Глава 10

«Успокойся, Воронцова, и соберись. Он ничего не знает», — постаралась я себя убедить.

С чего вдруг этот эльф такой внимательный? Если сложить всё, что я видела и то, что рассказал мне Киран, то, это не в его характере. Тогда зачем? Напрашивается только один вывод: покушение на Офелию — часть какого-то большого дела, которое он расследует.

Вот почему он ходит за мной и проявляет терпение. Долго так продолжаться не может. Вчера он привёл отца, чтобы он посмотрел на меня. Можно предположить, что до менталистов остался один шаг.

Я почти добежала до своей комнаты, когда из-за поворота коридора возникла тётушка Гвинет.

— Офелия, я всегда знала, что в тебе есть потенциал! Лорд Элион не оставляет тебя.

Меня чуть не перекосило от её восторга. Если бы она знала, о каком «потенциале» шла речь.

— Он просто беспокоится о моей безопасности, тётя, — пробормотала я, стараясь пройти мимо.

— Беспокоится! — выдохнула она. — Вот именно! О, нам нужно срочно обновить твой гардероб! Завтра же вызовем портниху!

Она упорхнула, а я вползла в свою комнату. Сейчас у меня было такое чувство, что я что-то упустила. Каким образом Офелия влезла в неприятности, постоянно находясь дома? А что, если не такие уж мы и разные? Вдруг она так же, как и я, постоянно тайно покидала дом? И чем же она занималась?

Для того чтобы понять, где именно ошибся, нужно сделать три шага назад и обдумать всё с самого начала. Смерть Офелии пока окутана тайной. Я нашла место, откуда её забрали. И, как мне кажется, Элион знал о нём, но не заинтересовался. Уже всё осмотрел или я чего-то не понимаю?

Тогда стоит вернуться к другому вопросу: где Киран взял этот рисунок и почему решил, что его нарисовала Офелия?

Не думаю, что Офелия могла оставить свои вещи в его лаборатории. Получается единственным местом, где они могли пересечься это библиотека. А что вполне логичное место, где могла проводить свободное время девушка и не вызывать подозрение? Возможно, она устроила там несколько тайников, а её брат-учёный, вечно копающийся в старых фолиантах, наткнулся на один из них.

Решено! Нужно идти в библиотеку!

Дождавшись, когда дом окончательно погрузится в ночную тишину, я накинула тёмный халат и, как тень, скользнула в коридор.

* * *

Где находится библиотека, я уже знала и нашла быстро. Правда, внутрь не заходила, так глянула в приоткрытую дверь и ушла. Оказалось зря! Знала бы я её размер, не пошла бы ночью!

Огромный залом с галёркой и лабиринт стеллажей! В свете единственной свечи, которую я захватила с собой, рассмотреть, насколько высоки потолки, не получалось.

Ну и где искать? Не думаю, что Офелия прятала что-то в книгах, которые может взять каждый. Так что всякие романы, стихи, баллады отпадают.

Я постаралась успокоиться и подавить разочарование. Неважно, что за литература, я всё равно не пойму, в каких книгах искать. Думаю, стоит подумать о месте. Оно должно быть таким, чтобы спрятать было легко и быстро, но при этом если кто войдёт, сразу не увидит, чем она занимается. В общем, хотя бы десяток шагов форы.

Вздохнув, я вернулась к двери и пошла, отсчитывая шаги. Десяти не хватило, следующий поворот я смогла преодолеть на счёте тринадцать. Но я была уверена, что это нужное мне место. Корешки ближайших книг сообщали, что все они посвящены этикету. Ну и кому они могут понадобиться, кроме, живущей в доме незамужней девицы?

Подчиняясь интуиции, убрала несколько книг и поддела панель. Она хоть и с трудом, но всё же поддалась, обнажив скрытую за ней дверцу. Память тела, не иначе.

Дверца оказалась заперта, но замок выглядел простым. Я достала шпильку, и через пару минут замок щёлкнул.

Внутри лежала только одна книга в потёртой серой обложке. Взяв её, пролистала и чуть не выронила огрызки записок.

«Встретила его сегодня в саду. Мы долго говорили о звёздах. Он такой красивый и умный».

Небольшая фраза заставила меня прочитать ещё несколько записей. Все они были короткие, некто постоянно появлялся на этих страницах. Офелия явно была в него влюблена, но так боялась раскрытия, что не называла его имя даже в своём дневнике.

«Он предупредил меня. Сказал, чтобы я была осторожнее, и что за мной могут следить».

Огрызки записок тоже не проливали свет. Разве что написаны они были красивым почерком, и адресованы просто «О.». Ну «О» понятное дело — Офелия.

Кстати, если присмотреться, то это тот же почерк, что и в найденной мной в комнате записке.

Можно не сомневаться, Офелия знала об угрозе, и у неё был сообщник, возможно, возлюбленный.

