Церковь Единства пала. Обезглавленная армия супермутантов двинулась на восток.

Мутанты не знали жалости, они остервенело мстили всему людскому роду за гибель их Создателя. Армия чудовищ фанатично стремилась добить крохотные ростки цивилизации, проросшие из ядерного пепла.

Войско супермутантов приближалось к Хабу, крупнейшему городу пустошей. На своем пути зеленокожие солдаты уже сожгли несколько городов помельче, а с падением Хаба весь известный обитаемый мир вновь вернулся бы в каменный век.

Ответственность за эту катастрофу несло Братство Стали. Старейшины ордена знали, что в песках на севере скрыта военная база Марипоза с лабораторией, где ещё до Великой Войны ученые создали первого супермутанта. Впрочем, в те далекие времена их называли иначе. Суперсолдатами. Сверхлюдьми. За пафосными отчетами ученые скрыли правду о том, что мутанты оказались едва ли умнее собак.

Братство могло уничтожить запасы вируса или взять их под контроль, но за долгие годы раздумий так и не решилось на этот шаг – здание охраняли смертоносные роботы.

И все же одному безумцу удалось проскочить через системы защиты, взять базу под контроль – и поставить на поток создание своих мутантов. Так появилась Церковь Единства и ее основатель, известный миру как «Создатель».

Безумец считал, что делает мир лучше. Движимый благими мотивами, он приближал конец времен. Каждого своего бойца он слепил вручную из невольников, погрузив их в чаны с мутагеном. После превращения люди теряли память, и заместо нее им прививали новые идеалы.

С каждым годом армия росла, копя силы для решительного и внезапного удара по человечеству. Ораву воинов взращивали и оснащали далеко от всех поселений. Мир не знал об этом секрете, но одному человеку удалось докопаться до истины.

Альберт, выходец из Убежища 13, вооружился тяжелым плазменным ружьем, облачился в силовую броню и положил конец конвейеру уродов. Затем он обезглавил армию, убив ее Создателя.

Для всех мутантов Создатель был богом, кумиром, рукотворно придавшим форму каждому из них. Оставшись без покровителей, они отчаялись и вскоре объявили войну всему свету.

На защиту людей встало Братство Стали, единственная сила, способная дать отпор мутантам.

Орден прислал на защиту Хаба лучшие отряды паладинов, своих самых могучих воинов. От этого города зависело, сможет ли человечество восстановиться после войны с отродьями Создателя. Именно здесь сохранились старые очистные сооружения и скважины, пробуренные глубоко в землю. Только Хаб мог обеспечить людей всего обитаемого мира чистой питьевой водой.

Братья стали заняли оборону в разрушенном пригороде и замерли в ожидании врага. За их спинами стояли городские ополченцы – среди них были как полицейские силы, так и рядовые граждане с пистолетами и старыми винтовками.

Паладин Квинси стоял на передовой линии обороны, облаченный в силовой доспех. Перед ним простиралась пустошь под вечерним небом, а у его ног стоял огромный металлический кейс с массивной ручкой. Внутри хранилось оружие последнего шанса, которое он мог применить только при крайней необходимости – таков был приказ. Генерал из Лост-Хиллз доверил кейс именно Квинси как самому умелому стрелку ордена. И как самому хладнокровному.

Защитники Хаба, предчувствуя свою гибель, мучались в ожидании битвы. У людей стучали челюсти и дрожали колени. Ощущение неминуемого конца давило на психику – с каждым часом они слабели от волнения.

Квинси посмотрел на своего оруженосца в пехотной броне давно не существующих вооруженных сил Америки. Уильям, бледный от ужаса, едва удерживал лазерную винтовку, в его руках ствол ходил ходуном. Он стал солдатом по зову долга, а не сердца: война с мутантами лишила орден половины воинов.

