыбкой.

– Я был немного занят в последнее время.

В тот день они впервые пили чай вместе. Изливая накопившиеся за это время мысли, Осло чувствовал, как его сердце наполняется несравненным счастьем. Он мечтал, чтобы их разговоры никогда не кончались, но, не в силах выразить все эти чувства, мог лишь беззвучно улыбаться.

– Вы так долго не появлялись, что я даже начала переживать, все ли у вас в порядке.

Когда Осло, приходивший каждый день, вдруг перестал появляться, Чон Иан неожиданно для себя стала его ждать. И в тот миг, когда она уже начала сожалеть, что, возможно, больше никогда его не увидит, он, словно призрак, распахнул дверь. При виде его Иан охватило странное чувство – радости, смешанной с непонятной обидой.

– Я, если честно, готовлюсь к открытию собственной лавки. Погряз в работе с головой, и время пролетело незаметно.

– Что за лавка?

– Я хочу открыть лавку, которая дарит людям сладкий сон. Видите ли, для меня с самого детства сон был источником счастья. Я бы даже сказал, что это мое любимое и лучшее умение. Но потом я узнал, как много людей страдает от бессонницы, и мне стало их невероятно жаль. Да и меня самого со временем настигли ночи, когда сна не было ни в одном глазу. Я на собственном опыте познал, как это изнурительно – не иметь возможности заснуть. Тогда я и решил во что бы то ни стало создать место, которое дарило бы утешение тем, чьи сердца не могут обрести покой.

Сейчас я как раз готовлюсь к открытию. Так погрузился в заботы, что не мог выкроить даже минуты, чтобы зайти на чашечку чая.

Осло выложил все свои переживания и мысли, что успели накопиться за это время. Мало того что было трудно найти свободную минуту – у него не было и душевного покоя, ведь он постоянно размышлял, как же лучше вести свое дело. Желание создать место, где посетители смогут по-настоящему отдохнуть, не иссякало, но одного энтузиазма, увы, было мало.

– Магазин, который дарит людям сон… Звучит восхитительно. Я неплохо разбираюсь в оформлении пространства и могу помочь с бизнес-планом… Если вы не против, я бы хотела помочь.

– Знаете, всякий раз, когда я заходил к вам, мое сердце успокаивалось, как бы ни было трудно и утомительно. Думаю, ваша помощь мне очень пригодится. Как насчет выходных? Не могли бы мы поужинать вместе и поговорить подробнее о будущем проекте?

И Осло вновь собрал все свое мужество, вот только на этот раз оно вело его к чему-то куда более светлому.

– В выходные я заканчиваю работу раньше обычного. Так что давайте вместе поужинаем где-нибудь в хорошем месте, – ответила она с улыбкой, сиявшей ярче обычного, – словно почувствовала трепетное волнение Осло.

Затем Осло проспал с вечера пятницы и до самого субботнего обеда. Мысль о том, что нельзя зевать перед Иан на их долгожданном ужине, заставила его отложить все дела и как следует отоспаться впрок. Он выставил десять будильников с минутным интервалом – боялся проспать. Но тревоги его оказались напрасны: Осло разом открыл глаза еще до того, как прозвенел первый сигнал. Предстоящий ужин с Иан волновал его так, что он был готов добровольно пожертвовать сном.

В гардеробе Осло висело множество вещей в клетку, но каждая – в своем стиле. С тех пор как Иан похвалила его рубашку, он при любой возможности прикупал новые клетчатые вещи. Под стать промозглой погоде он выбрал теплое пальто в крупную клетку, сотканное из черных и серых нитей.

– Я припозднилась. Сегодня было необычайно много посетителей, и мы задержались с закрытием.

Перед Осло появилась Чон Иан с чуть растрепанными от быстрой ходьбы волосами – казалось, она буквально бежала до места встречи. Осло, ждавший ее уже целый час, находился в полудреме, но при виде девушки по телу разлилась живительная сила, возвращая ему бодрость.

