В самом конце VIII века правитель Джаяварман II, покорив по очереди всех хозяев земель современной Камбоджи и подавив всяческое сопротивление, основал королевство, во главе которого он встал, провозгласив себя Чакравартином, что значит «король королей». Его преемники, Джаяварман III и в особенности Индраварман I, продолжили его политику: они внесли свой вклад в развитие королевства, построив важные храмы. После долгих периодов смуты, вызванных нескончаемыми династическими распрями, в 1145 году король-воин Сурьяварман II приказал построить в городе Яшодхарапура храм Ангкор-Ват, посвященный богу Вишну.
На протяжении почти 40 лет тысячи рабочих трудились над созданием этого шедевра, посвященного богу кхмерских правителей, вырезая и оформляя в его честь барельефы, чтобы запечатлеть деяния легендарных героев и изобразить грациозные движения сотен танцовщиц апсар[21], нагов[22], покровительствующих водоемам, и духов земли. В этом храме кхмеры из поколения в поколение поклонялись тому, кто стал их первым королем-богом. По всему королевству строились горообразные храмы, названные в честь горы Меру, космической горы, обители богов и их верховного бога.
На протяжении десятилетий вокруг этого храма процветал огромный город со сложной гидротехнической сетью, которая простиралась почти на тысячу квадратных километров, а сам город состоял из деревянных, бамбуковых и соломенных хижин, которые со временем исчезли. На протяжении 300 лет кхмеры почитали своего короля наряду с Вишну и Шивой, после чего к пантеону их богов присоединились индийские боги, при этом веротерпимость поддерживала и защищала отправление столь многочисленных культов. В этот период королевство кхмеров занимало территорию всей Юго-Восточной Азии и процветало под управлением своего лидера, короля-бога, которого поддерживали брахманы[23] и могущественная аристократия.
В XII веке буддизм Махаяны стал официальной религией кхмеров. Во времена правления Джаявармана VII Ангкор-Тхом, буквально «великая столица», выбранный столицей королевства, стал одним из самых крупных и густонаселенных городов того времени с населением 250 тысяч человек. В то время как Ангкор-Тхом защищали мощные крепостные стены с массивными воротами, на которых изображался один из четырех глав индуистского пантеона, сам город мог похвастаться Байоном[24], расположенным в самом его сердце, чьи 54 гигантские башни устремлялись в темно-синее небо. Вот что примерно в 1300 году писал в своих «Записках» китайский путешественник Чжоу Дагуань, повидавший своими глазами это роскошное строение: «Когда выходит повелитель, за ним следует военный эскорт, сопровождаемый знаменами, вымпелами и музыкой». Как и Дагуань, многие другие путешественники восхищались количеством больниц, святилищ, стоянок для путешественников и богатых библиотек, расположенных по всему королевству.
В XIV веке на смену буддизму Махаяны пришел буддизм Тхеравады. На протяжении десятилетий кхмеры разрабатывали масштабную систему дорог: они постоянно прокладывали тропы сквозь пышную растительность и строили мосты через реки, чтобы наладить связь между городами королевства. Стремясь защитить себя от разрушительных наводнений, вызванных муссонами, и предотвратить затопление Ангкора, кхмеры постоянно разрабатывали и совершенствовали гигантские и сложно устроенные гидравлические сети. Трубопроводы, бассейны, дамбы и водохранилища накапливали воду после паводков, чтобы обеспечить к ней доступ в тяжелые месяцы засухи, в результате чего они в полной мере использовали преимущества местного рельефа, орошали поля и компенсировали нехватку питьевой воды. Инженеры, строители, ремесленники и рабочие прилагали все силы, чтобы одержать победу над враждебной природой. Как же могла рухнуть эта процветающая и восхитительная цивилизация?
В XIV и XV веках королевство кхмеров дважды пострадало от периодов муссонов, каждый из которых длился по 30 лет. Король вместе с придворными и знатью покинули Ангкор, вслед за ними последовало и все остальное население, чтобы поселиться в Пномпене[25]. Судя по всему, они больше не могли справляться с потоками воды. Города, благодаря которым кхмерская цивилизация стала великой, прежде чем ее постиг окончательный крах, теперь с трудом напоминали места, когда-либо заселенные людьми: сначала они оказались покинуты, а затем и вовсе канули в лету. Ангкор-Тхом, Ангкор-Ват и другие бесчисленные руины кхмерской цивилизации на протяжении веков тонули в джунглях, их строения покрывались мхом и скрывались под переплетениями лиан, пока в 1861 году это королевство, переименованное в Кохинхину, не стало привлекать внимание любителей древности, искателей приключений и ученых. Два француза, естествоиспытатель Анри Муо и аббат Сильвестр, обнаружили эти каменные чудеса и одними из первых попытались раскрыть тайну исчезновения прославленной цивилизации, которая их построила.
Последовали многочисленные экспедиции, благодаря которым мир узнал об этой великолепной цивилизации, возвеличенной писателями. Лоти[26] с восхищением писал о «лицах» Байона. Клодель[27] был очарован апсарами, тем, как они «со своими эфиопскими улыбками исполняют на руинах какой-то ужасающий канкан». В 1926 году вернувшийся из Азии Поль Моран[28] привез с собой реликвию, связанную с этой древней цивилизацией: одну из тех голов Будды, которые китайские антиквары предлагали ему, навещая его под покровом ночи, «завернутые в ткани, словно были отрублены».