1 мая 1536 года. Гринвич

- Я обещала ждать тебя терпеливо и кротко, но я не думала, что ты решишь вернуться к своей королеве только сейчас.– Ледяной голос Анны словно дал Альеноре пощечину, а темные, полные грозы глаза королевы будто проникали в душу ее когда-то любимой фрейлины и душили ее.

- Прошу, простите меня, моя королева! Я подвела вас! – Альенора бросилась перед Анной на колени и смиренно склонила голову.

- Где ты была, Альенора? Почему ты приехала лишь сейчас? – повысила голос Анна и, полная ярости, подошла к девушке, схватила ее за подбородок и заставила ее смотреть в свои глаза.

Испуганная мисс Нортон не знала, что ответить: не такой прием она ожидала! Едва она появилась во дворце, как Джордж Болейн тотчас бесцеремонно схватил ее за локоть и привел в покои королевы. По пути сэр Болейн не сказал ни слова, но его лицо было серьезным и мрачным, что подсказало Альеноре о том, что свершилось что-то страшное. Новый заговор? Новые волнения крестьян или мятежных лордов? А может, Франция вновь объявила Англии войну?

- Моя подруга, леди Тьюри, сильно заболела, Ваше Величество… Я была с ней и заботилась о ее детях, – тихо ответила Альенора королеве, послушно смотря в ее темные, как омут, глаза.

Она не солгала. Имея намерение пуститься в Лондон в тот же день, когда Тьюри отправились в Лейккасл, Альенора изменила свое решение: вечером того же дня Бригиду охватила горячка, и такая сильная, что она, к ужасу Альеноры, лорда Тьюри и своих детей, упала с лошади, но, благо, не ушиблась. Однако ей было так плохо, что она не узнавала лица своих родных и любимых, и Альенора, не размышляя ни секунды, повезла свою подругу в Лейккасл, в котором провела четыре месяца, ухаживая за своей дорогой подругой и ее детьми. Узнав о болезни Бригиды, Нортоны-старшие тотчас пожелали приехать тоже, но лорд Тьюри и Альенора решительно отказались принять их по причине возможного заражения от бедной больной Бригиды.

Горячка не отпускала леди Тьюри почти месяц, а когда, к всеобщей радости, она пришла в себя, Бригида оставалась такой слабой, что едва могла приподнять голову от подушки. Бригида сильно похудела, осунулась и превратилась в тень той красавицы, какой была ранее, однако это нисколько не оттолкнуло и не погасило пламя любви в графе Мюррей, который явился в замок после первого же письма Альеноры, в котором та уведомила его о состоянии леди Тьюри.

Находясь в Лейккасл, Альенора ни разу не написала королеве: Анна, Болейны, придворная жизнь, – все это не стоило ее дорогой Бригиды, ведь она любила ее как родную плоть и кровь, как родную сестру. Альенора смогла покинуть Бригиду лишь неделю назад, когда та мягко, но настойчиво отправила ее в Лондон, служить своей любимой королеве. Графа Мюррей Бригида также выпроводила, напомнив ему о том, что у него все же имеются дети, которых, по случаю ее болезни, он не видел уже четыре месяца.

«Неужели графа здесь тоже встретили таких холодным приемом? Королева походит на разгневанную греческую богиню! Того и гляди из ее глаз посыплются молнии!» – пронеслось в разуме мисс Нортон, едва она вошла в покои королевы. И вот она стояла на коленях и оправдывалась, как маленькая девочка перед сердитой матерью за кражу печенья с кухни!

- О! Значит, эта женщина тебе дороже твоей королевы? – брезгливо спросила Анна, отпустила подбородок своей фрейлины и подошла к окну.

Такой неприятной, такой отталкивающей королева в глазах Альеноры не была никогда. Мисс Нортон, конечно, знала о сложном характере Анны и ее вспышках гнева, но ранее никогда не подвергалась им сама. И эта Анна, сейчас стоящая перед ней, поразила ее, и поразила неприятно.

- Я знаю ее с самой колыбели, моя леди… И она моя любимая сестра, точно так же, как вы моя любимая королева, – не веря тому, что она услышала, промолвила Альенора. Неужели Анна действительно заставляет ее выбирать между ней и Бригидой? Как она может? Разве это честно?

- Конечно! Все вы думаете только о себе! Все вы думаете о ком угодно, кроме вашей королевы! – зло выкрикнула Анна. – Ты должна была быть здесь! Со мной!

- Но Бригида нуждалась во мне! – тихо воскликнула Альенора, смотря на королеву полными слез и неверия глазами.

- Я нуждалась в тебе больше! – Анна громко топнула ногой и бросила на свою фрейлину убийственный взгляд. – Знаешь ли ты, через что я прошла? Нет! Не знаешь! Я потеряла ребенка!