Кстати, а почему этот человек не появился? И как мне теперь его искать? Пока единственной зацепкой является едва заметный штамп в углу листа: цветок камелии. Видно, когда таинственный возлюбленный написал послание, не заметил, что оторвал неровно.

Мне очень хотелось прочитать весь дневник, но учитывая, что Офелия не держала личные вещи в комнате, то и изучать их в доме опасно. Необходимо найти укрытие, прежде чем всё тщательно прочесть. Вернув всё на место, я не спеша и, соблюдая осторожность, отправилась в комнату.

Похоже, мне придётся выполнить заказ борделя, а в качестве оплаты потребовать информацию.

* * *

Утром меня разбудила не Лира, а тяжёлые, уверенные шаги в коридоре и приглушённые, но властные голоса. Я подошла к двери и приоткрыла её.

В холле стоял незнакомый мужчина. Высокий, суровый, с сединой на висках и лицом, высеченным из гранита. На нём был дорогой, но строгий дорожный плащ. Его взгляд, холодный и оценивающий, я инстинктивно отшатнулась, скрываясь от его глаз.

Тётушка Гвинет суетилась вокруг него, её голос дрожал от подобострастия.

— Лорд Хауард! Какая неожиданная радость! Вы вернулись раньше срока!

Мой «дядя». Глава семьи. Лорд Каэлен Хауард.

— Обстоятельства изменились, Гвинет, — его голос был низким и безразличным, как скрежет камня. — Где она?

Я услышала, как он подошёл к моей двери, и была готова, к тому, что он войдёт без стука. Я отшатнулась и вовремя, он открыл дверь и посмотрел на меня холодными глазами.

— Офелия, — произнёс он, и моё имя в его устах прозвучало как обвинение. — Жду тебя в моём кабинете. Немедленно.

Он развернулся и ушёл, не дожидаясь ответа. Я следом не побежала, справедливо рассудив, что «немедленно» это всё же после того, как я оденусь.

* * *

Кабинет лорда Хауарда был таким же аскетичным и холодным, как и он сам. Никаких лишних безделушек, только массивный дубовый стол, кресло из тёмной кожи и большой книжный шкаф.

Дядя сидел за столом, не предлагая мне присесть. Его пальцы барабанили по столешнице.

— Амнезия, — начал он без предисловий. — Удобная болезнь. Особенно для тех, кто хочет скрыть свои промахи.

— Я не притворяюсь, дядя, — тихо сказала я, опуская голову.

Этот человек вызывал опасения.

— Не называй меня так, — отрезал он. — Ты — дочь моего неудачливого брата, который погубил себя и свою жену, связываясь не с теми людьми. И, судя по всему, ты пошла по их стопам.

Я молчала, понимая, что любое слово будет использовано против меня.

— Долги нашей семьи достигли критической точки, — продолжал он, его голос не менял интонации. — Твоя… история с рекой привлекла ненужное внимание, но, как ни странно, она же предоставила нам уникальный шанс.

Он поднял на меня взгляд.

— Элион из дома Серебристых Ветвей. Его интерес к тебе — единственный актив, который у нас остался. Ты выйдешь за него замуж. Твоя тётя научит тебя, что нужно и не нужно делать, чтобы не потерять жениха.

Ледяная волна прокатилась по моему телу. Мне только сватовства не хватает! Словно и без того проблем мало!

— Разве он просто считает меня жертвой преступления?

Изначально я хотела сказать о чувствах эльфа, но вдруг как-то засомневалась, что для дяди это будет аргументом.

— Именно поэтому это идеально, — холодно парировал лорд Хауард. — Его честь не позволит ему отказаться от «несчастной жертвы», за судьбу, которой он чувствует ответственность. А его семья достаточно богата, чтобы покрыть наши долги и восстановить наше влияние. Ты будешь вести себя подобающе. Ты будешь послушной, благодарной и… забывчивой. Твоя амнезия теперь — наш главный козырь. Ты ничего не помнишь о долгах, о прошлом, о том, кто мог желать тебе зла. Ты — чистая, невинная страдалица. Понятно?

Я смотрела на него, и меня трясло от тщательно сдерживаемой ярости. Меня продавали, как вещь, чтобы спасти их шкуры!

— А если я откажусь? — выдохнула я.

Он медленно поднялся из-за стола. Его тень накрыла меня целиком.

— Тогда, моя дорогая племянница, твоё пребывание в этом доме закончится. И я не отправлю тебя в дальнее поместье. Я найду для тебя место похуже. Гораздо хуже. Или, быть может, твои похитители решат завершить начатое. И на этот раз у них всё получится. Выбор за тобой.

Выбора не было. Его не было с самого момента моего «воскрешения» в этом теле.

— Я поняла, — прошептала я.

— Можешь идти.

Я вышла из кабинета, чувствуя, как ярость свернулась внутри ядовитой змеёй. Угрозы мне не понравились, однако пришлось притвориться покорной. Раз дядя грозится отправить меня подальше, то можно этим воспользоваться, но тогда, когда буду готова.