Родившись в один год с Квинси, Уильям всю жизнь посвятил ученому труду и стал скриптором. Он хорошо и быстро читал, с удовольствием переписывал технические рукописи довоенных инженеров. А теперь держал оборону плечом к плечу с паладином, едва закончив курс боевой подготовки.

Солнце приблизилось к горизонту, и на фоне огромного красного диска показались силуэты приближающейся орды. Мутанты медленно шагали по пустыне, поднимая густые облака пыли. Через несколько минут послышался далёкий топот сотен ног.

Ополченцы за спиной Квинси испуганно шептались. Стальные братья хранили молчание, ожидая приказ генерала. Квинси обернулся и приободрил добровольцев, хотя и сам испытывал сомнение в их успехе. Паладин понимал, что война идет плохо, им грозит полное истребление. Армия мутантов больше напоминала стихийное бедствие, вроде неумолимого урагана, пришедшего со стороны океана.

Такую силу едва ли можно победить. И все-таки люди стояли, чтобы бороться насмерть. Именно эти мысли он озвучил ополчению, пытаясь поднять их боевой дух. И это немного, но сработало. Люди стали дышать глубже и вовлеклись в предстоящее сражение. Разговоры прекратились, новые сигареты больше не зажигались. Воины крепко ухватились за оружие и впились взглядами в мутантов.

Когда армия Создателя подошла еще ближе, Квинси увидел бесчисленные и неровные ряды врагов. Многие из них тащили в руках пулеметы и пушки, снятые с армейской бронетехники. Зеленокожие гиганты шли неуклюжей походкой. Между ними топтались, перебирая многочисленными руками, уродливые кентавры. Впереди всей орды ползли летуны – твари, похожие на плоских червей с непропорциональной большой головой.

Со всеми ними Квинси умел сражаться. Он терял братьев в неравных схватках с мутантами, но сам всегда выживал, чтобы поделиться опытом с Братством. Кое-какие уроки он успел дать и ополченцам.

Армия подходила ближе, и нарастающий шум разделился на отчетливые звуки ружейного лязга и топота. Снайперы увидели окаменевшие лица супермутантов сквозь оптику своих винтовок. Откуда-то позади послышалась тихая молитва дрожащим голосом.

Солнце ушло за горизонт.

Вдруг, со стороны пустыни раздались гулкие взрывы. Мутанты зашли на минное поле. Противотанковые снаряды проигнорировали слабых мутантов – и активировались на тяжелых целях. Высвобождая силу заряда, они срывали огрубевшую пуленепробиваемую кожу с тел супермутантов и рвали их на части.

С поверхности пустыни, потревоженной минами, поднялась высокая пылевая завеса, сквозь которую виднелись вспышки первых выстрелов по Хабу. Череда взрывов отразилась красным заревом в небе.

– Пора, – сказал Квинси и надел шлем.

– Огонь! – приказал генерал.

Застрекотали винтовки снайперов, за пулями устремились лазерные лучи из энергетических пушек паладинов. Супермутанты стреляли из пулеметов: ленты выстрелов пустыню.

Паладин стрелял из плазмолива. Сверхпроводящий ствол выплевывал один плазменный пучок за другим – сгустки, сформированные электромагнитным полем на старте, уходили в небо, словно артиллерийские снаряды. Теряя высоту, они дождем проливались на противника и, попадая на массивные тела, выжигали плоть до костей. Одни мутанты валились замертво, другие продолжали идти даже с такими ранами.

Огни на корпусе пушки засияли красным. Скриптор Уильям вытащил из плазмолива паладина севшую батарею и заменил ее новой. Оружие завыло, насыщаясь энергией, огни налились зеленым светом. Внутри плазменной камеры сформировались новые заряды.

– Небо! – голос генерала раздался в наушниках братьев стали. – Они бросают летунов! Готовьтесь!