– Я и сам пришел совсем недавно.

– Раз уж я опоздала, ужин с меня. В следующий раз вы угостите меня чем-нибудь повкуснее, господин Осло.

За ужином Осло узнал, что у Чон Иан есть планы покинуть тихое местечко, где она живет сейчас, и перебраться в большой город. Она мечтала расширить свое дело, открыть больше кофеен. Осло была по душе ее целеустремленность и желание добиться успеха, и он чувствовал, как его сердце снова покоряется ей – на этот раз еще сильнее.

– Это по-настоящему восхитительно. Мне есть чему поучиться у вас, Иан.

– Ваше чуткое желание дарить людям сладкий сон куда прекраснее. Честно говоря, я часто жертвую сном, если нужно что-то сделать. Мне бы и в голову не пришла такая идея для магазина. Поэтому мне еще и очень интересно.

Они долго обсуждали, как лучше обустроить «Лавку сладких снов». Вместе они продумывали все – от дизайна пространства до тонкостей психологии людей, страдающих бессонницей.

Осло было невероятно интересно говорить с Иан. Благодаря ее решительности и ясности мышления его собственный кругозор будто расширялся.

Чон Иан, в свою очередь, тоже получала огромное удовольствие от их бесед. Неспешная и вдумчивая манера речи Осло внушала доверие. Его скрупулезный и творческий подход к делу вызывал у нее одновременно восхищение и легкую зависть.

Осло и Чон Иан стали видеться постоянно. В будни они чаще общались в ее кафе, а на выходных вместе исследовали новые интересные заведения.

– Вы, часом, не колдовали над той кружкой, что подарили мне? Я собралась после закрытия кафе поработать еще немного дома… но стоило мне налить в нее чаю, как меня плавно понесло в сон, и я так и отключилась…

Кружка с изображением месяца была одним из тех предметов, что Осло собственноручно создавал в подарок близким. Возможно, в каждую из них он вкладывал желание, чтобы человек хорошо спал, – так или иначе, многие потом благодарили его и говорили, что действительно стали лучше высыпаться. Видимо, и на этот раз его желание сработало как магия.

– Вы, наверное, очень устаете в последнее время? И в кафе, кажется, народа прибавилось…

Осло не ошибался: кафе с каждым днем набирало все большую популярность. Милое заведение Иан, бывшее когда-то уютным уголком для местных жителей, прославилось теперь и далеко за пределами района – люди специально приезжали сюда ради вкусного кофе и очаровательной атмосферы. Особенно хорошо расходились инжирный пудинг и мадлены – они разлетались мгновенно.

И тут Осло вспомнил слова, которые Иан сказала ему когда-то.

В памяти всплыло лицо Иан, озаренное мечтой, когда она говорила: «Я хочу перебраться в большой город и расширить свое дело. Это же так здорово!»

– В последнее время посетителей и правда стало намного больше. Мне даже пришлось нанять двух новых сотрудников. Это утомительно, но чувствую я себя прекрасно.

И несмотря на усталость, сквозившую в ее чертах, лицо ее светилось.

Осло испытал противоречивые чувства – радость за нее смешивалась с легкой грустью. Он всей душой поддерживал ее мечты, но мысль о том, что она может уехать, вызывала тревогу. Если она начнет большое дело в городе, встречаться так же часто, как сейчас, станет невозможно.

Осло был поглощен подготовкой к открытию «Лавки сладких снов», Иан – заботами о кафе, но, несмотря на занятость, они продолжали выкраивать минуты для встреч.

Сотрудники кафе уже узнавали Осло и приветствовали его первыми. Иан, в свою очередь, то и дело подбрасывала новые идеи для «Лавки сладких снов», будто добавляя в нее крупицы своей волшебной пыли.