- О, моя королева, я не знала, что были в положении… – начала было удивленная Альенора.

- Я могла дать королю сына! Это был сын, Альенора! Но эта испанская ведьма, это дура Екатерина прокляла меня! Прокляла меня за то, что я радовалась, когда она умерла! – продолжала кричать Анна.

- Она мертва? Екатерина Арагонская умерла? – ахнула Альенора и осенила себя крестом.

- Она прокляла меня! Это из-за нее я потеряла ребенка… Мальчика! Это был мальчик! Долгожданный сын, которого я пообещала дать Генриху! Хотя, нет! Мертвые не могут проклинать! Это все из-за этой суки Джейн Сеймур! – Анна рухнула на колени, сгорбилась и горько заплакала.

- Джейн? – осторожно спросила Альенора. – Что она совершила против вас, моя королева?

- Что она сделала? – Анна нервно рассмеялась. – Король увлечен ей! А эта продажная девка только и делает, что соблазняет его на моих глазах! Соблазняет без зазрения совести!

«Как когда-то я соблазняла Генриха на глазах у Екатерины!» – с отчаянием подумала королева и схватилась за голову, в этот момент осознав, что Зло, которое она причинила своей бывшей королеве, вернулось ей сполна.

- Джейн? Он увлечен Простушкой Джейн? – сузила глаза Альенора, не зная, верить ли правдивости этого заявления. Нет, должно быть, это был лишь плод ревнивого разума Анны. Ведь Джейн Сеймур, эта некрасивая бледная девица никак не могла привлечь к себе внимание хоть одного мужчины!

- Трудно поверить в это, не правда ли? – вдруг тихо сказала Анна, взглянув на Альенору. Ее глаза, такие грозные лишь мгновение назад, были полны горечи. – Эта незаметная серая мышь… Она сидела на его коленях… Играла с его волосами… Он любит ее, так теперь говорят… А меня ненавидит. – Она медленно поднялась на ноги и прошла к окну. – Ты должна была быть здесь, Альенора, рядом со мной, но ты выбрала леди Тьюри, и я никогда тебе этого не прощу.

- Но я здесь, моя королева! Я у ваших ног! Приказывайте мне! Я сделаю все, о чем вы попросите! – в отчаянии вскрикнула Альенора, сложив ладони в мольбе.

- Да какая от тебя польза? Никакой. Пошла вон, – тихо сказала Анна, не оборачиваясь.

- Я верно служила вам, моя королева! И я буду…

- Пошла вон! – вдруг, словно волчица, рявкнула Анна, и в этот раз обернулась. – Видеть тебя больше не желаю!

Лицо Анны было таким устрашающим, что Альенора невольно поддалась назад и упала на спину.

Не говоря больше ни слова, Альенора поднялась на ноги и выбежала из покоев.

- Вы многое пропустили, мисс Нортон. Слишком многое, – безразличным тоном протянул Джордж Болейн, ожидающий Альенору у двери.

Но Альенора не слушала его: ошеломленная грубостью и злыми словами той, которую она боготворила, мисс Нортон быстро зашагала по коридору с намерением покинуть дворец, сесть на свою лошадь и помчаться к Бригиде. Несправедливые слова и обвинения королевы рвали ее душу на части.

- Погоди, погоди! – На локоть Альеноры вдруг легла ладонь Джорджа. Он насильно затолкнул ее в ближайшую пустую комнату и закрыл за собой дверь.

Альенора послушно ожидала, что скажет ей сэр Болейн. В глазах девушки стояли слезы обиды и непонимания, и лицо брата Анны расплывалось.

- Знаю, порой она бывает очень жестока и бросает такие слова, что будто кинжал в сердце! Вот уже как несколько месяцев она оскорбляет и меня, и нашего отца, и нашего дядю… Потеря ребенка, сына, разбила ей сердце, – приблизив лицо к лицу Альеноры, едва слышно прошептал Джордж. – Она страдает… Боже, как она страдает! Эта сучка Джейн Сеймур и ее семейство делают все, чтобы сменить нас, Болейнов, с пьедестала и занять наше место! Они плетут интриги и заговоры, они пробрались в разум этого толстого дурака Генриха! Они очерняют имя Анны всеми возможными способами!

Альенора молча слушала этот пространный тихий монолог и внимала каждому слову.

- У нее не осталось больше союзников! Все отвернулись от нее! Оставили ее одну среди волков! – продолжал шептать Джордж. – Своим поведением она оттолкнула даже своих давних немногочисленных друзей! За ней шпионят! О каждом ее шаге передают королю и его цепному псу Кромвелю! У нее никого не осталось… Только мы! Только я и ты! Мы верные ее ангелы, ее слуги! Без нас, без нашей помощи она погибнет! Ты должна простить ее, Альенора, как прощаю ее я. Все, что она говорит нам, все ее оскорбления, все укоры – это ее агония! Она либо добра и щедра, как ангел, либо груба и остра на язык, как дьяволица!