Подойдя чуть ближе к городу, супермутанты хватали огромных червей – летунов – за извилистое тело, широко замахивались и бросали их, словно копья, в защитников Хаба. Летуны, хлюпая присосками, цеплялись к обвалившимся крышам и рухнувшим кирпичным стенам. Послышались крики: несколько червей свалились прямо на ополченцев. Мутанты моментально скручивали свои хвосты на их шеях и разрывали позвонки.

Квинси поднял голову и увидел, как на его скриптора с неба падал летун, разинув зубастую пасть. Паладин выждал момент и сбил чудовище в полете прикладом энергетического ружья – червь ударился о землю, и паладин расплющил голову твари своей стальной ногой.

Полицейские Хаба перевели своё внимание с армии мутантов на летунов. Плотность огня заметно снизилась. Уильям прошил лазерным лучом червя, подползавшего к раненому ополченцу, стонущему от боли в раздробленной ноге. Вдруг, по темноте пробежали белые искры – из поля невидимости вышел супермутант.

– Сзади! – крикнул Уильям. – Тени!

Паладин Квинси развернулся и увидел перед собой огромного супермутанта с кожей серого цвета. Он только что отключил свой Стелс-бой, его тело ещё мерцало, как бы выпадая из реальности. Супермутант-тень напал на Уильяма, но тот прыгнул в сторону, и гигант впечатал шипы силового кастета в паладина Квинси.

Сталь ударилась о сталь, из нагрудника на силовой броне высеклись искры. Брат стали пошатнулся, ахнул от боли, но не растерялся – он оттолкнул супермутанта пинком в живот, поднял плазменную пушку и выстрелил. В следующие секунды пучок ионизированного газа прожег плечо супермутанта, расплавил кости, и его рука оторвалась, повиснув на горячем мясном желе. Супермутант зырачал, поймал грудью еще несколько раскаленных плазменных сгустков и упал.

Квинси увидел еще несколько теней – они выходили из невидимости, заходя за спину его братьям. Паладин прицелился в супермутанта, щелкнул по спусковому крючку, но ружье лишь сухо щелкнуло – батарея в магазине снова села. Он окликнул соратников, но поздно: один из мутантов вонзил импульсное копьё в спину его брата-паладина, пробив защитную пластину.

Лезвие вошло глубоко внутрь тела, порвав лёгкие и переломив позвоночник. Паладин кашлянул и повис на окровавленном копье в руках супермутанта.

Уильям снова помог заменить Квинси магазин, и тот сразу же выстрелил. Плазменные пучки пролетели над руинами, снижаясь в полете, и впечатались в голову тени. Череп гиганта лопнул и расплавился зеленой кашей на плечи. По остальным теням открыли огонь братья паладина Квинси.

Паладин вернулся к своему укреплению и ужаснулся: орда уже почти вплотную подошла к пригороду. В воздухе стояли непрекращающиеся звуки пальбы, взрывов и предсмертных воплей. Тени и летуны серьезно отвлекли защитников Хаба, и основная армия успела сблизиться с людьми.

Каменная кладка, за которой прятался Квинси, посыпалась на мелкие крошки. Пули крупного калибра пробивали стены – супермутанты стреляли из пулеметов прямо на ходу, не сбавляя натиска. Паладин присел, став непробиваемым укрытием для своего оруженосца. Ниже линии выстрелов бежали кентавры, уродливые твари, напоминавшие пауков с десятком человеческих рук, которыми они перебирали, как ногами, неся по песку свои тела из оголенной плоти.

– Отступаем! – голос генерала прозвучал в наушниках паладина. – Отступ…

Эфир наполнился треском, сквозь который слышалось гортанное бульканье и канонада взрывов. Ровная полоска пуль, выпущенная из минигана, обезглавила лидера отряда Братства.

– Ополчение разбито! – в наушниках Квинси раздался голос шерифа полиции Хаба. – Мутанты прорываются в город!