Наконец-то и «Лавка сладких снов» была готова к открытию. Осло все яснее осознавал, что хочет быть рядом с Иан. И в тот самый миг, когда он понял, что нельзя медлить с признанием, Иан опередила его:

– Не сходить ли нам в эти выходные в одно замечательное место? Мне нужно сказать вам кое-что важное.

– С огромным удовольствием. Вы так помогли мне с подготовкой, на этот раз ужин за мной.

«Неужели я и правда всегда любил клетку?» – невольно усмехнулся Осло, открывая гардероб в долгожданный день их встречи. Ведь оттуда на него глядели одни только вещи в клетку. Вот что может сделать одно-единственное слово любимого человека.

Он выбрал клетчатый кардиган из смеси коричневой и бежевой пряжи и светлые джинсы и отправился на встречу.

– Мне нужно кое-что вам сказать, – начала она, едва они уселись.

Когда за обычной беседой тарелки одна за другой опустели, она наконец заговорила о главном. Иан с напряженным лицом сделала глоток воды и слабо улыбнулась.

– Кажется, скоро я закрою кафе и перееду. Я уже говорила вам раньше, и мне действительно хочется попробовать управлять кофейней в большом городе. Когда я рассказывала вам о своих планах, мне казалось, что до их воплощения еще очень далеко, но из-за резко возросшего потока клиентов подготовка заняла меньше времени, чем я ожидала.

Иан помолчала, подбирая слова, и продолжила:

– Мне поступило предложение выпускать мои инжирные десерты как отдельный бренд. Это было хорошее предложение, и я даже ненадолго задумалась над ним, но в итоге решила, что раз уж это наша фирменная продукция, то развивать ее я буду сама. Я ведь убедилась, что у этих десертов достаточно потенциала, чтобы крупные компании проявили к ним интерес. Так что теперь я готова отправиться в большой город и принять этот вызов.

Казалось, от Иан исходило сияние. То самое, что бывает только у людей, познавших собственную силу.

– Меня всегда восхищало ваше кафе. Я удивлялся, видя, как множество людей готовы ехать в ничем не примечательный район ради одних только ваших десертов, и поражался вашему таланту. У вас все получится, я в этом уверен. Я всегда буду вас поддерживать.

Осло искренне радовался за нее. Он хотел стать опорой для человека, смеющего грезить так смело. И все же тоска по тому, что предстояло потерять, накатывала на него волной. Если Иан станет еще более занятой, а расстояние между ними увеличится, им будет трудно видеться так же часто, как сейчас.

– Для меня вы стали большой опорой, господин Осло. Иногда, закрывая кафе и обводя взглядом зал, я ловлю себя на том, что смотрю на ваше любимое место. И вспоминаю все наши разговоры. Беседы с вами умиротворяют меня. Я по натуре тревожный человек, но после разговора с вами бушующие в душе волны успокаиваются. Я… я хочу продолжать видеться с вами.

Просто если я открою новое кафе, мы, наверное, почти не будем видеться… И тогда я подумала, как было бы хорошо, если бы вы поехали со мной. Я хочу отправиться в этот путь вместе с вами, господин Осло.

– Я… я очень сильно вас люблю, Иан. Я ловил себя на мысли, как было бы здорово, если бы, оглянувшись в самый обычный день, я увидел вас рядом. Это, наверное, эгоистично, но я хочу, чтобы вы были в моем будущем. Однако…

Чувство, зародившееся в день их первой встречи, с тех пор только росло и крепло. Осло хотел оставаться ее опорой и впредь. Но он не находил в себе смелости ни отказаться от «Лавки сладких снов», ни покинуть город, в котором прожил всю жизнь.

– Мне достаточно того, что я знаю о ваших чувствах, – с понимающей улыбкой сказала Чон Иан.

Но, как она ни пыталась казаться спокойной, голос дрогнул, а взгляд выдал ее истинные эмоции.

– Открыть «Лавку сладких снов», встречаться с соседями, выслушивать их и помогать им – это моя мечта. Мне хочется разделить заботы жителей этого города, где я родился и вырос.