- Боже мой, Джордж… Что здесь происходит? – изумленно спросила Альенора и покачала головой. – Когда я оставила королеву в Лейккасл, она и король были влюбленными голубками! А теперь… Что же? Сеймуры плетут свои грязные интриги, а всегда тихая Джейн ходит в фаворитках короля?

- Все изменилось… Увы! После того, как король побывал в Вульфхолле, он попал под чары Джейн… И еще в январе он упал с лошади, на рыцарском турнире. Он был без сознания около трех часов! Мой отец говорит, что, при падении, он тронулся умом! Альенора, ты и я – единственные, на кого сейчас может положиться и кому может доверять наша королева, наша дорогая Анна! – Джордж до боли сжал плечи девушки.

- Да, да! Безусловно! Я всегда была верна и останусь верна ей до конца моей жизни! – всхлипнула она: обида на королеву сменилась на боль за нее. – Но что же нам теперь делать, Джордж? Что делать?

- Для начала нам нужно собраться с мыслями и не давать Сеймурам и королю повода для гнева… – Сэр Болейн беспомощно пожал плечами. – Но Анна ведет себя, как дьяволица, явившаяся из самого Ада! А что говорит про нее чернь! Ее называю ведьмой! Уверяют, что она заставила Генриха жениться на ней, применив свое темное колдовство!

Мисс Нортон только ахнула: слов у нее не нашлось.

Глупцы! Неразумная чернь! Невежды! Что за ужасные сплетни смогли породить их темные умы?

- Все эти сплетни играют на руку Кромвелю. С тех пор, как началась конфискация богатств католических монастырей и церквей, этот негодяй ворует из казны и пополняет свои собственные карманы! Анна узнала об этом и пригрозила ему… И с тех пор он стал ей смертным врагом… У него есть шпионы, власть, влияние на короля! Он может причинить моей сестре ужасный вред! Мы должны спасти ее, Альенора… Ты и я…

- Так вот почему король лишил моего отца должности и места в Совете! Но, Джордж, разве они досталась не тебе? – спросила Альенора.

- Мне? Тебе так сказали? – недоверчиво переспросил Джордж.

- Король написал моему отцу, что отдал его должность и место тебе!

- Ха! – Джордж ошарашенно выдохнул. Его глаза были круглыми, как луна в полнолуние.

- Неужели король солгал моему отцу? – покачала головой Альенора, чувствуя к королю все большую и большую ненависть.

- Мой дядя сказал, что такие слухи ходили… Но это место отдали не мне, а одному из рода Сеймур… Альенора… Знаешь, что это значит? – тихо, с горечью в голосе спросил Джордж.

- Что? – одними губами спросила Альенора, смотря на него с ужасом в глазах.

- Мужайся… Оставайся верной твоей королеве! – Джордж поспешно вышел за дверь, оставив Альенору в догадках того, что он желал сказать ей, но о чем умолчал.

Немного придя в себя от потока ужасных новостей, который она получила от брата королевы, Альенора вышла в коридор и медленно направилась в свои покои, однако, к ее удивлению, они были заняты другой фрейлиной, которая, к счастью, знала мисс Нортон и милостиво позволила ей переночевать в ее бывших покоях.

Усталая и голодная после долгого пути, Альенора нашла в себе силы переодеться к ужину, но в трапезном зале вела себя тихо, как тень, чтобы разгневанная на нее Анна не заметила ее там. Но волнения мисс Нортон были напрасны: королева всего лишь пригубила вина, а затем молча покинула свое место и вышла из зала, в сопровождении своих фрейлин, среди которых теперь не было места для Альеноры.

Наблюдая за королем, Альенора с удивлением заметила, каким приподнятым было его настроение: он шутил, смеялся, был мил и галантен. Случайно заметив мисс Нортон среди присутствующих, он приветливо кивнул ей и даже приказал слуге поднести ей кубок вина с его стола. Все остальные встретили мисс Нортон вежливыми, но холодными улыбками, за которыми, чувствовала та, скрывалась неприязнь. Но Альенора уже не имела сил расстраиваться этому ужасному дню еще больше: тихо покинув трапезный зал, она устало побрела в свои бывшие покои, желая упасть на кровать и уснуть. Мысли в ее голове путались, грудь разрывала горечь.

- Пусть все это будет ночным кошмаром... Боже мой, как ты можешь допускать все это? – пробормотала Альенора, устремив взгляд на ковер, а когда она вновь взглянула вперед, из ее губ вырвался громкий вздох изумления, а глаза широко раскрылись: – Что ты здесь делаешь? Зачем… Господи, зачем ты здесь?