Орда супермутантов окружала ряды паладинов, зажимая их в тиски. Воины в силовой броне медленно отступали. Пули стучали по их титановым пластинам, батареи в энергетическом оружии быстро сажались от непрерывной стрельбы. Разогретые до красна стволы приводили плазмоливы в негодность. В радиоэфире не смолкали крики боли.

– Бегите! – крикнул в подшлемную гарнитуру один из паладинов на передовой. – Мой реактор перегрелся!

Справа от Квинси вспыхнул миниатюрный ядерный взрыв. Несколько супермутантов сгорели в атомном огне, ударная волна снесла одну из баррикад защитников города.

Квинси отстрелял остатки магазина в кентавров прямо перед собой. Буйный радиоактивный ветер поднял песок и занес свежие трупы мутантов. Уильям стрелял по кентавру, слепленному из собак, – монстр бежал на него во всю прыть, перебирая семью лапами. Лазерные лучи выжигали полоски на его шкуре, но тот не сбавил скорости.

Плазмолив паладина перегрелся. Квинси поднял ружье над собой и, приказав скриптору пригнуться, вонзил ствол в голову прыгнувшего кентавра. Острые дуги прорезали тварь насквозь, войдя глубоко в шею, и мутант упал в груду битых кирпичей.

Паладин поднял кейс с оружием последнего шанса.

– Братья! – Квинси крикнул в рацию, встроенную в шлем силовой брони. – Нам нужно отступить вглубь города!

Из пылевой завесы перед Квинси выскочил великан с суперкувалдой. Он замахнулся – и тут же развалился надвое. Его перерезала цепочка лучей, выпущенная из Гатлинг-лазера.

Держа перед собой кейс, паладин побежал вглубь города. К нему присоединились лишь три уцелевших паладина Братства и единственный скриптор – его оружейник. Вместе они прорвались через летунов, пировавших на трупах ополченцев.

– Отступаем в район торговцев водой! Нам нужно защитить скважины! – скомандовал Квинси. – Кто-нибудь уцелел, кроме нас?

Группа Квинси завернула за угол очередной развалины.

– Похоже, нет! – ответил паладин, бежавший рядом. Изредка он разворачивался на месте и стрелял из лазерного пулемета по преследователям. – Все погибли! Все, черт возьми!

Хаб уже горел. Мутанты заполняли улицы города, расстреливая жителей, не осмелившихся покинуть свои дома. Гиганты выбивали двери, стреляли по баррикадам, закидывали гранаты в окна. Ночное небо покраснело от огненных всполохов.

Братья добежали до безлюдной улицы, над которой возвышались водонапорные башни. Даже сквозь хаотичный грохот выстрелов было слышно, как работают промышленные генераторы, которые запитывали энергией древние скважины.

Квинси забежал в бетонную коробку, стоящую прямо напротив входа в район. Паладины рассредоточились по укрытиям, а Квинси поставил перед собой кейс. Он не мог ввести код на миниатюрной клавиатуре, поэтому за него это сделал Уильям, тоже знавший правильную комбинацию.

Крышка распечаталась. Внутри лежало редчайшее оружие времен Великой Войны – миниган Гаусса. К нему прилагался специальный кабель для подключения к источникам ядерной энергии и несколько огромных картриджей с иглами.

Скриптор помог Квинси подсоединить кабель от минигана к реактору его силовой брони, который мог бы обеспечить экзоскелет энергией ещё на сто лет беспрерывной работы, а миниган Гаусса на – примерно – пять минут стрельбы. Электромагнитные ускорители масс и радиаторы в этом экспериментальном образце игломета требовали феноменальных затрат электроэнергии.

Но и результат того стоил: минимальная отдача, невероятная скорость полета снаряда, колоссальный урон при попадании и вечно холодные стволы, почти не способные перегреться даже после получаса стрельбы.

Братство хранило всего несколько образцов этого оружия — Кодекс обязывал держать настолько редкие технологии в неприкосновенности. Старейшина так и не разрешил использовать миниган Гаусса: генерал буквально выкрал его из святилища и вручил Квинси.