Но как и эта мечта, вы так же дороги мне, Иан. Поэтому… поэтому моему сердцу так больно. Пусть мы и не сможем видеться часто, но обещайте, что когда-нибудь вы обязательно зайдете в «Лавку сладких снов». Я приготовлю для вас особенный подарок – тот, что подойдет именно вам.

Глаза Осло наполнились слезами. Как же горько было сознавать, что день, когда они наконец поняли чувства друг друга, стал и днем, когда они узнали о грядущей разлуке.

Так и закончилась их последняя совместная трапеза.

Вскоре Иан действительно закрыла свое кафе. Осло пришел в пустое заведение, и каждая деталь – цветочные горшки, его привычное место, полка, с которой она доставала банку с конфитюром, – заставляла сердце сжиматься. Вернувшись домой, он не смог сомкнуть глаз.

Маленькая Заза, в то время еще совсем птенец, сокрушенно цокала клювом, наблюдая, как Осло чахнет на ее глазах, а его лицо становится все мрачнее. Ей было до боли жаль своего единственного друга. Она пыталась подбодрить его, ворча по-свойски, и нарочно говорила с ним бодрым, звонким голоском. А по ночам не отходила от него ни на шаг.

Бодрствуя ночами напролет, Осло проводил время в своей постели, а Заза, устроившись в изголовье, до самого рассвета упрашивала его рассказать что-нибудь занятное. Или хвасталась, как быстро научилась летать. Благодаря Зазе, ставшей его настоящей опорой, к Осло понемногу возвращались душевные силы.

После отъезда Иан Осло пытался поддерживать с ней связь. Но в ответ приходили лишь редкие и короткие сообщения.

Вскоре и он распахнул двери «Лавки сладких снов». Дни его наполнились приготовлением снотворных безделушек и беседами с посетителями, и вот так, незаметно, пролетели месяцы. А связь с Иан и вовсе сошла на нет.

– Такое случается в жизни, – старался утешить себя Осло.

И все же его гардероб по-прежнему ломился от вещей в клетку. Дело было не в том, что он цеплялся за прошлое. Просто память о ней, незаметно просочившись в его жизнь, естественно и тихо заполнила собой каждый его день.

Так и текло время, пока спустя несколько лет до Осло не дошли новости об Иан.

Как-то раз, неспешно возвращаясь с вечерней прогулки, он случайно подслушал разговор прохожих.

– Помнишь кафе, что славилось своим инжирным десертом?

– Еще бы! Я слышал, у них так хорошо шли дела, что они перебрались в город.

– Говорят, и на новом месте у них дела идут отлично. Их десерты стали настолько популярны, что они здорово расширились.

Осло невольно прислушался к разговору соседей и лишь тогда позволил себе выдохнуть с облегчением. Он боялся услышать дурные вести, и то, что они оказались хорошими, было настоящим подарком.

«Я так и знал, что у нее все получится. Она просто удивительная».

Тоска по Иан шла рука об руку с заботой о ней, и теперь его сердце наконец обрело покой.

С тех пор как Осло узнал новости о Чон Иан, он с еще большей самоотдачей погрузился в управление «Лавкой сладких снов». Он не мог знать, суждено ли им встретиться вновь, но твердо решил для себя: ему хочется стать таким же прекрасным человеком, как она. Быть может, их пути больше не пересекутся, но, если однажды это случится, он хочет предстать перед ней повзрослевшим и состоявшимся.

* * *

Закончив свой долгий рассказ, Осло посмотрел на Зазу. Сова приникла своей головой к его голове. Так она пыталась его утешить и выражала свою привязанность.

– Спасибо, что выслушала меня. – Осло в шутку легонько щелкнул ее по клювику.

Пусть они и не попали сегодня на Лунный базар, но этот вечер, наполненный историей Осло, казался Зазе не таким уж и неудачным.