«Если мы умрем, это сокровище все равно будет некому охранять. Но помни о нашей клятве – используй его только в самый последний момент. Будем надеяться, что это оружие нам не понадобится», – сказал он тогда.

Если бы не Кодекс, можно было бы использовать игломет раньше… Люди бы выжили, паладины бы вернулись домой, супермутанты не смогли бы разрушить город. Но кто Квинси такой, чтобы подвергать сомнению священные тексты ордена?

Уильям подсоединил к минигану картридж, наполненный лентами с длинными иглами из тугоплавкого сплава. Он подошел к выбитому окну, присмотрелся вдаль. Из руин показались супермутанты. Квинси скомандовал братьям, и те принялись стрелять по зеленокожим целям, чтобы привлечь их внимание. Мутанты ответили — по стенам дома последних защитников Хаба застучали крупнокалиберные пули, посыпалась каменная крошка.

Квинси выжидал момент. Мутанты постепенно заполняли улицу перед домом. Поняв по редкой стрельбе, что им противостоит ничтожная горстка братьев стали, супермутанты заметно осмелели и покинули укрытия. Они шагали вперед, выходя из переулков, выглядывая из-за углов и дверных проемов.

Над улицей раздались залпы реактивных установок, и над дорогой пролетели ракеты. Один противотанковый снаряд влетел в крышу дома и оглушительно взорвался, разметав по сторонам осколки бетона. Другая ракета сдетонировала поблизости от Квинси и разорвала на куски стену, за которой прятался паладин. Уильяму сломало руку, и он с криком выронил лазерную винтовку.

Время показать всю силу довоенной технологии. Квинси выпрыгнул из окна на улицу, сделал пару шагов, слыша, как по броне стучат пули. Сжал покрепче гашетку многоствольного пулемета Гаусса и нажал на кнопку спуска.

Раскрутились пять стволов, загудели ускорители масс, завыла система охлаждения. Застрекотал механизм подачи снарядов в тяжелом картридже. Тысячи игл за считанные секунды заполнили всю улицу, и от них нигде не было спасения. Шум пулемета перекрыл все звуки вокруг.

Иглы с бешеной скоростью покидали стволы и поражали мутантов, оставляя за собой яркий электрический след, по которому Квинси корректировал стрельбу. Супермутантов разрывало в клочья, снаряды убивали их десятками.

Стены расходились глубокими дырами и косились в бок, здания складывались, как карточные домики. Иглы развеивали плотную бетонную пыль, попадали в спины бегущих мутантов и рвали их пополам.

Квинси стрелял без перерыва, методично водя стволами по сторонам – никто не должен остаться в живых. Пулемет трещал, сверкая разрядами молний. Как вдруг, оружие замерло. Квинси попробовал нажать на кнопку гашетки, но механические пальцы застыли. Реактор сдох – миниган Гаусса израсходовал всю энергию силовой брони. Резервного электричества хватило только для выхода из экзоскелета.

Пластины на спине раскрылись, и Квинси вышел из силовой брони наружу. Нащупав рукоять лазерного пистолета в кобуре, паладин вооружился и спрятался за разряженной броней. Он выглянул, чтобы осмотреться.

Пыль слегка улеглась, и Квинси увидел целые горы трупов. Весь квартал впереди оказался разрушен до основания. Повисла полная тишина — до паладина доносился лишь отдаленный треск пожара, которому был предан весь остальной город.

К Квинси подошли его братья, включая и Уильяма, улыбавшегося, несмотря на сильную боль. Один из паладинов указал механической рукой на водонапорные башни за своей спиной. Скважины всё ещё работали. А это значило, что даже несмотря на все разрушения, несмотря на гибель всех защитников и жителей города, Хаб всё равно восстановится из пепла. Ведь без воды не будет и жизни.

После стрельбы из электрического пулемета воздух вокруг паладинов наполнился запахом озона.

Это был запах победы.